Школа разврата

Арсений

Школа разврата

Недопьеса. Драма-фанфик в типичном для школоты стиле «отношения в ноль лет»

Действующие лица: Эдвин; Блэк Сапфир Куки; Ильях Соломонович – математик, любовник Блэк Сапфир Куки, не так стар; Аделаида Иосифовна – молодая математичка, любовница Эдвина; Инга Васильевна – англичанка, уже не молода; Инга Максимовна – социальный педагог, коллега Васильевны (и много моложе её); А также Ученики и прочие Работники школы.

Урок первый

На сцене шум, гам - атмосфера перемены. Среди всего этого бардака выделяется Ученица, они спокойно сидит и занимается чем-то своим (только не уроками). Входит Новенькая и присаживается к Ученице. НОВЕНЬКАЯ. Привет. УЧЕНИЦА. Хай. (Пристально смотрит на Новенькую.) Ты эта… Ирка, что-ле? НОВЕНЬКАЯ. Ну получается, что да. Новенькая я. Из «Гимнасии» к вам перевелась. УЧЕНИЦА. А я Ксения. Можно просто – Ксюха. Располагайся. У нас тут весело. Пауза. НОВЕНЬКАЯ. Какой сейчас урок? УЧЕНИЦА. В душе не ебу… (Подруге.) Ка-а-ать, а что у нас сейчас? ПОДРУГА. Аглицкий. УЧЕНИЦА. Похуй, всё равно не взяла. (В пространство.) Дайте кто-нибудь учебник! НОВЕНЬКАЯ. Надо бы мне до библиотеки сходить… УЧЕНИЦА. Сходи да погляди… А знаешь, кто у нас библиотекой заведует? НОВЕНЬКАЯ (без особого интереса). Кто? УЧЕНИЦА. Вот щас ты её увидишь. Злая, строга баба. Английский у нас ведёт. Инга Васильевна. НОВЕНЬКАЯ. Ну и имечко! УЧЕНИЦА. Не то слово. А ещё мне за макияж высказывает. Мы её Нига дразним. Между собой, разумеется. Звонок. Входит Инга Васильевна. ИНГА ВАСИЛЬЕВНА. Гуд афтэрнун чилдрен. Сит даун плиз. Нау старт ауа лэссэн. Что-то объясняет. Никто её не слушает. НОВЕНЬКАЯ. Капец она страшная и некрасивая. УЧЕНИЦА. Вот-вот. НОВЕНЬКАЯ. Как ты думаешь, таких старых, неинтересных дур может хоть кто-то любить? УЧЕНИЦА. Нет. Кроме… Ладно, ты сама однажды это поймёшь. НОВЕНЬКАЯ. Говори, коли начала! ИНГА ВАСИЛЬЕВНА. Так! Последняя парта! Ксения, ты сейчас пойдёшь и всё мне расскажешь. А ты, девочка, чьих будешь? Ты Ирина, новая? НОВЕНЬКАЯ. Да. ИНГА ВАСИЛЬЕВНА. Ты давай Ксению не слушай. А то она на уроке ворон считает, а потом прибегает двойки исправлять. (Поворачивается.) Первая парта! Не стыдно? Матерки на ровном месте! Совсем уже молодёжь пошла. Может, вы можете за меня рассказать урок? Ведёт урок дальше. УЧЕНИЦА. Да не обращай ты на неё внимание. Дура она, и всё. НОВЕНЬКАЯ (робко). У нас в «Гимнасии» учителя никогда не цеплялись к ученикам. УЧЕНИЦА. Это у вас… В вашей школе и икру чёрную в столовой выдают. НОВЕНЬКАЯ. Разве что сделают бутерброд с говном. УЧЕНИЦА. Или жирного первоклассника. Смеются с шутки. ИНГА ВАСИЛЬЕВНА. Разговоры! Девочки, уймитесь наконец. Ирина, отсядь. Ко мне, за первую парту. Бегом! Новенькая извиняющиеся смотрит на Ученицу и пересаживается. Звонок. Ученики пытаются встать. ИНГА ВАСИЛЬЕВНА. Звонок для учителя! Вы у меня пять минут от урока забрали. Я имею право вас задержать. ПОДРУГА (Ученице). Го на матеше сядем в дальний угол? УЧЕНИЦА. Ок. ИНГА ВАСИЛЬЕВНА. Екатерина, если такая умная – выйди и проведи урок за меня. ПОДРУГА. Почему вы меня оскорбляете? Что я вам сделала? ИНГА ВАСИЛЬЕВНА. У меня вас в одной параллели только шестьдесят! Я не могу отвлекаться на каждого. ПОДРУГА. Так не отвлекайтесь. ИНГА ВАСИЛЬЕВНА (кричит). Знаешь что?! Проявляй уважение к тем, кто тебя старше. Я тебе что, подружка? С Ксенией будешь так разговаривать! Пауза. Хороший получился урок! Лэссэн из овер. Свободны!

***

Новенькая подходит к библиотеке. Дверь открыта. В помещении сидят Инга Васильевна и Инга Максимовна. Новенькая подслушивает. ИНГА ВАСИЛЬЕВНА. Иночка! А так больше не могу. ИНГА МАКСИМОВНА. Что случилось? ИНГА ВАСИЛЬЕВНА. Эти дети… Они меня доведут. Так сложно становится работать с каждым днём, понимаешь? ИНГА МАКСИМОВНА. А кто говорил, что с детьми работать легко? ИНГА ВАСИЛЬЕВНА. Только ты меня можешь выслушать. Мне приходится быть строгой на работе – ведь я учитель. И от этого становится противно. Я всегда, когда прихожу домой, ощущаю себя мерзко. Но хочется психовать. Просто не могу сдерживаться. С тех пор, как умер сын… Он был моей единственной опорой. Единственным мостом между мной и спокойствием. Мне свекровь часто говорила, мол, я неправильно воспитываю своего сына… Не даю ему свободы, гашу в нём огонёк. Мне не нравилось, что обо мне так думают, но это была правда. Я слишком строга и принципиальна с детьми. И сыном особенно. Была. Теперь этого не изменить. Иночка, только ты даёшь мне надежду. Ты ещё можешь всё исправить. Ты недавно пришла в школу, ты не наделала так много ошибок! А я?.. Доживу уж как-нибудь свой век. ИНГА МАКСИМОВНА. А что я? Никому не нужна. Я молода ещё, но это не надолго. Мужчины мной мало интересуются. У меня был как-то молодой человек. Он мне заявил: «Как с тобой встречаться? Ты – училка!» Мы вскоре расстались… Правда, заглядываются иногда одиннадцатиклассники, знаки внимания оказывают… Это всё пошлости. Что мне эти насмешливые «Давайте погуляем после работы». А я хочу любить. И быть любимой кем-то. Это же… Естественная духовная потребность. Но это так сложно в современном мире. Эх, было бы в школе больше мужчин… ИНГА ВАСИЛЬЕВНА. А Ильях Соломонович? ИНГА МАКСИМОВНА (перебивает). Нет!!! Забудьте это имя… Он ухлёстывает за Адочкой. Я это точно знаю! ИНГА ВАСИЛЬЕВНА. Тут вы ошибаетесь. (Многозначительно.) У Иды есть любовник. ИНГА МАКСИМОВНА. Вай он ёрф я должна об этом думать? Всё равно, Иля мне не пара. А знаете почему? ИНГА ВАСИЛЬЕВНА. Потому что он еврей? ИНГА МАКСИМОВНА. Потому что он еврей. ИНГА ВАСИЛЬЕВНА. А почему для вас это сдерживающий фактор? ИНГА МАКСИМОВНА. Ну как же? Вы представляете, на какой позор обречены наши дети. (Стыдливо.) В смысле, могли бы быть обречены… ИНГА ВАСИЛЬЕВНА. Но ведь еврейство передаётся по матери. ИНГА МАКСИМОВНА. А это уже не имеет значения. В таком случае, любовнику Адочки не повезло ещё больше. Кем бы он ни был. Пауза. К чему эти разговоры. Мне нужны только вы. ИНГА ВАСИЛЬЕВНА. И мне… Танцуют под какую-нибудь английскую джазовую песню. Например, I wanna be loved by you или I know why and so do you. Новенькая уходит, так и не получив книг.

Урок второй

Снова учебный кабинет. УЧЕНИЦА. Ты готова познакомиться с Адочкой? НОВЕНЬКАЯ. Это кто? ПОДРУГА. Математичка. НОВЕНЬКАЯ. Я сейчас заходила в библиотеку… Книг мне не удалось взять. Там сидели Инга Васильевна и Инга Максимовна, обсуждали своё. В общем, я не удержалась и подслушала. УЧЕНИЦА. Нихуя себе. И что они говорили? НОВЕНЬКАЯ. Признавались друг другу в любви. ПОДРУГА. Это было ожидаемо. Вся школа знает, что они любовницы. НОВЕНЬКАЯ. Ещё они обсуждали евреев и эту… Адочку. УЧЕНИЦА. А! Это математичка наша. Вообще её зовут Аделаида Иосифовна. Некоторые учителя – между собой, разумеется – зовут её Идочкой. Как Ида Галич, понимаешь? Но я-то знаю, что есть люди, которые сокращают это имя как Ада. И её это ужасно бесит! НОВЕНЬКАЯ. Она что, еврейка? УЧЕНИЦА. Схватываешь всё на лету. НОВЕНЬКАЯ. Но ведь имя-то вроде немецкого происхождения. ПОДРУГА. Но национальность не изменить, а мама у неё еврейка. Кстати, вот бывает спросишь у неё на уроке: «Адочка, а вы любите свою мать?» Типа подъебнуть хочешь. А Ида молодая, нервы-то ещё не расшатанные. Она и ответит: «Конечно». Ты такая: «А она у вас добрая?» А в ответ: «Ну это уже личное. Конечно строгая». Но все понимают, что ей стыдно за своё происхождение. А спроси откуда родом – никогда не ответит. КЛАССНЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ (входит ненадолго). Дети, Аделаида Иосифовна на экзамене. Сегодня у вас будет вести урок Ильях Соломонович. Здравствуй, Ирина. Зайди ко мне в кабинет. Новенькая уходит. УЧЕНИЦА (с издёвкой). Твой любимый учитель. ПОДРУГА. Слышь, сука… УЧЕНИЦА. Ты до сих пор его любишь? ПОДРУГА. Ксюха, я те щас въебу. УЧЕНИЦА. Ты слышала новость? ПОДРУГА. А? УЧЕНИЦА. Он изменяет тебе с Блэк Сапфир Куки. Ученица и подруга сцепились. Входит Ильях Соломонович. ИЛЬЯХ СОЛОМОНОВИЧ. Девочки! Что это такое вы тут устроили? Мне Ингу Максимовну позвать? Собирается толпа. Прибегает Инга Максимовна. ИНГА МАКСИМОВНА. Что случилось? ИЛЬЯХ СОЛОМОНОВИЧ. У девочек разборки. Как бы не покалечились, а то мне потом объяснительную писать. КЛАССНЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ (вбегает). Эх, девочки! То вы подруги, то устроили мордобой. Дружба дружбой… ИНГА МАКСИМОВНА. Так, Ксения, пойдёшь со мной, а Екатерина пусть останется тут, с Ильяхом Соломоновичем. Обсудите всё по отдельности, выпустите пар. ПОДРУГА. А можно я с вами? Пожалуйста? ИНГА МАКСИМОВНА. Да ради бога! Пойдём. Переходят. Итак, что у вас случилось? ПОДРУГА. Ксюха как всегда обвиняет меня в том, что я встречалась с Ильяхом Соломоновичем. ИНГА МАКСИМОВНА. Но ведь это не так? ПОДРУГА. Ну… Он ведь одинокий мужчина. (Сексуально.) А я – привлекательная старшеклассница. ИНГА МАКСИМОВНА. Екатерина, не стыдно ли тебе говорить такое? ПОДРУГА. А ему не стыдно приставать ко мне? Он ведь постоянно мне говорит: «Екатерина, придите ко мне в субботу или после уроков, подтянем тебя по математике». Но я же понимаю, что он просто хочет свидания со мной. Он так заглядывается на меня. Он на некоторых девочек заглядывается. И на Аду он глядит с любовью. ИНГА МАКСИМОВНА. Во-первых, на Аделаиду Иосифовну. Во-вторых, неприлично обсуждать личные дела взрослых! ПОДРУГА. Но ведь он правда имеет интерес к женщинам! Вернее, к молодым девушкам. Как вы и я… ИНГА МАКСИМОВНА. Катя! ПОДРУГА. Но ведь это правда! Иля такой привлекательный! ИНГА МАКСИМОВНА. Ильях Соломонович! А впрочем, это уже не важно. Говори дальше, я тебя слушаю. ПОДРУГА. А вы ведь даже не скрываете, что лесбиянка. Могли бы ответить взаимностью Иле. Глазки построить. Как Ада. Вместо этого проводите перемены со своей Иночкой! Я ведь вас люблю! Как учителя. Вы та самая наставница, с которой можно общаться на равных. Модная, стильная, современная, на одной волне с учениками… Не то, что Ада. Она тоже молодая, но стервозная немного. С ней душно. Иля – другое дело, но это же математика, это скучно. Понимаете, вы с Илей идеальная пара. А вместо этого даёте шанс какой-то еврейке. ИНГА МАКСИМОВНА (перебивает). Довольно, Катя! Я всё поняла. ПОДРУГА. И что вы, как социальный педагог, можете мне посоветовать? ИНГА МАКСИМОВНА (задумчиво). Лучше мне не быть твоим психологом. Я… Я… А я ведь даже и не знаю, что в таких случаях делать, именно на практике. У меня мало опыта в таких ситуациях. Нам в институте рассказывали совсем другое. ПОДУРГА. Ладно. Я сама всё поняла. ИНГА МАКСИМОВНА. Точно? ПОДРУГА. Да. Неловкая пауза. Вы теряете свой шанс. У Или любовница есть. Он нашёл себе подружку «Куки-ран». Блэк Сапфир Куки. Молодая, красивая. Почти школьница – 19 лет. Прям в его вкусе… ИНГА МАКСИМОВНА. Это не имеет значения. Екатерина, у тебя очень пошлые мысли. Надо думать головой, а не… другими местами… репродуктивной системы!

***

После уроков. ИЛЬЯХ СОЛОМОНОВИЧ. Знаете, какие про нас идут толки? АДЕЛАИДА ИОСИФОВНА. Нет? А зачем мне это знать. Моё дело вести уроки. Я за это деньги получаю. ИЛЬЯХ СОЛОМОНОВИЧ. Вы мыслите как еврей! АДЕЛАИДА. Я и есть. Как и вы. ИЛЬЯХ. Знаете, мне Инга Максимовна кое-что рассказала. Ну, про сплетни о нас. Правы дети: как с вами можно общаться? Вы даже разговор поддержать не можете. АЕЛАИДА. Может, потому что у меня есть избранник? А? ИЛЬЯХ. О чём вы? Избранник – и у вас? АДЕЛАИДА. Вы оскорбляете мои чувства. ИЛЬЯХ. А вы – мои. АДЕЛАИДА. Вам нельзя работать с детьми. Особенно в социуме. ИЛЬЯХ. Почему же? АДЕЛАИДА. Вы – распутник. ИЛЬЯХ. Ой, ой, ой. Говорите как восьмиклассница. АДЕЛАИДА. А вы видели нынешних детей? Мы такими не были. ИЛЬЯХ. Инга Васильевна на вас плохо влияет. Как и её подружка, Иночка. АДЕЛАИДА. Они меня хорошему точно не научат. Разве что, если вы станете встречаться с Ингой Максимовной. Тогда нам не стыдно будет находиться в их обществе. ИЛЬЯХ. Я за сексуальную свободу и раскованность. А Иночка меня не привлекает. АДЕЛАИДА. А я – за традиционные ценности. Хоть в чём-то вы правы. Инга Максимовна уже такая хроническая лесбиянка, что поди забыла, как с мужчинами общаться.

Урок третий

Вне школы. ЭДВИН. Наконец-то ты! АДЕЛАИДА. Прости, задержалась. С коллегой разговаривала. ЭДВИН (агрессивно). С мужиком, да? Так и знал. Мне не нравится твоя работа в школе. Ты задрала уже. Приходишь с работы – устала, голова болит. Сидишь, всю ночь тетради проверяешь, уроки готовишь. Может, начнёшь хоть иногда мне внимание уделять, нет? АДЕЛАИДА. Ну, работа у меня такая, понимаешь? Что мне поделать. ЭДВИН. Как мне с тобой встречаться? Запомни: я прихожу к тебе пожрать и потрахаться. А я этого не получаю. Нахуй ты тогда мне нужна? АДЕЛАИДА. Прошу не выражаться в присутствии дамы! ЭДВИН. Ты адекватная? Я хотя бы не несу хуйню. Разговаривай нормально. Этому тебя в школе научили, коллеги? АДЕЛАИДА. А ничё тот факт, что я одна работаю, деньги зарабатываю, нервы трачу? ЭДВИН. Я хотя бы не ишачу за гроши. АДЕЛАИЛА. Я хотя бы не нуждаюсь в няньке, которая за тобой постирает, помоет и накормит. ЭДВИН. Я хотя бы не нахожусь в обществе потенциальных любовников целый день, которые так и норовят тебя трахнуть. АДЕЛАИДА. Я хотя бы реальный человек! ЭДВИН. Я хотя бы не должен. Никому и ничего. А ты неудачница, которая ничего не добилась. АДЕЛАИДА. Я хотя бы не сплю с каждым встречных. ЭДВИН. Я хотя бы не привлекаю всех людей противоположного пола. АДЕЛАИДА. Знаешь что? А я и не привлекаю. Вот так! ЭДВИН. Тут ты права. Ты действительно не привлекаешь. Ты ебанутая. АДЕЛАИЛА. Зачем тогда я тебе? ЭДВИН. Вот я тоже не знаю. Зачем, если ребёнок будет евреем. АДЕЛАИДА. Ты что такое мелешь, а? ЭДВИН. Как будто я это не знаю. Вот тот мужик, он ведь тоже еврей, да? Вот и иди, переспи с ним, если так хочешь! Пауза. АДЕЛАИДА. По-моему, наши отношения потихоньку распадаются. ЭДВИН. Блядь, ну кто бы говорил! Это ты виновата, дура! АДЕЛАИДА (напевает). Ты всё ревнивей с каждым днём, а я обманывать устала… ЭДВИН. Хули ты тогда меня наёбываешь? Нахуй пошла, вместе со своими чушпанами из школы, им там самое место. (Зрителям.) Этим тёлкам реально не хватает мужика, вот они и ебут мозги детям. Эдвин и Аделаида медленно отходят, не смотря друг другу в лицо. Играет песня «Зимний сон».

***

В квартире. БЛЭК САПФИР КУКИ. Привет, Илечка. Проходи. Целуются. Как день прошёл? ИЛЬЯХ. Да как-то хреново. Девочки подрались… БЛЭК САПФИР КУКИ. Из-за тебя? ИЛЬЯХ. Из-за меня. БЛЭК САПФИР КУКИ. Вот видишь. Ты всех привлекаешь. И меня привлекаешь. Ты только на них не смотри. Ни на Аду, ни на Инну Максимовну, ни на Катю. ИЛЬЯХ. А смысл? Одна дура, другая лесбиянка, с третьей не получится – по закону нельзя. БЛЭК САПФИР КУКИ. И правильно. Раздевается. А что, правда все говорят, что вы с Адой пара? ИЛЬЯХ. Представь себе! БЛЭК САПФИР КУКИ. Вот идиоты! ИЛЬЯХ. И правильно. Она же еврейка. А я не хочу, чтобы мой ребёнок был евреем! К тому же, Ида меня совсем не привлекает. Она, по-моему, и сама не хочет мужика искать. Я говорю: это всё Иночка! Картина маслом каждую перемену: сидят две кукушки в учительской или библиотеке, болтают, сплетничают. Да так откровенно! «Только ты меня понимаешь, Иночка». Фу! Лесбиянка ёбаная. БЛЭК САПФИР КУКИ (насмешливо). Если она лесбиянка, то кто её ебал? Смеются. А ты не смотри на них. Не думай о них. Ты теперь мой и только мой. Страстно обнимаются. Зачем тебе это? Пусть две влюблённые клуши находят утешение в разговорах. Пусть еврейка-дура себе ищет мужика. Пусть к ним домогаются старшеклассники, у которых гормоны вместо мозгов. Пусть. Так им и надо. Они работают в школе, потому что ничего не добились в жизни. Ты работаешь в школе, потому что тебе это нравится. Вы разные. (Страстно.) Тебя это не должно волновать, мой мармеладный, Иля. Целуются.

***

В кафе. НОВЕНЬКАЯ. Пиздец у вас школа. ПОДРУГА. Это да. А ты что хотела? МБОУ СОШ! НОВЕНЬКАЯ. Меня поражает, как учителя не могут решить свои личные проблемы. А ведь они в массовом сознании самые авторитетные личности! ПОДРУГА. Всё просто. Во-первых, они обычные люди. Как говорит наша класнуха: «Ничто человеческое нам не чуждо». Ну а во-вторых. Я заметила, что в учителя идут как раз те, у кого дохуя и больше психотравм. Вот Ильях. Педофил натуральный. Ему бы в проституты. А Иночка? Лесбиянка, но не натуральная. Ада – шлюха, но пытается строить из себя стерву. Типа крутая, смотрите, я молодая злая училка. Мы знаем её слабое место – национальность. А ещё мы можем шипперить её с Ильяхом, потому что нам так хочется. НОВЕНЬКАЯ (перебивает). А Ильях разве не еврей? ПОДРУГА. Пойми, если учитель тебе не нравится, то любая его особенность будет поводом для ненависти. НОВЕНЬКАЯ. Ты думаешь, что еврейство – особенность? ПОДРУГА. А кто нам запретит её за это осуждать? НОВЕНЬКАЯ. Ну ты права. По факту же. ПОДРУГА. Они боятся признать свои ошибки. Инга Васильевна – сама же слышала – сына воспитать не смогла, зато психует на каждом уроке. Нет. У нас не идеальные учителя, но так пытающиеся на них быть похожими. Короче, забей. Пусть две Инги сосутся в учительской. Это их право. Пусть Ада спит с Илей. Главное, не давать ему домогаться до тебя. Всё равно через несколько месяцев мы их больше не увидим. К зрителю. НОВЕНЬКАЯ. Эх. Взрослые – такие взрослые. И что же? Бывает, ведут себя совсем как дети. ПОДРУГА. Тебе просто повезло оказаться в нашей школе разврата. А больше ты здесь ничему и не научишься. Конец.

Июнь 2025 г.

Выражаю благодарность Саше Л. и Яне К. за идею и моральную поддержку.