Клеймо.

«Ты никогда не научишься?» — промурлыкал Шэдоу,  держась за подбородок Пур Ваниллы. Ванилла отвел взгляд, изо всех сил стараясь игнорировать зверя, вместо этого сосредоточившись на клейме, нагревающемся в пламени. Он мог видеть, как кончик железа стал ярко-красным и желтым, заставляя его дрожать от страха. «Не игнорируй меня, Ванилли». Шэдоу предупредил, его глаза были холодными, и он схватил руку Ваниллы с такой силой, что тот испугался, что она сломается. Ванилла резко поднялся, чтобы посмотреть на Шэдоу, его губы дрожали, когда он тихо проговорил «Хорошо», изо всех сил стараясь обратить внимание на Шэдоу. «Кажется, кажется.. Кажется ты забыл, что будет иначе, м-и-и-лый!» — продолжал Шэдоу, его руки блуждали по телу Пур Ваниллы. Прикосновение Шэдоу Милка ощущалось так, будто он был в огне, как будто шут уже навязывал ему клеймо. Он хотел, чтобы это прекратилось. «..Нет», — пробормотал Ванилла, который уже не раз подвергался наказаниям со стороны Шэдоу. Каждый раз, когда он вспоминает в мельчайших подробностях, воспоминания сами по себе заставляют его хотеть вырваться из объятий другого. «Я был слишком снисходителен к тебе». Шэдоу щелкнул языком, наигранное разочарование проступило на его лице. «Все сбежали и без тебя, но должно быть, плачут на холоде совсем одни. Это все твоя вина.. Твоя-я-я». Ванилла знал, что Шэдоу пытается действовать ему на нервы, пытаясь сделать его соучастником; но он также знал, что остальные, вероятно, борются на воле совсем одни. Ему нужно было вернуться к ним. «Если бы ты не придумал этот свой дурацкий план побега, вы бы просто вернулись в свои покои на ночь и не беспокоились друг о друге. Но вы решили не послушаться меня, и посмотрите, где вы сейчас находитесь», — презрительно сказал Шэдоу, его руки нырнули под рубашку Ваниллы, ощупывая его грудь. «Но к счастью для тебя, я думаю, что ты довольно забавный, Ванилли. Вот почему я даю тебе более мягкое наказание» Ванилла замер. Что он имел в виду под «более мягким»? «Так что, обращай внимание только на меня и не пытайся уйти, ладно?» — проворковал шут, и Пур замер, почувствовав, как Шэдоу укусил его за плечо. Теперь он понял, что он имел в виду под «более снисходительным», он не хотел этого. Он хотел быть один, с друзьями.. Да с кем угодно, лишь бы свободным и счастливым. Шэдоу продолжал оставлять засосы на шее и плече Ваниллы, предпочитая игнорировать его дрожь. Его мысли блуждали далеко, куда бы они ни отправились, чтобы не иметь дела с реальностью. Его грезы быстро прервало то, что шут скользнул под поддол его платья, схватив его твердеющий член. «И кое кто ещё отрицает? Ну же, Нилли, признайся, что любишь меня» — поддразнил Шэдоу, сжимая член Ваниллы. Нет, он действительно не хотел. Его тело предало его, он хотел, чтобы все прекратилось. Его лицо исказилось в смеси замешательства и отвращения, когда он почувствовал, как Шэдоу дразнит его кончик большим пальцем, надавливая, чтобы сделать его болезненным. «Я знаю, что обещал дать тебе лёгкое наказание, но это была чистая ложь.~ Я на самом деле думаю, что те, кто пытается предать меня, заслуживают наказания». Шэдоу заговорил, ухмыляясь про себя. Глаза Ваниллы дрогнули, пытаясь не реагировать. Он не будет подпитывать садизм шута. Он снова взглянул на железо, увидев, что оно почти готово к клеймению. Ванилла стиснул зубы, молясь Богу, который там есть, чтобы Шэдоу был достаточно милостив, чтобы не причинить ему этого. Однако подсознательно он знал, что его молитвы не станут реальностью. Он должен заплатить цену за предательство своего "хозяина". По крайней мере, его друзья больше не столкнутся с какими-либо наказаниями. Его внутренний монолог был разбит и разрушен силой Шэдоу, что тут же ударил его по лицу, оставляя на нем ярко красный след. «Я же сказал, не игнорируй меня», — сказал Шэдоу с энергией, словно он пытался преподнести всё это как очередную игру. «Извини», — воскликнул Ванилла, снова полностью переключая свое внимание на Шэдоу. «Хороший мальчик...» — пробормотал Шэдоу, прежде чем засунуть сухой палец в Ваниллу. Он тут же зашипел от прикосновения, его внутренности горели, боль становилась сильнее с каждым разом, когда Шэдоу вставлял и вытаскивал палец. Он добавил еще пальцев, пока в него не вошли все четыре, сухость заставляла Ваниллу чувствовать себя так, будто его терзают на части, и Ванилла знал, что он жалок; его активно домогались, и он ничего не делал, чтобы дать отпор своему обидчику. Он боялся других наказаний Шэдоу гораздо больше, чем этого. Он отчаянно заскулил от ощущения, что пальцы покидают его задницу, вместо этого чувствуя, как кончик Шэдоу скользит по его отверстию. «Я подготовил тебя достаточно». Шут фыркнул, прежде чем вставить себя внутрь Ваниллы. Каждая секунда казалась вечностью, пыткой, неведомой ему. Если раньше он чувствовал, что его буквально откусывали пальцы шута, то сейчас он чувствует, что его член разделяет его надвое, растягивая его так, что Ванилла еле как держался, чтобы не отключится. «Ты так хорошо меня принимаешь... Так туго...» Шэдоу застонал, вставляя свой член во всю длину внутрь Пура. Мысли другого снова блуждали, в лучшее время. Когда Шэдоу начал тереться членом о стены Ваниллы, он почувствовал, как из его задницы потекла кровь. Шэдоу прикусил губу, слишком сосредоточенный на удовольствии, чтобы беспокоиться о крови, вместо этого используя её в качестве смазки. Ванилла был в тумане, лениво глядя на Шэдоу и пытаясь представить вместо этой мерзкой ухмылки, нежную и мягкую улыбку. «Ох... Ванилла...» Прошептал Шэдоу, ни капли не сбавляя темпа, представляя перед собой полуприкрытый взгляд Ваниллы, пока его собственные глаза, наполненные похотью глазели на тело под ним. Вбиваясь в него безжалостно и нетерпеливо, оставляя томные поцелуи по всему его телу, Шэдоу периодически бил Ваниллу по лицу, убеждаясь, что тот ещё в сознании. « Я так сильно тебя люблю...»  Прошептал зверь себе под нос, представляя как Ванилла отвечает ему взаимностью. Мечта шла вперед, пока Шэдоу хотел страстно поцеловать Ваниллу, прижать его к себе и делать с ним все, что он захочет. Он чувствовал, как его член пульсирует от этой фантазии, игнорируя тяжелое дыхание Ваниллы, когда он безжалостно вбивался в него, слишком сосредоточенный на одной лишь точке. А Нилли, Нилли... А Нилли лишь отчаянно хотел чтобы о нем заботились, любили и ухаживали. Он не должен был заставлять их уходить, они должны были сбежать все вместе. Глаза Ваниллы закатились к затылку, и он громко застонал, пока Шэдоу крепко впился в его бёдра. «Я... Я ненавижу тебя!» — закричал Ванилла, слезы грозили пролиться. Он не услышал, как орет Шэдоу, и даже не почувствовал, как его бёдра сжали сильнее, что наверняка приведет к синякам. Он также не заметил, как рука Шэдоу приблизилась к камину, схватив прут. В один момент он был в блаженстве, представляя, что все будет хорошо. Но его фантазии разбились вдребезги, когда он наконец почувствовал внешнюю силу: мучительную боль от клеймения, приложенного к его шее. Он вырвался из любых мыслей, крича и причитая, когда он чувствовал запах собственной плоти, зверь заставлял клеймение глубже проникать в его шею. Боль была невыносимой, его разум пытался полностью ее заблокировать, пока он продолжал протестовать и кричать. Шэдоу только смеялся про себя, зная, что теперь все будут знать, что Ванилла — его собственность. Даже если ему удастся сбежать, все будут знать, что Ванилла принадлежит Шэдоу, и только Шэдоу. Клеймо было небрежно отброшено на пол, пока зверь сосредоточился на своей кульминации. Он вошел в тесный жар Ваниллы, окрасив его внутренности в белый цвет. Он быстро вытащил его, наблюдая, как его сперма сочится из дыры Ванили. «Ну же, ты хорошо держался, Нилли. Молодец...» — полукомплимент сделал шут, погладив Пура по голове и прежде чем бросить его на пол. «Знаешь, ты разбудил во мне новую идею для нашей следующей игры. Я буду ждать тебя утром здесь!», — приказал Шэдоу, прежде чем выключить весь свет и выйти из комнаты, дверь захлопнулась с тяжелым хлопком. Ванилла свернулся в клубок, плача от боли и унижения, которые он только что испытал. Боль в груди все усиливалась от клейма с подписью Шэдоу, и смесь спермы и крови, стекавшая на пол. Он обнял себя, желая уйти, желая, чтобы это было ужасным кошмаром, желая, чтобы все это прекратилось. Он закрыл глаза, его слезы влажные слезы постепенно остыли, когда он провалился в сон. По крайней мере все его друзья были в безопасности..