Охота на белого носорога

На узком пешеходном мосту через забитую автомобильную трассу было людно. Граждане спешили домой с работы или навстречу развлечениям, и вообще — шли по своим собственным человеческим делам. Пританцовывая, среди пёстрой толпы шла молоденькая девушка в широченных джинсах, короткой курточке, с хвостиком и в больших наушниках. Шла она быстро, видимо, под ритм музыки и, не удивительно, что, не замечая ничего вокруг, врезалась со всей дури в прилично одетого мужчину в чёрном, неспешно шедшего ей навстречу. — Ой, извините! — пискнула девушка и побежала дальше, пританцовывая. Мужчина же согнулся, схватился за перила моста и какое-то время так стоял, пока не упал, внезапно, на асфальт. Остановившийся рядом с ним парень хотел было то ли поинтересоваться, всё ли в порядке, то ли украсть кошелёк, но, увидев, что рука лежащего мужчины перепачкана кровью, решил не связываться и пошёл дальше. Пилар дошла до конца моста и, проходя мимо урны, сунула в неё руку, скидывая в гору пустых стаканов от кофе нож. Никакой музыки в наушниках не было. Пилар не любила музыку. Оглядевшись, она неспешно пошла гулять по площади, разглядывая дома вокруг, автомобили и людей. Она была уверена, что с ней свяжутся. — Эй, девчуля! — раздался хриплый голос. Пилар обернулась и увидела, что окликнул её вонючий и отвратительный на вид попрошайка. Он сидел, прислонившись к стене дома и потрясал пустым кофейным стаканчиком с мелочью. У него не было обеих ног. — Подкинь дедушке пару койнов? — сказал нищий, нагло щурясь. Пилар подошла, не смущаясь ни вида ни запаха нищего, и протянула ему монету. С неожиданной ловкостью безногий схватил Пилар за руку, но та даже не дернулась. Дрожащими руками он вложил в её ладонь клочок бумаги и отпустил девушку. Не обращая больше на нищего внимания, Пилар отошла от него и, развернув бумажку, прочла: “Автомобилестроительная ул. дом 11. Подвал.” Пилар еле заметно улыбнулась и в её невыразительных серых глазах на мгновение вспыхнул азарт. Это уже было что-то. Это был квартал в самой жопе Абиссуса, предназначенный на снос. Дома стояли пустыми, нищие в бочках жгли мусор, грелись, общались, дрались, готовили на огне какую-то крайне сомнительную еду. Дом одиннадцать выглядел, как будто его бомбили. Часть его была обрушена, двери были сорваны с петель, окна разбиты. Под ногами скрипели битое стекло и кирпичная крошка. Пилар, разглядывая все эти красоты, неспешно обошла дом. На неё глазели нищие, переговаривались, отпускали шутки и оскорбления в адрес чистенькой и домашней с виду девушки. Пилар было не до этого — она искала вход в подвал. Убедившись, что снаружи дома она его не найдёт, она подошла к единственному подъезду, в котором сохранилась входная дверь и потянула за ручку. Внутри внезапно было чисто и ничем не воняло. Пилар разглядела три неплохо замаскированных на фоне обшарпанных стен камеры. Вниз вела лестница, заканчивающаяся металлической дверью. Дверь эта отворилась и из неё вышли два амбала. — Руки в стороны, ноги на ширине плеч, — мрачно сказал один из них. Пилар молча повиновалась. Её тщательно обыскали и ничего не нашли. Потому что ничего и не было. Кто же на такие встречи ходит вооружённым? — Пошли, — буркнул амбал и кивнул на дверь. Пилар, довольно улыбаясь одними только уголками губ, последовала за охранником в подвал. Миновав захламлённую комнатку, Пилар дошла до ещё одной металлической двери, сильно контрастирующей со всем окружающим. Она была новой и дорогой. Охранник нажал кнопку звонка. Какое-то время ничего не происходило, а затем пришли в движение многочисленные запоры в двери. Дверь медленно, тяжело отворилась и охранник подтолкнул Пилар в спину. Сделав шаг вперёд, она оказалась в роскошной до ощущения тошнотворной сладости квартире. На потолке висели хрустальные люстры, намного больше, чем было бы уместно, как в магазине люстр. Полы устилали многочисленные яркие ковры. Стояли на золоченых гнутых ножках диванчики, обитые красным бархатом. Обои пестрели цветами, птицами, золотыми узорами. Здесь же был бар, белый с золотом. За баром, на высоком табурете ярко-фиолетового цвета сидела, положив ногу на ногу миниатюрная женщина с копной ярко-рыжих кудрявых волос. Волосы её были перевязаны цветастым платком, на шее висело с десяток бус, в ушах раскачивались огромные золотые кольца-серьги. На женщине был надет малиновый с золотом шелковый халат и она курила сигарету в длинном мундштуке. Дверь за Пилар закрылась. Охранники с ней не пошли и остались снаружи. — У тебя хреново налажена охрана, — сказала Пилар. — Мне ничего не стоило бы убить тебя и уйти живой. Женщина фыркнула, наморщив маленький хорошенький носик и слезла с барного табурета. — Меня не так просто убить, как тебе кажется, — сказала она низким хриплым голосом. — А ты не профессионально работаешь. Ты нож держала без перчаток и скинула не протерев. Мне уже все эти детали известны. — У меня нет отпечатков пальцев, — сказала Пилар, разглядывая Королеву нищих Абиссуса. — Да ну? Покажи? — потребовала женщина и подошла к Пилар. Та развернула ладони и показала свои гладкие пальцы. — Нихрена себе. Это где такое делают? Пилар усмехнулась. — Это врожденное, — ответила она. — Меня зовут Пилар. А тебя? — Нэнси, — ответила небрежно женщина и смерила Пилар внимательным взглядом ярко-голубых глаз. — Ты похожа на крысу, — сказала она. — Спасибо, я работаю над этим, — ответила Пилар. — На крыс никто не обращает внимания. — Выпьешь? — Нэнси показала рукой на бар. — Давай, — согласилась Пилар и пошла к бару. — Что любишь? Пилар окинула взглядом полки, заставленные бутылками. Здесь были в основном ликёры. Пилар в общем было всё равно, что пить, она ни от чего не пьянела, но хотелось сделать выбор, который как-то охарактеризует её для Нэнси. — Есть какой-нибудь сливочно-шоколадный ликер? — спросила она. — О да, мой любимый! — воскликнула Нэнси и пошла за стойку за бутылкой, — ты мне начинаешь нравиться. Пилар забралась на барный табурет, а Нэнси разлила ликер по рюмкам, налив чуть ли не с горкой. — Ну, рассказывай, — сказала Нэнси, усаживаясь напротив Пилар. — Так ты сама всё знаешь, — ответила Пилар и пригубила ликер, — троих твоих нелюбимчиков я убрала. — Мне понравилось, — сказала Нэнси, — очень чистенько. Вообще не придерёшься. Мы можем сработаться. У меня в этом месяце список из ещё шестерых. Вопрос только — что тебе за это нужно? Деньги? — И они тоже, — ответила Пилар. — Мне нужно убежище удобное, мотоцикл на время какой-нибудь простенький, не привлекающий внимания и много информации. В этом городе королева информации — ты. — Правильно делаешь, что понимаешь это, — сказала Нэнси и бросила на Пилар колкий, внимательный взгляд. — Думаю, мы сработаемся, детка. Мне в этом месяце нужно, чтобы ты закончила список козлов. Их шестеро ещё. И ещё одно важное дельце, не знаю, справишься ли… Пилар с интересом посмотрела на Нэнси. — Я люблю сложные дела, — сказала она. — Нужно вычислить одного маньяка и принести мне его голову, — сказала Нэнси. — Хорошо, — ответила Пилар без паузы на раздумья. — Мне нужна вся информация, что о нём уже есть. И информация на твоих шестерых смертников. — Ты ж моя хорошая! — воскликнула Нэнси. — Вот сразу ты мне понравилась. — Она вытащила из мундштука погасшую сигарету и засунула в него новую. Прикурив, она затянулась и выдохнула дым в Пилар. Та не шевельнулась и пригубила приторно-сладкий ликер. — А ты что хочешь? — спросила Нэнси внезапно серьёзно, собравшись и напрягшись, готовая торговаться. — Всё что известно о Гедеоне Жодаре, — сказала Пилар. — Чем занимается, с кем живёт, где и когда бывает, с кем срётся, с кем в гольф играет. Нэнси фыркнула. — Да без проблем, — сказала она. — Он фигура публичная и живёт в центре. Мои люди там часто ошиваются. А ты что, собралась его грохнуть? — восторженным шепотом спросила Нэнси. Пилар усмехнулась. — Нет, мне нужна только информация, — сказала она. — Для начала эта, а потом понадобится ещё. Но ничего из того, что не лежало бы на поверхности. — Красотка! — воскликнула Нэнси. — Получишь свою инфу! А сейчас велю тебя разместить. Будем соседками. А то мне катастрофически пить в последнее время не с кем. Кстати, мышка, а ты краситься не пробовала? — Пробовала, — ответила Пилар. — И накрашенная я привлекаю намного больше внимания, чем не накрашенная. — Да… требование профессии. Беда. Но как-нибудь я тебя накрашу и наряжу. Устроим девичьи посиделки. — Договорились, — сказала Пилар серьёзно. — Так… — Нэнси вздохнула, — а теперь про маньяка. Раньше он убивал в центре, а потом переместился в Ночной район. В Ночном у меня моих людей почти нет, поэтому по ночному информации будет мало. А вот по центральному предоставим тебе больше, чем могла бы полиция. — Отлично, — Пилар допила залпом ликер. — Я посплю пару часов и начну работать. — Умница! — воскликнула Нэнси. — Ты мне прям очень нравишься, конфетка. Сейчас мы тебе устроим квартиру мечты! Пилар представила себе бохо-кич и люстры и кивнула. Главное, чтобы было где удобно поспать.