снова здесь

царила уютная и по-своему родная тишина. были слышны лишь до боли знакомые звонкие голоса. они праздновали его возвращение, праздновали неоднократные победы и смеялись как раньше. конечно, было непривычно видеть их в такой одежде. отголоски имперских уставов все еще ютились у него в голове. странно не видеть на одежде ее граждан этих цветных полос, указывающих на присвоенный алгоритм. все стояли около стола забитого едой и напитками, смеялись и рассказывали все, что произошло, пока его не было. Он тоже смеялся и рассказывал истории, но чего-то явно не хватало. вот Джон интересуется у Радана устройством его механической руки, вот Кейт и Окетра обсуждают какие-то книги, вот Райя расспрашивает Джодаха о устройстве пустотной магии. Лололошка одним глотком осушил стакан и направился в сторону Джона с Раданом. так странно видеть всех этих людей. людей, которых он давно считал мертвыми.. — Джон, я все хотел спросить про то кафе, — Ло положил руку ему на плечо, пока радан отвлекся на сообщение в телефоне, — как ты вообще-- продолжить ему не дали: — О! ребята, Винс написал, что скоро подтянется! — внутри что-то дрогнуло. эта новость вызвала у него странный трепет в груди. он был уверен: все, что между ними было разорвано навсегда. не из-за ссор, нет. они ведь даже не ссорились. просто, прошло столько времени. Лололошка был уверен, что Кавински уже нашел себе кого-то. почему он вообще об этом задумывается? они старые друзья. пара поцелуев и один отсос вообще ничего не значили. *** Уже влившись в разговор Джона с Раданом, он мельком заметил свет от фар со стороны дороги. Лололошка напрягся. Да, империя давным давно повержена и теперь он герой всех времен и народов, но страх того, что к нему награнут копы не пропал. все же в то время он наворошил достаточно дел, чтобы сесть за решётку: разрушил целую империю, неоднократно проникал в полицейские участки, да и парочку парадоксов он точно создал. а может это смотрящий? Лололошка представил себе смотрящего в костюме полицейского в машине с мигалками, а потом представил как тот его повяжет и посадит в тюрьму времени и усмехнулся. — ну-ка ну-ка, кто же это? — игриво выглянул Винс из-за его плеча. от неожиданности Лололошка вздрогнул и отшатнулся, — это же наш комиссар Дейв собственной персоной! ну чего ты так шугаешься. — привет Кавински. — давно не виделись. как твои дела? — да вот, устроил еще одну революцию, — Лололошка улыбнулся. — а ты не теряешь хватку. уважаю, — Винс улыбнулся ему в ответ и перевел взгляд на Джона, — а это-- Джон спустил очки, чтобы можно было увидеть его глаза и кокетливо подмигнул наблюдателю. Лололошка смутился от его действий, схватил того за предплечье и притянул поближе: — а это мой брат, — он посмотрел ему в глаза, — сам представишься или тебе помочь, кокетка? Харрис усмехнулся: — даже так? — он посмотрел в сторону кавински и продолжил, — сам, перед тобой великий и невероятный Джон Дейви Харрис, рад поболтать. — если честно, то ты похож на его злого двойника. Джон изобразил удивление, потом огорчение и, приложив кисть ко лбу, упал спиной назад так, чтобы Лололошка его поймал: — ох, Ло! мне так обидно, что меня считают твоим злым двойником! — он наиграно хныкнул, — ведь, по факту, это ты моя глупая копия. — хорош придуриваться, гений, — Лололошка убрал руки с его спины, чтобы тот упал. его план провалился. Джон виртуозно сделал колесо, чуть не проехавшись своими ботинками Лололошке по лицу. — в следующий раз получится, симпапусик. — не знал, что у тебя есть брат, — подал голос Винс, — забавный. — я и сам не знал. наблюдатель странно посмотрел на него, и Лололошка смутился: — позже все объясню. может хочешь познакомиться с остальными? — достаточно будет просто рассказать кто есть кто. я так- то приехал на тебя посмотреть. — оу, — Лололошка сглотнул. он чувствовал, как кровь подступает к щекам и понятия не имел что с этим делать, — тот пернатый мужик рядом с Райей — это Джодах. он что-то типо бога, я сам не понял. короче важная шишка. а та девушка с синими волосами рядом с Кейт — моя хорошая подруга, Окетра. — хорошая подруга? Лололошка определенно был красный как те несчастные томаты, которыми он кормил свою гусыню на протяжении последних месяцев. лучшим решением было перевести тему: — как дела в альтсити, ночи такие же яркие? Винс, на удивление поддался на его уловку и усмехнулся: — ночной альтсити все еще мой город, комиссар, — он посмотрел куда-то сквозь мироходца, — как давно тебя там не было. — я не против навестить его. разговоры о том, как Джон хорош меня умотали. *** в машине кавински тоже царила уютная тишина. Лололошка наблюдал как сменяется вид за окном, слушал, как наблюдатель стучит пальцами по рулю и наконец ощущал спокойствие. — что на счет твоей подруги, Дейв? — вопрос был крайне неожиданным, — не расскажешь про нее? ты так покраснел, когда представил мне ее. в его голосе слышалась улыбка и где-то там за ней крупица чего-то, что Лололошка не смог распознать. он впал в ступор. хорошо, что Винс не увидит его лица. ему вспомнился тот странно-постыдный момент на одном из островов, где Окетра неожиданно предложила сбежать вместе и путешествовать по мирам. это было так глупо. он служил ей рабом, толком не общался по душам, и тут она вдруг чуть ли не целует его. — она.. видимо я ей нравлюсь. это все очень странная штука, я даже не знаю как рассказать. он спутанно попытался пересказать ему про историю прибывания в мисре, про то'ифетун и про богов: — .. и на одном из островов, когда мы остались наедине, она взяла меня за руки и предложила сбежать! — Лололошка говорил открыто, наконец позволив себе выговориться, — ты понимаешь, да? ни с того ни с сего! мы общались только по поводу этих артефактов! да я ее не знал толком! Кавински усмехнулся: — ты изменился, Дейв. но я рад, что моего комиссара никто у меня не забрал. — твоего? — хорошо, что Винс смотрел на дорогу и не может видеть красное месиво на лице Лололошки. комиссар взял бутылку воды из бардачка и открутил крышку, — ты не нашел никого за такой длинный срок? — никто не подошел тебе на замену. да и такой минет видимо умел делать только ты. мироходец чуть не подавился водой. то есть это все же было больше чем крепкая мужская дружба.. машина остановилась, парни вылезли и пошли вдоль набережной. город, так же, как и в их последнюю встречу, мерцал голубыми и оранжевым огнями, под ногами журчала вода, мимо спокойно прогуливались люди. изменились лишь плакаты с лозунгом империи. теперь их украшал логотип сияния и яркая надпись: "вперед к свету". эти перемены радовали Лололошку. его труды не были напрасны, и сейчас он может наблюдать за спокойной ночью столь родного для него места. — заскочим ко мне? я смотрю, ты не по погоде одет. было действительно зябко. Лололошка только сейчас заметил насколько холодные у него руки. коротко кивнув, он повернул вслед за Кавински. *** квартира выглядела так же, но, кажется, Винс сделал ремонт на кухне.разувшись и повесив куртку на вешалку, Лололошка посмотрел на того, кто, судя по всему, наблюдал за ним все это время. сердце трепетало, а мысли начали путаться. как же он скучал. не сдержавшись, комиссар сделал шаг к нему и обнял. он вложил в эти объятия весь свой страх, переживания и чувства. так не хотелось отстраняться. ему не хватало этих объятий. он снова хотел чего-то большего. — товарищ наблюдатель, разрешите спросить? Винс усмехнулся: — спрашивайте, комиссар. — могули я, — он переместил руки шею блондина, чуть наклонился и посмотрел на чужие губы. продолжать фразу не было смысла. Кавински со скоростью звука зарылся руками в волосы Лололошки и поцеловал. поцелуй углубился почти сразу. языки заново изучали друг друга, а руки постепенно пробирались под одежду. Лололошка отстранился первым: — я все понимаю, но ты мне так футболку растянешь. — а ты стал грубее. мне нравится. затуманенный разум мироходца не запомнил как они оказались в спальне. знакомые панорамные окна вызывали чувство ностальгии, а кавински, лежащий под ним, усиливал возбуждение. комиссар блуждал руками по его телу, выцеловывал ключицы, искусывал шею и сбито дышал. — блять, Дейв, — выдохнул Кавински, — ты меня так с ума сведёшь своими прелюдиями. Лололошка отстранился от шеи и посмотрел тому в глаза: — во-первых, — видимо душнота Джона передалась и ему, — перестань болтать, это заводит. не припомню, чтобы ты был таким разговорчивым. а во-вторых, почему Дейв? Кавински подавил смешок: — во-первых, я знаю, что тебя это заводит. дразнить тебя стало в разы интереснее. раньше ты дай бог хоть слово проронишь. а во-вторых, товарищ следователь, имя Дейв — это ваше имя указанное в паспорте. или я не прав? вы что подделали документы?! интересно, можно покраснеть еще больше или это предел? Лололошка решил просто заткнуть его поцелуем. нечего ему тут зубы заговаривать. дыхание сбилось, руки Кавински беспрепятственно изучали новые шрамы на теле комиссара, а Лололошка постепенно спускался ниже. оказавшись сидячим на коленях у кровати, он обхватил наблюдателя за талию и притянул ближе к краю. тот сел, оперевшись на руки, и, ехидно улыбаясь, заглянул Лололошке в глаза. — о боже, мне не верится, что я снова здесь, — ло отвел взгляд, — снова в этой позе. — кто-то возмущался по поводу болтовни. Лололошка закатил глаза и принялся расстёгивать ширинку. он двигался двигался ритмично и довольно быстро, чтобы выдавливать из Винса сладостные вздохи. дойдя до основания, комиссар резко выпустил член изо рта, после снова вбирая по максимуму. стоны сверху были все громче, а собственное напряжение все больше. он проводил языком по головке, втягивал щеки и поглаживал ребра наблюдателя. винс запустил пятерню в густые волосы мироходца. на выдохе послышалось короткое «блять». и Лололошка решил ускориться. — а ты все так же лучший в этом, — сдавленно прохрипели сверху. Лололошка чуть не подавился от смущения. он хмуро посмотрел на Кавински, больно стиснул его рёбра и набрал темп. так, чтобы на смущающие речи не хватало сил. чужая рука стиснула волосы на макушке и попыталась оттащить. как и тогда, Лололошка сопротивлялся этому и, чувствуя скорую развязку, взял до предела. во рту была знакомая солоноватая жидкость. прежде чем Лололошка успел что-либо сделать, его лицо обхватили с обеих сторон и притянули ближе. — подожди, Винс, я не успел выплю-- поцелуй углубился сразу. Лололошка слабо отвечал, все еще пытаясь осознать случившееся. зачем? почему? его руки с талии Кавински переместились ему на шею. впрочем, сделанного не воротишь. белая жидкость во рту смешивалась со слюной. непонятно чьей: его или Кавински. да было уже и неважно. наконец отстранившись он в смятении посмотрел на блондина: — что это? ты зачем это? — а нет. ты так и остался глупеньким комиссаришкой. — ты издеваешься?