Lousy legatum

Антон несся по пустому коридору, в спешке перевязывая свой черный галстук. Он опаздывал, в свой первый учебный день. А все из-за того, что Оля не хотела есть кашу и им пришлось задержаться.  Несмотря на это, он довольно быстро отыскал нужный кабинет под номером «204». Чему был несказанно рад. Встав перед ним, Антон вздохнул и постучал.  — Прошу, проходи — произнёс вкрадчиво женский голос.   Переступив порог Антон прошёл в кабинет. Холодный, местами обшарпанный, с облезлой жёлтой краской на стенах. Это место не коим образом не внушало доверия, как и немногочисленные люди сидевшие за партами. Человек пятнадцать на вскидку. Хмурые, со звериными взглядами — словно выискивали добычу.   Смахнув наваждение, он уставился на женщину лет сорока, которая взирала на него из-за учительского стола.   Только сейчас его охватила паника и некая дезориентация. Он потупил взгляд, не зная, что вообще говорить.    — Ну, что столбом застыл? — возмутилась женщина, — Представься.    Антон облизнул сухие губы. Подтянул рюкзак на правое плечо, который начал спадать и заставив себя разомкнуть рот, произнёс:   — Я.. Антон, —  протараторил тихо, смотря в пол — Петров Антон. — уже громче и уверенней произнёс он, осознав, что вообще то нужно произвести хорошее впечатление.   — Что ж, Петров Антон, —  улыбнулась учительница, отмечая что-то в журнале — присаживайся на свободное место.   Антон воровато огляделся находя взглядом свободную парту в конце кабинета и преспокойно выдохнув направился туда. По какой то причине, ему казалось, что все в этот момент смотрят на него. Рассматривают, подмечают детали и в любой момент готовы накинуться, если ступить не туда. На деле было не так. Взгляды конечно были, но не такие озлобленные, буквально от парочки человек. Или ему просто хотелось в это верить.    Сев на своё место, он подпёр щеку рукой развернувшись лицом к окну. Несмотря на начало декабря и раннее утро на улице бушевала, что не наесть настоящая метель. Холода пришли очень рано, сметая все на своём пути. Антону даже пришлось надеть вязаный шарф, и уродливую шапку тёмно-синего цвета, которую когда то связала его мама. Она ему не нравилась.  Им с семьей пришлось переехать по не самым приятным обстоятельствам в этот посёлок, который Антон уже всей душой ненавидел. Здесь было холодно, страшно, нежели в городе. Там, наоборот: тепло, друзья, привычная квартира. Его пугали перемены, новые люди. Уже будучи относительно осознанным десятиклассником  — трудно привыкнуть и подстроится под новый уклад жизни. Маленькая Оля легче с этим справилась. Она с нескрываемым интересом стойко перенесла переезд, и за то время, что брат болел уже успела освоится. Нашла новых друзей, познакомилась с учителями. Единственным минусом для неё стали ссоры родителей. Сестра их просто не переносила. Закрывалась в комнате брата, который в свою очередь пытался отвлечь её от криков. Это не сильно помогало, но вместе было легче справляться.    Антон, в силу своего слабого иммунитета и нескончаемого стресса захворал, перед тем как нужно было идти в школу. Все время валялся на кровати, и даже вещи не разобрал. Но всё хорошее рано или поздно заканчивается, поэтому он сидит тут, слушая нудный бубнеж их классной руководительницы — Лилии Павловны.   Конечно можно попытаться рассмотреть новых одноклассников или сфокусироваться на уроке, но желания совсем не было, поэтому он лёг на парту прикрыв глаза.  — Катюша.. — послышалось от Лилии Павловны. Но Антон уже провалился в дрему, теряя смысл сказанных слов.    Антон открыл глаза, когда прозвенел звонок и нужно было идти на следующий урок. Сладко зевнув, затем размяв затёкшую шею он подхватил рюкзак, и поплёлся с остальными на выход. Возле двери мимо него пронёсся пацан в спортивках, а за ним по всей видимости его друг. Их шествие замыкал довольно полный рыжий парень.    Тело после болезни все ещё отзывалось легкой слабостью. Поэтому Антон остановился на секунду, для того что бы перевести дух. Потёр рукой свой холодный нос, так как несмотря на отопление, окна продувало, затем вышел из кабинета.    На повороте в коридоре с ним поравнялась одна из одноклассниц. Светлые волосы заплетённые в косу, юбка чуть выше колена и свободная белая рубашка, поверх которой был черный свитер. Как он понял, та была старостой класса, а еще на вид имела много схожего с их классной руководительницей. Её звали Катя. Она ничего не говорила, но как только они переступили порог кабинета химии, как то едко с долей скепсиса произнесла:   — Стой на месте. Я щас принесу журнал, распишешься за безопасность.   Антон скривился от её тона, но кивнул. Он не любил напыщенных людей, тех кто считал, что лучше кого то, по какой либо непонятной причине. Лучше быть приземленным, ведь всякий человек приятнее, когда не ставит себя выше других. Конечно, может ему просто кажется и это такая манера общения.  Возможно он спешил с выводами.  Пока Антон размышлял, Катя принесла журнал и ручку из подсобки. Поднесла к нему, передав в руки. И тщательно проследила за тем как он ставит подпись. Настолько тщательно, что она почти повисла на нем, облокотившись на его плечо, пытаясь рассмотреть, там ли Антон расписывается. Ему стало не по себе, зачем на нем так виснуть? Можно же просто встать с боку и посмотреть с другой стороны. Эта мысль заставила его поежиться. Он махнул рукой, что бы Смирнова отошла от него, возвращая ему личное пространство. Антон не боялся прикосновений или чего то еще, но хотел, чтобы его личные границы уважали.  — Ты чего?! — возмутилась она, уперев руки в бока. Её голос звучал даже как то слишком крикливо и обиженно. Антону почудилось, что это просто какой то спектакль и Катя занимает в нём явно главную роль.  — Я? — уточнил Антон, откладывая ручку. — Ничего. — продолжил он, осознавая, что все кто сейчас находится в классе смотрят на них. Это было не с проста, что ему очень не нравилось.   — Пихаешь меня, зачем? — надула губы одноклассница.  Так. Это уже никуда не шло. Его явно разыгрывали или же проверяли. Но, зачем? Он вообще ничего такого не сделал и в целом не собирался. Вместо того, что бы познакомится с новым одноклассником, все присутствующие разыгрывали настоящую сцену. Отличный приём, ничего не скажешь. Только вот, Антон не намерен этому потакать.  Он чувствовал эти взгляды, понимал их намерения. Любое сказаное им слово могут обратить против него же.  — Извини, я не хотел. — как можно более ровным тоном произнес Антон, но в его голосе все равно проскользнула нотка сарказма. Он прошел мимо одноклассницы, выискивая взглядом свободную парту. Антон так же подметил, как Смирнова опешила, видимо не ожидав, что конфликт закончится не успев начаться.  Он уселся на свободное место.  В моменте ему показалось, что где-то сбоку послышалась ехидная усмешка, но когда он обернулся, наткнулся на заинтересованный взгляд одноклассницы. У неё были черные волосы, обрамлявшие её стройные плечи, мягкий взгляд и очень миловидная улыбка. Антон даже на секунду впал в ступор застеснявшись, но мгновенно взял себя в руки улыбнувшись в ответ. Затем прозвенел звонок.  В остальном уроки прошли очень хорошо. Ему понравились преподаватели чьи предметы сегодня были по расписанию. К сожалению, из-за того что была суббота, их было не так много. Катю он тоже мастерски избегал и старался не натыкаться на неё, чтобы не начались новые разборки.  Только, у Антона так и не вышло ни с кем нормально поговорить, что навевало тоску, но он пообещал себе на следующей неделе к кому нибудь обязательно подойти познакомиться. Спустившись в раздевалку, он взял свои вещи и проверил Олины. Тех не было на месте. Значит она уже ушла. Наскоро одевшись, и запихав шапку в рюкзак, Антон вышел на улицу. Его лицо обдало холодным ветром, а на волосы начали падать снежинки. Пурга, к счастью, уже под успокоилась. Вместо неё снег падал крупными хлопьями. Он сделал глубокий вдох.  Поправив очки на переносице, он спустился по ступенькам, зашагав в левую сторону. Не успев пройти пяти метров, на его плечо, из за спины, опустилась тяжеленная рука. Лицом к нему стало еще двое парней. В пацане сзади, он узнал рыжего, которого ранее уже встречал. Антон поморщился, осознавая, что это все не к добру.  Сердце стучало в груди. Ноги стали ватными. Мрачные мысли лезли в голову, а глаза бегали от одного к другому. Антон не умел драться, если до этого дойдет. Точнее, ему в принципе никогда не приходилось этого делать. Конечно если его попробуют ударить, то на месте он стоять не собирается, но три на одного, как то не по божески даже. Мысли лихорадочно сменялись одна за другой, выискивая наиболее подходящий вариант, для такого случая.  — Ну что, Ромео, — вдруг произнес парень с янтарно-карими глазами, смотревшими прямо в душу. Его голос был звонким. В нем слышалось некое ехидство и задор. — как тебе наши девчонки?  — Меня зовут Антон. — упрямо сказал он игнорируя вопрос и почувствовал как хватка на плече стала сильнее, до боли.  Он сильно прикусил щеку, что бы не сказать, что нибудь едкое. Нужно оставаться предельно спокойным. Тогда возможно им надоест и они отвалят.  — Ты походу не понял, на, — заржал беззубый пацан, — на вопросы отвечай, если тебя спрашивают.  Антон резко сбросил руку рыжего парня со своего плеча, которое уже начало ныть, от давления которое на него оказывали. После чего, отойдя в сторону буквально на пол шага, уставился на всех троих. Так было удобнее рассмотреть каждого.   С лева стоял самый высокий, с светло-карими глазами, в спортивном костюме и поверх черной распахнутой настежь курткой. На его лице играла усмешка. Антон предположил, что тот от всего этого ловит неподдельный кайф. По середине стоял его друг, картавый, и беззубый, чуть пониже ростом Антона, а справа рыжий. Тот был очень полным. Только сейчас, Антон заметил на его лице кучу уродливых прыщей, и какой то нездоровый оскал от которого он поежился.  — Смотри какой смелый, Ромка. — снова заржал беззубый, обращаясь к парню слева.  «Рома значит»  — Да, да. — начал поддакивать рыжий. — Надо бы его проучить.  — Что вам от меня нужно? — с усталостью спросил он.  — Какой же ты непонятливый, — заметил Рома, улыбнувшись еще шире. Он сделал шаг на Антона, встав почти вплотную к нему — для идиотов объясню. Ты нам здесь не нужен.  Антон оторопел. Он только перевелся и уже кому то дорогу перешел. Причем безосновательно. Его порядком заебало стоять как истукан, пытаясь провести конструктивный разговор. Антон вообще по натуре человек спокойный и рассудительный, всегда обдумывает свои действия, и слова, но видимо здесь работает иначе. Сжав кулаки до белых костяшек, он процедил:  — Как жаль, что мне насрать. Я вам ничего не сделал.  Теперь пришла очередь Ромы удивляться, по всей видимости он не ожидал такой дерзости в его сторону. Он схватил его чуть ниже плеча и со всей силы дернул на себя. От чего Антон болезненно зашипел. Впридачу в нос ударил сильный запах табака, который исходил от пальцев и куртки Ромы, Антон поморщился. Попытался на пробу выбраться из захвата, но ничего не вышло.  — А кто сегодня.. — начал Рома, но остановился, заметив кого то за спиной Антона. Мгновенно отошел, отпуская его руку. Антон не понял такой реакции, поэтому чуть повернув голову назад заметил идущую с сумкой и пакетом Лилию Павловну. Она тоже заметила ребят, подойдя к ним.  — Вы чего это тут стоите? — спросила учительница, грозно посмотрев на Рому.  — А мы.. — почесал тот затылок. — С новым одноклассником знакомимся, да пацаны? — обратился он к своей шайке.  Беззубый и рыжий остервенело закивали, натянуто улыбнувшись.  — Смотри мне, Пятифан, — пригрозила Лилия Павловна — узнаю что..  — Да все хорошо, — перебил он и посмотрел на Антона своим пронзительным взглядом — правда же, Тоха?  Антон аж весь встрепенулся, услышав свое имя. Ябедничать он точно не собирался, иначе сделает только хуже, поэтому слабо улыбнувшись, ответил:  — Да, все отлично.  Лилия Павловна кивнула еще раз пройдясь взглядом по всем четверым, затем потихоньку пошла в сторону ворот, на выход. Рома заметив, как та начала отдаляться, приблизился к уху Антона, грозно прошипев:  — Ещё свидимся, Петров.  Он похлопал его по плечу. Махнул рукой своей банде, после чего скрылся за поворотом школы, словно они и не приходили сюда.  От чего то Антон был уверен, что встретятся они совсем скоро.  Сейчас было не время думать об этом. Он и так много времени потратил на них. Антон вновь поправил очки и пошел в сторону ворот — на выход. До дома нужно пройти по тропинке идущую через лес. Это было немного трудно с тем учетом, что все замело снегом.  Пройдя через проселочную дорогу и мост, он подошел к тропе.  Лес обволакивал своей аурой. Огромные сосны и ели давили со всех сторон. Пахло хвоей и свежестью. Хлопья снега падали на кроны деревьев, и на макушку Антона. Он чихнул, когда снежинка упала ему на нос защекотав.  До дома он добрался с трудом, повезло что было светло и его очертания возможно разглядеть среди крон деревьев. Если бы было темнее, Антон вряд ли бы нашел дорогу обратно. Встав на крыльцо, он быстро себя отряхнул, нацепил шапку и вошел. Помещение встретило его запахом выпечки. Стало тепло. Очки запотели, поэтому пришлось их ненадолго снять. Сбросив с себя ботинки, он закинул их на пол, возле остальной обуви. В этот момент с кухни вышла мама в фартуке.  — Чего обувь кидаешь? — возмутилась она. Её голос звучал строго, с долей усталости, будто Карина повторяет это не в первый раз — Ровно поставь, вещи отнеси и пойдем обедать.  Антон кивнул, протирая очки, которые все еще держал в руке. Нацепил их на глаза и спросил:  — А Оля дома?  — Давно уже, — Карина махнула рукой в которой держала полотенце, на её зимние сапожки — ты чего так поздно кстати?  — Да я.. — начал Антон, переставляя свои ботинки — С новыми одноклассниками заговорился.  По сути это было правдой. Просто ему не хотелось рассказывать, о том, что если бы не вышедшая вовремя учительница, все могло закончится более плачевно. Мама и так в последнее время постоянно нервничала, а нагружать её еще своими проблемами не хотелось. Антон переставил обувь, поднялся и посмотрел ей в глаза, таким образом заверяя в своей «честности».  — Ну ладно. — согласилась Карина и ушла на кухню.  Антон прошел вперед по коридору к лестнице, поднялся на второй этаж, после чего вошел в свою комнату. На полу все так же лежали коробки с не до разобранными вещами, в углу был стол на котором лежали листы бумаги с небольшими зарисовками, а на против него спальное место, на которое выходило окно. Возле кровати стоял шкаф.  Он выцепил глазами пижамные штаны — синие в клеточку и белую кофту с рукавом, которые тут же надел на себя. Из за того что он часто мерзнул, и недавно переболел, для завершения образа пришлось нацепить серые шерстяные носки. Неприятно колется, зато не замерзнет. Повесив школьную одежду на вешалку в шкаф, он вышел из комнаты направляясь на кухню.  Отца все еще не было дома, поскольку он возвращается только к вечеру. Тот довольно быстро нашел работу после переезда, но Антон так и не узнал какую. Из за многочисленных ссор они просто напросто не разговаривали. Отец приходил домой к вечеру, ужинал и уходил к себе спать. Утром вероятнее всего ругался с мамой, после чего уходил на работу. Так происходило уже несколько дней, что они здесь находятся. Первая ссора случилась незадолго до переезда, когда отец пришел домой и сказал, что нужно уезжать, из за того, что он потерял должность и влез в долги. В какие, Антон тоже не знал. Знал только то, что в город они в ближайшее время не вернутся. Он ненавидел это. Ненавидел за то, что с ним так жестоко поступили. Лишив его, возможности закончить десятый класс, после чего перейти в одиннадцатый и поступить в престижный институт. Но, уже ничего не изменить.  Кухня встретила его запахом маминых блинов. Она стояла у плиты дожаривая последнюю порцию. Оля сидела на стуле, в своей розовой пижаме и растрепанными волосами, но как только заметила брата, встала и понеслась к нему в объятия. Антон обнял сестру в ответ, немного приподняв над полом.  — Как в школе дела? — спросила Оля, выкарабкиваясь из объятий брата. Её голос звучал по девичьи нежно и успокаивающе. Словно по одному её слову в миг все проблемы рассеивались, а гнусные мысли улетучивались — Как новые одноклассники? Как учителя? — продолжила она закидывать вопросами Антона, убрав руки за спину, переступая с ноги на ногу.   Антон усмехнулся, трепля её по макушке. В этот момент, мама обернулась к своим детям произнеся:  — Оля, прекрати доставать брата. Лучше помогите мне разложить всё по тарелкам, а после обсудите то, что хотели.  Хоть мама и звучало строго, Антон понимал, что ей тоже интересно, просто сейчас ей важнее, что бы они помогли. Поэтому ребята тут же перестали дурачится, и принялись раскладывать еду по тарелкам, заваривать чай, накрывать на стол. После чего, уселись за него.  — Ну так, что там? — спросила Оля, откусывая блин с вареньем.  Мама хотела шикнуть на неё, что бы за столом ела молча, но не стала, просто тихонько вздохнув.  — Все хорошо Оль, — натянуто улыбнулся Антон — учителя хорошие, ребята тоже. Уже с некоторыми познакомился. — как можно правдивее сказал он.  — А девочки красивые есть? — вдруг вклинилась мама. — Понравился кто нибудь?  — Ну есть красивые.. — тихо ответил Антон, вспоминая девочку с черными как смоль волосами и миловидной улыбкой, и Катю, которая несмотря на стервозность, тоже была очень красивой — Но мне никто не нравится.  — А пора уже, — вздохнула мама — скоро семнадцать лет балбесу.  Оля хихикнула, доедая последний блин. А у Антона весь аппетит пропал с этими разговорами. Мама не в первый раз поднимала эту тему, но что поделать когда никто не приглянулся? Пройдет время, может понравится кто нибудь, а может и нет, это же не главное в жизни. Ему бы сейчас хорошо школу закончить. Иначе он с этой дыры в жизни не выберется. А они все про любовь.  Он побыстрее запихал в себя блины и ретировался с кухни в свою комнату. Ему предстояло разобрать оставшиеся вещи и коробки, после чего сделать уроки на понедельник, так как в воскресенье их делать не хотелось. После этого Антон может спокойно почитать и порисовать при желании.  Не успев начать, в комнату постучали. В дверной щели показалась маленькая светлая голова. Оля. Антон махнул ей рукой предлагая войти. Та тут же заулыбалась и вошла. — Тоша, ты на маму не злись, — начала она, но заметив, что брат приподнял бровь в немом вопросе продолжила — ты просто так быстро ушел когда она про девочек заговорила. Я тебя никакой девочке не отдам, если ты не захочешь — Оля подбежала к нему, крепко обняв.  Антон улыбнулся, сдерживая льющейся смех. Оля всегда так переживала, по поводу и без. Но он настолько был рад этой поддержке. Антон обнял сестру в ответ, крепко стиснув её.  — Спасибо Оль. — поблагодарил он, отпуская её.  — Тебе помочь убраться? — предложила она, оглядев комнату.  — Буду не против. — поднимая коробку с пола, ответил Антон.  Ребята управились довольно таки быстро. Разобрали коробки и сложили все по своим местам. Только коробка с книгами осталась не тронутой, так как места для них не нашлось. В старой квартире у него был небольшой стеллаж где они хранились, а сейчас его не было. Антон вздохнул, ставя коробку возле стола. Он пообещал себе, что нибудь придумать на этот счет. А сейчас у него осталось прилично времени для выполнения домашней работы.  — Спасибо еще раз за помощь, — поблагодарил Антон, трепля сестру по макушке.  — Не за что, — сестра улыбнулась во весь рот, после чего ретировалась в свою комнату.  Оставшиеся время Антон решал русский с литературой на понедельник. С начала четверти ощущалась нагрузка. Он думал, что в сельской школе будет легче, но видимо никто не собирался давать слабину. Чему Антон был несказанно рад. Ему нравилось учится, узнавать что то новое для себя. Это помогало отвлечься. Конечно приступы лени никто не отменял, но это не мешало ему быть отличником в прошлой школе.  После выполнения домашнего задания, он уселся рисовать, первый раз с тех пор, как они сюда переехали. До этого он просто перебирал старые рисунки, но творить что то новое, не было никакого желания. А сейчас появилось. Ему очень захотелось нарисовать заснеженный лес, на который выходило его окно. Антон сделал набросок, после чего начал прорисовать детали. Сначала те, что помельче, потом более крупные. Он еще не решил будет рисунок в цвете или нет, но получалось хорошо. Когда Антон доделал часть работы, время перевалило к девяти. Отложив лист и карандаш, он потер глаза, сладко зевнув. Хотелось спать. Этот день отнял у него слишком много энергии. Прихватив с собой первую попавшуюся книгу, что лежала сверху коробки он перебрался на кровать. Это была одна из книг «Агаты Кристи». До этого Антон не читал её произведения, но почему бы и нет? Прочитав пару глав, глаза начали слипаться, он отложил книгу вместе с очками на прикроватную тумбу, укрылся поплотнее пледом и уснул.      Антон стоял на крыльце дома в одной пижаме. Солнце уходило за горизонт сменяясь ночью. Он поежился от холода и осмотрелся. По прямой было видно калитку и темный лес, уходящий далеко вглубь. Сзади была дверь в помещение, но от чего то Антон туда не спешил. Не хотел.  За дверью отчетливо слышна ругань. На крыльце было спокойнее. Антон обнял себя руками, переступая с ноги на ногу и выдохнул клуб пара. Еще немного, и он заледенеет. Здравый смысл говорил зайти, и согреться, но он не мог. Словно прирос к этому месту всем своим нутром.  Вдали что то мелькнуло, что то черное. В лесу кто то был. Этот «кто то» не отпускал Антона. Привлекал свое внимание, не отпуская из своего цепкого захвата. Ухватился намертво своими лапами и держит. Голоса за дверью стихли. Как будто их и не было вовсе. Тень вместе с тем стала ближе. Смотрит в душу своей черной дымкой. Она зовет подойти, проверить, что это такое.  Антон нервно вздохнул и ступил на снег босыми ногами. Холод исчез. Вообще все исчезло. Все чувства, мысли, страхи. Осталось только желание. Да и оно скакало где то на периферии сознания. Он просто шел. Ступая шаг за шагом. Вместе с тем тень отдалялась, как и лес вместе с ней. Чем ближе Антон подходил, тем дальше все это казалось. Вытянув руку он попытался остановить порыв. Ничего не вышло. Антон побежал, вкладывая все свои силы, пытаясь догнать исчезающий лес и черную дымку, которая его так влекла. Крыльцо дома сменилось пустырем и сугробами, в которых ты вязнешь, без шанса выбраться. Холод вернулся. Конечности резко заледенели. Пальцы на ногах не слушались, а на руках стали синими. Антон выдохнул клуб пара. Эмоции и мысли тоже вернулись на свои места. Ему стало страшно. Сердце бешено стучало в груди. Лес все дальше уходил от него. Антону захотелось вернуться домой и согреться. Пусть там ругань и крики, но там его место. Обернувшись он понял, что не видит его. Он стоял посреди заснеженной поляны замерзший и продрогший. Побежав в обратную сторону, Антон молил, что бы дом был на месте. Но все четно. Он потерялся в этом холодном и безжизненном поле, не находя выхода. Вдруг послышался стук. Антон не понимая от куда тот исходит огляделся, но кроме сугробов и темного неба ничего не нашел. Стук повторился, он навострил уши прислушиваясь, но так ничего и не понял. Может этот стук в его голове? Словно молоточком бьет по ушным перепонкам. Из последних сил зашагав по прямой, Антон старался вслушиваться в появившейся из неоткуда зов. Идя на него, он начал различать смутные черты своего дома. Заприметив их, он рванул к нему, несмотря на все недомогания. Когда Антон подбежал к входной двери, звук повторился, стал более четче и громче. Тут до него дошло, что тот самый звук был за дверью. Кто то стучал с внутренний стороны. Зачем кому то выбираться из дома? Попятившись, он захотел отойти, но ему не дали этого сделать. Дверь отварилась. Черная дымка смотрела на него, забирая своими теневыми руками вглубь его самых потаенных кошмаров.  Антон закричал.  Он подскочил на кровати, вскидывая руку на грудную клетку. Сердце клокотало в груди. Дыхание было слишком частым и сбитым. Антон очень сильно замерз. Одеяло сползло куда то на пол, как и подушка собирающееся ускользнуть. «Это всего лишь сон»  Подтянув подушку, он облокотился на неё пытаясь усмирить дыхание. Натянул на себя очки, трясущимися руками, что бы лучше видеть и взглянул на время. Начало двенадцатого ночи. Все уже спали. В комнате было темно, только свет луны просачивался через окно, освещая письменный стол.  Помассировав переносицу, Антон уже было хотел поднять одеяло с пола, но остановился, услышав характерный стук. Как во сне. Сердце снова зашлось в бешенном ритме. Он вжался в кровать, прислушиваясь. Может, это все проблемы его воображения? Но нет, стук повторился. Словно кто то стучит по окну. Точно, окно. Преодолевая свой страх Антон взглянул на него и заметил как, что то ударяется от него. Маленькое и белое. Снег.  Ступив на пол, он начал прокрадываться к окну. Как можно медленнее, оттягивая момент неизбежного. Осторожна подойдя, он резко открыл его, выглянув наружу. Его лицо обдало холодом, а кожа покрылась мурашками. Внизу стояло пять не различимых силуэтов. Пытаясь приглядеться, до него донесся чей то крик:  — Ну наконец то! — крикнул мужской голос, который не с чем нельзя спутать. Звонкий, с долей задора.  Антон проморгался, пытаясь понять, не почудилось ли ему. Присмотревшись, в потемках стал различим силуэт в черной куртке. Рома. Сомнений не было, это точно он и еще четверо.  — Вы придурки что ли? — как можно громче, с раздражением спросил Антон. Он наделся, что никого не разбудил своими орами среди ночи.  От всей этой ситуации, у него вырвался нервный смешок. Антон потер лоб, холодными пальцами, который раз вздыхая.  — Выходи к нам идиот очкастый, — продолжил Пятифан — побазарить нужно.  — Вы время видели? — продолжил Антон. Ему всего лишь нужно захлопнуть окно и больше не возвращаться к этому, но от чего то ему было интересно, что будет дальше.  — Да хватит мяться как баба, на, — послышался второй голос. Антон в нем узнал картавого друга Ромы.  Вместе с тем он услышал чьи то возмущения внизу, но так и не понял кому они принадлежат.  — Да я не мнусь, — заверил он — просто.. — А что собственно просто? Он всю свою жизнь вел себя как примерный сын, не гулял после двенадцати, хорошо учился. Не то что бы ему запрещали, но повода в целом и не было. А сейчас по телу разливался юношеский азарт, и неподдельный интерес к чему то новому. — Сейчас выйду — заверил он так, что бы его услышали.  Наспех натянув на себя джинсы и коричневый свитер потеплее, Антон на цыпочках вышел из комнаты. Было тихо. Все спали. Отец с матерью в своей комнате. А Оля посапывала в своей. Кое как спустившись на первый этаж, он застыл на пороге. Антону стало очень совестно. Особенно перед мамой. Он уходит, никого не предупредив. Не пойми к кому. Антон с утра их даже не знал. Тем более, что от них можно ожидать? Если бы не Лилия Павловна, кто знает, что с ним могло произойти. Но отступать уже не было смысла, он заверил их, что сейчас прийдет, а оказаться ссыклом в глазах людей с которыми ему еще учиться, не хотелось. Натянув куртку и ботинки, Антон вышел тихонько захлопнув за собой дверь.  Он вышел за калитку и обогнул дом, направляясь к ребятам. По мере приближения Антон все так же различал пять силуэтов, два из которых были женских. Подойдя еще ближе он узнал Рому и его шайку, Катю, и ту самую девочку с миловидной улыбкой. Она совсем не вязалась в этой компании, но не ему судить. Рома стоял курил, повернув голову в сторону леса. По бокам от него стояли картавый и рыжий, направив свой взор на Антона. Девочки стояли где то сбоку тихонько переговариваясь. Антон кашлянул привлекая внимание. Рома резко повернул голову в его сторону, сделав последнюю затяжку выкинул окурок. После чего, улыбнувшись во весь рот, приблизился к Антону. Он хотел отшатнуться, но заставил себя стоять на месте, сжав руки в кулак. — Ну что, — начал Рома, по свойски забрасывай руку на плечо Антона, тем самым подвигая его ближе к себе — идем в лес — сказал он в сторону собравшихся ребят.  Антон оторопел. Выбрался из захвата Пятифана, отходя на шаг назад. Посмотрел в сторону темного леса. На секунду ему вспомнился недавний сон. Он отвернул голову, сглотнув подступивший ком в горле.  — Чего? — сипло переспросил Антон.  — Ты че ссышь, на? — заржал картавый — Не боись, не закопаем.  — Это проверка такая, — объяснила Катя, своим резким тоном, — мы всех новеньких зовем по лесу прогуляться. Если не испугаются, то молодцы, а если сбегут, будут ссыкунами до конца дней.  — В двенадцать ночи? — уточнил Антон с долей скепсиса в голосе. Он никому ничего не обязан доказывать, но от чего то ему хотелось показать себя или что бы от него отвалили.  — Да, в двенадцать ночи, — подтвердила Катя, складывая руки в замок на груди.  — Я вас даже не знаю. — уперся Антон.  Рома многозначно вздохнул, словно ему надоели эти препирания, принялся показывать на каждого, приглашая представиться:   — Меня ты уже знаешь. — сказала Катя когда Рома показал на неё.  — Я Игорь, можно просто Бяша, — вклинился картавый, — Эт Семён, на, — указал он на рыжего, который при упоминании своего имени скривил лицо взглянув на Антона.  — Я Полина. — подала голос миловидная девочка. Её черные волосы развивались, пока она пыталась заправить их за ухо. Полина звучала как весенняя капель или распустившейся цветок. Её голос был очень нежным и добрым.  Антон улыбнулся ей и решил для себя, что она самая нормальная из них.  — Всё? — нудно узнал Рома привлекая внимание — Представления закончились? Ты согласен идти или домой побежишь? — с вызовом спросил он.  Антон встрепенулся, под тяжестью его голоса, медленно отвел взгляд от Полины и уже без улыбки ответил:   — Я не обязан ничего вам доказывать, но в целом выбора у меня нет — он демонстративно прошел мимо Ромы, чуть задевая его плечом. Буквально через пять минут, как они зашли в лес, его спесь сошла на нет. На что он вообще подписался? За каким хреном, им нужно заводить в лес новеньких, что бы проверить? Еще этот сон как назло. Антон буквально удерживал себя, от того что бы не вздрагивать, каждый раз когда ему мерещились темные тени за деревьями. Он сжал кулаки до белых костяшек, идя рядом с Полиной, которая переговаривалась с Катей, о ком то из преподавателей. Оставшиеся троица шла сзади освещая путь фонариками. Антон спиной чувствовал чей то недоброжелательный взгляд. Создавалась впечатление, что его ведут на казнь.  Вдруг Рома остановился и громко свистнул, призывая остальных так же застыть. Все тут же послушно замерли прислушиваясь, кроме Антона, у которого зазвенело в ушах. Он просто стоял и остервенело оглядывался по сторонам. Кусты зашевелились, все присутствующие напряглись, готовясь в случае чего к нападению. Рома начал медленно прокрадываться ближе, что бы проверить.  В один миг на него выскочила маленькая собачонка. Вся лохматая и грязная. Пятифан не ожидав этого резко отпрянул. Полина громко пискнула, где то сзади, юркнув за спину Кати. Рома заслышав крик подруги, в один шаг подхватил собаку за шиворот и резко откинул её в сугроб. Та жалобна пискнула исчезая в ворохе снега.  Антон обомлел. Ему еще никогда не приходилось видеть такого хамского отношения к животным. Он и так десять раз пожалел, что пошел сюда пытаясь что-то доказать, а сейчас злость разливалась в его крови, направляя к необдуманным действиям. Он сгреб Рому за плечи, со всей дури припечатав к ближайшему дереву и злобно прохрипел:  — Ты совсем придурок?  Он спиной ощутил, как к нему собрались подойти Бяша с Семёном, но равнодушный взгляд Ромы заставил их остаться на своих местах, не влезая. Это разозлило Антона еще больше, он сильнее стиснул в руках края куртки Пятифана, сильнее вжимая его в кору дерева. Глаза жгло от бессильной злобы и запаха табака исходящего от него. Ромины наоборот, взаправду ничего не выражали, но Антону удалось разглядеть толику тихой злобы. От этого ему стало не себе, но было поздно что-то менять.  — Это же совсем щенок, — продолжил Антон — а если бы тебя так сгребли и выбросили? Беззащитного и никому не нужного? Или так и есть? — он не следил за своей речью, выплескивая все то, что накопилось за этот длинный день, намереваясь ударить побольнее.  Антон почувствовал, как что-то утыкается ему в районе живота. Железное. Опустив взгляд он заметил нож бабочку приставленный лезвием к его правому боку. Он вздрогнул переводя взгляд на Рому, который в ответ смотрел на него, не моргая, после чего произнес:  — Слушай сюда, — начал он — ещё раз ты откроешь свой ебучий рот, это, — Рома имел ввиду ножик — окажется в твоей печенке. Уяснил?  Антон отшатнулся чувствуя его намерения. Только сейчас он заметил, насколько его тело было напряжено. Все вокруг молчали, наблюдая за их перепалкой. Чуть что готовые оттаскивать их друг от друга.  — Псих конченный — закончил Антон.  Рома было хотел сделать шаг на него, но сбоку послышалось:  — М-мальчики.. — как то задушено произнесла Катя, указывая пальцем куда то наверх дерева возле которого они стояли.  Переведя взгляд на то, что показывала Катя, Антон с трудом подавил идущий из него крик испуга. На дереве весело чучело. Чучело какого то животного прибитого гвоздем, над их головами. Не то кошка, не то пёс. Стало не по себе. Даже думать не хотелось, настоящее оно или сделанное вручную. В ночи леса это выглядело очень страшно, наталкивая Антона на некоторые мысли, которые он поспешил озвучить:  — Если это такая проверка.. — отшагивая от дерева начал он — То не смешно.   — Это не мы — проговорила Полина. Её голос был тихим, словно она вот вот заплачет.   Рома стоявший ближе всех к дереву вышел из оцепенения от увиденного и тоже начал отходить. Он быстро огляделся по сторонам, рассматривая верхушки деревьев.  — Ребят, — привлек внимание он — они тут почти везде. — его голос впервые казался настолько серьезным. Антону стало еще страшнее от его слов.  Взаправду, на деревьях в округе, на одном и том же месте висели точно такие же чучела. Может, совсем немного различаясь по форме. Желудок Антона скрутило. Ему вмиг захотелось оказаться дома в теплой постели и спокойно спать. Нервный ком подполз к горлу. Антон оцепенел, не смея двигаться, хотя очень хотелось. Семен уже ринулся сваливать с этого места как можно дальше. За ним шла Катя, державшая за руку Полину. Бяша с Ромой заметив, что Антон застыл, резко дернули его на себя, в один голос вторя:  — Живее!  Антон отмерз и на периферии возможностей ринулся за ними. Через пять минут непрерывного бега, колких веток в лицо, они выбежали на тропу ведущую к дому Антона. В этот момент все позволили себе остановиться передохнуть. Антон согнулся по полам держась за коленки. Его руки дрожали, а тело било колкой дрожью. Грудь вздымалась, а ноги не слушались. Он с трудом стоял. Сзади послышалось чирканье зажигалки. Рома стоял с сигаретой в зубах, пытаясь её поджечь. Уже через секунду он выдыхал сизый дым, в ту сторону откуда они бежали. Семён куда то ушел, вероятнее всего сбежал домой. Полина утирала намокшие глаза, а Катя стояла возле неё приобнимая подругу за плечи. Бяша подошел к Антону протягивая сигарету. Тот резко отпрянул, отталкивая его руку.  — Идите вы все в жопу, — злобно изрек он, после чего нервно усмехнулся. Его не на шутку колотило — завели хуй пойми куда, до смерти напугав, еще и стоите как будто ничего не было — Антон обессилено развел руками.  — Нет, — грозно процедил Рома. Переведя на него взгляд, он выдохнул дым в его сторону — просто не все такие истерички как ты.  Антон хотел было съязвить, но понял, что не может. Если он продолжит, вместо речи выльется бессвязная белиберда. Он убрал руки в карманы, пряча дрожь в пальцах и последний раз оглядел всех. Словно они смогут дать ответы на все его вопросы. Но этого не произошло. Только Полина попыталась слабо улыбнуться, в немой поддержке. Антон не смог улыбнуться в ответ. Развернувшись, он зашагал в сторону дома.  Чем ближе он был, тем спокойнее ему становилось. Само здание успокаивало его. Он представлял как заберется под теплое одеяло и выкинет все из своей головы, хотя бы до понедельника. Зайдя на крыльцо, Антон отворил дверь и застыл. С порога на него смотрела мама, укутанная в плед, идущая судя по всему на кухню. Заметив сына, она так же ошарашено застыла и спросила:  — Антон.. Третий час ночи, что ты тут делаешь?  Только этого ему не хватало.