Прекрасный, трагичный, опасный – архетип «Роковой мужчина» в литературе, фанфикшне и кино

      Настала пора поговорить об архетипе, который редко затрагивается в посвященных литературе блогах, подкастах и сообществах. Роковой мужчина (male fatale) — интереснейший и многогранный образ, который встречается нам в литературе и кино, а также частенько обыгрывается в фанфикшне, но намного реже обсуждается по сравнению со своим «женским» аналогом — роковой женщиной (femme fatale). Причина того, что блогеры не особо хотят затрагивать своим вниманием этот любопытный для препарирования и обсуждения архетип, на мой взгляд, достаточно банальна: образ рокового мужчины — притягательный, пленяющий, вызывающий неподдельный интерес во всех смыслах этого слова. Но притягивает, пленяет и вызывает интерес он у женщин. А порассуждать о литературе у нас любят мужчины. А рассуждают они, как повелось, через призму своих патриархальных стереотипов, страхов перед женской сексуальностью и независимостью, вредных для женщин общественных установок и тому подобное. Сам архетип «рокового» соблазнителя и даже агрессора в патриархате нормализован (мужчина — воин, завоеватель, покоритель, мститель), а потому в поведении роковых мужчин для мужчин (многие из которых себя таковыми и считают по жизни) ничего особенного и любопытного, вроде как, нет. Образ его ассоциируется с романтизацией насилия, ему прощается больше, чем коварной и жестокой femme fatale, его нехорошим поступкам находятся оправдания (мама в детстве не любила, девушка в юности бросила или довела… ну, как обычно). Давайте же сорвем печать молчания с архетипа «Рокового мужчины» и пробежимся по основным и самым любопытным аспектам его личности, его чертам и характеристикам, которые, собственно, и делают его роковым, приведем примеры таких героев в произведениях классиков и современных авторов и режиссеров! А еще научимся создавать образ рокового мужчины самостоятельно и отличать этот архетип от близких его образу трикстеров, мавериков и «лишних» людей. Какой он, ваш (да и наш, чего уж там) роковой мужчина? Что мы вообще вкладываем в понятие «роковой»? Почему один герой может считаться таковым, а другой нет? Магнетизм. Особая, ни на что не похожая и ни с чем не сравнимая притягательность, всегда присущая роковому мужчине — это первое, что бросается в глаза, когда мы говорим о таком персонаже. Это сочетание харизмы, острого ума, загадочности, аристократичной выдержки, правильных черт, бледной кожи, изысканных манер и какой-то «изюминки» характера (страстность или наоборот — холодность, или же умелое сочетание того и другого), делающее такого мужчину объектом сначала внимания, а потом интереса, желания и, конечно, обожания впечатлительных героинь и читательниц. Он «цепляет» сразу, с первого взгляда, его появление вносит особую атмосферу в любое общество, в которое он входит. Все взгляды направлены на него. О нем сплетничают, им восхищаются, ему подражают, его тайно или явно ненавидят, наконец, его боготворят. Но никто не в силах остаться равнодушным к этому персонажу. Сексуальная доминантность. Из магнетизма, смеси различных приятных женским сердцам и глазам личностных и физических качеств героя, проистекает его сексуальная составляющая. Он не просто смазливый, он соблазнительно, нетривиально, опасно красив. А еще гипнотически привлекателен. Авторы через своих героев отмечают его особый пронзительный взгляд, глубину или необычный цвет глаз. Другим частым «оружием» в игре флирта у рокового героя является его голос. Этот голос может быть бархатным, серебристым, баритональным, вкрадчивым, мужественным. Иногда говорится об его улыбке, походке, осанке, стати. Волосы и руки рокового мужчины также нередко с особым вниманием описываются (или демонстрируются) нашему вниманию. Но как бы ни было, а все вместе его особенности и черты создают необыкновенную, экстраординарную притягательность. Порой такая притягательность граничит с агрессией. Героини и читательницы не могут устоять, хотя герой, казалось бы, даже не направляет (открыто) свои внимание и действия на завоевание женщины. Вот это «он ничего не делает, а они сами штабелями укладываются к его ногам», это о нем, о роковом мужчине. Даже «ничего не делая», а на деле делая что-то скрытно, незаметно, неявно или манипулятивно, роковой мужчина крепко держит в своих холеных красивых руках контроль над динамикой и развитием отношений с «жертвой». При этом, в классическом своем варианте, роковой мужчина не способен на здоровую привязанность. Амбивалентность. Или, проще говоря, неоднозначность. Роковой мужчина, как правило, не злодей и не чистый антагонист. Это сложный персонаж, носитель так называемой «серой морали», зачастую, с трагической подоплекой, какими-то травмировавшими его событиями из прошлого: предательствами, потерями, крахом иллюзий и надежд. Его лишения, страдания, духовные метания, трагедии и т.п. могут вызывать симпатию и сочувствие как у героев, так и у читателей. Они же и оправдывают в глазах публики неблаговидные поступки рокового мужчины. Что характерно, во всех его бедах и горестях прослеживается рука судьбы, неумолимого рока… Фатализм. И, как правило, достаточно мрачный. Встреча с роковым мужчиной часто воспринимается как предначертанная свыше, но ведущая к неотвратимой гибели. Мотивы предначертания, предназначения, «кармических отношений», как сказали бы современные астрологи, красной нитью проходят сквозь каждое появление этого персонажа. Автор намекает, что фатум — великая сила, управляющая миром, посылает женщине этого человека. Он ассоциируется со злым роком, с «несчастной долей» героини и пришел, чтобы погубить ее своими действиями, своей любовью, одним своим появлением в её жизни подтолкнуть несчастную к гибели. Такой мужчина часто связан со всевозможными мистическими тайнами, загадками, в нём есть что-то демоническое, что-то тревожное, из-за чего интуиция героини не раз шепчет ей «Беги!». Также это может быть «бытовой» или «социальный» фатализм — разрушительные страсти, классовые конфликты, в которые вовлекает женщину (или мужчину) роковой персонаж. Разрушительность. Пришел роковой мужик — жди потерь (это как минимум). И хорошо, если потеряешь только положение в обществе, покровителей и репутацию (честь и доброе имя), или просто пострадаешь какое-то время от трагической любви. Обычно же история отношений с роковым мужчиной заканчивается моральным падением (попаданием на самое дно жизни) второго их участника (или сразу нескольких участников) и его безвременной кончиной. Кончины могут быть разные — самоубийство, убийство кем-то из ревнивых или просто жестоких, злых и завистливых героев с черными душами, смерть от воспаления легких, лихорадки, малярии, родовой горячки, укуса змеи, яда, побоев, ранений в бою/в драке/на дуэли (с этим же роковым красавцем) и даже от несчастного случая (разумеется, подстроенного злодейкой судьбой). В некоторых, особо экзальтированных сюжетах, дамы умирали просто от ужасного потрясения, вызванного поведением рокового героя (Антония у Шарля Нодье в «Жан Сбогар», Кэтрин Эрншо в «Грозовой перевал»). Примеры в литературе и кино: Кто сразу же приходит на ум, когда вспоминают о роковом мужчине? Вампир, конечно. Князь из Валахии, Влад Цепеш, более известный, как граф Дракула (Брэм Стокер и экранизация Ф.Ф.Копполы с великолепным Гари Олдманом). Этот персонаж — эталонный роковой мужчина со всеми признаками и атрибутами образа. Дон Жуан (о котором писали Мольер, Пушкин и Байрон, а Моцарт сочинил оперу) — классический роковой соблазнитель, ведущий женщин и самого себя к страшной гибели и посмертным мукам в приютившем прелюбодеев круге ада по Данте. Атос, граф де Ла Фер — роковой мужчина в жизни жены, оказавшейся femme fatale. Здесь у нас любопытнейший дуэт роковых натур: Атос и Миледи. Он хорош как в оригинальном романе, так и в многочисленных экранизациях. Эдмон Дантес, которого мы знаем как графа Монте Кристо (да, титул графа, как видим, уже сам по себе является роковым) — роковой мститель. Загадочный, холодный, красивый, изысканный, баснословно богатый и смертоносный для друзей-предателей и нечистых на руку госчиновников. На самом деле таких персонажей (а также мужских характеров, носящих лишь некоторые черты рокового мужчины) достаточно много. Ланцелот, Хитклифф, Эдвард Рочестер, Жан Сбогар, он же Лотарио (привет любителям французских романтиков 18-19 веков), герои Байрона, Дориан Грей Уайльда, лермонтовский Демон, Эрнани В.Гюго. Даже всем знакомых: Алексея Вронского, Евгения Онегина, Ставрогина из «Бесов», Печорина, Мастера Булгарова и еще кучу народу можно отнести к героям с чертами и признаками рокового мужчины. Не в мистическом, а в бытовом, реалистическом смысле. А что у современных писателей и писательниц? Роковой ли у нас Кристиан Грей из нелюбимых мною «Пятидесяти оттенков…»? Что у нас с Эдвардом Калленом из также не особо почитаемой саги про «Сумерки»? А это у нас нестандартные примеры рокового мужчины или роковые мужчины нового поколения (роковой, но с моралью), доказывающие, что архетип может эволюционировать. Они сочетают совершенно стандартные черты архетипа male fatale с необычной и неожиданной для подобного персонажа альтруистичностью. Как внешне, так и в поступках своих (поначалу), они кажутся стопроцентно роковыми. Тут и сверхъестественная притягательность, и опасность для героини, и трагическая предыстория, и страсть как угроза. Но что-то, по воле писательниц, идет не по плану. Они сознательно выбирают борьбу со своей губительной для героини природой/наклонностями и ограничивают себя, чтобы не навредить возлюбленной. Эдвард и Кристиан ставят благополучие любимой выше своих желаний, они считаются с женщиной, им не плевать на ее чувства, на ее физическое самочувствие и комфорт, на ее будущее, на ее жизнь. Они, как это ни парадоксально, не играют в игры с той, которая покорила их сердце. Эволюционировавшие варианты рокового мужчины из современной литературы. Это по-прежнему роковые мужчины, но у них появляется мораль. Важным моментом является и то, что героини, Бэлла и Анастейша, сознательно идут на риск, желая быть с своими «половинками». Каждая понимает, какую именно опасность несет контакт и общение с таким мужчиной, но в том-то и проявляется «роковость» персонажа — «жертва» не в силах устоять перед соблазнителем. Оба парня — идеалы для читательской аудитории, опасные, но преданные и любящие, с ними есть эротическое напряжение, накал страстей, но они — романтики, которым сопереживаешь, а не антигерои, которых осуждаешь и боишься. Кстати, тенденция к слому и разрыву шаблонов — «не-роковой» вампир, еще радикальнее проявляется у Стефани Майер в образе приемного отца Эдварда, Карлайла Каллена. Маверик. Не роковой, но притягательный и опасный. Что вы знаете об этом архетипе? Этот парень — один из моих любимцев. Маверик — человек (мужчина), идущий против системы, не подчиняющийся её правилам. Он — бунтарь, анархист, очень независимый, самоценный, но с выраженными лидерскими качествами. Обладает яркой, запоминающейся харизмой, притягивая других своей нестандартностью, нонконформизмом, непримиримостью в борьбе с устоями, правилами, рамками и т.д. Яркие представители архетипа «маверик»: Нео из «Матрицы», Хан Соло из «Звездных Войн», Доктор Хаус из одноименного сериала. Иногда герой может сочетать в себе два эти архетипа: маверик и male fatale, поскольку у обозначенных архетипов есть точки соприкосновения. Оба они опасны — связь с ними грозит последствиями, оба обладают магнетизмом — невозможно их игнорировать, не увлечься ими и, наконец, оба они не вписываются в нормы, бросая вызов обществу и его устоям. Примеры персонажей, сочетающих в себе оба типажа: Джеймс Бонд, Ричард Шелби («Остров Сокровищ»), Локи у Марвел, Антон-Румата Эсторский в «Трудно быть богом». Ну а в фэндоме по легендариуму «Сильмариллион» Дж.Р.Р.Толкина кто, по-вашему, самый главный маверик-male fatale? Мы плавно подходим к разделу... Роковой мужчина в фэнтези. Поскольку мы уже поговорили об Эдварде Каллине, переходим к примерам из эпоса Толкина про сильмарилы. Самым интересным, глубоким, трагичным, талантливым и бунтующим персонажем легендариума, органично сочетающим в себе как архетип «роковой мужчина», так и архетип «маверик», назначается Феанаро Куруфинвэ (Феанор). Он бунтует против Валар (они его проклинают, не в силах остаться равнодушными), будучи независимым и уникальным в своем роде гением. Он ведет нолдор за собой, как настоящий харизматичный лидер. Его страсть к сильмарилам губит его самого и его близких, его привязанность (к сыновьям и отцу) приводит всех их к трагичной участи. Его месть разрушительна и болезненна (для Нэрданели, Нолофинвэ и прочих нолдор). Его путь ведет к несчастьям и, в конечном счете, к гибели. Фауст Гёте и Гамлет Шекспира в одном флаконе, только в тысячи раз масштабнее. Роковой мужчина уровня мировой катастрофы, Феанор, губит не одну женщину (и не одного мужчину), он обрекает на мучения и смерть сотни и тысячи женщин, мужчин и детей. Другими примерами архетипа «роковой мужчина» (и маверик тоже) у Профессора можно назвать Турина Турамбара (погубил Финдуилас и Ниэнор), Берена и Арагорна. Да, эти двое стали роковыми для своих возлюбленных, лишив их бессмертия, изменив их судьбы. Есть черты «рокового мужчины» в Эоле, есть они в Куруфине и Келегорме. У других авторов фэнтези я бы выделила ещё пару роковых мужчин: Геральта из Ривии в серии «Ведьмак» (тоже сочетание male fatale + маверик) А.Сапковского, а также Рокэ Алва (куда без него?) у Веры Камши в «Отблески Этерны». Как написать рокового мужчину? Лучше спросить: как написать подобного персонажа, не скатываясь в «звенящую пошлость», штампы и обойдя, по возможности, общие места? Многие фикрайтеры поступают следующим образом: берут рандомного каноничного персонажа и пытаются натянуть на него образ рокового мужчины, превращая персонажа в глобус, а образ — в сову. Роковыми мужчинами пытаются делать: Снейпа, Люциуса Малфоя, его сынишку Драко, Волан-де-Морта и вообще почти каждого из персонажей книжек Джоан Роулинг, кому фанаты вообще когда-либо приписывали какие-либо романтические/любовные линии. Роковой мужчина — это про фатальность и страсть, а еще про власть над «жертвой», вторым участником отношений. Необходимо, при создании образа (с нуля), соблюсти баланс между трагедией персонажа, его харизмой и разрушительной силой его присутствия/личности/ страсти. Очень сложно превратить не рокового каноничного героя, принадлежащего к другому архетипу, в рокового мужчину. Такой ООС требует перестройки сюжета, перестройки и подстройки характеров других каноничных персонажей, ввода в сюжет различных «подставных» ОЖП и ОМП, которые будут выполнять в нем роль подпорок для такого превращения. Точка невозврата. Событие, которое ломает героя. Ведь роковыми мужчинами не рождаются. Ими становятся в результате трагедии. Необратимой, личной, калечащей душу. В «Овод» Э.Л.Войнич таким событием для Артура становится «предательство» духовного учителя и возлюбленной. В «Граф Монте Кристо» — подлый донос, заключение в замке Иф, потеря всего. У Феанора такой точкой невозврата стали убийство Финвэ и кража сильмарилей. Двойственность. «Двойная» природа персонажа, делающая его холодным внешне, но пылающим изнутри. Он сдерживает чувства, подавляет эмоции. Он циничен, но глубоко страдает. Он ранит других, но его собственное сердце истерзано и кровоточит. Вообще, чем острее контраст и противоречия в его образе и природе, тем роковой мужчина убедительнее. Связь с возлюбленной/возлюбленным через фатум. Без романтики и любви не обойтись, именно через романтику образ male fatale себя и раскрывает. И со «второй половиной» наш роковой мужчина должен быть связан самой судьбою. Совместные воспоминание о детстве и юности. Осознание героями невозможности отказаться от «отношений», связи, любви и т.д. особо приветствуются в таких случаях. Здесь важно избежать клише «палач — жертва». Возлюбленная (или возлюбленный) рокового мужчины — это активный персонаж, он/она действует, принимает самостоятельные решения, сам/сама делает выбор и так далее. «Роковые» детали. Обыграйте внешность, сделав ее по-настоящему притягательной, искушающей, манящей. При этом, даже внешняя оболочка рокового мужчины должна показывать читателю его опасность для других героев. Имя (или несколько имен) — благородное, звучное, красивое, элегантное. Роскошная, но темная, неброская одежда (или можно создать ему неповторимый стиль, выгодно отличающий его от окружающей обыденности и серости). Эксцентричные привычки и манеры. Особый акцент в речи или употребление необычных слов/словосочетаний/оборотов речи. Дайте роковому герою интересное занятие — профессию, хобби, то, в чем он действительно показывает класс и на десять голов превосходит других героев. Это умножит его ценность и цельность. Никаких застывших форм, кальки (клише), штампов. Никаких тропов в стиле «он был злым (непонятно, почему), но внезапно стал добрым (благодаря любви к героине)». Это очень заезженный и нелюбимый (мягко скажем) сюжет в романтической литературе. Он убивает и пафос, и сюжет, и в целом губит всю проделанную автором работу. То же самое хочется сказать и о «спасении» и направлении рокового мужчины «на путь истинный» влюбленной в него героиней. Финал может быть открытым, печальным, но оставляющим надежду на обретение героями покоя, или же трагичным — история заканчивающаяся гибелью героя или героев. В заключение: Мы с вами не коснулись в данной статье архетипа femme fatale, его отличий от рокового мужчины, а также не разобрали разобранный еще в школе, на уроках литературы, образ «лишнего» человека, который, как и маверик, может совмещать в себе оба архетипа, то есть, быть роковым мужчиной и, одновременно с этим, лишним человеком (как Онегин или Печорин). «Лишний» человек не всегда роковой мужчина. Обломов у Гончарова и Чацкий у Грибоедова просто «лишние». «Роковой мужчина» — это не злокозненный антагонист, не трикстер, не «лишний» человек, не маверик (хотя они близки) и не просто очередной смазливый тип в поле зрения героев, а персонификация девиантных, запретных, «грешных» желаний женщины (или мужчины), которая непременно должна привести к падению. Опасность и соблазн в диком коктейле с эмоциями «на пределе», внутренними конфликтами, драмами, мартини, абсентом, водкой, джин-тоником или ещё чем-то, от чего срывает башню, уносит ветром, затягивает в водоворот. Трагичность, темное или загадочное прошлое делает рокового мужчину даже более запоминающимся, чем его «жертва» или главный герой. Он не всегда сознательно хочет навредить. Его намерения могут быть честными, благими, лишенными агрессии. Но его природа, судьба, травмы из прошлого, делают его опасным. Можно сказать, что его разрушительность оправдана его предысторией. Над ним и теми, с кем он сближается, словно довлеет какое-то проклятие (элемент мистического). Не следует путать его с другими архетипами, например, с токсичным мужчиной «с ранимой душой» (паттерн поведения, который романтизируется в современной массовой традиционалистской культуре). Рядом с токсичным архетипом «настоящего мужчины» — сурового, безэмоционального, абьюзивного, жестокого мудилы, у которого «глубокая и ранимая» душа, как правило, увы и ах, находится женщина-спасительница, жена-мать, жертва на заклании, «исцеляющая» мужчину своей любовью. Такой во-первых, что называется, даже рядом не стоял с величавым и манящим роковым красавцем, о котором речь, а во-вторых, очень неприятен женщинам и мужчинам с адекватной самооценкой, не желающим играть роли жертвы и спасателя. Роковой мужчина в спасении не нуждается. Он его отвергает. Сам сюжет построен так, что становится очевидно — его не спасти. Ему не помочь. Рука судьбы ведет его к падению и разрушению. Он гибнет (иногда сознательно, с гордостью, с горечью), а его возлюбленная/возлюбленный чаще всего готова/готов погибнуть вместе с ним. Роковой мужчина в литературе — это предупреждение, обращенное к читателям. «Грозовой перевал» и подобные ему романы, отнюдь не пособия по романтическим отношениям, с которых всем девам, желающим «простого женского счастья», необходимо брать пример. Но из-за искажения восприятия люди часто видят эту книгу, любовь Кэтрин и Хитклиффа в ней, как инструкцию и чуть ли не руководство к действию. Они путают художественный образ с реальностью, игнорируя контекст: Хитклифф — трагичен и глубок, а реальный абьюзер мерзок и опасен. Не перепутайте!