Ночь перед рассветом

– Ну и зачем ты запер дверь? – Странник обернулся всего вполоборота. – Боишься, что я что-то сделаю с тобой? – он молча помотал головой и вернулся в исходное положение, продолжая смотреть на ночное небо через окно их гостиницы. Сейчас он казался таким одиноким, словно его бросил весь мир. – Просто не хочу, чтобы кто-то помешал нашему разговору. – Хорошо. О чём ты хотел поговорить? – на самом деле было крайне необычно видеть этого парня без своей мантии и камзола, которые будто придавали ему величественности, обтянутые одной лишь тонкой рубашкой его плечи стали совсем узкими и хрупкими, но даже так они, как и всё время их знакомства, оставались напряжёнными, словно несли на себе непомерное бремя. – О тебе. Выглядишь измотанным, хотя вроде мы отдыхали, – Ондал наконец решил подойти поближе и встал рядом со Странником, присоединяясь к созерцанию звёзд на тёмном полотне. Послышался тихий вздох. – Ты прав, но всё хорошо, я просто не выспался. Тебе не о чем волноваться. – Мне из тебя клещами слова вытягивать? Я же вижу, что это не единственное, что тебя беспокоит, – мужчина не решался посмотреть в чужое лицо, не сейчас, когда велик страх спугнуть его решимость. Однако этот человек первым поднял взгляд на него и спокойно улыбнулся. – Думаю, я уже достаточно хлопот вам принёс, незачем нагружать вас своими мыслями. Ты и сам прекрасно знаешь, о чём я размышляю, раз обвиняешь меня в недоговорках. Завтра мы снова отправимся в путь, лучше нам обоим просто лечь спать и набраться сил, – боги, иногда он бывает таким упёртым, и Ондал порой ненавидел эту черту в нём. – Если не хочешь говорить, то ладно, пытать не буду. Но взамен ты должен сказать, что я могу сделать, чтобы ты почувствовал себя лучше. – Ты так сильно волнуешься обо мне? – и снова этот лукавый взгляд. Мужчина уже давно заметил: на словах Странник всегда отличался исключительной честностью и порядочностью, этим он был похож на Ралигона, вот только его глаза всегда что-то скрывали, давая понять, что этот человек не так прост, каким хочет казаться. Как сейчас, он прятался за этим вопросом. – Обычно я бы отмахнулся и просто ушёл, но сегодня я хочу быть честным и открытым с тобой, – Ондал позволил себе приблизиться к Страннику и взять его за руку. Он и сам этим вечером решил прийти к своему другу без доспеха и перчаток, казалось, без всей этой брони он совсем гол перед лицом другого человека, но тепло чужого тела ощущалось таким нужным и желанным в этот момент, так что он совсем не жалел о принятом решении. – Да, волнуюсь. Как я могу облегчить твою боль? – Что с тобой? Ты сам на себя не похож… – Странник густо покраснел и отвёл взгляд. Как красиво… Хочется увидеть больше. – Правда? Неужели ты настолько плохого мнения обо мне? – губы Ондала запечатали нежный поцелуй на тонких пальцах. Руки Странника оказались ледяными и пробуждали желание поскорее согреть их жаром своего дыхания. – Нет! Конечно, нет. Просто ты раньше никогда не говорил мне подобного… Это слишком неожиданно, – по правде, мужчина думал, что от его своевольных действий Странник сразу же вырвет руку и отпрыгнет на несколько метров, не забыв влепить пощёчину, но он, напротив, даже и не думал отстраняться, лишь стоял и очень ярко смущался, не решаясь поднять глаза. Милашка. – Прости, придётся тебе принять это прямо сейчас и всё же сказать, чем я могу тебе помочь, – и новый поцелуй расцвёл на холодной ладони. – Эта просьба может показаться тебе странной и, возможно, неприятной… – его голос дрожал то ли от страха, то ли от неуверенности. Но Ондал уже давно решил, что последует за этим человеком хоть на край света. Он и сам себе не мог объяснить это странное чувство, но ему всегда казалось, что от Странника исходит особая аура, аура человека, который может повести за собой мир, который способен растопить любой лёд на своём пути, которому Ондал готов служить до самой смерти и защищать от грязи этого жестокого мира. Странник — это свет, который он готов оберегать ценой собственной жизни. – Это не имеет значения, – прошептал он, наклоняясь к чужому лицу близко-близко, останавливаясь всего в паре сантиметров на грани опасного расстояния. Их взгляды наконец встретились, и Ондал понял, что уже утонул в его глубоких омутах. – Тогда… согрей меня этой ночью, – он почти молил. – Конечно. Как пожелаешь. Их лица в едином порыве устремились друг к другу, и они слились в долгожданном поцелуе. Так нежно, так сладко, так правильно. Руками Ондал уже обвил тонкую талию и прижал желанное тело ближе к себе, сквозь шёлковую ткань он уже чувствовал, как жар грел кожу Странника изнутри, как бешено билось его сердце, разгоняя кровь. Но его пальцы были всё ещё холодными, когда они прикоснулись к чужой шее и поползли к волосам, зарываясь глубоко в них, скользя по коже головы, сводя с ума. Странник хватался за поцелуй, как за воздух. Казалось, ещё немного и он заплачет от сводящего с ума чувства. Это почти разрывало Ондалу душу. – Тише, тише. Я не отпущу тебя, не убегу и не исчезну, – он заставил Странника посмотреть ему в глаза, одинокая слеза всё же скатилась по его щеке, обнажая истинную природу его жажды. Он медленно кивнул, едва не разрыдавшись в тёплых объятиях, которым хотелось доверить всю горечь и боль. Ондал поднял своего спутника и аккуратно положил на кровать, параллельно успокаивающе тычась губами в чужие ладони. Их сапоги остались лежать на полу. Их истинные желания больше не могли бежать от действительности. Они нужны были друг другу прямо сейчас как никогда прежде. Неизвестно, сколько ещё трудностей приготовила им жестокая судьба, поэтому сейчас, когда у них ещё есть время остаться наедине, они должны воспользоваться этим шансом, побыть хоть немного счастливыми в этом несчастном мире. – Ондал, прошу… – пуговицы на белоснежной рубашке с лёгкостью выскальзывали из петелек, открывая вид на не менее белоснежную кожу Странника, на розовые соски, на хрупкие ключицы. Ондал был готов облюбовать каждый сантиметр этого идеального тела, которое будто создавалось самыми прекрасными ангелами. Мужчину кольнула мысль о том, что он недостоин его касаться. Но чужие руки хватали его ладони и прижимали к себе, а взгляд молил о поцелуях. Только сегодня, только в этот вечер он честен до предела, и Ондал не может обмануть его ожиданий. – Не боишься? – губами он вывел «любовь» на чужой груди и бледными засосами выстлал дорожку вдоль нежного животика прямо к кромке штанов, которые уже через мгновение отправились к сапогам. От смущения Странник закрыл лицо руками, но сдвигать ноги не стал, позволяя рассмотреть всего себя. Ондал восхищался его смелостью. – Нет, ведь ты не сделаешь мне больно, – тихо ответил тот. "Мило. Какой же ты милый, просто невероятно", — Ондал упивался одной лишь этой мыслью и терял голову, выцеловывая бёдра и икры своего спутника, прикусывая тазовые косточки сквозь почти прозрачную кожу и вылизывая место преступления. Продолжая изводить Странника ласками, мужчина медленно стянул последний элемент одежды с его тела, средних размеров член уже был полностью твёрдым и сочился смазкой, прося уделить и ему толику внимания. Ондал провёл языком по всей его длине, в награду получив сладостный стон своего партнёра. – Такой нетерпеливый. Тебе нравится, как я тебя согреваю? – стремясь его удовлетворить, мужчина полностью взял в рот чужое возбуждение. Губами он прошёлся от вершины до самого основания, кончиком языка ведя мокрую дорожку вдоль всей длины, и Страннику хватило всего пары толчков, чтобы крупно задрожать и излиться прямо в жаркую тесноту рта. Он задыхался, он весь покраснел, он млел от каждой ласки, от каждого слова и каждого взгляда. Ондал едва сдерживал животное желание внутри себя, ведь быть настолько сексуальным — вне закона. – Прости… – прошептал Странник, на это Ондал мог лишь с лёгкой ухмылкой покачать головой. Тут не за что извиняться, ему всё нравится. Нравится его тихий скулёж, нравятся мурашки, которыми он покрывается от едва ощутимых прикосновений, нравится реакция его тела на каждое действие, нравится, как сжимается его дырочка в ожидании первого проникновения. Ондал нежно подхватил одну ногу Странника под коленом и прижал к чужой груди, раскрывая особое местечко ещё больше. А свежая сперма вперемешку со слюной станет их смазкой. – Тебе нужно расслабиться, милый, – его партнёр слабо кивнул и шумно выдохнул, позволяя наконец одному пальцу проникнуть внутрь. Там было тепло и влажно, мягкая теснота хорошо принимала его, даже когда он добавил второй палец. Ондал со всей тщательностью и вниманием растягивал дырочку своего партнёра, ведь он и правда не хотел делать ему больно. Сегодня он подарит ему только наслаждение, поэтому сейчас очень важно, чтобы хотя б три пальца свободно двигались внутри него. – Всё хорошо? – Н-немного непривычно, но всё нормально. Прошу, войди в меня, я хочу почувствовать тебя в себе, – боги, на какие ещё развратные словечки способен этот ротик? Ондал впился в его губы и сразу же углубил поцелуй, позволяя Страннику почувствовать всю страсть и желание, что горели внутри него всё это время, и в тот же момент он проникнул своим членом в его разработанную дырочку, вырывая из глубин чужого горла низкий стон. Тонкий стан выгнулся в пояснице, руки Странника схватились за широкую спину Ондала и впились в неё ноготками, и всё тело на простынях затрепетало. – Подожди… Дай мне время привыкнуть. – Конечно, – Ондал нежным поцелуем собрал скопившиеся в уголках чужих глаз слёзы, согрел дыханием раковину его уха, слизал капельки пота на лебединой шее. Он шептал глупости, пока губами исследовал каждый миллиметр его лица и горячими ладонями оглаживал всё его тело, разгоняя застывшую кровь. Пока Странник не подал ему знак ещё одним кивком. И он аккуратно толкнулся вперёд, проникая на всю свою немаленькую длину. Ондал двигался медленно, давая своему партнёру привыкнуть и почувствовать каждый миллиметр его возбуждения внутри тела, ощутить, как твёрдая плоть раздвигает податливые стенки и достигает самой приятной точки на своём пике. Густой туман вожделения застил его глаза, Странник прижал к себе Ондала, пленив его губы и утопив в новом поцелуе свои жалобные стоны. "Ещё, я хочу больше", — немо просил он, и Ондал с готовностью подчинился ему, прибавляя темп. – Ондал! Ах! Прошу… – теперь он, не сдерживаясь, яростно вбивал ослабевшее от секса тело в кровать. Странник едва успевал жадно глотать воздух, выстанывая лишь одно-единственное имя и бесконечные мольбы, отчаянно хватаясь за широкие плечи и теряя связь с реальностью. Казалось, член Ондала лишь увеличивался с каждым толчком, пока бил точно по слабому месту, пока оставлял безвольной куклой висеть на его шее и умирать от удовольствия. Он чувствовал, как в месте их слияния его кожа плавилась, грозясь слиться с партнёром воедино, как его грудь горела изнутри адским пожаром, что опаляло готовое вырваться наружу сердце. – Я уже на пределе, – даже голос Ондала казался сейчас раскалённым. Глубоко толкнувшись ещё несколько раз, он вытащил своё возбуждение и прижался к члену Странника, проводя по ним обоим своей широкой ладонью и доводя до пика наслаждения. Белёсая жидкость в то же мгновение испачкала белоснежную кожу живота. Даже здесь их сперма смешалась, будто лишний раз доказывая, что теперь они неотделимы друг от друга. – Так хорошо… – мягко улыбнулся Странник, едва держа глаза открытыми. Он вымотан и вот-вот провалится в небытие, но Ондал и не против. Он оставил нежный поцелуй цвести в уголке чужих губ. – Отдыхай.