Шрам на льду

Я лежала на холодном льду. Сильнее холода, который окутал моё тело, была только боль, пронзившая меня на сквозь. Весь мир будто исчез в моих глазах, а мои мысли были заполнены лишь одним...

Несколько часов до этого

Я и моя семья доехали до высокогорного катка Медеу. Яркие лучи солнца приветствовали нас свои холодным светом. Зимний, горный воздух наполнял мою грудь непривычной для меня чистотой и свежестью. Пройдя через скользкие ступени лестниц и толпы очередей, мы наконец-то смогли надеть свои коньки и встать на лёд. Свои очки я не сняла, поскольку не хотела в кого-то врезаться. Я начала потихоньку, скользя на льду рядом с моей сестрой. —Слышь Вэл, помнишь когда папа решил встать на коньки на прошлом катании?—на её лице сияла небольшая, слегка задиристая улыбка. —Ага, ты и он меня тогда на льду сбили.—я резко остановилась и развернулась в её сторону. —Ой подумаешь. Согласись же забавно, как он пытался кататься. —А когда ты падаешь, то это не забавно?—я скрестила свои руки на груди. —Конечно!—произнесла она, будто проговаривала уже известную истину. На её ответ я лишь закатила глаза. —(М-да. И собственно, зачем я спрашивала?)—проговорила я в своих мыслях. Я перевела взгляд на мою правую ногу. Она до сих пор болела, хотя холод немного притупил боль. —Ладно. Смотри не отставай.—я повернулась по направлению движения людского потока. Лёгким движением ноги, я отталкнулась от льда, скользя вперёд второй ногой. С каждым толчком, я набирала скорость. Я продолжала скользить дальше. Катание на коньках стало для меня больше, чем простым, зимним увлечением. Я чувствовала будто продолжаю скользить своей душой по льду, который как моя жизнь, чистый, хоть и искажён, под лезвием коньков других людей.

Однако, в один момент, все переменилось...

Лезвие конька моей правой ноги вбился в один из прорезов льда. В тот же миг, я резко упала вперёд. Основной удар был получен в области моего правого глаза. Я с трудом открыла глаза и весь мир будто стал холоднее. Лёд, лучи солнца, проезжающие мимо люди, всё в моих глазах стало стало темнее, холодного синего оттенка. Я продолжала лежать на льду, и с каждой секундой, он накрывал моё тело всё большим холодом. Моя голова продолжала раскалываться от боли. В это время на моё тело нахлынула мучительная слабость. Я чувствовала себя полностью сломанной. Подняться в этот момент для меня было, как что-то невозможное. Я с трудом дышала. Каждый вздох был тяжким и прерывистым. Я закрыла глаза, словно это был конец...

Воспоминание.

Солнечное лето. Вокруг росли густо-зелёные деревья, чьи прохладные тени защищали от летней жары. Я шла по улице с разбитой правой коленкой, которая была густо замазана зелёнкой, немного прихрамывая. По дороге я встретила Феликса, который сидел под деревом. —Привет Вэл... что с тобой?— задал он вопрос, увидев меня. Я подсела рядом с ним. —Я упала на железки дома.—мой тон был слегка расстроенный. —А ты встала тогда? —Да. —Хоть и было больно?—он смотрел на меня, будто знал правду, но хотел услышать от меня подтверждение. В ответ на его вопрос, я лишь кивнула головой, в знак положительного ответа. —Знаешь, по моему ты сделала всё правильно.—он посмотрел на меня своей мягкой, тёплой улыбкой. Я была в замешательстве, но продолжила внимательно слушать. —Ты сильная, раз смогла подняться.—он положил свою руку мне на плечо. Внутри меня немного потеплело. На моём лице высветилась небольшая улыбка —Да и к тому же—он резко встал возле меня, протягивая мне руку—Даже если что-то нас остановит, мы сможем продолжить наш путь. Я резко открыла глаза. Это воспоминание смогло зажечь что-то внутри меня. —(Я должна подняться)—эхом прозвучала в голове эта мысль. Я упёрлась руками об лёд, с трудом поднимая своё тело. Не смотря на холод, не смотря на боль я смогла уже подняться на одно колено. Голова закружилась, однако я не позволила и этому меня остановить. Я полностью поднялась, востонавливая дыхание в норму. Сняв очки, я увидела на одном краю оправы, закрепляющую правую линзу, засохшую кровь. Я рукой начала исследовать зону удара. Проведясь под бровью, я почувствовала кровь. После, я с родителями поехали на зашивание моего нового шрама. И сейчас, он служит мне ещё одним напоминанием того, что не важно, сколько раз я упаду, я вновь поднимусь.