Теневая звезда

Утро в доме карт началось с привычного напряжения. Вару, своим вечным ёрничеством и пристрастием к хаосу, как обычно, действовал на нервы всем кому только мог и немог. Особенно он досаждал Валету Треф, гоняясь за тем по залу с мерзкой игрушечной тварью из теней, похожей на паука, и доводя Зонтика до слез. Высокомереный Пик смотрел на это с обыкновенным для него презрением, а Куромаку которыму шум мешал сосредоточиться над новой книгой, решил высказать Пику всё что думает по этому поводу и тяжело ступил вперед, пол под ним скрипел (надо бы им полы сменить). Он остановился перед Королем Пик. К-" Пик," - его голос, обычно ровный, звучал как удар стали о камень, - "Уймите своего Валета. Его выходки сегодня невыносимы. Он позорит не только Пики, но и весь порядок подлунного мира, мешая всем своими бесконечными выходками ." Пик лишь усмехнулся холодно, но Куромаку не отступал, его взгляд был холоден, создавая ощущение, что он решил просверлить Пика взглядом . И тут Пику, это все надоело, действительно показалось, что с него хватит. Он резко повернулся к валету пик, Вару. П-"ВАРУ!" - его голос, полный ледяного гнева и превосходства, прорезал зал. - **"Немедленно прекрати этот позор! Хватит унижать королевскую масть Пиков своим недостойным поведением! Прекрати гоняться за этим трефовым шутом и веди себя как подобает Валету Пик!"* Ударение на "трефовом шуте" и "своем Валете" было особенно ядовитым. Резкий, унизительный окрик его собственного Короля сработал как взрыв. Вару замер. Его озорной смех сменился мертвой тишиной (да, мент родился). Теневой паук рассыпался у него в пальцах. Он медленно обернулся.Его глаз хоть и не видно за очками, но можно было заметить, что в его взгляде секунду назад искрящихся весельем, бушевал ад – обида, ярость и давно копившееся возмущение. Он не просто шутил, он был Валетом, и публичное крик от Короля переполнило чашу. "Унижать масть?" – прошипел Вару, его голос дрожал от сдерживаемой ярости. – "Это , Король, унижаешь ее! Унижаешь ! Каждый день! Я не твой придворный паяц, которого можно отшвырнуть пинком! И Зонтик..." – он кивнул в сторону перепуганного Валета Треф, – "...не шут! Он Валет Треф, как я – Валет Пик! А ты третируешь нас всех!" Тени вокруг Вару сгустились, закрутились вихрем. Воздух потяжелел. Король Пик фыркнул, но его уверенность дрогнула. "Ты забываешь свое место, Валет! Я – твой Король! Ты обязан подчиняться и соответствовать нашей масти!" В-"Мое место?" – он засмеялся, и этот смех был ледяным и горьким. – "Мое место – не быть твоей тенью и не терпеть твоего чванства, как и всех кто меня так не любит тут! Ты правишь страхом и презрением, а не силой и уважением! Ты – пустой трон!" Вару резко взмахнул рукой, и живая тень метнулась от его ног, ударив в стену рядом с Королем Пик, оставив черный опаленный след. Король Пик отпрыгнул, лицо его покраснело от гнева . "Вару! Дерзость!" – вскрикнула Эмма , вставая с общего дивана. Куромаку шагнул вперед. Король Червей, Ромео, смотрел с тревогой и неодобрением. Его Валет, Феликс, замер в ужасе. Валет Треф, Зонтик, сжался, глядя на Вару с немым вопросом и страхом. Лица Пиков и их союзников выражали лишь шок, осуждение и холодную враждебность. Предательство своего Короля. Немыслимое особенно для пиковой масти . Вару окинул их взглядом. Этот взгляд – взгляд загнанного зверя, осознавшего, что ему нечего терять – скользнул по знакомым, но внезапно чужим лицам. И нашел отклик только в двух. Данте, стоял чуть поодаль, прислонившись к двери своей комнаты. Его массивный меч "Коготь Аида" был спокоен, но в его темных, насмешливых глазах не было осуждения. Было... понимание? Даже одобрение? Он слегка кивнул Вару, едва заметно. Его собственный Валет, Габриэль, стоял рядом. Габриэль, казалось, читал в колоде таро, которые мягко перебирал в тонких пальцах. Карта "Башня" лежала поверх колоды. Его загадочный взгляд, полный древней мудрости, встретился с взглядом Вару. В нем не было ни страха, ни порицания. Только тихое знание: "Так и должно было случиться Этого было достаточно. Этого и яростной обиды, переполнявшей Вару. "Мое место..." – повторил Вару, громко и четко, обращаясь ко всем, но его слова были явно адресованы Данте и Габриэлю. – "...не здесь. Не среди вас, кто цепляется за прогнившие троны и пустые титулы! Вы презираете Треф за их силу и Бубны за их свободу? Вы считаете меня позором Пик?" Он выпрямился, и кольцо живой тьмы взвилось вокруг него, защищая и угрожая. "Мы – сила! И если эта колода слишком слепа, чтобы это видеть... тогда я создам свою! Да, свою собственную, она будет ценить меня как никто здесь!" Где каждая карта– не пешка в скучной и несправедливой игре!" Эхо его слов раскатилось по комнате, заставив содрогнуться весь дом. Воздух стал густым, как смола, пропитанный ненавистию и готовностью к перемене. Он резко повернулся к своим союзникам, которым он всегда доверял, ведь только они поддерживали его в трудные моменты. "Данте! Габриэль! Вы со мной?" – Его голос звал не просто к уходу, а к началу. – "Или останетесь в этой затхлой клетке ?" – Он ядовито бросил взгляд на выбешеного Пика. Данте оттолкнулся от дверного косяка. Глухой лязг «Когтя Аида», взваленного на плечо, прозвучал как похоронный звон по старому порядку. В его темных глазах горел огонь не осуждения, а некого спокойствия. "Надоело смотреть, как вы задыхаетесь в своем чванстве," – прорычал он, шагая к Вару, его тяжелые сапоги гулко отдавались на скрипучем полу. – "Бубнам тесно среди ваших правил и поклонов. Мы рождены для воли. Габриэль?" Габриэль бесшумно сложил карты, но карта "Башня" на мгновение вспыхнула в его руке фиолетовым светом, прежде чем исчезнуть. Затем он плавно вытащил другую карту – "Звезда", символ надежды, нового пути и высшего покровительства. Она мягко засияла в его пальцах. Г-"Карты не лгут," – произнес он своим мелодичным, завораживающим голосом. – "Башня пала. Но Звезда восходит. Путь указан, и он ведет... в неизведанное." Он сделал элегантный шаг вперед, вставая рядом с Данте и обращая сияющую "Звезду" к Вару. Г-"Я следую за светом новой судьбы." Вару почувствовал, как ярость и обида трансформируются во что-то новое – в ликующую, почти безумную силу созидания из хаоса в которым был он опутан с самого его создания. Он не просто уходил. Он созвал. Он бросил последний, полный презрения взгляд на остолбеневших обитателей зала:ф На своего уже бывшего Короля :Лицо того исказила не ярость, а холодная, смертоносная ненависть. Он проиграл своего Валета на глазах у всех. -"Ты... ничтожество!" – выдохнул Пик, его голос был хриплым от бессильного гнева. – "Уродливый выродок масти! Убирайся и сгинь в той тьме, которую так любишь!" На Куромаку: Взгляд Короля Треф был острее клинка, но в глубине холодных глаз читалась... некая удовлетворенность происходящим? Он молчал, лишь слегка склонив голову, будто наблюдая за неизбежным и правильным падением камня. На Ромео и Феликса:Король Червей смотрел с глубокой тревогой, словно чувствовал, как рушится их привычный мир. -"Вару, Данте... подумайте!" – вскричал Ромео, его голос дрожал. – "Этот путь ведет только к войне! К гибели всего Дома!" Феликс, его Валет, лишь сжимал руку сюзерена, смотря на уходящих с нотками сострадания и ужаса. - "Они... они не понимают, что творят..."- прошептал Феликс На Зонтика: Валет Треф сжался в комок, но в его влажных глазах, помимо страха, горел крошечный, завистливый огонек – огонек желания вырваться. Он не сказал ни слова, лишь беззвучно пошевелил губами: -"Удачи..."-шепнул Зонтик -"Прощайте, узники своих корон!" – бросил Вару, и его голос звучал уже не как крик обиженного валета, а как декларация нового властителя. Он повернулся к Данте и Габриэлю, его тени уже плели арку перед дверью. -"Наша игра начинается. И ставки будут горазо выше."-произнос Вару -"Прощайте, узники своих корон," – бросил Вару, и его голос звучал уже не как крик обиженного валета, а как декларация нового властителя. -"Играйте в свои старые игры. Мы начинаем но Эмма, до сих пор молчавшая, встала, ее голос прозвучал резко и властно: -"Вару! Ты предатель! Ты выродок! Данте, Габриэль – вы следуете за безумцем! Вернитесь сейчас же, пока не поздно!" Данте, лишь фыркнул, проходя мимо нее к формирующемуся теневому порталу. - "Безумец? Может быть. Но он действует, Королева. А вы? Вы лишь охраняете пыль на своем троне. Ваши угрозы – шелест прошлогодних листьев." Его рука уверенно легла на эфес "Когтя Аида". Габриэл,скользнул за Данте, его "Звезда" светила ярче. -"Судьба не знает слова 'поздно', Ваше Величество. Лишь 'следующий шаг'. Наш сделан." - произнес валет буби. Он бросил прощальный взгляд на свою старую колоду, в его глазах не было сожаления, лишь сосредоточенность на пути. -"Вару! Ты слышал меня?!" – закричал Пик, сделав шаг вперед, но тени у порога зашипели, отбрасывая его назад.- "Ты украдешь наше спокойствие? Наш порядок?!" Вару, остановившись на пороге, наполовину погруженный в пульсирующую тьму. Он обернулся, его очки на мгновение отразили бледное лицо Пика. - "Украсть? Нет, Пик. Мы уходим забирать свое. Порядок, который вы охраняете – это тюрьма. А хаос..." – он широко улыбнулся, и в этой улыбке не было ни веселья, ни озорства, только холодная решимость, – "...хаос – это свобода. И мы построим из него нечто прекрасное. Нечто настоящее." Он шагнул в портал. Данте и Габриэль последовали за ним без колебаний. Теневая арка сомкнулась с тихим шуршанием и вспышкой фиолетового света, оставив после себя лишь легкий запах озона и черный, опаленный след на стене. В наступившей гробовой тишине скрип пола под Куромаку прозвучал оглушительно. Он медленно поднял книгу, которую ронял при шаге вперед, его лицо было непроницаемо. Ромео, тяжело опустился на диван, закрыв лицо руками. -"Что мы наделали, Феликс?.. Что мы все наделали?" Феликс, молча положил руку ему на плечо, его собственные глаза были полны слез. -"Они выбрали свою судьбу, Ваше Величество. Теперь нам придется жить с последствиями." Зонтик, все еще сидел на полу. Он ткнул пальцем в то место, где исчез теневой портал. "Прекрасное..." – прошептал он так тихо, что услышал только сам. – "Из хаоса..." Где-то высоко под сводами Дома Карт, в зарослях древних балок, послышался тихий, знакомый смешок. Джо, качался на люстре, как на качелях. Он послал в пустоту, где только что исчезли трое, театральный воздушный поцелуй. - "Ну вот и началось, Ватрушка. Веселуха-то какая!" Его смех, полный безумного восторга, раскатился по опустевшему залу, звуча как финальный аккорд старой жизни и первая нота новой, непредсказуемой симфонии. Игра действительно началась.вую партию."-вскрикнул Ватрушка". Он тоже едва кивнул.