Пламя с преисподней.

Находится в аду было не интересно, вечный разврат, крики и пламя за долгие сотни лет уже наскучили, а вот земля была иной. Люди были иными. Кто-то чист, словно ангел, кто-то само воплощение дьявола, все разные, но такие одинаково жалкие. Хану не были интересны людские традиции или их увлечения, ему был интересен секс. С человеком всегда было интересней, чем с демонами. Люди всегда придумывают что-то извращенное, что-то новое, а обитатели ада всегда однотипны. Ранг позволял подняться на поверхность без каких либо проблем, что Джисон и сделал. Понаблюдав за течением людей он выбрал путь айдола. Те всегда были окружены вниманием, девушками и парнями. Его популярность росла неестественно быстро. Голос завораживал высокими и низкими нотами, пальцы двигались по струнам, словно с ними играет само пламя. Его внешность цепляла миллионы человек, а тот лишь хищно улыбался, замечая взгляды целых стадионов. За три года своей карьеры он сполна наигрался с людьми, с ним были красивые и не очень, темные, белые. Но все удовольствие рано или поздно заканчивается, не так ли? Вновь сцена и тысячи завороженных глаз, среди которых Хан зацепился за один. Глаза большие, темно-карие, пухлые губы, которые растягивались в улыбку. Что-то во внешности фаната цепляло. Все свое шоу взгляд демона был направлен на необычного парня. Музыка стихла, свет погас, а хитрый взгляд остался наблюдать за уходящими людьми. — «словно тараканы» — только подумал он презрительно и, покачав головой, все же слез со сцены, хватая зацепившего его парня за плечо. — Не против познакомится? — нагло спросил Джисон, поворачивая к себе удивленного фаната. Парень растерянно моргнул, как будто не до конца понял, что его действительно остановил сам Хан Джисон. Сердце у него било с такой силой, что казалось — оно пытается вырваться наружу, но голос удалось удержать ровным: — Нет… Не против, я Минхо… — завороженно прошептал Ли, будто не веря своим глазам. Да и ушам тоже. — Минхо… — повторил демон, словно пробуя на вкус имя, — красивое имя, мне нравится. Минхо смущенно отвел взгляд. Сердце бешено колотилось в груди, руки слегка тряслись от эмоций. Он попытался отстранится, но его лишь сильнее прижали к себе. Теперь они стояли одни в пустом зале, где-то сзади сновал стафф, привыкший к таким ситуациям. — Понравилось выступление? — спросил Хан наклоняя голову вбок и переводя взгляд с губ на глаза. Ему нравилось следовать глупым правилам людей, он бы с легкостью мог бы сейчас повалить парнишку на стол в своей гримерке, оттрахать до потери сознания и забрать себе его душу как приз, но в человеческом мире так не принято. И Хан принимает правила этих игр. — Да, у тебя чудесный голос, — ответил Ли, краснея от близости. Что-то в нем было иначе, но Джисон не понимал, что именно. Будто Минхо изначально сложнее, чем другие людишки. — Спасибо, детка, — усмехнулся айдол, оставляя легкий поцелуй на щеке Минхо, — сейчас ты намного интереснее, чем любое мое выступление… Глаза старшего переливались жаждой, желанием и чем-то опасным, на секунду Минхо даже показался красный оттенок в темной радужке. — Не против поехать ко мне, Минхо? — руки Хана мягко сжимали чужую талию, а губы нежными поцелуями проходились по шее. Дыхание Минхо сбилось, каждое прикосновение кумира ощущалось как огонь, приятно оставляющий ожог. Невольно с губ сорвался рванный вздох, переходящий в стон. Минхо согласился. Этой ночью они оба удивились самим себе. Хан тому, что пригласил парня к себе в квартиру, хотя больше предпочитал гримерки, те были ближе и фаната прогнать побыстрее можно, с квартирой так не выйдет, но черт походу его дернул пригласить фаната к себе. Минхо же никогда в жизни не согласился бы на быстрый секс, тем более с кем-то мало знакомым и тем, кто всей своей аурой источает опасность. Но для обоих это было разовое исключение. В дороге в чужую квартиру, Минхо не ощущал страха или даже тревожности, как это бывает, зато ощущал возбуждение и не только свое. Рука Хана все время покоилась на бедре Ли и единственная мысль, которая крутилась в голове была о том, как бы побыстрее искусать их, оставить засосы и уткнуться лицом в них. Наконец они поднялись в квартиру артиста, попутно снимая одежду. Зайдя в теплое помещение, Хан принялся целовать пухлые губы, спускаясь ниже к шее, ключицам... Подхватив того за бедра, демон положил его на кровать любуясь желанным телом. Минхо не хотелось делать больно, хотелось доводить до приятной истомы, до дрожи в ногах и звезд в глазах от оргазма. Кто он такой, чтобы отказывать себе в своих же желаниях? Джисон снял с себя мешающуюся рубашку, обнажая свое тело с двумя татуировками, Минхо невольно засмотрелся на в меру накаченные мышцы, движения были грациозными, одновременно резкими, тот двигался словно сам Сатана, управляющий телом младшего. Это пугало и возбуждало. - Ты и вправду совершенен, - вырвалось у Минхо, прежде чем он прикусил губу и покраснел. - То, как ты сейчас выглядишь, выше любого совершенства, - усмехнулся Хан, приподнимая футболку Минхо и проводя языком по его животу. Ли никогда не ощущал себя так уязвимо, но с ним невозможно иначе... Хан целовал медленно, будто насыщаясь желанием партнера. Он смотрел прямо в глаза, не давая отвести взгляда со своего тяжелого взора темных глаз. Демон действовал медленно, растягивая удовольствие, проверяя выдержку парня. Тот, кстати, сдался быстро, желая внимания где-то ниже живота. - Пожалуйста, Хан... - уже не стесняясь стонов, произнес Минхо. Джисон скользнул взглядом по лицу Ли, в радужках вновь пробежал огонек. Что-то опасное, угрожающее, желающее взять сильнее, ярче, присвоить себе и сломать. Но он не хотел ломать. Он хотел оставить след внутри, где-то в глубинах сердца. И чтобы этот след жег, даже после ухода из этой квартиры. - Ты думал обо мне так ранее? - с улыбкой спросил Хан, вновь поднимаясь к лицу младшего, хотелось видеть эмоции на лице этого парнишки, - ну же, расскажи о своих фантазиях. Скажи - и я сделаю все, о чем ты только думал. - Думал... - стесняется Минхо, ощущая себя загнанным зверьком. Как же это нравилось Джисону, Минхо не был как демоны, которым только дай волю распустить язык. - слишком часто... Смотрел на твою игру на гитаре и мечтал, как бы эти пальцы оказались во мне, как бы сжимали мое горло, как бы ты смотрел, когда кончаешь... - Минхо смущался, щеки вспыхивали, голос едва пробивался сквозь шёпот. Но Хан, уловив каждое слово, только шире улыбался, а когда младший прятал взгляд — ловил его снова, не давая спрятаться. - нравится, когда душат? - с ухмылкой спросил старший, не дожидаясь ответа, положил руку на чужую, элегантную шею. Минхо чуть не кончил, он никогда никому из партнеров не признавался в своих мазохистских предпочтениях, соответственно никогда не ощущал тяжести чужой руки на своей шее, лишь сам, когда дрочил. Но знал бы он, что это ощущается намного лучше, чем свои руки, он бы давно об этом признался, или это так ощущается именно от пальцев Джисона? Тот не душил, скорее просто сжимал горло, показывая власть. Он не хотел быть грубым, как обычно, но почему-то не хотел. С ним не хотел. Но раз его партнер хочет, то Хан с радостью выполнит каждое грязное желание. Пальцы свободной руки спустились ниже, сжимая член сквозь ткань штанов. Минхо скулил от желания и приятных ощущений, которые захлестывали с головой. Одежда полетела на пол, тела сливались в собственном танце. Оба задыхались от ощущений, Хан откровенно кайфовал, впервые чувствуя нечто такое от людского секса. Рука все так же покоилась на шее любовника, пока тот смотрел на айдола мутным взглядом, просящим больше, грубее. Джисон перевернул Минхо на спину, расцеловывая каждый участок бледноватой кожи. Из под подушек он достал смазку, почти новую. Смазав пальцы он приставил их ко входу. Первый прошел легко, второй уже труднее, но Минхо все равно насаживался на них, несмотря на легкую боль. - Уже трахался, зайчик? - усмехнулся старший, кусая открытые участки чужой шеи. Минхо чуть не кончил от ощущений, слишком хорошо, он ни разу не засомневался в выборе кумира. - Хороший мальчик, такой красивый… - шептал на ухо Хан, отчего по коже проносились мурашки, от одного голоса Ли готов скулить. С растяжкой они закончили быстро, Хан потянулся за презервативом, но был остановлен слабой, дрожащей хваткой младшего. - Д-давай без резины, пожалуйста… Хан… - скулил он, смотря в чужие, темные глаза своими, жалобными, замутненные приятными ощущениями и возбуждением. Демон усмехнулся, но все же решил приступить без защиты, он тоже не железный, хочется побыстрее трахнуть задницу под собой. А потом отсосать, но как получится. Крупный член медленным толчком вошел почти полностью, Джисон внимательно наблюдал за выражением лица Минхо, считывая хотя бы намек на то, что тому больно. А тому было больно, но от этого он получал своеобразное удовольствие. Минхо начал сам неуверенно двигаться, насаживаясь на орган и дрожа. Старший, поняв, что можно двигаться, взял все в свои руки, начав толкаться глубже, сильнее. Услышав довольно громкий стон, он ускорил толчки в этом направлении. - Как же я смогу отпустить такого красавца? - тяжело дыша, спрашивал Хан, обвивая чужую шею рукой, словно змей, - не думаю, что захочу оставить такого зайчика на произвол судьбы… Айдол начал ставить засосы на спине и шее, чередуя их с контрастно нежными поцелуями. Сжав горло Минхо посильнее, старший почувствовал как тот начал кончать, сжимая внутри себя Джисона. Сам Хан еще пару раз толкнувшись - кончил на спину и ягодицы парня, наслаждаясь картиной.