ангел шепчет мое имя

Чонвон проснулся рано утром от женских визгов под окном. Пришлось резко откинуть дрему в сторону, сколько бы не хотелось лежать в ее объятиях. Случилось что-то плохое и нужно было срочно одеваться и бежать на выручку. Прошлая ночь оставалась приятным ощущением на душе. Чонвон достал из-под подушки свой скромный подарок и принялся напяливать грязную одежду. Остатки вчерашних похождений он быстро стёр простынью. Всё равно её надо стирать. Хотелось бы получить побольше нежности от Сону. Из-за условий воспитания он не проявлял много теплых чувств. К нему самому-то едва ли кто был по-настоящему добр. А если и мог проявить свои чистые намерения - быстро склонялся к предательству подростка. Сону просто выставил из своей комнаты по прошествию времени. Он не захотел провести ещё немного времени вместе, поговорить. Просто пробубнил, что ему сейчас не до Чонвона и нужно заняться более важными делами. А время даже за полночь не перевалило. На всякий случай перед выходом на улице Чонвон встал перед дверью в комнату Сону. Он робел постучаться, хотя хотел всем сердцем пожелать доброго утра. - Ох, слава богу, вы тут, - с другого конца коридора бежала запыхавшаяся монахиня. - Это кошмар! - Что случилось? - Чонвон опустил руку, протянутую к ручке. - Доброе утро. - Упаси, господь от такой "доброты". Какой-то парень, храни господь его душу, утонул в озере минувшей ночью, - женщина подошла слишком близко и вцепилась ногтями в напряженную руку. - Горе-то какое! - Кто-то из детей погиб? - Чонвон встрепенулся. Сону обойдется сегодня и без приветствия. - Чем я могу помочь? Скорее ведите меня! - Его уже выловили, - причитала взрослая женщина, активно качая головой. - Бедный парень пролежал там уже несколько дней. Сегодня, что ни новость - все из рук вон плохо. господь разгневался на нас всех. - Что-то еще случилось? - обеспокоенно спросил Чонвон. - Просто скажите, в чём заключается моя помощь. Я везде постараюсь помочь. - Ещё и на Сону нашла напасть! - женщина всплеснула руками, пока вела Чонвона к улице, где уже покоилось бездыханное юношеское тело. Детей предварительно решили оставить в здании, чтобы они не застали ужасную картину. Хотя любопытные парнишки пытались вырваться из-под контроля Шивона, чтобы посмотреть на причину переполоха. Если бы это была обычная крыса, их бы там всех не заперли. Так что нужно лично убедиться в причинах женского визга. - А что случилось с Сону? - мельком поинтересовался Чонвон, когда перед лицом открылась входная дверь на улицу. - Ему нужна помощь? - Так он же нашёл утопленника, - женщина постоянно говорила повышенном тоне, что немного раздражало Чонвона. Уши начало закладывать от постоянного визга, постепенно переходящего на ультразвук. - У него ударило давление в один глаз и... И теперь он без глаза. Но не это самое страшное. - Говорите уже всё, - невозможно было рассмотреть тело утопленника из-за нескольких спин взрослых людей. - Его волосы... Его волосы чёрные, как смола, - прошептала женщина. - бог отвернулся от него. Слишком много информации поступило для переосмысливания. Чонвон подошёл вплотную к Шивону, склонившемуся над безжизненным телом. Он резко пошатнулся, когда узнал в лице утопленника Сонхуна. Что за чертовщина здесь происходит? Чонвон закрыл рот рукой и резко отпрянул назад, едва удерживая себя на ногах. Он с ужасом начал переваривать всё новую и новую информацию. Почему он умер? Когда это случилось? Как это случилось? И что самое странное: почему его тело выглядит так ужасно для человека, который пролежал в воде несколько часов?. Сонхун выглядел так, будто его тело пролежало на одном месте не одни сутки. Так ещё и в воде. Его кожа посинела, а где-то уже слазила кусками. Как только у Шивона хватает столько выдержки смотреть на эту ужасную картину? Чонвон не мог же просто так подойти и сказать, что знает, что это за мужчина. Его начнут подозревать в убийстве или его содействии. Или же он мог покрывать настоящего убийцу. Как-то не верилось, что в порыве ревности Сонхун мог наложить на себя руки, потому что его не выбрали ни Чонвон, ни Сону. Рвотный позыв отступил обратно. Да, на полный желудок на такое хуже смотреть, чем на пустой. Шивон обернулся на подошедшего Чонвона, потому что услышал странные звуки позади себя. - Здравствуй, - немного расстроенный голосом произнес мужчина. - С сегодняшнего дня начинаются не лучшие времена. Мы должны быть готовы к ним. - Здравствуйте, - Чонвон боялся посмотреть Шивону через плечо. Не хотел снова смотреть на это лицо. Насколько же тут будет неуместно пожелание "доброго утра". Чонвон пощупал лишний раз свой карман, чтобы убедиться в нахождении там маленькой коробочки. Шивон обернулся обратно к телу. Он накрыл его черной плотной тканью, из-под которой были видно только контуры человеческого тела. Остальные служители приступили к переносу тела в другое место, чтобы подготовить его в последний путь со всеми почестями, каким бы человеком он не был. - Вы не знаете, где Сону? - вдруг спросил Чонвон, разрывая давящее молчание. - Я бы хотел с ним поговорить. - Думаете, он как-то причастен к случившемуся? - Шивон выглядел немного раздраженным. - Что? Нет! С чего бы? - как вообще можно приписать такой грех Сону? - Я в нем не сомневаюсь. Хотя Чонвон знал, что они с Сонхуном напрямую связаны. Не только как знакомые, но и как друзья и возможно (бывшие) любовники. Из-за ревности или обиды нынешний покойник мог просто утопиться, но как свежий труп он не выглядел. Тем более нахождение посторонних лишних людей здесь строго контролировали. В висках начало неприятно пульсировать из-за нагнетающих мыслей. Можно попробовать найти Сону раньше Шивона с целью предотвращения возможных негативных последствий. - Если вы его найдете - пошлите ко мне, - мужчина приложил ладонь к лицу, о чем-то размышляя. - У меня для него есть свой подарок. - Не наказывайте его, - Чонвон заступался за сону как ребёнок. Для образа настоящего задумчивого господина не хватало только тлеющий толстой сигареты. - Я уверен, что он ни в чем не виноват. - Тогда почему бог его наказал? В чем он тогда согрешил? Пронзительный взгляд ударил зарядом электрического тока. Чонвон и сам был далёк от идеала. Какой же он пример подаёт, если сам позволил себе лечь в объятия молодого парня и предаться любодеяниям. Не мог же бог из-за этого отвергнуть Сону и навсегда лишить возможности возможности вернуться в рай. По крайней мере хотелось в это верить. На крайний случай, в Ад они попадут вместе. В раю нынче и так слишком мало места из-за людей, считающих себя честными и чистыми. Почему же Сону постоянно отстраненный? В любом случае нужно найти его раньше Шивона и предупредить о растущем всеобщем негативном отношении. Да против главной особенности церкви готовят настоящий заговор. Чонвон резко сменил свой вектор направления, чтобы вернуться обратно на этаж. Можно попробовать прижать Шивона к стене со словами: "Почему вы меня обманываете уже не первый день? Чем я заслужил такое отношение? Зачем вы меня сюда пригласили?". К сожалению, Чонвон не обладал такой устойчивостью к давлению. Шивон мог бы с легкостью раздавить весь напор своими личными претензиями. Всё-таки характер у взрослого мужчины был не для слабонервных. Если и сбегать отсюда, то нужно только вместе с Сону. Собрать небольшие пожитки в один чемодан, а под покровом ночи выбраться на улицу и пешим ходом добраться до ближайшего города. А там уже и разберутся, в какую сторону можно поехать. Жаль, что Сону не выглядел как человек, который готов бросить свою обыденность ради едва знакомого человека. Чонвон пропускал по несколько ступенек, пока поднимался наверх. Он решил лишний раз проверить паранойю, что на этаже живут только два человека. По пути по этажу он распахивал каждую дверь и быстро заглядывал внутрь. Абсолютно пустые комнаты с закрытыми, зашторенными окнами. Только пыль содрогалась, когда дверь резко открывалась. Но и Сону к нему не выходил. Где его можно найти? Чонвон потихоньку сходил с ума от отсутствия информации и от отсутствия рядом парня. Хотелось верить, что после одного раза между ними могло бы что-то зародиться. Семя было уже закинуто, осталось только за ним ухаживать и взрастить дерево из любви и заботы. - Сону! - Чонвон ворвался в кладовку без стука. В тёмном помещении никого не было кроме одной старой ржавой постели. Как будто здесь никто и не жил никогда. Зато были разбросаны по полу бинты. - Где же ты? Пожалуйста, покажись. Просьба была проигнорирована. Чонвон так и остался стоять один в помещении. Он сразу же принял решение идти дальше. Пока он не найдет Сону - спокойствию не бывать. - Я тебя всё равно найду! - Чонвон не оставлял попытки докричаться до парня. - Пожалуйста... Нам нужно поговорить. Это важно. Это срочно. Когда он вышел из маленькой кладовки, к своему удивлению обнаружил открытую дверь на тайную лестницу. Чонвон обернулся по сторонам, чтобы увидеть обладателя "ключика". Он не стал медлить и пошёл сразу же к лестнице. Если дверь открыта, значит, кто-то приглашает его туда пройти. До этого ведь дверь была закрыта. Да? По памяти Чонвон быстро спустился вниз по лестнице и пошёл по единственному знакомому маршруту, ведущему прямиком в ванные комнаты. Детям тоже не разрешают сюда ходить со слов Сону. Какой-то сомнительный спектакль тут из-за лжи взрослых. Совсем не ясна их мотивация для подобных действий. Кем они себя возомнили? Давно уже пора прийти им на смену более молодому поколению. Чонвон вполне мог бы составить достойную замену. Явно не в этом месте, но с благими намерениями с заботой о маленьких детях. Навряд ли он сможет стать таким же хорошим, как сам Бэ. Сейчас совершенно не те условия, чтобы стать настолько хорошим и праведным человеком. Да и Чонвон уже согрешил не один раз. Та же похоть преследовала его ещё в юношеские годы, когда из-за внутренней гомофобии он всё равно ложился в одну постель с девушками, но не получал от этого достойное удовольствие. А теперь ещё и поставил галочку в графе: "Секс с представителем своего пола". За это время Шивон уже тысячу раз мог найти Сону и сотворить что-то ужасное. Сотворить своё правосудие. - Пожалуйста... - Чонвон уже сбился с дыхания, резко открывая перед собой дверь в ванную, откуда исходил яркий свет. Склонившись над телом Шивона стояла мужская фигура, держа в руке нож с окровавленным лезвием. Бордовые капли с глухим звуком падали на кафель. В ушах Чонвона начало звенеть от шока. Ещё страшнее было узнавать в фигуре неизвестного молодого человека Сону. Того самого миловидного парня с блондинистыми локонами и миленькой улыбочкой на всё лицо. Чонвон замер от шока, хоть и знал, что его присутствие не осталось незамеченным. Нужно было экстренно принять хоть какие-то меры и остановить Сону, пока не стало слишком поздно. Всё-таки Шивон оказался быстрее. Но какой ценой поплатился за своё желание читать правила вместо подарка? - Ты меня искал? - Сону обернулся на него целиком. На одном глазу у него и вправду была бинтовая повязка. Что самое удивительное - его волосы... Они стали полностью черным и отливали синевой на свету. - Что ты хотел? - Сону, это не ты. Зачем ты это делаешь? - Чонвон подлетел к нему, сжимая в руках ткань белоснежной рубашки. - Сону, скажи мне! Не молчи! Пришлось судорожно встряхнуть все его тело, лишь бы он пришел в себя. Но Сону был непреклонен. Ему была безразлична тревога и паника. Он просто смотрел безэмоциональным взглядом вперед себя. - Меня ты тоже пырнешь? - Чонвон вспомнил, что у Сону в руках до сих пор был нож. - Нет, ты такое не заслужил. Острое лезвие взмыло вверх, поблескивая от прямого света лампочек. Взмах был таким неожиданным, что Чонвон задрожал всем телом от испуга. Сону был таким устрашающим лишь для того, чтобы перерезать свою повязку на глазу. - Стой-стой, что ты делаешь? - Чонвон попытался воспрепятствовать, потому что не хотел смотреть на пустую глазницу. К своему искреннему удивлению у Сону был второлй глаз под бинтами. Только вот он был необычным. Он больше не был карим, а залился красным цветом. Чонвон отстранился назад, но продолжал завороженно смотреть на преобразившегося Сону. Это не был обычный больной глаз. Что-то с ним было нечисто. - У меня личные счёты с Шивоном, - Сону поднес нож ко рту и слизал кровь с острого лезвия кончиком языка. - Он никогда не видел во мне своего сына, потому что я для него был всего лишь игрушкой для секса. - Что? - чонвон боялся сдвинуться в сторону истекающего кровью мужчины. Зато мнение начало резко обрастать со всех сторон тёмным оттенком. - Как же так? - Ох, ты ещё слишком молод, чтобы проникнуться всей моей историей, - Сону смахнул остатки крови на пол, окрашивая кафель в "горошек". - Это тело... Это тело никогда не было моим. Я всегда знал, что кто-то оттуда... Далеко не из рая. -... присматривает за мной. Я не сомневаюсь, что там есть мой отец. Слабак, - Сону стиснул зубы. Встреча с ним ближе, чем кажется. Дьявол отпустил тело Сонхуна на покой, оставив за собой облик похоти. Теперь тело порочного парнишки ему не принадлежит, зато под его контроль постепенно переходило тело Сону. - Пожалуйста, опомнись, - Чонвон поднял вверх покрасневшие от слез глаза. - Давай... Давай уедем отсюда. Только ты и я. Я знаю, что мы можем начать новую жизнь в лучшем месте. Пожалуйста, сделай это ради меня. - Пойми, - Сону отбросил на пол нож, чтобы больше не пугать взволнованного мужчину. - Пойми, что нам уже никогда не быть вместе. Как бы я этого не хотел. Я не смогу с тобой быть. Это не мой выбор, не моя воля, но это моя участь. Судьбой это не назовешь. - Как так? Сону, мы обязательно со всем справимся, - Чонвон прижался вплотную к Сону, сжима на его грудь рубашку. - Даже при всём желании нас не смогут найти люди, которые давно отреклись от городской суеты и выбрали уединение... - Нет, ты, правда, не понимаешь, - Сону усмехнулся. Он положил ладонь на подбородок Чонвона, чтобы поднять его лицо на себя. - Просто прими это. Я знаю, что ты рассчитывал на что-то большее от меня. Но я тебе не смогу этого дать. Я знаю, что ты сможешь идти дальше и без меня. Я уверен, что ты сильный человек. Намного лучше и сильнее тех, кто тебя здесь окружает. - Как же так? Чонвон нащупал в кармане коробочку. Но действия Сону были намного быстрее. Он прижал к себе за талию мужчину, сталкивая их губы вместе для поцелуя. Время остановилось на несколько секунд, потому что между ними это было впервые. Дыхание перехватило, но губы сами поддавались под эту настойчивость. Губы Сону сминали грубо и требовательно. Не давал ни секунды на передышку и осознание происходящего. Он пропихнул свой язык в чужой рот, облизывая нёбо. Чонвон тихо застонал в поцелуй, обмякая в объятиях. Сону напоследок облизал нижнюю губу, собирая все слюни. Внизу живота приятно разлилось тепло от ощущения желанной нужности, потому что Сону не целовал просто потому что так нужно было. По нему было понятно, что в глубине души он искренне хотел. - Сделай мне подарок. Исполни мое пожелание, - Чонвон тяжело переводил дыхание, все еще ощущая фантомно этот поцелуй. - Забери всех детей и уходи отсюда. Уходи и не оглядывайся. - Подожди, - пришлось покопошиться в своем кармане в поисках коробочки. - Прими тогда это. Будет подарок для меня. - Хм, - Сону взял небольшой подарок и с любопытством принялся распаковывать. Красный глаз визуально снова стал приходить в норму. Белок снова стал светлеть, а радужка становиться такой же янтарной. - Что это? - Это мой скромный подарок, - Чонвон робел перед Сону как маленький ребёнок. - Кулон под цвет твоих глаз. Такой же уникальный и красивый как твои глаза. - Вау, - Сону достал украшение, рассматривая переливающийся камешек. - Очень мило. Но я думаю, что тебе лучше пойти исполнять мою просьбу, пока я тут разберусь. - Но... - Повтори судьбу Бэ Янвона. Спаси бедных детей без родительской заботы. Стань их опорой и найди утешение в заботе о тех, кто в тебе нуждается, - строго сказал Сону, больше не желая слушать детский лепет Чонвона. Иначе ещё человечная часть в нём могла передумать и отказаться от первоначального плана. В Сону до сих пор боролась та часть, в которой он был добрым и открытым подростком и его дьявольская сторона, ведомая смертным грехом. Рядом с собой он видел призрачный дух образа Сонхуна, направляющий его дальше. Чонвон как загипнотизированный выбежал из ванной. Всё-таки сила внушения присутствовала в Сону. Напоследок он попросил ещё немного попользоваться своим человеческим телом, используя уже те силы, которые даровал ему дьявол за его смертный грех. Ошибку отца он повторять не станет. Сону подошёл к отхаркивающему собственную кровь Шивону. Мужчину как будто бы придавило к полу. Он не мог практически двигаться, но мог стонать и выплевывать с губ проклятия в адрес Сону. - Ублюдок, - прошипел мужчина. - Как ты посмел? Всегда знал, что ты гребаный сын шлюхи, блять. Не могла, блять, нормальная баба родить такое существо как ты. - Ох, милый Шивон, - Сону запустил ладонь в шевелюры мужчины, чтобы приподнять его над полом. - Знаешь, почему у свиней человеческие глаза? - Сука грёбаная, - Шивон сплюнул кровь на пол, потому что в этом случае он был бессилен. - Дай мне уже сдохнуть, отродье Дьявола. Я так и знал, что бог никогда тебя не выберет. - У свиней человеческие глаза, потому что свиньи - это перерождение грешников, которые в прошлой жизни слишком много натворили "грязи", - Сону сильно сжал шевелюру, бросая мужчину обратно на пол. - Когда мы оба окажемся в Аду, я буду есть тебя днями и ночами, как свинью. Ты тот ещё свин. Грязный и мерзкий. Так ещё и жирный. Я тебе обязательно помогу похудеть. Наша встреча в Аду намного ближе, чем твоё приближение к раю. Хотя бы за то, как ты относишься к детям. - С какого хуя ты решил, что я отправлюсь в Ад? - Шивон предпринял попытку отползти от Сону хоть немного. Но тяжелый черный ботинок надавил ему прямо на открытую рану. - Убери свою ногу, сука. - Я же правильно понял, что ты хотел меня просто снова изнасиловать в качестве своего "подарка"? - Сону начал водить кончиком ботинка по ране, надавливая сильнее. - Моя пора мстить. - Я же правильно знаю, что детям не дозволены роскошь и комфорт, потому что вы считаете их свиньями из Ада? - Сону не терял интерес и пыл к издевательству. Ему нужно было больше и ещё. - Да тебя это как касается, сукин ты сын? - Шивон несильно ударил по ноге кулаком, но в противодействие получил пинок прямо по челюсти со всей силы. От этого удара даже несколько зубов вылетело изо рта. - Свиньи здесь только вы. Настала пора издеваться. Убить Шивона - лишь малая часть плана. Самая главная затея - сжечь это место до тла, чтобы никто больше не был обманут горькой ложью мерзкой компании, которую собрал Шивон. Сону мечтал выколоть глаза каждой монахине, позволяющей себе издевательства и насмешки над бедным запуганным пареньком. Каждого он хотел убить лично, а во время пожара запереть каждую дверь, чтобы коллективно у них не осталось и шанса на спасение от верной погибели. Осталось лишь дождаться, когда Чонвон заберёт всех детей. Удалось вбить ему в голову, что это прямая миссия, у которой нет опции "передать другому". Что ж, пора идти к Чанми. Злобная тётка, постоянно наказывающая подростка за "непослушание" и закрывающая глаза на излишнее внимание Шивона к тем, кто младше и слабее. Как же можно забыть, что мужчина свинья выбирал одиноких и зашуганных детей для своих ужасных деяний? Сону ненавидел себя за то, что не мог их защитить, не мог уберечь каждого от такой отвратительной участи. Месть ждала своего часа. Ни одно воспоминание не вытекло из сознание. Всё это он хранил долгие года подряд, чтобы знать, что сказать напоследок. Сону надел через голову милый подарок Чонвона. Да, очбычная безделушка. Но за долгие года даже такой подарок был роскошью. Сону никогда не забудет Чонвона и всегда будет рад явиться к нему в моменты его грехи, чтобы подкормить эти явления в чистом разуме. И очернить их своим образом, который ему уже так понравился. Жаль, что их век вместе оказался недолгим. Сону знал, что в его сердце навсегда будет светиться образ невинного святоши с обычными человеческими оплошностями. Чонвон хотя бы не пытался вынуждать других людей жить в красивой картинке фальшивого мира. Он видел то, что вокруг него именно таким, какое оно есть. И всё равно стремился привносить свои яркие краски. Сону запер за собой дверь в ванную, заблокировав выход одной из половиц пола. Для Шивона это будет конец. Ему не смогут помочь, даже если захотят. Такую свиную тушу надо постараться утащить. По кровавому следу ничего не составит их найти и наказать за акт доброты. Именно так здесь и устроено. Быть добрым - плохо и наказуемо. Сону быстро миновал длинный коридор, для себя подметив, что Чонвон действительно за это время собрал с собой всю ораву малышни и подростков. В детском крыле больше было слышно шума ребятни. В стенах больше не было слышно смеха и громких разговоров звонких голосов. - Где? Где дети? - к Сону подлетела пожилая женщина, ударяя его по груди. - Что ты с ними сделал? - Я - ничего. Их Чонвон увёл, - Сону пожал плечами, с силой отталкивая от себя женщину. Она никогда ему не нравилась. Слишком лицемерная. Ещё и Сону ругала за надменность. А чем сама лучше? - А вот куда - меня уже не касается. Как и тебя. Старая карга. - Что ты такое говоришь? Бог тебя покарает за твое сквернословие, - Сону пожал плечами, держа свой путь к одной из дверей на улицу. - Куда ты пошёл? Найди детей и приведи обратно. - Дороги назад нет. Настал ваш судный день. Я не бог, поэтому вас я действительно покараю за все грехи. С каждого спрошу. В Аду. Сону хотел коснуться иконы на стене, но над ней висел особой защитный слой. Силам тьмы к такой нельзя прикасаться, иначе на коже останутся ужасные шрамы. На попытки женщины приставать к Сону с ее требованиями, парень просто посильнее огрел её по затылку с локтя, чтобы она упала на пол без сознания. Она уже не так молода, чтобы терпеть такое. Сону запирал каждую дверь, а окна выбивал самостоятельно. Если они попытаются вылазить через разбитое стекло, то велят умереть от ранений. Доставать каждый осколок слишком долго и болезненно. В любом случае можно позаботиться о них и добить каждого, если их господь решит защитить приспешников Дьявола. Сону отдирал с пола всё то, чем можно ударить неугодных ему людей. То ему нужны были деревянные половицы, то он брал в руки стекло из разбитых окон. Острые края не могли его ранить, а занозы не могли залезть под ногти. Даже если такое случится - Сону это больше не волновало. Он не представлял условия, в которых он мог бы мучаться от боли. - Где же эта трусливая карга? - на выдохе прошептал он, заглядывая в комнаты служителей. - Нет, неужели она сбежала? Сону закрыл за собой дверь в здание. Просто он знал, что некоторые взрослые имели проблемы со слухом, но при этом все равно не обладали хорошим характером, что всё равно раздражало Сону. Никто здесь не вызывал у него сочувствие. Через одно и окон он увидел силуэт старой идиотки, пытающейся спасти свою дряхлую задницу. - Скотина! - подобрав полы длинной юбки женщина бежала к маленькому лесочку, чтобы забыть об этом месте. - Далеко не убежишь. Можешь даже не пытаться. В общем-то, Сону еще не чувствовал себя уверенно в своем новом теле. Ему было немного непривычно использовать те же силы, которыми обладал Сонхун. Например, он очень любил шалить с помощью воздуха и возникать из него же в темноте. А Сону сможет контролировать какие-то неодушевленные предметы? Ветер его не интересует. Это уже заезженная пластинка. Ему хочется более разрушительную силу, стирающую все на своем пути. - Отстань, исчадье ада! - завопила женщина. Совсем переоценила свои силы. - Лучше бы смотрела себе под ноги! - Сону ускорил темп, когда монахиня с визгом упала на траву. - В том-то и дело, что меня родили обычные люди. Просто мой отец продался дьяволу за то, чтобы я жил, а потом покончил с собой. Теперь же терпит его истязания каждый Адский день, потому что тот не может насытиться его глупостью. К сожалению, ему передались и воспоминания Сонхуна. Так что он досконально знал каждый момент своей жизни, начиная почти с рождения. Отец был слишком глуп и слаб, когда решил покончить с собой. По итогу он до сих пор в рабстве. Так ещё и мать страдает вместе с ним просто так. Ту бедную девушку Сону обязательно пожалеет, когда его душа попадет домой. - Зачем ты выкол себе глаз? - а вот тут она была права. - Зачем ты меня преследуешь? Отпусти меня. - Еет, старая ты идиотка, - Сону рассмеялся во весь голос, наблюдая за страданиями женщины. - Думаешь я прощу тебе все разы, когда ты меня порола? Да ты надо мной просто измывалась. Старая карга. Я тебе никогда этого не прощу. Смысл перед ней оправдываться? Пытаться доказать, что из-за неимоверной боли Сону от отчаяния выколол свой глаз, чтобы облегчить страдания? И ведь боль реально ушла на какое-то время. А на замену ей пришло облегчение от наступившего абсолютного всевластия в Аду и на земле, полной ничем не очищенных людей. - Чертово исчадье ада! - завопила женщина. - Уйди от меня! Уйди обратно к себе в ад. - Только вместе с тобой. Вместо того, чтобы прикончить женщину на месте, Сону схватил ее за ногу и потащил по траве обратно в сторону здания. Она ничем не отличалась от остальных сослуживцев, поэтому и заслужила такую же участь. Сону соберет их всех вместе, как тараканов, если ему понадобится. Крысы первыми бегут с тонущего корабля. Вот он легко поймал одну из них за облезлый розовый хвостик. Женщина брыкалась и пыталась вырваться, постоянно намереваясь пнуть своего мучителя. Но нечеловеческая силк в нём помогла сжать лодыжку до хруста. - Отпусти! Мне же больно! - она извивалась как червяк, хватала кусты травы руками и рвала ее. Но Сону не намеревался уступать и жалеть. Затащить в здание он решил через другой вход, чтобы никто не попытался перехватить его и предотвратить массовое убийство. К сожалению, теперь преимущество было на стороне Сону. Вся та божья часть, наблюдавшая за ним с небес, закрыла глаза на его действие. У бога были свои любимчики. Среди присутствующих их не было. Женское тело лежало на полу без движения. Она уже не могла вскочить на ноги и убежать, поэтому просто ждала, когда Сону с ней что-то сделает. - Сука ты, - прошипел парень, наступив на ее хребет тяжелым ботинком. - В твоих интересах сказать мне, где Джэвон держит свою дочь. - Что ты несешь, маленький ублюдок? - на одном дыхании пролепетала женщина. - А ком ты? - Где Шин Джэвон держит свою дочь Чекён. Ты знаешь, о ком я. Я знаю, что ты его, тварь, покрывала, - Сону надавил на нее сильнее, требуя ответ. С новыми силами он мог спокойно приоткрыть завесу, за которой пряталась маленькая беспокойная человеческая душа. Именно так Сону и узнал, что в душе Чонвона метались мысли о "покаянии" какого-то ублюдка. Только из-за того, что он спокойно выдержал его мерзкое признание и не мог никак помочь бедной девочке. А из мыслей гнилой тетки узнал, что она же постоянно и покрывает этого мерзкого мужчину, придумывая ему всё новые и новые оправдания. Тот взамен поставлял в их церковь нормальную еду, лишь бы бог на него не злился за мерзкие поступки. Теперь на плечах Сону лежала ответственная миссия. Он должен был вершить свой мир, в которым каждый человек эгоистичен и считает исключительно хорошим только себя. Настанет расцвет цинизма, высокомерия и, конечно же, прекраснейшей гордыни.

Сону начнет свершать свой мир. Будет являться людям в их самых страшных и больных фантазиях.

Но только один ангел будет шептать его имя. И зовут его Ян Чонвон.