Одиночество вдвоём

      — Туман такой густой!       Джисок идёт рядом. Их плечи слегка соприкасаются. Одно движение, и Чонсу может схватить его за руку, но он сдерживается, боясь спугнуть такого хрупкого мотылька. Конечно, он сильный, но, в глазах Чонсу, Джисок похож на редкий цветок, требовательный к уходу. И Чонсу сделает все, чтобы он не завял.       — Да, и вправду, — он улыбается, хотя не уверен, сможет ли Джисок увидеть его лицо. — Давай возьмёмся за руки чтобы не потеряться.       Никто не отвечает.       — Джисок? — он ведёт рукой, но рядом никого нет. Чонсу оборачивается, топчется на одном месте, но густой туман полностью закрывает обзор. Роса падает с высокой травы на кеды Чонсу, и они быстро промокают. Озноб бьёт по всему телу, а мозг будто подключили к розетке: в голове вспыхивают искры.       — Джисок! — кричит Чонсу, но никто не отвечает. Голос быстро разносится по округе и исчезает без эха: вокруг нет ни единого обьекта, от которого может отскочить звук.       — Не смешно! — это и вправду похоже на шутку. Прямо сейчас Джисок должен опустить руку на его плечо, а Чонсу должен испугаться, но этого не происходит. Чонсу один стоит в безмолвной пустоши, покрытой грустным холодным туманом. Он не ощущает присутствие ни одного живого существа, лишь трава колышется у его ног говоря о том, что он ещё жив. Только трава, и больше ничего.       — Пожалуйста, вернись, — Чонсу идёт вперёд, а на его глазах наворачиваются слезы. — Прошу, Квак Гаон.       Он просыпается в своей постели. Тело все ещё бьёт ознобом, как будто он гулял в тумане и только только забрался в кровать. Но вокруг нет тумана, лишь темнота и очертания мебели его комнаты. Чонсу садится и закрывает лицо руками. Ладонями он чувствует слезы, покрывающие щеки. Ему снова приснился кошмар. Снова он просыпается от того, что Джисок вдруг пропадает, оставляя его одного; снова его закидывает в туман или в темноту, где он бродит один, и он чувствует рядом Джисока, но не успевает схватить его за руку. Он как мимолетный утренний иней, тающий от первых лучиков солнца.       Джисок всегда в его мыслях.       Часы показывают девять утра. Чонсу берет в руки телефон и открывает чат с Джисоком. Сглотнув подступивший к горлу ком, он пишет:       Джисок, привет. Ты снился мне сегодня. Ты снишься мне всегда. Я…       Он просматривает написанное и стирает. Шумно выдохнув, он кладет телефон на прикроватную тумбу и вновь ложится на подушку. Следует ещё поспать, но Чонсу боится вновь окунутся в кошмар, где он один бродит по туману, потерянный и брошенный. Он смотрит на потолок и думает о том, что ужасно соскучился по Джисоку.       Чонсу приехал к родителям в отпуск на десять дней. Заняв свою комнату, он думает что все будет нормально — хорошо отдохнёт и восстановится. Но приходят проклятые кошмары, полностью забирая силы в течении ночи: Чонсу даже и не помнит когда ему не снился кошмар.       Каждую ночь происходит одно и тоже. Джисок теряется в тумане, тонет в бурных реках, сваливается с обрыва, исчезает в темноте. А Чонсу не может его спасти.       Ему ужасно одиноко в собственной комнате, в собственной квартире.       Поднявшись с кровати, он открывает окно. Свежий ночной воздух тут же влетает в комнату, заставляя Чонсу дышать полной грудью. Снаружи пахнет свежими листьями с нотками выхлопных газов: комната Чонсу расположена со стороны дороги.       <(Что ты хотел мне написать?)       Чонсу вздрагивает от вибрации телефона. Джисок.

(Давай когда я вернусь, сходим в кино?) >

      <(О!)       <(Отличная идея!)       <(А когда ты вернёшься?)       Чонсу улыбается и смотрит на календарь. До конца отпуска осталось три дня, но он может вернутся пораньше ради Джисока.

(Сегодня)>

      <(Класс, жду тебя)       Тепло разливается в его груди когда он думает о Джисоке. Он на самом деле его любит, по настоящему, и совсем это не скрывает. Только он не уверен как к нему относится Джисок: вроде соглашается сходить в кино и провести время вместе, но с другой стороны бледнеет, когда Чонсу находится слишком близко. Он, конечно же, спросит напрямую…       Или не спросит, а будет действовать.       Умывшись и нарядившись в широкие джинсы и серую толстовку, Чонсу заходит в гостиную. Там его мать смотрит какую-то кулинарную программу по телевизору. Чонсу осторожно присаживается рядом с ней.       — Доброе утро, Чонсу, — кивает она с улыбкой на лице. — Как спалось?       — Хорошо, — врет он. — Ты не против если я приведу сюда друга?       — Того самого, о котором ты все время болтаешь?       — Да. Его, — Чонсу зажимается. Неужели он действительно так много говорит о Джисоке?       Наверное он уже достал этим родителей.       — Конечно, я буду рада с ним познакомится.       — А ещё я возвращаюсь в Сеул раньше. — Почему? — женщина удивленно вскидывает брови.       — Мы уже начинаем репетиции, попросили вернутся пораньше, — вновь врет Чонсу.       — Хорошо. Я там завтрак приготовила, покушай обязательно.       — Спасибо, — Чонсу целует её в лоб и уходит на кухню. Подкрепившись, он собирает вещи и выходит из квартиры. Погода на улице как будто создана для долгих прогулок: поют птицы, дует лёгкий ветерок подгоняя к Чонсу запахи цветения. Солнце прячется за облаками, поэтому вокруг не жарко и не холодно.       Свежий воздух проникает в его лёгкие и выходит углекислым газом. Он широким шагом отправляется на остановку и подумывает заказать такси — чтобы прибыть к Джисоку ещё быстрее. Он останавливается у пешеходного перехода и открывает приложение для заказа такси. Машина приезжает быстро.       — Доброе утро, — таксист ему попадается вежливый. Чонсу кивает и садится на переднее сиденье. Он не может сдержать улыбки, когда получает очередное сообщение от Джисока.       <(Ты где? Я уже собрался)       <(Почти)

(Я еду. Давай встретимся у нашей квартиры)>

      <(Жду тебя! Жду, жду!)       — Вы идёте на свидание? — вдруг спрашивает таксист, улыбаясь краешками губ. Чонсу заливается краской и опускает телефон.       — С чего вы взяли?       — Просто предположил. Вы все светитесь от счастья.       — Да, — Чонсу почесывает щеку и смущённо отводит взгляд. — Можно назвать это свиданием.       — Тогда пожелаю вам удачи. Вы с ней давно общаетесь?       — Да, — он хочет сказать ещё о группе, но может лишь отмалчиваться. Не нужно нагружать незнакомого человека бесполезной информацией. Да и самому Чонсу нужно быть осторожным и не разбрасываться таким налево и направо.       Дальше они едут молча, но водитель не перестаёт улыбаться. Наверное, он думает об очередной идеальной паре, только он понятия не имеет, что предмет воздыхания Чонсу — парень.       Да и сам Чонсу до самого конца не мог этого принять.       Он вырос в религиозный семье и нотациях родителей о крепкой и долгой связью между мужчиной и женщиной. Родители ждут от него внуков, но они их не получат, ведь в его жизнь врывается Джисок, полностью ломая всю систему внутри Чонсу, которую родители так долго выстраивали. Он поддаётся его сумасшедшему влиянию и принимает свою любовь такой, какая она есть, глядя ей в глаза без страха. Чонсу надеется, что его чувства взаимны.       Сейчас самое время все узнать.       Он выходит из машины, и Джисок уже ждёт его у подъезда. Он как всегда весь светится от внутренней энергии. Как только таксист отьезжает, Чонсу кидается к Джисоку, стискивая его в обьятьях.       — Задушишь, — пищит Джисок. — Я тоже по тебе соскучился, но не настолько.       — Извини, — иногда Чонсу забывает про то, что намного крупнее и сильнее Джисока.       — А на какой фильм мы пойдём?       — Мммм, — Чонсу задумчиво отводит взгляд. — Я не знаю. На какой хочешь туда и пойдём.       — Я не хочу в кино…       — Да? Если дело в деньгах, то я заплачу, — они сворачивают в парк.       — Нет! У меня есть деньги. Просто сегодня такая замечательная погода.       Погода и вправду прекрасная. Может Джисок прав: им лучше прогуляться вдоль пруда и посмотреть на уток. Возможно, они увидят лебедей, прилетающих сюда каждое лето. Он не знает, прилетают одни и те-же лебеди или нет. Может меняются поколения, а они все летают и летают на этот пруд. Он чистый, вокруг тихо, идеальное место чтобы растить потомство.       — Пойдём смотреть на уток, — просит Джисок, и Чонсу не может ему отказать. Они сворачивают, и тропинка ведёт их вниз до тех пор, пока за деревьями не начинает блестеть вода. Вскоре они выходят к просторному берегу, поросшей короткой травой и рогозом у самой воды.       — Как много уток! — восторженно вскрикивает Джисок, подбегая к воде. Они плавают далеко и не слышат его криков: иначе бы разлетелись. Чонсу стоит рядом с ним, убрав руки в карманы джинс, и внимательно смотрит на птиц, занимающихся своими делами.       — Смотри! — Джисок дёргает его за рукав, и Чонсу отводит от уток взгляд. Он видит, как пара лебедей приземляются на воду неподалёку, ослепляя двух парней, стоящих на берегу, своими чистыми белыми перьями. Встретить пару лебедей — большая удача и, кажется, тому кто их увидел повезёт в любви, поэтому Чонсу крепко крепко сжимает руку Джисока и, втянув побольше воздуха, говорит:       — Я люблю тебя.       — Что? — Джисок непонимающе уставляется на него, и Чонсу сразу же жалеет о своих словах. По глазам Джисока понятно, что он на самом деле не понимает озвученных чувств.       Но руку не отпускает       — Эээ… — Чонсу отводит взгляд. — Говорят что если увидеть лебедей то будет удача в любви, вот я и попробовал.       — Мы оба парни, Чонсу.       — И что?       Джисок вздыхает. Смотрит он совсем в другую сторону. Кажется, что он разорвёт из связи и отстранится, но он все ещё стоит рядом и крепко держит Чонсу за руку.       Над озером собираются облака. Утки кричат и поднимаются в небо, оставляя лебедей наедине. Солнышко прячется за зябкими тучками, и становится немножко прохладно. Дует ветер.       — Это сложно… — Джисок заглядывает в глаза Чонсу. — Мне нужно время чтобы все обдумать.       — Хорошо, — кивает Чонсу. Он сделает все, чтобы Джисоку было комфортно рядом с ним. — Я буду ждать.       Они стоят и смотрят на лебедей, и каждого накрывает волной одиночества. Они вместе, но одновременно по отдельности — находятся в разных мирах, не в силах их покинуть. Но Чонсу постарается.       Он сделает все чтобы Джисок был счастлив.