Урок жизни

6:00. Утро снова началось со звона этого ужасного будильника, который так и говорил: «школа. вставай. школа». Илья, конечно, никуда вставать категорически не хотел, поэтому пытался заглушить этот мерзкий звук подушкой и всем, что попадалось под руку. Не помогло. Виногорскому пришлось признать поражение в очередной битве с будильником и все-таки встать и начать собираться. Сбросив с себя одеяло, парень нехотя встал с кровати и поплелся в ванную для того, чтобы привести себя в порядок. Там он умылся холодной водой, почистил зубы и попытался уложить свои непослушные кудри. Хотя уложить — это, скорее всего, сильно сказано, ведь от действий Ильи они только сильнее распушились и превратились в пышный одуванчик. — Ой, да ладно, пусть так будет, — промямлил Виногорский, выходя из ванной, и направился уже на кухню. Там он заглянул в холодильник, надеясь обнаружить хоть какую-нибудь нормальную еду, однако увидел только кетчуп, хлеб и несколько кусочков колбасы. На утро сойдет, а дальше нужно будет что-то докупить. Правда, денег у Ильи сейчас вообще не было, так как жил он на съемной квартире один. Не работал, но в дальнейшем хотел устроиться на работу, чтобы больше не голодать. А где же родители Виногорского? Да он и сам не знает. Изначально они жили вместе с Ильей в хорошей просторной квартире в этом же городе, где сейчас находится и Виногорский. Но потом они вдруг заявили парню, что хотят переехать в другую страну, в Швецию, и даже предложили Илье поехать вместе с ними, но тот отказался, ссылаясь на то, что здесь у него школа, друзья и вообще тут всё родное. Однако Виногорский добавил, что, возможно, после окончания учебы переедет к ним, хотя теперь вряд ли. После переезда родители продали квартиру, но договорились, что будут оплачивать съемную для Ильи. И они так и делали, правда, только первое время. Спустя же полгода их будто и след простыл. Номера заблокированы, денег больше не поступает, и за квартиру больше никто не платит. Тут-то и началась у Виногорского жизнь на выживание, без рубля в кармане и без родителей. После небольшого завтрака, состоящего из бутерброда и воды, Илья переоделся во что-то более нормальное, чем его домашняя одежда, и вышел из квартиры. Возле подъезда его уже ожидал Роман Васильев — его друг, с которым он общается с самого детства, даже можно сказать, с того возраста, когда они еще на горшки ходили. — Здорова, брат! — поздоровался Рома и протянул руку для приветствия. — О-о-о, Ром, привет! — среагировал Илья и пожал руку друга. — Сегодня ты даже вовремя вышел, я поражен. — Да я сам с себя в шоке, но не факт, что мы еще до школы вовремя дойдем, — сказал Виногорский и улыбнулся. Он явно намекал на то, что лучше на уроки им будет припоздать, а пока отсидеться где-нибудь в магазине или на крыше ближайшего дома. — Илюх, ты снова прогулять хочешь? — спросил Рома, заглядывая Виногорскому в глаза, дабы узнать причину чрезмерного веселья друга. — Ловишь фишку. – Ну ладно, давай. Щас как раз урок с добрым учителем должен быть, так что не страшно, — сказал Васильев и они пошли в сторону ближайшей «Пятерочки», чтобы сначала что-то прикупить. У Ильи, конечно, было не так много денег, но в запасах на небольшое количество еды еще оставалось. Дошли до магазина парни достаточно быстро, хотя и выбрали не самый ближний с домом, дабы не наткнуться на учителей и знакомых. — Так, чо брать будешь? — спросил Рома тогда, когда они проходили мимо полок с сухариками и чипсами. — Не знаю, я, наверное, пока только сигареты куплю и газировку какую-то, — ответил Виногорский, понимая, что на большее ему денег не хватит. Васильев ведь даже не знал, что у Ильи дома произошло, он просто думал, что тот с семьей перебрался в другую квартиру, поближе к центру, а что да как, не уточнял. — А окей, я тогда возьму какие-нибудь чипсы, будем вместе грызть, — сказал Васильев и взял с полки lays с крабом. После небольшой закупки парни вышли из «Пятерочки» и побрели в сторону дома, где обычно всегда была открыта крыша. Они часто зависали там перед и после школы. *** — Открыта! — сказал Виногорский поднявшись на крышу этого дома. — Отлично, залезай туда, — крикнул Рома, после чего полез после Ильи на крышу. Там никого кроме них не было, но вид открывался просто фантастический. Ребята просидели там не так долго, но успели выкурить по одной сигарете и съесть пачку чипсов. — Лан, пошли, Илюх, а то холодно что-то, — вдруг сказал Васильев. — Даа.. как-то тут похолодало, да и нам на уроке все же надо успеть показаться, — согласился Илья, после чего встал с каменных плиток, покрывающих крышу, и пошел в сторону лестницы. Добрались до школы ребята быстро, и, к счастью, по пути не встретили ни одного учителя или взрослого знакомого. Неувязочка возникла только у охранника, потому что он, как всегда, начал докапываться к сменке с обувью, которой у парней, конечно, не было. Но ребята проигнорировали все выкрики Анатолича (так называли охранника) и побежали на 2 этаж, где как раз сейчас шел урок — история. — Кто стучится? — спросил Виногорский, тогда когда они стояли возле 208 кабинета. — Ну давай я стучусь, ты открываешь, — ответил Рома. Так и сделали. Но когда они открыли дверь, увидели, что им теперь крышка. Заместо доброго историка Антона Александровича, их встретил какой-то новый преподаватель, чье имя они даже не знали. — Так, кто это у нас опаздывает? — спросил мужчина, глядя на ребят, которые стояли возле двери. — А где Антон Александрович? — спросил Васильев. — А нет больше вашего Антона Александровича, уволили, теперь я ваш историк. И меня, кстати, зовут Евгений Юрьевич, — представился мужчина. — В смысле уволили? За что? — ввязался в разговор Илья. — Молодые люди, уволили значит уволили, зачем вам какие-то подробности? Прошу заметить, вы опоздали, поэтому давайте выходите за дверь и сидите в коридоре, — отрапортовал преподаватель. — Евгений Юрьевич, вы не имеете права выгонять детей из кабинета, — ответил на это Виногорский. — Кто у нас тут такой смелый? Имя. — Илья Виногорский. — Ага, Илья. Значит так, выйдите со своим дружком прямо сейчас из кабинета и не мешайте проводить занятие для тех ребят, которые, в отличие от вас, приходят вовремя, — сказал Евгений Юрьевич, явно показывая своим видом, что это его последнее слово и дальше он сюсюкаться с ними не будет. — Ладно, — сказал Виногорский, после чего повернулся к Роме и сказал ему чуть тише: — Пиздец зануда. После этого парни вышли из кабинета, не подозревая, что у них в дневниках теперь красуются «2» по истории