Even Angels Break

      «БОЖЕЕЕ!!! ЭТО ЖЕ АКТРИСА ХА ДОНМИ!!!»       И снова побег.       В наших реалиях фанаты (особенно её региона) крайне... обезбашенны. Мягко сказано. От этого быстро устаешь, от всего шугаешся и без полной экипировки не выйти. А её все это душит. Не находит причины, снова залетает в минивэн и телом крупно дрожит. Она просто хотела сходить за горячим чаем. Горячим, не теплым.       Донми не должна жаловаться, знала на что идет с самого начала. Через это проходят все айдолы и будут жить с этим до смерти, ведь уже вошли в круги медиа. От туда выхода нет. Некоторые не выдерживают и ускоряют процесс, лично избавляя себя от страданий. А она? Она хочет этого?       - Донми, - отвлек голос менеджера который редактировал ее расписание. - После фотосессии поедешь к Миндже, возле твоего дома фанаты которые не уходят. Караулят.       Актриса коротко кивнула, тяжело вздыхая. Пак Миндже с ней в одной музыкальной группе. Да, помимо актерства она еще и айдол, с чего и начала свой путь, - с пения. Ее называли ангелом, подстать голосу и внешности. С ними в группе еще одна девочка, но Донми не ладит с обоими. Хотя Миндже получше, она хотя бы просто молчит.       На камерах, в соцсетях все ладят, все лучшие подруги и не была и намека на что-то негативное. Они друг друга терпеть не могут. Соперничество - так можно назвать все шесть лет их карьеры, и Донми являясь самой младшей двадцатичетырехлетней, вырывается вперед, от того тем хочется перегрызть ей глотку. Поздравляют с новой ролью в дораме и пишут как гордятся. Противно.       Ей нельзя не вздохнуть не пукнуть - все обсудится. Одела футболку которая каким-то чертом связана с чьими-то конфликтами - выписывай извинения как будто ты всполошила специально международный конфликт. А когда попала в аварию, все равно в начале поверили что она была за рулем машины, а не пьяный таксист. Правда всплыла, но ответственность за то что фанаты волновались не потерялась, и пришлось снова извиниться.       Она не знала в начале, что потеряет свою жизнь, отдав её миллионам, которые думают что их кукла им все должна.       Она вернулась в Корею утром, ездила на концерты с девочками с мировым туром. Там было лучше чем тут.       Телефон Донми находился у менеджера, постил что-то в профиль её инстаграмма, и тот сразу передал ей его, когда ей позвонили.       - Донсу! - с улыбкой взяла она трубку и снимая на время разговора черную маску с лица.       - Увидел только что кадры с твоего побега, - слышно что брат говорил с улыбкой, пытаясь подбодрить. - Ты как?       - Не волнуйся, все в порядке, - ложь. Она в последние года часто врет ему, но только в благих целях. Ему знать подробностей ее жизни не обязательно. Так всем будет легче.       - Я поговорю с менеджером на счет твоего отпуска, не хочешь на остов какой-то? Прекрасная идея, да? - а на лице грустная улыбка. - Каин, стойку держи! - это он ученикам.       - Да, она замечательная, - только ей никто этого не позволит. Да, скажут посмотрят что можно сдвинуть, но расписание на этот год уже расписано. У неё даже дня свободного не будет. - А он как?       Даже менеджер кинул на неё недовольный взгляд через зеркало заднего вида. На той стороне тишина, а девушка обреченно кусает нижнюю губу.       - Тренируется, - коротко и строго. - У него бой скоро. Если провалит, то репутация по пизде пойдет.       - Когда?       - Донми, - в один голос менеджер и брат. Как всегда.       - Я не собираюсь приходить, - а сердце ноет, к нему хочет.       - Через месяц, двадцать третьего марта, - с тяжелым вздохом ответил он.       - Заканчивай, у тебя фотосессия, - строго уже произнес менеджер, и девушка попрощавшись отдала телефон.       - Донми, я записал тебя к психотерапевту, - неожиданно уведомил менеджер, а у девушки глаза по пять копеек. Может ночные перелеты как-то влияют на слух?       - Что ты сказал?       - По последнему тесту у тебя в результате показало депрессию тяжелой степени, - он имеет ввиду психологический тест который айдолы проходят каждый год. Но больше удивила реакция на это. Недовольство и разочарование. Втиснуть доктора в её график ему в напряг, это видно. Она сглотнула обиду, не впервые.       - Мы заедем поесть? - она не ела со вчерашнего дня.       - Уже завтра. Ты набрала немного, надо скинуть.       - Правда? - расстроилась. Очень. Она прикасается к животу, чувствуя маленький бугорок. Раз надо так надо.

***

      Сев за руль своей машины, она наконец-то расслабилась. Психотерапевт? Серьезно? Она не может открыться, как ей лечится? «Можно расскажу про коллектив?» «Нет» «Про родителей?» «Не желательно» «А про то как устаю?» «Это запрещено» «Можно рассказать о нем?» «Даже при мне о нем не говори. Представь что он умер.»       Поэтому она врала, снова. Доктор с улыбкой сказал что скорее всего тест ошибся и это все только в голове девушки. Это просто синдром главного героя и все.       Она с ним согласилась и с улыбкой оставила автограф и ярко, натянуто улыбнулась. А сама сейчас тянется в галерею, открывает «скрытые» оставив там когда-то самое личное. Что запрещено.       Не голые фотки, не компромат. То из-за чего сердце ноет, а в глазах накапливается влага. Сразу включает видео, любимое, которое осталось в памяти на вечно.       Двадцатилетняя Донми улыбается ярко, глаза сияют чем-то теплым и ярким.       - Гуки, я поставила камеру! - крикнула она и развернулась спиной к камере. Вид был открыт на входную дверь квартиры Чонгука, в которой он живет. Жила и Донми.       Как только дверь открывается, первым появился букет, а после и парень весь в черном. Капюшон на голове, а на лице маска. Лишь глаза видно, а они так нежно смотрят.       Девушка громко охает и быстро бежит к нему принимая цветы и положив их на пол, повисла на его шее. Зубами спустила маску, игриво улыбаясь и тягуче поцеловала, чувствуя руки на талии и ягодицах. Она спустила и капюшон, зарываясь в мягкие волосы.       - И для чего видео? - разглядывает его как впервые и прижимаясь ближе. Хочет стать одним целым. Она глянула на телефон, а после Чон поднял руку, выпуская неоткуда медаль. Золотая!       У неё рот открыт от шока, а потом как запищала и просто пригнула на парня, расцеловывая его, проговаривая какой он молодец и что она не сомневалась в нем.       И Чонгук отдал ей медаль, сказал что без его любимой звездочки, он не получил бы её.       Она любила фоткать Чона. Как спит, готовит, тренируется, кушает, смеется, танцует, поет. Она хотела запечатлеть все, вдруг забудет их такими. Влюбленными и незрелыми.       Вытирает слезы и набирает выученный наизусть номер. Она меняла номер тысячи раз, но Чон всегда берет.       - Слушаю, - послышалось когда девушка уже хотела сбросить. Всхлипа она не сдержала. Актриса раньше не могла представить жизнь без него. И сейчас это кажется чем-то не правильным. Расставание прошло ужасно не из-за того что разлюбили. Не из-за измены. Из-за карьеры. Чонгуку это никак не вредит, однако Донми получила гору хейта, мол это последнее о чем она должна думать. И вообще, кто ей разрешал вступать в отношения? Она «жена» многих. И вообще они ужасная пара.       Слез было пролито немеряно. Плакали оба, ведь видеть слезы любимой это пытка похуже его спарингов. Кричала, задыхалась от слез, бунтовала, но так и до конца не смогла сдаться. Унижаться она может только перед Чоном, ведь быть слабой рядом с ним - не стыдно.       - Милая, - снова всхлип, более сильный ведь голос бойца сменился. Мягче, теплее, любовнее. - Снова тяжело?       Да, ужасно. Настолько что хочется все прекратить.       С Чонгуком быть нельзя - не выгодно. Уйти с группы - нельзя. Закончить карьеру - ничего не измениться, забыла? Есть хочешь? Ты толстая. К тебе домогались? Боже, значит тупая просто. Извинись. Что-то не хочешь? Тебя не спрашивали. Устала? Посиди, главное не спи, а то опухшая будешь. Ты опять плакала? Боже, ты визажистов напрягаешь! Хочешь отпуск? Нууу, может в следующей жизни? ХВАТИТ.       - Гуки... - между слез вылетает и уже не плачем, она воет как побитая собака. Она кричит, не может это терпеть.       Устала, устала, устала.       Ангела лишили крыльев, она не хочет дальше лететь. Больно. Пора заканчивать представление.

***

      С каждым днем она умирала по своему. Редкие ночевки дома, преследования и работа, работа и еще раз работа. Выходила она в эфир единожды. Рассказывала о уже прописанных менеджером веселых моментов с тура вместе с девочками. Недавно они кстати подрались. Пара пощечин, сломанные ногти и вырваные волосы. Видите ли она роль забрала у неё. Заявление. Реклама, показ, запись новой песни.       Донми писала и свою, даже успела записать. Но она не выйдет ведь она слишком грустная. Про любовь и о том как важно делать то, что хочешь. Это не её тематика, не такую её привыкли все видеть. Поэтому снова отошла песня на задний план в далекий ящик.       Билет на бой девушка получила от брата. Он знал что та все равно достанет билет. Как-то но достанет. Она сбегает с фотосессии и летит на бой. Это её последнее желание перед концом. И дата сегодня красивая. 23.03.2023. Неплохо.       Брат сразу уводит ее от глаз чужих в раздевалку и говорит переодеться. Ему уже бежать надо, объявляют Чонгука. Она тоже спешит и выбегает. Её узнать невозможно, очень надеется.       Тревога возросла в разы из-за бессонных ночей и при виде бойца. О Чонгука не слышал только глухой. Сегодня у него бой с каким-то американским боксером, чемпион.       Донми ненавидит бои, поэтому никогда не приходила к Чону. Ждала дома и после поздравляла. Боится за любимого сердцу. Боится потерять.       Каждый пропущенный Чоном удар заставлял сердце девушки сжиматься а глаза блестеть.       - Донсу, - решила поделится. - У меня последняя, тяжелая стадия депрессии, - глаз не отводит от Чона, а брат резко меняясь глянул на сестру. - Я не справляюсь. Умереть хочу.       Сказала так просто, словно это обыденность. Как будто ничего не значит и все решила. А Донсу словно в пустоте оказался. Все звуки не доходили до него, и бой его мальца уже не волновал. Когда? Когда он упустил что его яркая и драгоценная сестра стала такой? Синяки не замазываются, заусенцы на пальцах в кровь как и губы. Свет в глазах пропал, как и эмоции. Это самое страшное, что их нет когда она говорит о таком, а еще и так серьезно.       Все резко встают и кричат поздравления Чонгуку, который выиграл этот бой. Девушка плачет и наверное улыбается. Актриса встает с места и идет к рингу, по дороге снимая всю свою маскировку. Последний день в жизни она хочет вести себя так, как никогда раньше.       Она скучала за ним, а по его глазам видно - ожидал подобного. Снимает с себя медаль и одевает на неё под вспышки камер, ведь «боже, они снова вместе?». И девушка целует первая, чувствуя металический вкус после ударов в челюсть.       Он хмурится, ведь в его руках как будто не человек, а скелет, но прижимает ближе. А она льнет и льнет к теплу, нехотя даже глаз открывать с которых текут слезы прям на их губы. Парень целует тепло и тягуче, как всегда.       - Моя звезочка, - тихо, прямо в губы прошептал прозвище, которое девушка не слышала года так четыре точно. Он вытерает её слезы, бережно и аккуратно а она глаз не отрывает. Боится что не вспомнит.       Выходят они из здания в толпе. Чонгук отталкивает репортеров, охраняет и рычит на всех пытаясь защитить актрису, а девушке все равно. Смотрит влюблено и руку не отпускает. Было приятно последние минуты жизни провести так. В тепле.       Садится в машину, перед этим обязательно целуя мужчину снова. Тягуче и сладко. И снова плачет. Не может сказать как любит, не сможет уйти.       Махнув всем репортером на прощание, она села в машину и уехала за город на трассу. Погода сегодня теплая. Музыка на магнитофоне играет прекрасная. Когда-то танцевали под неё с Чоном танец. Пьяные были и смеялись. Почему она вообще выбрала карьеру? Уже не важно. Поздно о чем-то жалеть.       Выкрутив громкость на полную, девушка вжимает педаль газа до упора, а по щеке скатилась слеза. Скоро все закончится.       Позже в разбитой машине найдут предсмертную записку, пока близкие будут сидеть около дверей операционной в какой-то надежде. Какие глупости.