Haunted Fuck

      В музее было холодно.       Ллойд никогда раньше там не был, у него не было на это причин. Друзья как-то раз приглашали его туда, но он был слишком подавлен, чтобы пойти. Было слишком горько и сладко видеть себя таким, каким его изображали, — героем, своего рода спасителем. Он и раньше много раз спасал Ниндзяго, но всё равно чувствовал себя неуютно.       Ллойд отбросил эти мысли и резко обернулся, услышав, как что-то эхом разносится по коридорам, а холодный ветер обдувает его лицо.       В коридоре всегда было так темно?       Он взял себя в руки, заметив, что охранник, который его сопровождал, куда-то исчез, и в его душе зародилось чувство тревоги.       В этом не было ничего особенного, Ллойд через многое прошёл, у него не было причин внезапно так сильно испугаться, верно? Его бросила мать, он потерял одного из своих лучших друзей из-за Повелителя и изгнал своего отца в проклятое царство, ему не следовало бояться темноты.       И всё же Ллойд не мог избавиться от этого чувства, когда вошёл в пустую кладовую и окинул взглядом всё помещение.       Книжные полки, змеиная статуя, пустой сейф с единственной картиной над ним и кучка песка.       Ллойд вздрогнул, почувствовав, как холодный ветерок шепчет ему на ухо. Это немного больно.       Ему следовало взять с собой меч... Ерунда! У него были силы стихий, ему нечего было бояться, он мог защитить себя, он делал это много раз раньше, что же изменилось сейчас? Трудно было сказать.       Может быть, дело было в жуткой тишине, в том, как темно было в комнате даже при дневном свете, или в том, что вся обстановка казалась неуместной? Как бы то ни было, он мог справиться с этим.       — Что у нас здесь есть?       Ллойд чуть не подпрыгнул от неожиданного шума, нет, не шума, голоса.       — К-кто там?!       Громко сказал он, обернувшись и ничего не увидев. Он очень старался говорить уверенно, правда старался, но трудно быть уверенным, когда ты даже не видишь, с чем сражаешься.       Ллойд снова почувствовал холод, ещё один порыв ветра ударил ему в лицо, на этот раз достаточно сильный, чтобы откинуть волосы с лица, и он отступил назад.       — Зелёный ниндзя, ты действительно тот, кто спас Ниндзяго от безвременной кончины?       Голос рассмеялся, и в воздухе снова подул ветер. Ллойд сделал ещё один шаг назад, оглядываясь в замешательстве и страхе. Он побывал во многих переделках, но это ощущалось иначе.       — Нет, этого не может быть! Ты просто напуганный ребёнок!       Он сказал это с очередным смешком, в его голосе звучала насмешка. Ллойд прищурился и закричал:       — Кто вы? Что вам нужно в этом музее?       Он лишь рассмеялся в ответ, не в силах воспринимать маленького светловолосого мальчика всерьёз. Он чувствовал, как осуждающий взгляд пронзает его насквозь, даже если он его не видел.       — О, это не то, по чему ты будешь скучать. Просто старая вещь.       А затем призрачная фигура обрела форму: полупрозрачная и истощённая, с чёрными как смоль волосами с единственной зелёной прядью, в потрёпанном кимоно и с тёмными кругами под глазами.       Был ли это призрак?       Ллойд и раньше слышал истории о привидениях, но он был так близок к тому, чтобы увидеть одно из них, что мог только предположить это по болезненному виду и мёртвым глазам, но это не объясняло дуновение ветра.       — Но это не единственное, что я возьму с собой.       Он просто добавил, что свет мерцает, а фасад Ллойда дрожит. Как вообще можно сражаться с призраком? Несмотря на неуверенность, он начал готовиться к атаке.       К отчаянию Ллойда, фигура снова исчезла, и мальчику пришлось снова оглядеться, прежде чем он почувствовал что-то в животе.       Затаив дыхание, он посмотрел вниз и увидел призрачную зелёную руку, обхватившую его живот, пальцы которой исчезали глубоко внутри него.       Как бы сильно ему ни хотелось закричать, наброситься на кого-нибудь, сделать хоть что-нибудь, он не мог найти в себе сил. Ноги начали дрожать, руки опустились по бокам, глаза широко раскрылись.       — Что? Не можешь дать отпор?       Он хихикнул, и Ллойд почувствовал, как на глаза наворачиваются слёзы, — это было уже слишком.       Ллойд сражался с самыми жестокими и сильными врагами, каких только можно себе представить, и делал это храбро, но теперь он даже пошевелиться не мог.       — Ву был слишком мягок с тобой, не так ли? Слишком боялся тебя сломать... Думаю, тогда я сам тебя сломаю.       Ву? Что этот человек — или кто-то другой — знал о Ву? Было ли это что-то личное? Неудивительно, что у Ву и его отца было много врагов...       И всё же Ллойд не знал об этом.       Он чувствовал, как тошнота подступает к горлу, но ничего не выходило наружу, а насмешки и хихиканье только усугубляли ситуацию.       — Такой жалкий малыш, ты думаешь, что сможешь уничтожить меня своими слезами?       О чём он вообще говорил? Это казалось безумием, как дурной сон.       Ллойд надеялся, что сможет проснуться, у него была бы гипервентиляция, если бы он мог нормально дышать.       Он на секунду открыл рот, пытаясь издать хоть какой-нибудь звук.       — Твоего отца здесь нет, он тебя не слышит.       Это было личное, должно быть, из всех ужасных людей и монстров, которых встречал Ллойд, ни один из них не был таким откровенно подлым.       И так целенаправленно... Казалось, что это было спланировано, и Ллойду это совсем не нравилось.       — Знаешь, я подумывал о том, чтобы прикончить того охранника... Но я не мог упустить шанс почувствовать тебя.       Он почувствовал ещё одни холодные пальцы на своей спине, словно толкающие его вперёд.       Это был призрак, в этом Ллойд был уверен. Прикосновение не ощущалось достаточно реальным для любого обитателя этого мира, и всё же оно было достаточно реальным, чтобы быть призрачным. И Ллойд был призраком.       За все свои годы Ллойд никогда не чувствовал себя таким униженным, это было хуже, чем избиение, намного хуже, чем поражение.       Призрак вздохнул с каким-то удовлетворением, проведя пальцами по пояснице Ллойда — и, в каком-то смысле, под его рубашкой. От этого ощущения Ллойд инстинктивно согнулся и закашлялся, и единственным звуком, который ему удалось издать, был тихий печальный всхлип.       Дух испытывал его?       Он всхлипывал, не успевая стыдиться слёз, которые катились по его щекам, и отчаянно пытался увернуться от прикосновения.       — О, так теперь ты попытаешься дать отпор?       Он застонал, не испытывая, похоже, удовольствия от внезапной дрожи Ллойда, и просто крепче сжал мальчика в объятиях.       Ллойду это казалось бессмысленным: откуда у призрака физическая сила? И почему он был намного сильнее большинства своих врагов? Может быть, это была вина Ллойда, он недостаточно старался, он был слишком напуган.       — Ты не сможешь спасти себя, ты даже не можешь сдержать слёзы, с чего ты взял, что сможешь меня остановить?       В глубине души Ллойд всё ещё был ребёнком, он не был готов к тому, что бы это ни было. Он никогда не говорил о сексе, и единственная причина, по которой он хотя бы смутно представлял, что такое секс, — это мальчики в Даркли, и он всё ещё не знал достаточно, чтобы полностью понять, почему всё это казалось таким странно сексуальным.       Конечно, он слышал, как его одноклассники говорили о сиськах, порножурналах и трахе с женщинами, но такого он никогда не слышал. Было ли это вообще сексуальным или Ллойд просто неправильно понял ситуацию? Он надеялся, что это он всё неправильно понял.       Он хотел, чтобы это ужасное привидение просто схватило меч и перерезало ему горло, а не то, чем оно было, потому что тогда Ллойд, по крайней мере, смог бы это понять.       — Ву стал слишком мягким, он был гораздо суровее со мной, я бы никогда так не плакал.       Что всё это значит? У Ву никогда не было других учеников, в этом не было никакого смысла. Кроме того, Ву был хорошим человеком, и у этого призрака не было причин мстить, если он действительно был учеником Ву...       Однако Ллойд даже не мог думать об этом, когда пальцы на его спине медленно проникали под кожу, вызывая дрожь в его теле.       Ллойд лишь раз приблизился к призраку, но так и не почувствовал его прикосновения, и ему хотелось, чтобы этого никогда не произошло, потому что прикосновение было холодным и навязчивым, он чувствовал его на своих мышцах, в своей крови и в своих костях.       Прикосновение было каким-то опьяняющим, Ллойд чувствовал, как у него темнеет в глазах. Он уже падал в обморок, он знал, каково это, и хотя это было очень похоже на обморок, это было не совсем то...       У него что, встал?..       Он чувствовал, как его чувства притупляются, ноги подкашиваются, а рот слегка приоткрывается. Это чувство было непреодолимым.       Затем лицо духа приблизилось к шее Ллойда сзади, но дыхания не было слышно, только лёгкий морозный ветерок.       Ллойд чувствовал, как сознание то возвращается к нему, то покидает его, а перед глазами мелькают чёрные точки.       А потом он вышел.       — Хааахх...       Он не мог контролировать ни одно из своих чувств, он был просто наблюдателем собственного существа, которым управляли, как объектом, и он видел, как существо, завладевшее его телом, стонало в чистом экстазе.       — Я скучал по такой физической нагрузке.       Он засмеялся, глядя на свои руки — руки Ллойда, — и прикусил губу до крови. Он стонал снова и снова, просто наслаждаясь ощущением плоти Ллойда, наслаждаясь его тёплой кожей и мягкой одеждой.       Он засмеялся еще громче.       — У тебя встал? Серьезно?       Ллойд почувствовал бы себя униженным, если бы присутствовал при этом, но его там не было.       — Ну, у меня нет времени разбираться с этим, прости, приятель.       И снова эти слова прозвучали насмешливо и унизительно, и они исходили из уст самого Ллойда, но мальчик был слишком не в себе, чтобы дать достойный отпор. Неужели так выглядит одержимость? Определённо, так и было.       Тем не менее Ллойду это не понравилось так сильно, как он думал.       — Может, в следующий раз, хорошо?       Да, может быть, в следующий раз.