Соседская головная боль и детектив на выданье

Вторая половина октября в Лондоне выдалась скверной: промозглый ветер, моросящий дождь и предчувствие приближающейся зимы. Шерлок Холмс, удобно расположившись в кресле, задумчиво перебирал в руках потрепанный томик “Этюдов в багровых тонах”, когда тишину Бейкер-стрит нарушил оглушительный грохот. “Черт возьми!” - выругался Ватсон, выглядывая из-за газеты. - “Что это было?” Шерлок, не отрываясь от чтения, лишь хмыкнул. “Кажется, наше соседство пополнилось еще одной жертвой иммиграционного кризиса. Судя по звуку, которая-то из новоприбывших дам уронила что-то тяжелое.” Не успел Ватсон возразить, как в дверь постучали. Нетерпеливо и, как показалось Джону, несколько нервно. “Войдите!” - крикнул Шерлок, наконец оторвавшись от книги. В комнату, запыхавшись, влетела девочка-подросток. Её длинные, иссиня-черные волосы были слегка растрепаны, а щеки алели от румянца. Одета она была в простенькое, но элегантное платье, которое явно было не по погоде. Глаза, глубокие и выразительные, цвета морской волны, блестели от возбуждения. “Здравствуйте!” – выпалила она на ломаном английском, замирая на пороге. “Я… я ваша новая соседка. Меня зовут… Арина. Арина Сергеевна. Из России.” Шерлок, смерив гостью пронзительным взглядом, кивнул. “Мисс Сергеевна. Что привело вас в наши скромные обители?” Арина неуверенно прикусила губу. “Простите, я… Я хотела спросить… У вас случайно нет… торта?” Ватсон удивленно поднял брови. “Торта? В такое время?” Арина, не обращая на него внимания, нервно переминалась с ноги на ногу. “Просто… Я думала… Если у вас есть торт… Я помню, что у русских соседей был торт… В холодильнике…” Шерлока заинтересовало. “И что же вас так заинтересовало в нашем холодильнике, мисс Сергеевна?” Арина выдохнула, словно набираясь смелости. “Я… Я хотела сказать, что там… Там голова…” Лицо Шерлока не дрогнуло ни на йоту. Ватсон же, напротив, поперхнулся и выронил газету. “Голова?! В вашем холодильнике?! - воскликнул он. - Кто же ее туда положил?” Арина пожала плечами. “Я не знаю. Я только что проснулась. Была уверена, что это торт. Знаете, такой, с кремом…” Она сморщила нос, прежде чем выдала: “А потом увидела глаза. И… Кажется, это не торт…” Шерлок, наконец, отложив книгу, поднялся с кресла. “Полагаю, нам стоит ознакомиться с этим ‘тортом’. Мисс Сергеевна, не соблаговолите ли вы проводить нас?” Арина, лучезарно улыбнувшись, кивнула. “Конечно! Только… Вы, пожалуйста, не пугайтесь. Я не очень боюсь…” В кухне, освещенной тусклым светом, царила атмосфера абсолютного хаоса. Разбросанная посуда говорила о спешке, а на столе валялись огрызки яблок и полупустая бутылка вина. Шерлок, оценивающе оглядев обстановку, направился к холодильнику. “Ну что ж, посмотрим, какой у нас ‘торт’,” - пробормотал он. Арина, затаив дыхание, наблюдала за его действиями. Ватсон же стоял в сторонке, бледный как полотно. Шерлок открыл дверцу холодильника. На одной из полок, в прозрачном контейнере, покоилась человеческая голова. Глаза, стеклянные и неподвижные, смотрели прямо на него. Арина, как и обещала, ничуть не испугалась. Она лишь хмыкнула и, скрестив руки на груди, задумчиво произнесла: “Странно. Неужели, она не почувствовала, что ее отрубили?” Шерлок, не отрывая взгляда от головы, повернулся к Арине. “Что вы имеете в виду?” “Ну, обычно, когда кого-то убивают, он пытается сопротивляться. Кричит, брыкается. А это… Просто лежит себе. Спокойно.” – она пожала плечами. – “Да и вообще, интересно, зачем ее сюда положили? Может, на шашлык?” Ватсон, не выдержав, отшатнулся от холодильника. “Мисс Сергеевна, я… боюсь, не понимаю вас.” Арина рассмеялась, и ее смех прозвучал в этой жуткой обстановке совершенно неуместно. “Да я и сама себя не понимаю! Просто… Забавно. Вы не находите?” Шерлок же, наоборот, был заинтригован. Он заметил в характере Арины искру, которая ему нравилась. Смелость, любопытство, нестандартный взгляд на вещи. И, что немаловажно, полное отсутствие ханжества. “Мисс Сергеевна,” - обратился он к ней, - “вы, кажется, обладаете незаурядным уровнем наблюдательности и… специфическим чувством юмора. Не желаете ли вы принять участие в расследовании этого ‘торта’?” Глаза Арины загорелись. “Конечно! Но я ничего не смыслю в расследовании…” “Не беспокойтесь. Учиться никогда не поздно.” - Шерлок вновь обратил внимание на голову. - “Для начала, нам нужно установить личность жертвы. И, возможно, выяснить, кто же этот гениальный кондитер…” Так началась их необычная дружба. Шерлок, к своему удивлению, обнаружил, что Арина – не только сообразительна и сообразительна, но и обладает феноменальной памятью. Она быстро запоминала детали, подмечала нюансы, на которые он сам не обращал внимания. Арина, в свою очередь, была восхищена интеллектом Шерлока, его умением анализировать и делать выводы. Они играли в шахматы (Арина, к удивлению Шерлока, часто выигрывала), читали книги, спорили о жизни и смерти, делились секретами. Шерлок, сам того не замечая, начал заботиться о ней. Однажды, когда Арина заболела и слегла с высокой температурой, он принес ей суп, который сам приготовил, и всю ночь сидел у ее кровати, читая вслух. Он помогал ей с учебой, объяснял сложные математические задачи, учил правильно произносить английские слова. Арина, в свою очередь, рассказывала ему о русской литературе, о своих мечтах и страхах. В какой-то момент Шерлок осознал, что стал для Арины больше, чем просто другом. Он стал для нее тем, кем должен был быть ее отец. Он видел в ней не просто любопытного подростка, но и человека, которого нужно защищать и оберегать. Однажды, когда Арина, поссорившись с отцом, сбежала из дома и спряталась в парке, Шерлок нашел ее. Она сидела на скамейке, вся в слезах, и безутешно рыдала. Шерлок сел рядом. “Что случилось?” - мягко спросил он. Арина, всхлипывая, рассказала ему о своих обидах, о чувстве одиночества и ненужности. Шерлок внимательно выслушал ее. “Помни, Арина,” - сказал он, положив руку ей на плечо, - “ты никогда не одна. У тебя всегда есть я. И я всегда буду рядом, чтобы защитить тебя.” Он помог ей помириться с отцом, но при этом убедил его уделять дочери больше внимания. Понимание, когда Арина, хоть и не всегда, смогла найти общий язык с отцом. И вот, когда Шерлок и Арина, в очередной раз, вместе расследовали очередное дело, Шерлок заметил, что девушка уже не так безучастна к трупам. Она все еще находила их интересными, но в ее глазах читалась грусть. “Шерлок, а что будет, если… если я вырасту и перестану быть такой?” - тихо спросила она. Шерлок улыбнулся. “Тогда ты станешь еще интереснее, Арина. А я буду рядом, чтобы это увидеть.” Он обнял ее, и Арина почувствовала, как тепло и спокойно у него в объятьях. Она поняла, что у нее есть не только друг, но и человек, который всегда будет рядом. Человек, благодаря которому она будет знать, что она не одинока. И что, несмотря ни на что, она всегда сможет рассчитывать на его помощь.