Кукуруза

***

— Ну, Гуки! Ну, пожалуйста! — тихо скулил в трубке телефона Хоби. — Да ты мне друг, в конце концов, или в воздухе пук? — уже возмущённо продолжил тот. Чонгук, растекшись на кровати звездой, закатил глаза. — Мне в отель надо собираться. Там сегодня к вечеру слишком много гостей прибудет. Через пару дней мероприятие, а я совсем не готов, — монотонно бубнил Чон. — То есть ты всë-таки пшик в воздух? И, заметь, не самый приятный! — бросил Хоби. — Ну, пожалуйста, выручи. Без тебя пару часов побудут твои подчинённые. А кукуруза уже готова и сама себя не продаст. И свидание с Ëнми само без меня не пройдет, — уже жалобно продолжил Хосок. — Я слишком долго ждал ответа от неё. Я не должен профукать свой шанс! Чонгук, поднявшись со своего кубла, прошёл в ванную, поставил друга на громкую связь, принялся умываться. И, не выдержав, нервно ответил: — Да схожу я! Уговорил! Хо, давай это в последний раз! У тебя с каждой девушкой шанс. Месяц назад была какая-то Соëн. — Аааайщ! Нашёл кого вспомнить! Я тебя люблю, моя печенька! Я буду должен! — благодарно проорал Хоби. Чонгук, скривившись от звонкого голоса друга, буркнул: — Ты у меня как тот крестьянин, оброк всю жизнь платить будешь. Ни разу ещё не вернул, еврей. — Мы встретимся в следующей жизни. Там все долги кармой прилетят. А в этой мы просто друг друга любим! — залебезил друг. — Я тебе маршрут пришлю. У всех свой. Целую крепко и горячо! — и отключился. Чонгук, смотря на себя в зеркало, вздохнул тяжело и пошел собираться. Чонгук... Самый младший и самый целеустремленный ребёнок в семье Чон. И самостоятельный. Всё, что есть у него и всё, что есть в нём — только его работа, его достижения. Нет, родители и сёстры его очень любили. Но так получилось, что всё внимание было уделено лишь росту и развитию женской половины. А Чон не расстраивался никогда и, тем более, не обижался. У него была куча свободного времени для реализации своих идей, проектов, хобби. Никто ни в чём его не ограничивал. Занят был и хорошо. Главное, что не сидел без дела. Окончив с отличием университет по туризму, Гуку предложили работу администратором в одном из отелей на острове Удо, который был известен коралловыми пляжами. Да и поспокойнее там будет. Поэтому Чон быстро принял решение и подтянул за собой своего друга Хосока. Хосок — самый лучший и верный друг Гука. Ещё он — ходячее веселье и иногда миллион проблем, которые сваливаются на него за минуты. Гук охреневать не успевал от одной боли Хосока, как наступала другая. Только Хоби мог, ничего не делая, влипать в мелкие неприятности. Они даже познакомились в драке. Чон тогда шёл домой через парк, как услышал непонятные звуки, похожие на удары подушками. Он устремился к источнику шума и через десять метров обомлел. На поляне в больших мягких костюмах дрались Железный Человек и Капитан Америка. Причём миллиардер выгребал по полной от эталона подражания. А так как Гук больше склонялся к Железному Человеку, то он решил, что в этом противостоянии он поможет ему надрать задницу Капитану. Так и познакомились. Оказалось, что Мстители не поделили территорию, вот и сцепились. А Чонгук с тех пор не расставался с Хоби, хоть иногда и жалел, что помог. Но чувство сожаления всегда было недолгим. Вот как сейчас. Время одиннадцать утра, а он идёт по пляжу в одних шортах с подносом горячей кукурузы и кричит на всю округу: — Кукуруза! Горячая, как ночи этого острова! Сладкая, как уста вашей половины! Гук охренел от кричалок Хоби. Хотя, зная друга, он особо не удивился. Просто прикинул, что если его увидит хоть кто-то из персонала отеля, то подкалывать будут долго. Но он упрямо шёл вперёд и толкал сладость людям, которые брали её и солили, втайне надеясь, что не перепутал маршруты. — Кукуруза сладкая! Горячая! Успейте попробовать! Ку... И, не успев договорить, он почувствовал, что кто-то прыгнул ему на спину, закрыл ладошками глаза и хриплым низким голосом в ухо прошептал: — А свою дашь попробовать? И смех! Такой яркий, тёплый, что Чон сначала растерялся. И не успел ничего сказать, как снова услышал этот голос, только теперь взволнованный: — Чимин?! Незнакомец, быстро спрыгнув со спины, встал как вкопанный. Когда к Гуку вернулось зрение, то впереди себя он увидел паренька с таким же подносом с такой же кукурузой. Он повернулся назад и увидел это лохматое чудо. Парень был хорош собой. Высокий, стройный, облако чёрных волос, милая родинка на носу. Гук, подняв одну бровь и толкнув язык в щёку, наклонил голову набок, улыбаясь, спросил: — А ты точно мою кукурузу хочешь попробовать? — Тэхён! Бежим! Я не знаю его! — крикнул Чимин. И Тэхён, отмирая, кинул на незнакомца взгляд, полный растерянности и стыда, побежал вперёд, нечаянно цепляя несчастный поднос, который висел на груди у Чона. Кукуруза треклятая вся посыпалась в песок. — Извините, — буркнул Тэхён и побежал вперёд, догоняя друга. Чонгук же, улыбаясь, смотрел им вслед. Он решил, что найдёт этого парня во что бы то ни стало. И, напевая песенку, пошёл домой. Он уже много времени потратил, а у него работы валом. Но что-то подсказывало ему, что всë-таки не зря он подменил Хоби.

***

Отбежав на безопасное расстояние, на ходу бросая поднос, Чимин упал на тёплый песок и, перевернувшись на спину, громко и заливисто захохотал. Он не мог остановиться, уже слезы потекли, но смех, сука, сдержать не получалось. Рядом приземлился Тэхён. Глядя на друга, он сам начал улыбаться, а потом тоже рассмеялся. Отдыхающие смотрели на них во все глаза. Некоторые с осуждением, другие с интересом. Но парни не обращали на них никакого внимания. Они молоды, красивы и немного безрассудны. От юности нужно брать всё, чтобы в старости было что вспомнить. — Тэхëн! Ты реально попросил у него свою кукурузу? — смеясь, спросил, икая от смеха Чимин. — Как ты додумался такое сморозить? Тэхён, пихая его кулаком в плечо, закатил глаза. — Я думал, что это ты! Он так орал про горячие кочаны, вот я решил шуткануть. — Да, ты видел этого Аполлона? Нет, я тоже хорош собой, но меньше его раза в два. Совсем от своих компьютеров ослеп, что ли? — обиженно бросил Пак. — Как можно не узнать лучшего друга? — Да я такой счастливый до сих пор, что получилось вырваться. Даже толком не заселился в отель. Бросил в холле вещи, крикнул, что вернусь и убежал к тебе. А ты говорил, что один по своему маршруту ходишь! — возмутился Тэхён. — Ну да, — задумчиво протянул Чимин. — Я не знаю, кто это был. Но он красавчик. Может, подменял кого-то из наших? Хотя я и наших-то особо не знаю. Тэхён улыбнулся. — Даааа. Безусловно горяч. А спина! Я, если честно, подумал, что нихера себе ты подкачался на кукурузе, — рассмеялся снова в голос Ким. — Свали в туман! Задрот компьютерный! Чимин, закрыв глаза, лёг на песок и начал делать ангелочка. Ким, глядя на него, сделал то же самое. А потом, не сговариваясь, они громко рассмеялись, распугивая местных чаек. Ким Тэхён и Пак Чимин — хорошие друзья, близкие люди, соулмейты. Они как Инь и Ян, зима и лето, белое и чёрное, Биба и Боба — два дебила. Парни познакомились ещё в старшей школе. Выпустившись, поступили в разные универы. Но это не помешало их дружбе нисколько. Они понимали друг друга, поддерживали, подкалывали, а ещё знали, что никогда не подерутся из-за девушки. Ну, хотя бы потому, что Тэхён — гей. Он не скрывал это, но и не афишировал. Ему очень хотелось отношений, но те варианты, которые приложения для знакомств предлагали, Ким отбрасывал. Перепихоны на раз не интересовали его, поэтому он ударился в работу. Тэхён создавал игры, программы. Это стало его отдушиной. А Чимин перед выходом на работу решил отдохнуть напоследок хорошенько и рванул на остров. Тут тебе и работа, и новая девчонка каждый день. Легко и без обязательств. Он долго уговаривал друга приехать хоть на неделю оттянуться. И был очень рад, когда получил смс: “Жди. Скоро буду. Готовь мне развлекательную программу ". И вот дружище здесь. И сразу вляпался в историю. — Тэхён, ты точно не хочешь у меня пожить эту неделю? — спросил Чимин. Тэхён, поднимаясь и отряхивая песок с одежды, удивился. — А если ты захочешь горячей ночи с туристкой? Мне куда? Идти на море любоваться? Нееее, я лучше буду в прохладном номере спать, где всё включено. Тем более там музыкальное мероприятие будет. Я хотел бы посетить его. — Ну прямо, я чего тебе великий трахатель, что ли? — возмутился Пак и тут же, улыбаясь, продолжил. — Хотя да. Великий. Но я мог бы и потерпеть. — Ага! Ты и потерпеть — это разные вещи. Пошли, проводишь меня к отелю. А вечером встретимся где-нибудь в баре. Ты обещал мне ночь текилы и секса на пляже. — Секс на пляже сам себе организуешь. И вообще это неудобно. Песок потом даже в заднице находишь. Проверено. — Дурак, я про коктейль! — закатывая глаза, ответил Ким. — Ладно, пошли. Вечером в баре "Лунная курочка" встречаемся. Я тебе покажу. Там отличную курочку подают и недорогой, но не плохой алкоголь. Оттянемся! — закидывая руку на плечо Кима, улыбнулся Чимин.

***

Бооооже... Во рту пустыня Сахара. Так сухо и песчано. Голова просто разрывается. Тупая пульсирующая боль бьётся в ритме сердца, которое бежит, как раненое, куда-то. Глаза налиты свинцом. Ким не может пошевелиться. И тут, как во сне, он слышит где-то издалека: — Кукуруза! Горячая, сладкая! Тэхён аж вздрогнул. Неужели это тот парень? А чего он в отеле делает? Открывает глаза и не поймёт, где находится. Под ним песок. У него чего, секс на пляже всё-таки был? Подорвался и чуть не упал от закружившейся головы. Лихорадочно огляделся вокруг себя. Рядом в позе креветки спал Чимин. Проходящий парень с лотком кукурузы остановился: — Нихера, конечно, вы вчера гуляли. Как в последний раз. Буди друга и идите домой. А то сгорите на солнце, будете печëными картошками! — смеялся он. — Кстати, я Хоби, — продолжил он, протягивая бутылку воды. — Тэхён, — просипел тот. — А вчера был шальным ковбоем, которого ничто и никто не берёт, — лыбился Хосок. — Кстати, неплохо танцуешь. Стойка выдержала! — Бляяяять... Я ничего не помню! — Конечно, столько жрать. Как вообще проснулся? Друг, кстати не отставал. Ты там в трусах деньги поищи, весь танец тебе пихал за пояс, — рассмеялся он. — Ладно, ковбой, не болей. И серьёзно, иди домой, а то на бомжа похож, — пошёл дальше, продавая кукурузу. Тэхен, закрыв глаза, подумал: " Хорошо, что это не тот горячий парень ". Хоть какая-то радостная новость. Тихонько пнув друга, он прохрипел: — Чимин! Чимин! Вставай! Не видя признаков пробуждения, он сильнее его затормошил. Тот никак не поддавался. Тэхён смекнул и вспомнил единственный способ, который Пака из того света нахрен вернёт. Он подошёл сзади и смачно втащил ему по заднице со словами: — Детка! Открывай! Я пришёл! Чимин, как ужаленный, за секунды подскочил, крича на весь пляж: — Тут закрыто! И вам не рады! И тут же скривился от боли, что стукнула в висок. — Ой, бляяя... За что ж так... Тэхён? Тэхён! Какого хера мы тут делаем? — А я чë помню, что ли? Дрыхли мы тут с тобой. Пошли по домам. Встретимся вечером за кружечкой кофе, блять! — рыкнул Тэхён. — Может, чего вспомним. Парни разбрелись каждый в свою сторону. А в метрах в десяти Чонгук, проходивший мимо и наблюдавший, как его чудо смачно бьёт по заднице паренька, с разочарованием буркнул: — Эээххх... Всё-таки нашёл себе кукурузу. И пошёл дальше. Вспомнил его горячий танец на стойке, и на минуточку, танцевал же для Чонгука. Только Чон не смог досмотреть до конца, возникли проблемы в отеле, и ему пришлось покинуть персональное шоу. Да и у него завтра мероприятие, надо о нём думать, а не о низком хриплом голосе, тëплом смехе, родинке на носу, ахеренных шальных глазах, которые в ту же ночь и приснились Чону, и упругой заднице, которую он успел пожамкать немного, пока подсаживал бедолагу на стойку.

***

Тэхён, заходя в отель, быстро и не глядя, прошёл мимо стойки, буркнул хриплое: — Здрасьте! Бегом направился к себе в номер. Ему очень хотелось в душ и в чистую свежую кровать. Невыносимо трещала голова, и он надеялся, что сон хоть как-то поможет ему. Чонгук, стоявший за стойкой и раздававший последние указания персоналу, увидев чудо, сначала офигел. Не думал он, что тот проживал в их отеле. А потом, вспомнив его состояние, попросил принести ему в номер графин холодной воды с аспирином. Тэхён, проснувшись под вечер, обнаружил на столике воду и таблетки. Очень удивился. Ну, шикарный сервис! Встав, выпив лекарство, пошёл ещё раз в душ. Хотелось ему смыть прошлую ночь. Он так ничего и не вспомнил, но денег в трусах нашёл. Несколько мятых купюр. Значит, Хосок не соврал. И от этого ему стало очень стыдно. Стоя под душем, Тэхён вспомнил о красавчике с пляжа. Мало того, что он запомнил горячую и широкую спину, так он и лицо за то несчастное короткое время рассмотрел. Надо же было так вляпаться в незнакомца, так ещё и припозориться. Встретившись позже с Чимином в тихом уютном баре не в "Лунной Курочке" , туда он теперь точно не покажется, пили кофе. Это было так по-новому. Обычно шумный Пак теперь сидит тихо, как мышь, виновато смотря на Кима. — Ты чего такой тихий? Вспомнил что-то? — подозрительно щурясь, спросил Тэхён. — Ты только не ори, пожалуйста. Но ты вчера для того красавчика с пляжа танцевал горячий эротический танец с кочаном кукурузы, — тихо прошептал Чим. — А я тоже хорош, деньги тебе совал в штаны и орал, что ты мой ковбой. Тишина воцарилась за столиком. Пак взглянул на друга и испугался. Тот побледнел, глаза стали ещё больше. Молча налил ему воды в стакан и подал. Тэхён залпом выпил и выдал сиплое: — Ебаный свет... Пизда рулю... Да как так-то? — и упал лбом на стол. Чимин знал, что если Тэхён начинает материться, то стадия охреневания перешла критическую черту. Он увидел, как у того плечи трясутся. Осторожно протянул к нему руку, говоря: — Тэ, ты что, плачешь? Да тебя тут никто не знает. Успокойся. Дальше у нас только тихая программа будет. Я обещаю. А Ким, подняв голову, завёлся в истеричном смехе. Пак, смотря на него, подумал, что его дружище всё-таки перегрелся сегодня на пляже и, походу, умом чутка тронулся. Всё равно он его будет любить любого. Это же Тэхён. А тот, отсмеявшись, произнёс, икая: — Спасибо тебе, Чимин, за отдых! Пиздец! Не забуду никогда, потому что, блять, не вспомню! — и кинул в него салфетку. — И за деньги в трусах благодарю! Возвращать не буду! Ты почему меня не остановил, а поддержал? Нахера? Я думал, что если встречу его, то извинюсь. А теперь я исчезнуть хочу. — Слышь ты, ковбой! — прошипел Чимин. — В тебя никто не заливал. Кому там как сок пилась текила, как в сухую землю? Да ты бы видел себя, как ты соль слизывал! Я не по парням, но даже я охуел, когда почувствовал шевеление в штанах. Ты вчера был блядский ходячий секс! Но дался в руки только тому красавчику. Он тебя и подсадил на стойку. Ким оторопело на него смотрел и буркнул: — Ладно. Хватит. Я надеюсь, что всё, что произошло на Удо, останется и умрёт на Удо. — Хорошо, ковбой! — смеясь, ответил Чимин. Тэхён нашёл ещё одну салфетку, скомкал и кинул в друга снова.

***

Чонгук устал очень. Целый день он занимался подготовкой музыкального мероприятия. Всё должно быть в ажуре. Всех проинструктировал, всем рассказал задачи. Механизм работы отлажен. Всё должно сыграться, как по нотам. Напитки, фуршет. Сегодня не только гости отеля будут присутствовать, но и приглашённые из других близлежащих. Своё чудо Чон не видел со вчерашнего дня, но проконтролировал, узнав, что тот вернулся и мирно спит в своём номере. Запал этот Ким Тэхён ему в душу. Не было ни минуты, чтобы не думал о нём. Хотелось Гуку познакомиться с ним, пообщаться. Может, и получилось бы чего. Чона редко кто цеплял, а этот прямо сразу в сердце с ноги дверь открыл со своей кукурузой. Вздохнув, Чонгук пошёл переодеваться. Через полчаса начало. Хорошо, что ведущего нанял. Ему осталось только смотреть и наслаждаться. Праздник шёл своим чередом. Одни музыканты сменяли других, царила спокойная атмосфера. Как вдруг Чонгук увидел знакомую макушку, которая стояла у столика с напитками. Гук, подцепив на шпажку бэби-кукурузку, подошёл тихо к чуду и, стоя позади него, через плечо протянул ему овощ, шепча на ухо: — Попробуешь? Тэхён пил сок через трубочку, но, увидев выплывающую сбоку кукурузу, подавился, что сок носом пошел. Откашлялся, повернулся и, офигевше смотря на красавчика, бросил: — Не, ну если у тебя в штанах такая же, то я тогда пас! Гук, огляделся по сторонам, убедившись, что они не привлекли внимание, схватил Тэхена за руку и направил её к своему паху, прижимая посильнее. Тэхён, охренев сначала от наглости, а потом от ощущения под рукой, поднял взгляд на парня, который стоял и ухмылялся, прохрипел: — Ну, совсем другое дело. Только всë равно надо убедиться. Может, ты ваты туда насовал? Чонгук, отпуская его руку, рассмеялся. А Тэхён подзавис на широкой улыбке, на смехе мягком. — Чон Чонгук. Администратор в этом отеле. На кукурузе друга подменял. И не зря. — Я надеюсь, что это твоё имя, а не того, что в трусах у тебя, — расслабляясь, ответил Ким. — Я представляться не буду, и так знаешь. И с любой стороны, так что не вижу смысла притворяться хорошим и прилежным гостем. Чонгук, подходя вплотную к Киму, шепнул ему в ухо, обжигая его горячим дыханием, с удовольствием отмечая, как Тэхён покрылся мурашками: — Гость, ты самый прилежный и как парень очень горячий, надеюсь, такой же шальной в постели, — и, отстраняясь от него, уже ровно произнес. — Я жду тебя на выходе через полчаса. Не опаздывай, — Чон подмигнув, ушёл в толпу гостей. А Тэхён стоял и смотрел ему вслед, замерев. Сегодня он тут один на празднике жизни. Чимин пошёл на своё свидание. Не с кем посоветоваться. Ким вспомнил, что он на отдыхе уже запомнился многим, поэтому решительно отбросил своё правило на разовый перепихон, посмотрел в телефон и засек там тридцать минут. Секса у него слишком давно не было. Пару лет точно. Уже и забыл как это — плавиться в чужих руках. А в таких, как у Чонгука, грех не растаять. Да и кукуруза там всё-таки ничего была. Поэтому для храбрости схватив бокал шампанского, осушил его залпом и побежал к себе в номер, чтобы принять душ.

***

Чонгук стоял у выхода, успел сменить деловой костюм на джинсы и худи. Нервничал. Переживал: придёт его чудо или нет? Как вдруг услышал тихое: — Давно ждёшь? Чонгук, обернувшись, одарил Тэхёна широкой улыбкой. Ким в очередной раз завис. Гук оглядел его сверху вниз, отметив про себя, что тот тоже переоделся в лёгкие брюки, рубашку поло и кеды. — Ты всë-таки пришёл, — облегчëнно выдохнул он и, подавая ему руку, продолжил. — Пошли прогуляемся, а потом покушаем, если захочешь. Тэхён, волнуясь, вложил свою руку в его. — Это похоже на свидание. — Это оно и есть, Чудо, — легонько сжимая тёплую ладонь Кима, ответил Гук. Около часа они гуляли по пляжу, громко смеялись, держась за руки. Как будто и не было этих безумных танцев на стойке и первой встречи. Рассказывали о себе, о друзьях, увлечениях, работе. Им было легко. Каждый чувствовал что-то такое, чего упускать точно нельзя было. Хотелось это чувство искренней симпатии и искренности запечатать себе в душу и сердце и пронести через всю жизнь. Внезапно Чонгук остановился, обхватил лицо Кима руками и прошептал: — Я больше не могу сдерживаться! И поцеловал, наконец-то, эти манящие пухлые губы. Ким тормознул на доли секунды и ответил Чону. Поцелуй был очень нежный. Чонгук постарался вложить в него те чувства, которые выросли у него за столь короткое время, но он в них был уверен. Тэхён запустил свои руки в волосы Чонгука и сжал их у корней, а Гук загорелся и больше не смог себя контролировать. Поэтому нежность переросла в горячую страсть, но не в ту, где сгорают, а в ту, которая обволакивает и греет. Отстранившись от Чонгука, Тэхён, смотря пьяным поплывшим взглядом на него, севшим голосом произнёс: — А сейчас дашь свою кукурузу попробовать? Чонгук, улыбнувшись, подхватил Кима под ягодицы и понес его к себе. — Она в ближайшие несколько десятков лет будет твоим завтраком, обедом, ужином и десертом! — прохрипел парню в шею Гук, широко лизнув её языком и легонько прихватив зубами. Тэхён, крепче обнимая Чона, тихо прошептал: — Я уезжаю послезавтра. — Не в этой жизни! Мы всё обязательно решим. Никуда не отпущу. Тем более я хочу и твою кукурузу попробовать, а ещё ты мне танец должен, который я не досмотрел, — жарко шептал Чонгук, оставляя маленькие поцелуи-бабочки на шее Кима. В мыслях Чонгук уже сыграл с ним свадьбу. Этого парня он никак не хотел упустить. Сердце тянулось к нему, несмотря ни на что. Гук надеялся и верил, что всё то безумство, что было между ними, останется и перерастёт в нечто ещё более горячее в их спальне и в жизни. Входя в дом, Чон сразу понёс его в спальню. Никаких водных процедур. Он хотел чувствовать на языке вкус кожи Кима. Хотелось всего и сразу: тягучих и рваных поцелуев до крови, нежной любви и втрахивания Чуда в постель до сорванных стонов. У них вся ночь впереди и, как Чонгук сказал, несколько десятилетий. Он сдержал своё слово и никуда не отпустил Кима, даже на следующее утро из своего дома. Сам выписал его из отеля, притащил его чемодан и окружил его вниманием и заботой. А через несколько дней Чимин получил от Тэхёна смс: "Всё-таки охуенно-сладкая у него кукуруза". На что Пак скривился, но от души порадовался за друга.