Что если?

Цепи стянули его запястья. Песок молчал. Имир пошла вперёд. Зик говорил, как король. Он всегда думал, что знает, как правильно. — Выполни. — Пусть все элдийцы больше не рожают. Имир не ответила. Только шагнула к Источнику. Как делала тысячу раз до этого. --- Эрен рванулся. Цепи скрипнули. Но — не удержали. Он упал в песок. Колени, ладони, голос. --- — Подожди. — Не уходи. Она не повернулась. Её шаги были уже в прошлом. --- Он побежал. Не чтобы остановить. Чтобы достучаться. --- — Значит… ты снова подчинилась? — После всего? — Ты всё ещё раб? --- Он обнял её. Ничего не требуя. --- — Ты не хочешь этого. — Ты просто не знала, как иначе. --- Тело дрогнуло. Кулаки её сжались. Она стояла, но не шла. --- — Посмотри на меня. — Я не король. — Не бог. — Не судья. — Я просто тот, кто упадёт вместо тебя. --- Она медленно обернулась. --- — Я не хочу силу. — Я хочу… груз. --- Песок пошёл вверх. Источник — дрогнул. Зик закричал что-то вдали, но голос его рассыпался. --- Она стояла — впервые без страха. И протянула ему всё, что держала 2000 лет. Песок под его ногами сдвигается. Путь дрожит. Нить, идущая назад сквозь время, натягивается, как тетива. Имир дышит неровно. Она впервые смотрит на него не как на короля или наследника. А как на равного. — Ты... не боишься? — шепчет она. Он улыбается. — Я уже всё потерял. — Осталось только сделать правильно. Она смотрит вниз. На источник. На бездну. И тянет к нему руку. --- Песок взрывается. Древо пульсирует. Эрен проваливается сквозь время. Он падает не в пропасть — в момент, где всё началось. --- В том месте, где земля раздвигалась как рана, куда однажды упала рабыня, в этот раз упал он. Не как жертва. А как нож. --- Слизь — прадревняя, без имени, почуяла волю. Не покорную, как у Имир. Не похотливую, как у Фрица. А резкую, обострённую, прирождённо свободную. Она не боролась. Она подчинилась. --- Он встал из ямы. Тело уже не было его телом. Но сознание осталось. И той же ночью престол Фрица осветился заревом. Говорили, что разрушитель был без лица. Говорили, что он явился не из народа, а из пустоты. Как Сет, убивший Осириса. Как Локи, вырвавший себя из цепей. --- Когда всё сгорело — он ушёл. Без последователей. Без армии. Без объяснений. Он исчез в лесах, оставив миру новую тишину. --- Столетия шли. Сменялись языки. Менялись города. Дети на улицах рисовали его как чудовище. Священники изображали его в храмах с рогами. Но никто — никто — не знал, что он ходит среди них. --- Он уже забыл, как звучит его имя. Он пёк хлеб. Чинил крыши. Смотрел на закаты. Иногда ему снились стены. Иногда — грохот Колосса. Иногда — она. --- В один из таких дней он вышел на улицу. Там была она. Шарф, ровная спина, уверенный шаг. Та же Микаса, но не его. Она прошла мимо, не взглянув. А он — просто стоял. Смотрел. И тихо улыбался. --- > В шумерских глиняных табличках есть слово, которое означает "тот, кто отказался стать богом". В разных культурах оно переводится по-разному. Но в той, что забыта, оно звучит как "Эрен".