Любовь всех делает идиотами

Так неожиданно и приятно начатый день так же неожиданно закончился, но имея уже неприятный осадок. Воспоминания, лежащие на дне памяти тяжёлым илом, вдруг опять всколыхнулись, поднялись высоко, как от кинутого на дно реки булыжника. Столько времени понадобилось, чтобы уложить их, пригладить, стараться не беспокоить и не углубляться в них, чтобы не поднимать эту муть. Это фото... Оно снова взбудоражило память, грубой палкой разворошило, растревожило... То красивое место отняло любимого, забрало сердце и подарило боль и беспросветную тоску. Ким Сонхва был офицером, командиром диверсионно-разведывательной группы. Познакомились в учебке. Сона натаскивал новеньких, Тэхён с другими студентами меда проходили курс молодого бойца. Роман был головокружительный. За три месяца в учебке оба поняли, что ... Всё. Пропали и растворились друг в друге окончательно. За сутки до командировки Сона оформили брак. Одна брачная ночь и он уехал с группой на боевое задание. И жизнь Тэхёна превратилась в вечное тревожное ожидание. Месяцы полной тишины и неизвестности. Ни писем, ни звонков, ни сообщений. Затем возвращение мужа, медовый месяц и снова месяцы тревожного ожидания. И так по кругу из раза в раз. Спустя три года после знакомства, закончив мед институт и сдав все нормативы по военной подготовке, Тэхён получил диплом и погоны. И родина послала его в первую командировку в горячую точку. Пройдя долгие, тяжёлые собеседования, сложные тесты и подписав кучу бумаг о секретности и неразглашении, собрав армейский рюкзак, Тэхён с такими же желторотыми врачами отправился в неизвестность. Поглощённый полностью в учёбу и верное ожидание мужа из очередной командировки, Тэхён не имел близких друзей. Просто ровные приятельские отношения. Чимин, получивший направление в то же место, что и Тэхён, вообще всегда раздражал. Слишком активный, слишком весёлый и жизнерадостный, слишком поверхностный и легкомысленный. И как назло поселили их на соседних койках в большой многоместной палатке и смены им поставили вместе. Так что и работать и отдыхать пришлось постоянно практически бок о бок. Чимина стало слишком много в жизни Тэхёна. Ещё огорчало, что не было возможности как то связаться с мужем. Их очередной медовый месяц отодвигался на неопределённый срок. В горячих точках опыт набирается быстро. Так много разных интересных с точки зрения военврача случаев в мирной стране не наберёшь. А на войне... и тебе пулевые и осколочные, и ножевые, и ампутации, и всё такое прочее и в больших количествах. Работы было много. Главврач, он же ведущий хирург, не жалел интернов. Гонял как школоту. Заставлял делать всё, от обязанностей санитаров до грузчиков. Приказ явиться помытым в операционную расценивался молодыми врачами как верх поощрения за усердие и трудолюбие. Именно тогда Тэхён другими глазами посмотрел на Чимина. Не смотря на внешность нежного сахарного принца омега был совершенно не брезглив. Ему ничего не стоило протереть и переодеть раненого, вынести судно, поменять катетер, сделать перевязки. Он никогда не бурчал и не жаловался, что это дело младшего медперсонала, а не врача. И всё делал с ласковой улыбкой и бесконечным щебетанием. Раненые Чимина обожали. Кажется, что в его присутствии у них даже всё переставало болеть. Или они стеснялись показывать слабость перед симпатичным милым улыбчивым доктором, ещё и таким заботливым. К тому же Чимин всё делал быстро. Никогда не затягивал с выполнением задания, чтобы сделать поменьше. Часто даже предлагал Тэхёну помощь. Например в уборке. Тэхён тоже не отлынивал и не замедлялся специально, просто убираться очень не любил и не обладал мотором в жопе как коллега. Поэтому как-то само собой повелось, что Чимин чаще убирался, а Тэхён занимался инструментами и документами. Волей неволей, проводя всё время вместе, сблизились. Даже начали заботиться друг о друге. Делиться воспоминаниями и вещами. Чимин, как более активный, открытый и комуникабельный успевал общаться со всеми в госпитале. От последнего санитара до главврача. Знал всех и все знали его. Поэтому Тэхён был в курсе всех событий и сплетен в лагере. Ещё Чимин умудрялся помнить всех раненых по имени и званию. Тэхён же не запоминал имён и лиц. Как только раненого стабилизировали- отправляли на большую землю. Подальше от линии боевого соприкосновения. Поэтому никто тут дольше недели не задерживался. По мнению Тэхёна важнее было правильно и подробно заполнить медкарту раненого, чем помнить как его зовут. Что ж, за аккуратность и скрупулёзность в работе с документами его хвалили старшие товарищи. А ещё достаточно часто звали ассестировать в операциях, что тоже было сродни похвале. У Тэхёна была твёрдая рука и холодная голова. Он не впадал в истерику и не опускал руки. Делал свою работу чётко и до конца. Уже после операции, если она завершилась неудачно или была эмоционально тяжёлой, мог уйти немного в сторону от госпиталя, в лес, сесть на краю обрыва и смотреть вдаль на закат, давая волю слезам. Иногда к нему присоединялся Чимин. И они могли поболтать о чём то о своём, поделиться событиями прошедшего дня или просто помолчать вместе. Хотя с Чимином молчать чаще всего не получалось. Ему всегда было что рассказать. Так прошли несколько месяцев. И вдруг приехал Ким Сонхва. Тэхён видел мужа в форме только в учебке. Домой он приходил всегда в гражданке, чисто выбритый и вкусно пахнущий. А тут он увидел его таким, каким муж был бОльшую часть времени, которую проводил без Тэхёна. Если честно, то не сразу узнал. Да и Сона очень удивился встрече. Оказаться в командировке в одной стране и работать настолько близко, что группа Сона принесла своего раненого товарища именно в полевой госпиталь где работал Тэхён- шанс один к ста. Эти несколько часов, проведённых вместе были подарком судьбы. А потом Сона ушёл. И больше Тэхён его не видел. Спустя два месяца после той случайной встречи Тэхёну сообщили, что группа Сона не вернулась с очередного задания. Пропал без вести, уже месяц как. Только закатное солнце над долиной и Чимин слышали этот нечеловеческий вой. Тэхён замкнулся. Стал менее общительным и стал больше работать. Важно было уставать так, чтобы только до койки и чтобы сразу провалиться в сон. Чтобы ни одной мысли дурной в голове не проскочило. Однажды он услышал как медбратья за мытьём инструментов сплетничали. Услышав своё имя, прислушался. Конечно, его как бы жалели. Говорили какой молодой и красивый доктор, а уже вдовец. Заодно и высказали мнение, что такой видный омега мог бы и посолиднее кого-то в мужья подцепить. Даже генерала, а не полевого офицера, какого-то капитанишку, который в любой момент раз и сделает вдовцом. Тогда Тэхён вошёл в палатку и спокойно, но твёрдо сказал: "Мой муж жив, пока мне не докажут обратного. Закройте рты или разговариваете только о работе". Медбратья притихли. Хоть доктор был и моложе их, но выше по статусу и званию. Да и понимали, что задели открытую рану. А Тэхён для себя давно уже решил, что муж жив, просто на задании, и он его ждёт как обычно, как было всегда. Эта мысль успокаивала, давала надежду, силы жить и работать. Он был нужен раненым, коллегам, Чимину в конце концов. Именно Чимин в тот трудный период особенно опекал и окружал заботой Тэхёна. И затыкал рты всем, кто только начинал тему о пропаже или смерти мужа друга. Впервые тогда все узнали, что Чимин может быть не только сладкой булочкой, но и склочной стервой, которая без зазрения совести может и глаза выцарапать, а уж за крепким словцом вообще в карман не лезет. Так отъебукает, что глаза из орбит вылезут. Тогда Тэхён понял, что у него появился очень близкий и преданный друг, который готов его защитить несмотря на портящуюся из-за этого репутацию. Наверное тогда в бОльшей степени из-за Чимина Тэхён и держался. Или точнее - благодаря Чимину. А спустя ещё несколько недель Тэхёну принесли жетон мужа, результат ДНК-теста и извещение, что его муж- капитан Ким Сонхва- погиб. Какая-то разведгруппа наткнулась во время своего задания на обгоревшие до неузнаваемости тела, обнаружила жетоны. ДНК-тест подтвердил, что это пропавшая группа Сона. Надежды больше не осталось. Она умерла вместе с этим жетоном и ДНК- тестом. Мир схлопнулся. Сердце обуглилось, замерло, но не остановилось. Тэхён смотрел в бумаги и не видел ничего. Полная темнота среди бела дня. И тут как подарок небес- бомбёжка. Тэхён поднял глаза в небо, услышав грохот приближающихся разрывов. Для Тэхёна это спасение, счастливый выход из ситуации. А вдруг там, по ту сторону смерти, есть вероятность встретиться с любимым? Тэхён рассмеялся, наблюдая приближающийся хаос. Бежать куда-то бессмысленно. Спасаться- не хочется. Но можно попытаться спасти кого-то, кого ждут дома так же, как до этого момента ждал мужа Тэхён. Он добежал до ближайшей палатки с ранеными и накрыл собой первого же лежащего на койке альфу. Тот инстинктивно обхватил голову омеги руками чтобы прикрыть и прижал к себе. Через несколько секунд совсем рядом раздался взрыв и на палатку посыпались осколки вперемежку с землёй. Но Тэхён уже этого не слышал. Спину, руки и ноги обожгло горячим. Всё длилось на самом деле несколько секунд, но казалось несколько минут. Как в замедленном кино. Тэхён попытался подняться. Тело не слушалось. Попытка опереться на руки пронзила болью. Сполз на пол на колени- тут же резкая боль в ногах, от чего потемнело в глазах. Завалился на пол всем телом и больше не встал. Широко открытые глаза заволокло влагой. Стало вдруг спокойно, тихо и темно. Очнулся в палате с белыми стенами. Подключённый к аппаратам, весь перебинтованный, рядом врачи и медбратья. -Здравствуйте, голубчик,- бодро начал врач средних лет с пузиком.- Помним, как зовут? Тэхён медленно двигал глазами, пытаясь понять где находится. - Можно воды? - хотел сказать омега, но голоса не было. Только вяло шевелились губы. - Что-что, голубчик?- врач наклонился к лицу омеги и подставил ухо. -Пииить,- с усилием выдавил из себя Тэхён хрип. -А это пожалуйста. Водички дайте пациенту, пожалуйста, - обратился куда-то в сторону доктор.- Тёпленькой. Внимательно рассматривая Тэхёна доктор терпеливо ждал, когда Тэхён сделает несколько маленьких глотков из протянутого медбратом стакана с трубочкой. - Ну что? Продолжим знакомство? - снова обратился доктор к Тэхёну.- Я доктор Кан Юнхо. Вас как зовут? - Ким... Доктор Ким... Тэ... Хён...- прохрипел Тэхён, попытался прочистить горло. Голос не возвращался. - Доктор Ким Тэхён. Коллега, значит. Это хорошо. Ну что ж, доктор. Тогда, чтобы вас не утомлять, расскажу вкратце. Вы сейчас в госпитале, в Корее. Вы ранены. Привезли вас тяжёлым, множественные осколочные ранения, большая потеря крови. Понимаете, что я говорю?- поинтересовался врач, продолжая внимательно наблюдать за Тэхёном. - Да,- тихо прохрипел Тэхён. - Замечательно. Сейчас вы потихоньку приходите в себя. Не торопитесь, в своём темпе. С вами всегда будет находиться кто-то из медбратьев. Я вас ещё навещу позже. Отдыхайте. Тэхён пошевелил губами. Доктор нагнулся к лицу омеги и подставил ухо. - Искусственная кома?.. - Верно. Так было надо, доктор. Сейчас приходите в себя. Мы с вами ещё неоднократно пообщаемся. Как сможете держать что-то в руках, я вам дам изучить вашу медицинскую карту,- улыбнулся врач, кивнул и вышел из палаты. Тэхён закрыл глаза. Казалось, что устал держать их открытыми. Осознание того, что живой накрыло внезапно. А ещё первое воспоминание, что Сону больше нет. Из закрытых глаз потекли слёзы. Медбрат, оставшийся рядом с ним наклонился и тихо спросил: - Доктор Ким, вас что-то беспокоит? Болит что-то? Тэхён открыл глаза и прошептал "нет". Лечение в госпитале, восстановление двигательных функций заняло несколько месяцев. Всё это время рядом был Чимин. Во время бомбёжки его не было в госпитале. Он и два санитара уезжали за медикаментами и продуктами. Вернулись тогда, когда всё уже закончилось. Кто выжил и был не ранен помогали выжившим раненым и пострадавшим коллегам. Было много погибших. Чимин бросился на поиски Тэхёна и обнаружил его чуть живым без сознания. Благодаря Чимину Тэхён выжил, но был ли он на самом деле благодарен другу за спасение? Этот вопрос для Тэхёна оставался открытым. Весь долгий период лечения и восстановления Тэхён жалел, что остался жив. Что друг отчаянно боролся за его жизнь. К тому же после такого ранения Тэхён больше не мог оперировать. Искусственная кома тоже наложила свой отпечаток- случались судороги. Единственное, на что мог рассчитывать Тэхён, это стать заурядным врачом, назначающим медикаментозную терапию. Но он всегда хотел быть хирургом... Решение пришло, когда один из старших коллег позвал Тэхёна в свое отделение в качестве операционного медбрата. Вот так Тэхён и стал операционным медбратом с квалификацией врача. Чимин как хвостик последовал за ним. Даже настоял на одной квартире на двоих. Почему Пак так цеплялся за него, Тэхён не вникал. Но в глубине души понимал, что сделал бы всё возможное для него, попади Чимин в подобную ситуацию. Да и благодарен был безмерно за то, что в трудное для Тэхёна время, когда и душа и тело были покалечены и разбиты, Чимин был всегда рядом, всегда на стороне друга. Тэхен не умел показывать свою благодарность, часто был груб с другом, раздражался, но хоть и неумело, но по своему заботился и переживал за него. А переживать было за что. Чимин был слаб на алкоголь и как следствие этого на альф. Будучи вполне добрым, покладистым, хозяйственным и активным, при этом довольно милым и привлекательным Чимин был ещё слишком доверчивым и безбашенным. А когда выпьет лишнего, то вообще тормоза отказывали. Ему ничего не стоило в баре залесть на барную стойку и станцевать стриптиз. Или подойти к симпатичному альфе и предложить провести нескучный вечерок наедине. И его в тот момент совершенно не смущало, что он видит этого альфу первый раз в жизни. Все эти новые черты чиминовского характера Тэхён открыл, когда они стали жить в одной квартире и иногда посещали вместе клубы или бары. Был ли Тэхён удивлён такими метаморфозами друга? Он охуел. Кстати, матом Тэхён стал ругаться тоже с подачи Чимина. А по другому не получалось. С кем поведёшься... Чимин часто употреблял крепкие словечки. А Тэхёну порой других слов и не находилось, чтобы объяснить Чимину степень своего ахуя от его очередной пьяной выходки. Чимин держался за Тэхёна, чтобы не опуститься и не пойти по рукам, Тэхен за Чимина, чтобы окончательно не скатиться в депрессию и не наложить в конце концов на себя руки. Чимину хотелось встретить любимого и любящего альфу, создать семью, нарожать детей, Тэхён считал, что в его жизни всё хорошее уже произошло, но сгорело и превратилось в угли, а на пепелище с разорванной душой и мёртвым сердцем ничего путного больше не построишь. Конечно его внешняя оболочка привлекала альф. Его звали на свидания, просили телефончик, но это только раздражало. Тэхену казалось это пошлым, знаки внимания от альф он воспринимал чуть ли не как грязные домогательства, даже если такого не было на самом деле. Из раза в раз он грубо отшивал ухажоров. Чимин каждый раз ему объяснял, что Тэхён порой обижает и тех мужчин, которые искренне хотели бы сблизиться, честно ухаживать и в дальнейшем создать семью, да и Тэхён это головой понимал, но поделать ничего с собой не мог. В его душе не расцветали цветы от восхищенных взглядов и комплиментов, глаза не загорались и губы не трогала улыбка. Напротив, от этого было почему то неприятно, порой даже мерзко. Впервые за три года только Чон не вызывал этого гнусного отторжения. Своей простотой, непробиваемым спокойствием и уверенностью, открытым прямым взглядом, умением быть рядом и при этом не напрягать своим присутствием. Этим всем он был так похож на Ким Сонхва, что становилось страшно, но при этом хотелось его рядом- видеть теплый взгляд и мягкую улыбку, слушать тихий голос. Каким то удивительным образом Чонгук, так нелепо ворвавшийся в жизнь Тэхёна, умел вовремя прийти и знал когда нужно уйти, чтобы оставить после себя желание увидеться вновь. Когда Тэхён, благодаря фото со знакомым пейзажем, узнал, что Чонгук тоже военный и был там же, где был Тэхен, то понял, чем ещё Чонгук был так похож на мужа. Там были три категории военных- врачи, инструктора и разведчики-диверсанты. Регулярную армию его родина союзному государству не отправляла. Чон не врач. Значит либо инструктор, либо как и муж спецназовец. Соответственно либо обучал местных военных, либо, как муж, выполнял спецзадания. Либо и то и другое. После возвращения домой Тэхёну было о чём поразмыслить. Мысли были мрачные, тяжёлые, окрашенные горечью и болезненными воспоминаниями. Чонгуку не надо было объяснять, что Тэхёну необходимо побыть одному. Он молча отвёз его домой, не залезая под кожу вопросами. Расставаясь, он только мягко пожал руку и долго смотрел в глаза понимающим взглядом. И это тоже Тэхёну в нём нравилось. Чонгук был настойчивым, но ненавязчивым, умел, когда нужно, отступить. - Прости,- только и смог сказать Тэхён. - Мне нужно немного времени и я буду в норме. На это Чонгук только мягко улыбнулся и кивнул головой. А через два часа Тэхёну принесли киллограмм самой сладкой в его жизни клубники. На открытке вложенной в корзинку было написано только "До встречи". И эти два слова впервые за несколько лет вызвали оттепель в замёрзшей душе и тронули губы улыбкой.