Как глупый солнечник выхаживал кальмара

Ким Докча искренне восхищался самым красивым парнем в школе, как и многие другие. Конечно это так. Он не считал себя особенным или что-то в этом роде, чтобы считать, что это что-то из ряда вон выходяшее. Им восхищалось большинство и он относился к этому большинству. Ким Докча всегда был обычным, заурядным и никогда ничем не выделялся, так с чего бы ему выделяться сейчас? Раз так делает большинство, то это действительно норма. Правда ведь? К тому же, Ю Джунхёк действительно был крутым и красивым, он выглядел так, будто выбрался из мира книг и комиксов. Так же, он был горделивым ублюдком, он никогда не склонял голову ни перед кем. Это был определённо его любимый тип персонажей. Высокомерные, гордые, но всë же... Несмотря на это, сохраняющие человечность. Поэтому, он молча следил за Ю Джунхёком, подмечал его привычки, расписание и другие подобные мелочи. Он определённо мог сказать, что это всегда происходило непреднамеренно. Как он каждый раз забирал свою младшую сестру со школы, или как дëргалась его левая бровь при принятии важных решений. Ким Докча никогда сознательно не искал Ю Джунхёка, потому что свято верил в то, что между ними должна быть толстая стена. Четвёртая стена. То, что разделяет зрителя от героя. Он никогда не хотел, чтобы его жанры жизни смешались с жанрами жизни Ю Джунхёка. Лишь одна мысль об этом, ужасала его до глубины души. Он слишком боялся Ю Джунхëка, а точнее, его отношения к другим. Поэтому он мог лишь молча смотреть на Ю Джунхёка, любовно вздыхая и иногда посмеиваясь над его нелепыми действиями. Он находил наблюдение за Ю Джунхёком самой интересной вещью в мире, несмотря на ежедневные издевательства в школе. Он думал, что оно того стоит. Если он мог видеть Ю Джунхёка почти каждый день, то это была самая малая плата, которую он мог дать. Всё бы и дальше было так, если бы в один день, его герой не решил вмешаться в его жизнь. Он был в ужасе, когда увидел Ю Джунхёка. Он пытался что-то сказать, чтобы он проваливал, чтобы он не вмешивался, что это не его дело, но он мог лишь молча наблюдать за тем, как мальчик хладнокровно бил одного его обидчика за другим. Как они разбежались в страхе, как досталось и самому Ю Джунхёку. Когда тот закончил, он перевёл свой хмурый взгляд на тощего мальчика. Он посмотрел на Ким Докчу со сложным выражением лица. Ким Докча почувствовал, как из его горла подступает желчь... Он знал этот взгляд. Он смотрел на него, как на раненого котёнка, брошенного щенка... Сожалеющий, сочувствующий взгляд. Он ненавидел это. Он лишь опустил голову, чтобы больше не смотреть в эти красивые, но такие пронзительные глаза. Ну конечно. Больше всего он этого и боялся. Предстать перед ним в таком жалком образе, так ещë и получить этот взгляд полный дешëвого сожаления? Хотя Джунхëк и казался холодным, внутри сердца он питал жалость к другим, которая лишь слегка отражалась на его лице. Он не почувствовал ожидаемого трепета, когда он наконец столкнулся лицом к лицу с этим человеком. Это была лишь постыдная трусость... Он оробел перед взглядом Ю Джунхёка и изо всех сил старался казаться меньше. Он почувствовал, как защипали его глаза. К счастью, к тому моменту Ю Джунхёк уже уходил, бросив одну фразу, которую он толком не разобрал из-за нарастающего звона в ушах. Он схватился за голову и уткнулся носом в колени. Он показал своё уродливое нутро... На самом деле, он никогда и не восхищался Ю Джунхёком. Он был лишь персонажем. Для него, Ю Джунхёк был спасительной соломинкой, недосягаемым главным героем, примером подражания и идеалом всех его мечт. Он не хотел знать недостатки идеального героя. Он не хотел знать, любит ли он что-то, или ему нравится что-то откровенно плохое. Он совершенно не хочет этого знать. Это будет слишком нагло с его стороны. Поэтому, он ни разу не задерживал на нëм свой взгляд слишком надолго. Для него, Ю Джунхëк уже не настоящий человек, он — герой его мечт. Но Ю Джунхëк, как и Докча, вполне себе реален и осязаем. Второй относится к нему, как к инструменту, который помогает ему выжить. Это неправильно, он чувствовал глубокий стыд, когда понял, что этот "персонаж" вполне реально может вмешаться в его жизнь, даже, возможно, осудить... Поэтому он сидел там, отчаявшись. Он долго размышлял, будет ли Ю Джунхёк чаще замечать его после этого случая? Будет ли он искать его взглядом? Эти мысли взбудоражили его мозг и его спина похолодела. Нетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнет Он не хочет этого! К сожалению, сделать что-то было уже не в его силах. Жалко. Успокоившись и отдышавшись, он наконец встал. Он медленно плёлся домой, волоча за собой ноги. Когда он вернулся, никто его не встретил. Да и кто бы мог? Он жил один. Его тётя давно его выдворила в эту маленькую квартирку. Хоть она и была на вид тесной, но и одному не замок подавай, ему с лихвой хватало. Там было уютно, благодаря стараниям Докчи. Он бросил свой грязный рюкзак на пол и пошёл на кухню. Он не был голоден, но чтобы не упасть в обморок, он должен был есть. Так, он заварил себе лапшу и быстро её съел. Его уже тошнило от этого вкуса, но он не мог, да и не хотел давать себе что-то большее. Поев, он пошёл к своей кровати. Он сел и долго просто смотрел в стену. ... .... ........ ..... .. ..... . ... .... .... ...... .... .. .... ........ ..... ...... ........ ...... ..... ...... ...... ....... ...... ..... ...................... ...... .................................................... ......................................................................... Пока ноющая боль не стала невыносимой. Он снял свою грязную рубашку, всю в пыли и местами потёртую. Он просто бросил её на пол, не задумываясь ни о чём. Он посмотрел на своё тело. Уже привычные, лиловые и фиолетовые синяки, красовались по всему его телу. Он настолько привык к этой картине, что уже забыл, как он выглядел без них. Он мог лишь вздохнуть, избавляясь от лишней одежды. Для начала он должен помыться. Он ненавидел свою рутину, он ненавидел, что должен постоянно делать подобные вещи. Обычно конечно, он никогда об этом не думал, но сегодня его состояние было хуже чем обычно. Стоя под душем, Ким Докча думал о способах покончить со всем этим. Всё это прекратилось бы, не так ли? Этот дом, эти отвратительные люди, его страдания. После его смерти, ничего никогда не поменяется. Он думал об этом и думал, он закончил принимать душ, а его мысли становились всё мрачнее, вгоняя его в апатичное состояние. Вода стекала по его телу и волосам, падая на белую поверхность она отбивала ритм, что вводил его в транс. Ким Докча перестал об этом думать, когда сверху неожиданно зашумели соседи. Снова ссора. Он вздрогнул от неожиданности, но был благодарен, что его вывели из транса. Он снова подошёл к своей кровати и откинул полотенце, единственную вещь, что прикрывала его. Он взял со своей кроватной тумбочки мазь, пластыри, ватные диски и пару бинтов. Он подошёл к огромному зеркалу, которое находилось рядом со входом. Синяки были уродливым украшением на его теле, что выделялись только сильнее из-за его мертвенно бледной кожи. Он начал медленно и уже привычно наносить мазь, стараясь не причинить себе боли. В шкафу, помимо одежды, были ещё бутылочки с антисептиком. Он осторожно его взял и пропитал им ватные диски. Он бережно дезинфицировал поверхность своей руки, что была покрыта маленькими, но множественными ожогами. Он не делал резких движений, боясь открыть раны. Проделав хорошую работу, он нанёс мазь от ожогов. Шрамов быть не должно. Он взглянул на зеркало, довольный своей работой. Осталось только приклеить пластыри на лицо и незначительные царапины. Так он и сделал. И после всех этих махинаций, он наконец накинул на себя одежду. Сильно устав, он не беспокоился о домашнем задании. Ему было всё равно. Он беспокоился лишь о Ю Джунхёке. Он всем сердцем надеялся, что тот его не вспомнит, не узнает и не признает. На следующий день, он вошёл в класс, с тяжёлым сердцем. Его взгляд метнулся к столу Ю Джунхёка, лишь для того, чтобы поймать пристальный взгляд другого. Он почувствовал, как его сердце упало в пятки. Он перевёл взгляд на свои ноги и быстро сел за свою парту, растерянный. Он мог чувствовать этот пристальный, липкий и изучающий взгляд... Он будто раздевал его и пытался посмотреть на его внутренности и облизать его кости. Он ненавидел это чувство, всё о чём мог думать Ким Докча, было: -"Не смотри. Не смотри. Не смотри. Не смотри. Не смотри. Не смотри. Не смотри. Не смотри." - он слышал собственный стук сердца, оно билось так ГРОМКО, что это почти ОГЛУШАЛО. Его руки д ро ж а л и так, что он даже не мог взять в руки ручку. Когда урок кончился, он пулей подскочил со своего места и ушёл в самое безопасное место на свете. В библиотеку. Она была большой и просторной, хулиганы боялись там ошиваться из-за библиотекаря. Он быстро метнулся вглубь библиотеки, где не было никого кроме него. Его дыхание сбилось, а ноги уже подкосились. Он недостойно рухнул на пол, он захлёбывался в слезах. Ему было очень страшно... Он мог лишь тихо рыдать, в этом безлюдном месте. Звенел звонок за звонком, оповещая о начале и конце уроков, но он не удосужился встать и пойти. Кому какая разница? Если он пойдёт туда, ничего не изменится, разве что презрительных смешков и осуждающих взглядов станет больше. Поэтому он лежал и изливал душу книгам, полкам, ковру, да всему. Он изливал свою душу не словами, он не мог этого сделать, даже если был один. Никогда не мог и не сможет. Он мог лишь показывать это нЕукЛЮжимИ действиями. Поэтому он лежал на полу, пряча свою голову и сжавшись так, чтобы он казался меньше. Лишь так он мог показать, насколько эта ситуация страшна для него. Он скулил и выл, кусал свои губы до крови и не хотел, чтобы Ю Джунхёк узнал о нём. Он боялся не только того, что образ Ю Джунхёка разрушится для него, но и того, что Ю Джунхёк мог возненавидеть его. Эти мысли заставляли его сердце сжиматься и болеть так сильно, будто он вот-вот умрёт. Когда он смотрел на него, словно на пылинку, он был счастлив. Он был так рад, что этот человек ничего не чувствует к нему. Ни грамма эмоций в его взгляде, будто Докча ничего из себя не представляет. Это был как свежий глоток воздуха, это был не отвращённый, не ненавистный и даже не жалостливый взгляд! Когда тот впервые посмотрел на него, он почувствовал себя совершенно обычным человеком. Не сыном убийцы, не несчастным ребëнком Ким Докча, а... Обычным подростком Ким Докча, хобби которого — читать книги. Но даже это у него забрали... Возможно это была его вина. Почему он в тот день не убежал в библиотеку? Почему не сопротивлялся? Почему? Почему? Он задавал себе этот вопрос раз за разом, но поделать было уже нечего. Что он мог сделать с тем, что уже произошло? Он глубоко вздохнул и встал с пола, быстро смахнув свои слëзы рукавом, он быстрым шагом удалился из школы. Хоть он и должен был остаться на дополнительных занятиях. Ему было просто слишком страшно. Так он и не заметил, как добрался до своей квартиры. Он поставил рюкзак на землю, медленно разделся и неторопливо сел на свою кровать. Его голова была пуста. Его телефон гудел, на экране отображался номер тëти, но он игнорировал его. Скорее всего, она накричит на него за то, что он пропустил почти все уроки и не пошëл на дополнительные занятия, за которые она заплатила. Или будет причитать о том, что сын еë сестры совсем отбился от рук, не делает домашнее задание, не слушается своего опекуна и что этого и следовало ожидать от сына убийцы. Наконец, телефон перестал гудеть и на треснутом экране отобразились уведомления. Там была заявка в друзья от... Ю Джунхëка? Он быстро разблокировал свой телефон и смахнул другие уведомления, чтобы точно убедиться, что это тот самый Ю Джунхëк. С трясущимися руками он открыл приложение и увидел аккаунт. Это был он. На аватар, Ю Джунхëк поставил своë селфи. Конечно, он не мог ошибиться. Докча быстро отклонил его заявку, но она пришла ещë раз. Он решил убедиться, что это настоящий Ю Джунхëк и подтвердил его номер. Его сердце замерло, а он задержал дыхание, будто кто-то охотился за ним. Трусящимися руками он быстро отклонил заявку ещë раз и выключил свой телефон, отбросив его подальше. Что это было? В пустом сознании висел лишь этот один единственный вопрос. Он откинулся на свою кровать и тупо смотрел в потолок, пока, в конце концов не уснул. ... Проснулся Докча от навязчивого стука в дверь. Этот стук не был громким и нетерпеливым как у его тëти, не был агрессивным и настойчивым как у его дяди, не был вежливым и сдержанным как у соседей... Он быстро встал и спросил, кто там, но услышав голос, чуть не пошатнулся. – Это твой одноклассник Ю Джонхъюк. Открывай. – угроза звучащая в его холодном тоне была очевидна. Ким Докча тихо сполз по стене, схватившись за грудь и закрыв другой рукой рот. Он дрожал. Его сердце билось настолько сильно, что стук эхом отражался в голове. Дыхание было неравномерным и сбивчивым. – "Что? Что? Что? Что? Что? Что Ю Джонхъюк делает здесь? Что? Почему? Почему именно он?" – его мысли прервал настойчивый стук. – Я знаю, что ты там, открывай. – в его голосе уже прозвучали нотки гнева. Действительно. Ю Джонхъюк всегда был нетерпелив и скрупулëзен, он не ушëл бы отсюда не получив того, чего хочет. Стук продалжался, но стук сердца Докчи звучал сильнее. От этой симфонии, начала болеть голова, но сердце успокаивалось, подстраиваясь под ритм стука. Тук. Тудум. Тук. Тудум. Тук. Тудум. Тук. Тудум. Постепенно, его дыхание уравнялось. Но голова продолжала гудеть, всë сильнее и сильнее заставляя хмуриться. Похоже, он забыл поесть. Он на трясущихся ногах поднялся, чтобы прекратить стук, что отражался болезненной пульсацией в его голове. – Зачем... – его голос охрип ещë сильнее. Стук ненадолго прекратился, он услышал, как Ю Джонхъюк с чем-то возился и наконец сказал... – Домашка. – ответ короткий. – "А. Понятно. Так вот почему..." – он вспомнил вчерашний день, когда увидел заявку в друзья от Ю Джонхъюка. – Оставь у входа. – его голова не переставала гудеть, он хмурился стиснув зубы посильнее, чтобы не издать жалкий всхлип. – Открой. – человек, что долго ждал не собирался сдаваться. Это был переломный момент. Ким Докча будто потерял землю под ногами. Неужели он не может попросить даже этого? У него так болит голова, он просто хотел наслаждаться историей, что разворачивалась прямо перед ним. Почему? Внезапно, стены его самообладания начали трещать по швам, его глаза начали заполняться слезами. Он опустил голову и слëзы начали капать прямо на пол. И вот. Первый всхлип, затем второй. Незаметно, он начал рыдать, его голова гудела, усиливая слëзы. Человек по ту сторону двери был шокирован, осторожно, нежным голосом он спросил: – Ким Докча?.. – он был немного встревожен. – Открой. – его голос был настойчивым. Он рыдал, его голова так сильно болела, дрожащие руки медленно приближались к замку, боль была настолько сильной, что казалось, он легко мог потерять сознание. Щëлк! Дверь открылась, а он медленно сполз по стене, схватившись за голову. К нему быстро подошëл Ю Джонхъюк. Звуки были отдалëнными, но неизбежно вызывали пульсацию боли. Он скулил, стонал и выл, когда его подняли с земли, всë его тело вздрогнуло, а боль достигла критической точки. Он потерял сознание. Внезапно, тело в руках Ю Джонхъюка обмякло. – Ким Докча?.. – его голос был растерян. Положив тело мальчика в кровать, он приоткрыл окно и задëрнул шторы, он взял одеяло и сделал всë так, чтобы голова оставалась в одном положении. Он быстро понял, что это приступ мигрени, его мать часто страдала ею. Немного помявшись, он помассировал тому напряжëнные плечи. Он с интересом смотрел, как хмурое выражение постепенно исчезает с лица. Он выглядел измученным. Докча выглядел худым, возможно, он не поел? Решив, что это действительно так, он подошëл к холодильнику... А стоит ли?.. Он ведь не был хозяином квартиры или его другом. Может, просто купить... Нет! Он всë таки зажмурился, стиснул зубы и открыл холодильник так, что его дверца чуть не отлетела. Проигнорировав свой стыд, он посмотрел на содержимое холодильника. Там было... Абсолютно ничего??? Там была лишь бутылка воды. Его глаза выпучились, он смотрел то на пустое содержимое холодильника, то на Ким Докчу. Но ведь должно же быть что-то? Теперь, без зазрения совести он шарился по всем его шкафчикам, наконец наткнувшись на еду... Что ж, это сложно было назвать едой по стандартам Ю Джонхъюка, там было два рамëна быстрого приготовления. С видом полного отвращения он закрыл дверь шкафчика и с беспокойством посмотрел на Докчу. В его шкафах не было даже риса. Это было единственное, что он ел? Он чувствовал некую ответственность и вину за человека, что отключился прямо на его руках. В одной чаше весов было то, что он был просто незнакомцем, который ещë и перерыл всю его квартиру, но на другой... Этот человек правда нуждался в ком-то, кто бы позаботился о нëм. Он подошëл к кровати задумчиво глядя на своего одноклассника. Он нахмурился, но внезапно выдохнул... Он присел на корточки. – Чëрт... Он стучал по своей голове, взлохматив и подëргав волосы, он наконец решился. И словно бамбук он выпрямился, приняв окончательное решение. Он всего лишь купит немного риса, овощей и мяса.... Да, только это. Он быстро скинул свой рюкзак на кровать и ещë раз немного сложно взглянув на Ким Докча, наконец покинул дом. ... Он быстро спустился в ближайший круглосуточный магазин и присмотрел немного риса. Хм, возможно одного килограмма хватит? Или может два... Два ведь лучше чем один, да? Хотя, к чему эти терзания, нужно взять сразу пять! Мясо... Нужно взять немного, ведь оно дорогое. Хотя... Нужно извиниться за вторжение в личное пространство. Нужно взять побольше. Овощи... Какие овощи он любит? Помидоры? Редиску? Может капусту? Или морковка... Или лука побольше взять... Больше капусты. Возможно, он захочет сделать кимчи... Ах, если сделать суп из томатов?.. Тогда нужно взять и яйца... Погодите, у него вообще есть соль? А сахар? Кофе..? И так, пятиминутный поход в магазин закончился только через 15 минут с тремя полными пакетами продуктов и пятикилограммовым мешком риса. Еле забравшись в лифт и наконец добравшись до двери, он быстро скинул с себя все пакеты, которые вот-вот бы и порвались или соскользнули. Он снова взглянул на своего одноклассника и своë мысленное обещание... Немного риса, чуток овощей и совсем немного мяса... Он с пустым лицом посмотрел на три полных пакета и пятикилограммовый мешок риса. Снова на своего одноклассника, и снова на продукты. Это продолжалось долго и с каждой секундой он становился всë краснее. ---------ЧËРТ!! Мысленно кричал он. Он снова потратил очень много денег и даже не заметил, так ещë и накупил продуктов незнакомцу... Даже для него это было бы оскорбительно... Может быть он не заметит..? Конечно это было глупо, надеяться на то, что ТАКОЕ количество продуктов не заметят, но надежда всегда умирает последней.... И так, он еле распихал все продукты по полкам, когда понял, что возможно было бы неплохо приготовить что-то в качестве ещë одного извинения..? Для начала, он пошëл проверить Докчу. Он был в лëгком шоке от того, что увидел. Тот раскидал всë одеяло, пытался снять рубашку, из его глаз безостановочно текли слëзы. Положив руку ему на лоб, он сразу же убрал еë от удивления. Ему показалось, что его рука обожглась, когда он снова проверил его состояние, повышение температуры уже можно было не отрицать. Он снова проклял этот день ... Смочив тряпку холодной водой он протëр его лоб, это большее что он смог сделать. Ему не хотелось видеть своего одноклассника голым. Он уже знал, что на нëм много синяков. Не удивительно, что он заболел. Ест только лапшу, над ним издеваются каждый день, и, похоже, он живëт один. Ю Джунхëк помнил, что учитель как-то рассказывал ему об этом.  *** - Айгу этот мальчик... - уже не молодой человек тяжело вздохнул, перебирая тесты учеников. Ю Джунхëк же, что сидел здесь для рекомендаций по учëбе, непонятно почему, помогал учителю разбирать тесты. Он знал, что староста должен помогать учителю, но не слишком ли это? - Он совсем отбился от рук, вот что бывает когда даришь детям свободу... - он ущипнул свою переносицу, убрав очки. Ю Джунхëку стало немного любопытно, что это за свобода такая? - Свободу? - спросил он, отмечая ошибки на тесте своего одноклассника. - Да, его тëтя сняла дом для него рядом со школой, чтобы он хорошо учился, выпуск то уже не за горами, но он стал учиться только хуже. - протерев свои очки, он снова надел их, хмуро глядя на тест. На нëм было имя "Ким Докча". - Тëтя?.. - он спросил в недоумении. У его родителей тяжëлое положение? - Ах, этот бедный ребëнок... Его отец умер от рук собственной жены. - сказал он с жалостью в тоне, будто он праведный человек, но... Зачем рассказывать это постороннему? Разве это было правильно? Мерзко. Несмотря на это, Ю Джунхëк продолжил разговор. - Да? А кто это? - он смотрел на свой тест, в нëм было допущено две ошибки. Слишком плохо. Он нахмурился и вздохнул. - Его зовут Ким Докча. - учитель, увидев что он вздыхает, поинтересовался: - Плохо сдал? - он выглядел немного разочарованным. - Две ошибки. - сказал он опустив глаза на тест. - Не хорошо, тебе нужно учиться усерднее. Покажи что там, я тебе помогу... *** Возможно, он тоже мерзкий, раз из-за злости решил проверить, почему Ким Докча не пришëл на учëбу, а теперь, из-за его упрямства он попал в такую гущу событий... Одноклассник упал в обморок, он потратил много денег, застал как он болеет, а теперь ещë и готовит... Он ударил себя по голове. - "Ну какой же ты идиот Ю Джунхëк. Твоя упëртость вышла тебе боком..." - он был сильно расстроен, ведь хотел пойти в библиотеку после того, как отдаст домашнее задание. Ах, он вспомнил. Да, надо бы его вытащить. Он проверил томатный суп. Не хватает соли. Он вылил ещë немного соевого соуса, думая, нужно ли было добавить побольше имбиря? - "Аргх, не важно. Просто соберись наконец". - он нахмурился и добавил взбитые яйца в суп, хорошенько помешивая.  Он взял две миски и вылил туда суп. Он поставил их на стол и посмотрел на больного.  - "Надо его разбудить". - проскочило в его сознании и он подошëл к нему. - Эй, эм... Ким Докча, просыпайся. - он немного потряс его за плечо. Наконец-то его глаза задрожали и он открыл их. - Ты... - Ким Докча нахмурился, когда резко вспомнил, что произошло. Чëрт как же стыдно... - Эм... - Ким Докче было очень неловко, он отвëл глаза от Джунхëка, когда заметил две миски на столе и запах чего-то вкусного... - Ты... - он выглядел немного обескураженным, но стиснув зубы он просто вздохнул. - Хаа... Домашка? - спросил он, протягивая руку к старосте. - Ах да. - вспомнил наконец Ю Джунхëк, он достал распечатки и объяснил как это делать. - Теперь, давай поедим. Суп наверняка остыл. - сказал Ю Джунхëк беззаботно, будто именно он был хозяином дома. Как нахально.  Подумалось Докче, но они всë равно сели за один стол. И лишь посмотрев на еду, Докча почувствовал отвращение. Это был томатный суп с яйцом. Как можно было так сильно осквернить яйца, придумав это блюдо. Он отодвинул его от себя. - Я... Я понял, что не голоден. - сказал он неуверенно и отвëл глаза. Его сердце стучало как бешеное. - "Ха? Он что, пытается казаться крутым?" - вена на его лбу вздулась. - Поешь Ким Докча. Ты что, собираешься оставить гостя одного? - его глаза выдавали его раздражение. Докча вновь опустил глаза на суп. Тяжело выдохнув, он решительно взял миску тёплого супа в руки и с грозным выражением выпил весь суп до дна. Он вытер рукавом остатки супа на рту и поблагодарил одноклассника. - Спасибо староста, очень вкусно. - сказал он, выплёвывая ложь сквозь зубы. Вкус был настолько насыщенно томатный, что ему хотелось блевать. Хотя, несмотря на это его нос наконец пробился, но это принесло лишь новые хлопоты, теперь у него текли сопли. Он шмыгнул, а из его глаз непроизвольно начали течь слёзы. Выглядел он как маленький хаос, но несмотря на это, кто-то кто был напротив него, нашёл это очаровательным, когда тот прикрыл своё лицо и залился румянцем от стыда. - Я-я в туалет! - он поспешно встал и открыл дверь в ванную