Дом, в котором осталась тишина

Жарко. Ночь была отличной — новая девушка оказалась куда интереснее прежних. Впервые после расставания с Джинни кто-то задержался у него дольше трёх ночей. Обычно всё кончалось одинаково: страсть, пара ленивых фраз, неловкое прощание. Почти все они хотели одного — стать миссис Поттер. Жена героя, мать его детей, хозяйка в доме. Душили поцелуями, нашёптывали клятвы, рисовали светлое будущее, которого он не хотел. Сьюзен? Наверное. Хотя, честно говоря, он не запомнил ни имени, ни голоса. Не узнал бы её на улице. Всё это было… слишком личным. Но Сивилла — теперь он точно вспомнил её имя — была другой. Её всё устраивало: просто секс, просто ночь, просто тишина. Без драмы. Без поцелуев. Без слов. До сегодняшнего утра. Она оставила следы — буквально и метафорически. И в какой-то момент — совершенно не по правилам — попыталась его поцеловать. Он тогда промолчал, скинул с плеча напряжение. А зря. — Так мы теперь встречаемся, Поттер? — ехидный голос, слишком похожий на его, разрезал полудрёму. Он открыл глаза. Постель манила теплом, но реальность уже стучалась в разум. Гарри потянулся к тумбочке, нащупывая очки. — Что, прости? — голос хрипел, бархатный, уставший. — Кажется, я первая, кто остался у тебя дольше одной ночи, — с ленивой ухмылкой бросила она, глаза сияли в лучах утреннего солнца. Очки были на месте. С ними всё стало резким. Слишком чётким. Он изучил её взгляд. Откуда она знала? Остальные уходили сами — кто в слезах, кто в гневе. Одна — ту он запомнил — швырнула в него туфлю. И да, одна отдала ему свою девственность. После — пощёчина. Всё потому, что он не сказал: «Я тебя люблю». Но он и не обещал. Он вздохнул и отвернулся. — Не строй иллюзий, — устало произнёс он. — Ты не просила большего. До сегодняшнего утра. Пауза. Потом он добавил, уже вставая: — Это был последний раз. Он оделся без спешки. Без суеты. Всё происходящее — лишь повторяющийся эпизод. — Ты серьёзно? — голос Сивиллы задрожал, она села на кровати, волосы волнами спадали на плечи. — Серьёзно? — Абсолютно. Ты была хороша. Но хватит. Он исчез с хлопком, не дав ей больше ни слова. Дом не позволял оставаться в нём дольше часа без хозяина. Магия была его. Строгая, как он сам.

***

— У тебя что, часы сломались или новая девица держала в заложниках? Драко Малфой, как всегда, безупречен. Новая стрижка подчёркивает скулы, взгляд насмешливо холоден. Гарри, к своему раздражению, первым делом отметил, как хорошо тот выглядит. — И то, и другое. Завидуешь? — небрежно бросил он, усаживаясь за стол. Он до сих пор помнил, как удивился, когда Кингсли назначил их напарниками. Сначала — ради наблюдения. Потом — по привычке. Оказалось, что они работают… идеально. Магия Гарри — импульсивная, горячая. Магия Драко — спокойная, вязкая. Контраст. Баланс. Третий год вместе. Иногда Гарри ловил себя на мысли, что Малфой знает его лучше всех. Это должно было бы радовать. Но нет — только раздражало. Потому что за этим знанием стояло нечто большее. То, чего он старался не признавать. — Потти, не переоценивай себя. Просто хочу знать, когда тебя уволят, — скользкий голос, как всегда, со стальной начинкой. Гарри усмехнулся, не отрываясь от документов. Если бы Малфой действительно ревновал — было бы проще. Тогда, может, Гарри и перестал бы водить домой девушек, похожих на него. Или парней — с такими же скулами, холодными глазами, тихой уверенностью. Но похожих было мало. Малфой — это не просто образ. Он — исключение. И его присутствие всё усложняло. После Джинни никто не задерживался. И причина была проста. В их последнюю ссору, на пределе, она крикнула: — Ну так и встречайся с этим хорьком, раз он для тебя важнее! Тогда всё стало на свои места. — С этой всё серьёзно? — голос Драко вырвал его из мыслей. Лицо — камень, но в глазах что-то дрогнуло. Гарри не сразу понял, о чём он. Потом — догадался. Засос. — Надеялся, что она другая. Ошибся, — пожал он плечами. — Ты с каких пор такое замечаешь? — Всегда замечал, — с тенью насмешки протянул Драко. Пауза. Их взгляды пересеклись. Дольше, чем стоило бы. — Виски в силе? Ах да. Пятница. Их традиция. Бар или Гриммо. Тот самый дом, где Малфоя магия впускала без разрешения. И Гарри до сих пор не понимал, как не признался. — Конечно, — коротко бросил он. — После смены.

***

Дом номер 12 на площади Гриммо встретил их тишиной и скрипами старого дерева. Когда-то он принадлежал семье Блэк. Виски они пили в тени старой библиотеки, среди книг, чьи корешки хранили пыль поколений. Огонь трещал в камине. — Удивительно, что ты ещё не избавился от этого места, — тихо сказал Драко, разглядывая полки. — Здесь, должно быть, слишком много призраков. — Я к ним привык, — ответил Гарри, откидываясь на спинку дивана. — Они хотя бы не врут. Тишина. Потом — голос Малфоя, мягкий, почти чужой: — Знаешь, я думал, что никогда не буду здесь. Что меня просто вычеркнули из всего, к чему когда-то имел отношение. — Ты не вычеркнут, — сказал Гарри. — Просто… затерялся. Драко повернул голову. Их взгляды встретились. В этот раз Гарри не отвёл глаз. — Я часто думаю, что всё было бы проще, если бы… — начал он, но не закончил. — Если бы что? — Если бы я тебя не хотел. Пауза. Огонь потрескивает. Виски обжигает горло. Малфой не ответил. Просто подошёл ближе. Он остановился в полушаге, и Гарри почувствовал запах — табак, вино, что-то почти родное. Он думал, что дрогнет. Уйдёт. Оттолкнёт. Вместо этого — шаг вперёд. Рука коснулась щеки. И поцелуй. Не яростный, не резкий. Осторожный. Медленный. Как признание, которое нельзя сказать вслух. Гарри не думал. Только чувствовал. Дом Блэков не протестовал.