Ночь в Сербии.

Ночь в Сербии у Кости в гостях. Костян предложил Горилла лечь с ним, на что тот согласился. Парадеев спал с Корешом. Влад с Ильёй и только Фрама остался один. Тихий стук в дверь Саши. —Да? Дверь открывается и из неё выглядывает Илья. — Можно с тобой лечь? — тихим шёпотом спрашивает Илья у Санька, который сидел в телефоне. Саша покорно отодвигается и приоткрывает одеяло. Илья ложиться к нему. — Спасибо. — Кошмары что-ли? — спросил Фраметеймер. — Извини, глупо наверное так приходить. Думаю, мне лучше пойти. — виновато проговаривает Илья. Саша откладывает телефон и обнимает друга со спины, накрыв одеялом. — Спи, давай. Не пойдёшь никуда. Илья ещё раз извинился за беспокойство и не дёргаясь уснул. Саша вместе с ним. Где-то ночью, старший просыпается, чтобы исправить свою нужду. Он аккуратно вытаскивает свою руку из-под Ильи и идёт в уборную. Вернувшись, он снова ложиться в постель, стараясь не разбудить друга. Ермолаев пристраиваться к лежащему рядом. — Какая же ты всё-таки пупуня, Илюшка. — тихим, хриплым голосом, проговаривает он, немного поглаживая того по голове. — Даже интересно, почему к другим пацанам не идёшь… К Владу например, он всё-таки ближе чем я.— улыбаясь, разговаривает сам с собой. Илья немного прижимается к Фраме. Саша, дернувшись от этого, перестаёт гладить и замолкает. Ермолаев был сам не свой. Встал раньше чем обычно и уже сидел на кухне, пил кофе. На его удивление со второго этажа спускается Санёк в одних шортах. — Чё так рано встал? — интересуется белобрысый, поправляя шорты. — У меня к тебе такой же вопрос. — Тц, время хоть видел? — Да. — Все спят ещё, и ты тоже пиздуй. 4 утра всё-таки. — сказал Парадеевич, спустившись с лестницы. — Не могу, Сань. Ко мне Илья уже какой день отдыха приходит спать со мной. — Что, серьёзно? — переспрашивает Саня, на что Фрама утверждающе кивает. — Ахуеть. А ты что? — А я что? Я принимаю его, только не понимаю, почему до сих пор к нам вопросов нет. — Ну мы с Лехой тоже же вместе спим. — Блять, Сань. Вы изначально спите вместе, а мы сначала раздельно, а уже утром вместе. — возмущаясь сказал Фрама. Парадеев облакотился на стул. — Я не пойму тебя. Если тебе не нравится, что Илья приходит к тебе ночью, то в чём проблема сказать об этом? Ты вроде не из тех кому сложно сказать о таком. — Да проблема в том, что мне наоборот это нравится. — будто признаваясь себе, Ермолаев слегка краснея, опустил взгляд вниз. Парадеевич от услышанного замолкает и молча смотрит на друга. Неудобная ситуация вышла. — Ты из этих чтоль? — в сомнениях спрашивает белобрысый. — Сань, я уже сам не понимаю кто я? Что я? Почему я? Понимаешь, со дня нашего совместного отдыха с вами, между мной и Илюхой, стала появляться какая-то близкая связь, прям очень близкая. Развей мои сомнения! — с надеждой на помощь проговаривает Фрама последние слова. А Парадеевичу остаётся лишь тяжело вздохнуть, подойти к другу, ударить того по плечу и пожелать удачи: — Удачи тебе в этом. Мой тебе совет — идти спать. И может ближе к утру всё успеет поменяться и ты получишь ответы на свои вопросы. Фраметеймер ушёл обратно в спальню. На кровати по прежнему лежал спящий Илья, который успел занять вторую половину постели. Саша втиснулся на свою собственную кровать. Забрав у Ильи немного одеяло, накрылся им и решил посидеть в телефоне. Хоть так он мог отвлечься от мыслей, что именно к нему приходит друг спать. Эти мысли прерывает уведомление от Парадеевича, которое сразу же удалилось после просмотра. В том уведомление была фотка, как он лежит с Лёхой в обнимку. — Тц. — раздражённо цокнув, отложил обратно телефон. Стал пытаться уснуть и как-то ничего не выходило. Тут к нему уже Илюха треться, чтобы поудобнее лежалось. Фрама тяжело вздохнул. Сам того не ожидая, Илья открывает глаза и смотрит прям на него. — Разбудил? Извини. — Сколько времени? — сонно спрашивает Илья. — 4:11, ложись дальше спать. — сказал Саша, проведя рукой по голове друга. Илья не переставал отводить взгляд. Он продолжал и дальше смотреть в глаза напротив. Ермолаева это начало напрягать. Поэтому он решил сделать умное решение и повернуться на другой бок, но Якцевич оказался сообразительней. Как только Саша собрался перевернуться, тот схватил его за запястье и прижал к кровате, а сам оказался над ним. — Илюха.? — растерянно спрашивает черноволосый, находясь уже не в самом лучшем раскладе дел. — Помнишь, ты видео записал в свой канал, когда мы были в отеле? — Помню, тебя это задело? — Не совсем. Оба замолкают, но при этом продолжают поддерживать зрительный контакт. Не для кого ни секрет, что они оба занимаются теннисом, но не смотря на это Ермолаев посильнее Яцкевича. Фрама делает резкий подъём, тем самым освобождаясь от рук Ильи, но сам того не замечая, кладёт свои руки ему на бёдра. А Илюха тоже не промах. Кладёт свои руки на щёки друга и, приближая к себе, целует прямо в губы. Аккуратно и с некой страстью, будто ждал этого момента всё время, хотя так и было. И сидят они в комнате, прижимаясь к друг другу и не прерывая поцелуй. Всё-таки Илья решает прервать это и отодвигает Сашу, тяжело дыша. Не зная зачем, Саша снимает с Ильи футболку и кладет голову к нему на плечо. — Я слышу твоё сердцебиение. — тихо произнес Фрама. Илья усмехнулся. — А я твоё, Сань. И вправду, в комнате стояла полнейшая тишина, из-за которой можно было слышать только дыхание и стук сердца друг друга. — Будем говорить пацанам или. — Пусть это останется между нами. — перебил его Илья. — Как скажешь, Илюшь.