Driving with my Darling

«Такое ощущение, будто я из реальности переместился в какую-то историю,и все знают,что нечего так бояться до самого финала этой истории, когда скрывающийся во тьме наконец-то выйдет из леса,чтобы покормиться... естественно тобой.»

—„Оно”,Стивен Кинг.

Ветер холодно обдувает тело. Волосы разлетаются в стороны, лезут в лицо, — и в свое,и в чужое, — разлетаются так же,как разлетаются собственные мысли. Отвратительно плотные мысли исчезают, стоит этому только начаться. Стоит только им начать быть. Быть вместе,быть. Стоит только положить свою руку,такую жесткую на чужую щеку. Положить и ударить так сильно,как только хватает сил. Чтобы второй тут же встал, замахнулся в ответ. И пошел сценарий, — такой привычный им обоим. Крик, ссора, удар, драка, секс, гудок, поезд. Пое— Что? Лололошка ненавидел Джона. Ненавидел до каждой косточки в его теле, до каждого волоска, до всех органов,внутренностей, до удушья. Его хотелось заткнуть. Все чаще и чаще. Тот был слишком громким, — слишком громким, когда ему сказали быть тише. Был специально слишком раздражающим, — шумным. Уронить что-нибудь с полки, только бы голова Лололошки раскололась на две части от боли. Порой он думает,что если бы такое случилось,то из его черепушки выбрался Джон со своей мерзкой ухмылочкой,которую Ло бы хотел вырезать,весь в доспехах и с оружием в руках. Словно тот снова родился,словно Ло был тем,кто породил этот ужас под названием "Джон Дэйви Харрис". Словно Джон — Афина. Все таки Харрис и его дурацкие легенды про греков проникли в его извилины разума даже тут, даже в мыслях. —Я сказал тебе быть тише, Джон, — выдыхает сквозь зубы Ло, — Почему ты постоянно ведешь себя.. себя как угодно,но только не так,как я тебе скажу? Жить, — сосуществовать, —вместе со своим альтер-эго тяжело. Они постоянно не сходятся во мнениях. Убить? Избить? Пощадить? Уберечь? Солгать? Сказать правду? Но ещё хуже,когда это бытовые ссоры. Когда один не дает другому просто быть в спокойствии хотя бы у себя дома. Когда Джон вскакивает с кровати ночью,чтобы проверить "ещё одну гениальную мысль",несмотря на то, что знает,что Ло вставать через несколько часов,в отличие от некоторых. Когда Ло начинает наводить порядки в беспорядке Джона. «Это беспорядок,Джон! Здесь невозможно ходить, находиться!» «Это мой беспорядок,глупая версия меня! Ты мне, блять, опять все склянки перемешал. Знаешь, однажды содержимое этой склянки может случа-а-айно оказаться у тебя в чае.» Дома,— когда они вместе,— никому не нужно было притворяться. Не нужно было быть хорошим,не нужно было быть плохим,не нужно было притворяться, что тебя это не задело, не нужно было лгать, не нужно было недоговаривать. Можно было злиться,а не извиняться,не ухмыляться. —А почему ты не можешь не лезть ко мне,когда я занят,мой дрожащий друг? — Дэйв разворачивается к нему,под его очками, — такими же,как у него, — виднеются глаза полные желания мести. Ах,то есть, сегодня так? Не хочешь по хорошему,Джон? Ладно. Ло тоже не хотел, никогда не хотел. —То,что я зашёл к тебе в твою "лабораторную комнату",когда ты заорал от боли, это не отвлечение, Джон! — как голос может звучать обеспокоенно, раздраженно и устало одновременно? Невольно Ло подходит ближе,ему хочется прикоснуться к бинту на чужой шее,под которой покоится новый очередной ожог. Когда это произошло впервые, Ло не на шутку испугался. Теперь это вошло в обыденность. «Раньше у меня была лаборатория, теперь у меня ее жалкое подобие. Разумеется,что ошибок,а значит и ожогов, будет больше. В юношестве было также.» Никто из них не уточнял, когда было это юношество. Череду воспоминаний затмевает мысль, совсем не такая,как все остальные в его голове, — прям,как Джон,совсем не такой,как все остальные в его жизни. Интересно, если мои руки сейчас сожмутся на его шее,он будет кричать громче,чем обычно? —Я тебе сказал, что все под контролем. Как и всегда, — ох, кто-то не на шутку злиться? Ухмылка окончательно спадает с лица Джона,когда он подходит ближе к Ло. Харрис тыкает своим худощавым пальцем в перчатке в чужую грудь, будто показывая,что он, разумеется,прав,будто спора никакого не будет, ведь только мнение великого JDH самое правильное. —Знаю,я твое "все под контролем". И знаешь,кто обычно исправляет твое "под контролем"? — разумеется,он знает, — Знаешь,кто? Лицо Джона искажает гримаса недовольства, смешанного с недоверием,аля "ты серьезно будешь помыкать этим?" —Ой-ой, наш бедный мальчик расстроился, что не все так идеальны,— слова вылетают один за другим, Джон не может контролировать свой рот,никогда не мог, — как его друзья, которых он сам и бросил,чтобы отправиться с худшим...— некоторые вещи остаются недосказанными, "...с худшим из всех своих знакомых,но лучшим учёным, в приключение,в котором они ,вероятно, умрут вместе." В ответ на это брови Ло бы нахмурились,губы бы поджались, а глаза пристально бы рассматривали Джона,будто пытаясь понять, зачем тот делает это так отвратительно? Все должно было быть именно так. Но они уже давно не те,кем были до слияния,не те,кем были до встречи друг с другом. Именно поэтому когда кулак Ло приземляется на лицо Харриса,тот ощущает внутри какое-то странное чувство,будто сделал новое открытие,будто победил. Лололошка ,будто гвоздь, прибивает его к стене, словно Дэйв какая-то полочка ,которая, разумеется, упадет. В секунду,которая кажется бесконечностью, — хотя,что такое время для таких,как они? — Джон смотрит в чужие глаза,такие же,как у него. Падение полочки случается. Они катятся кубарем на пол,когда Джон бьет своим острым коленом в живот Ло, они переплетаются одинаковыми,но такими разными, конечностями. Они бьют друг друга до крови,до того состояния, когда ладони просто напросто трясутся от боли. На полу на старые отпечатки крови, — которые так похожи на разлитый гранатовый сок,который впитался в деревянные доски, — накладываются новые,будто они пишут картину красным маслом. Их кровь смешивается в нечто. Чужие ладони отпечатываются на белом халате Джона,на темном лице Ло, на штанах, на руках, на душе. —Ладно,ладно,хватит! Джон! — кричит Ло,как только чувствует, что выдохся. Джон выдохся. Ло должен прекратить это,потому что Харрис не умеет принимать поражения,не знает, когда вовремя остановиться, он убьет всех,себя, только чтобы быть победителем. В моменты ссоры, Джон даже испытывает лёгкую волну тепла от этого. Их ссоры всегда заканчиваются так. Что там сейчас по их расписанию? Секс. Конечно. Конечно,именно этим все должно закончиться. —Уже сдаешься?— Джон тяжело дышит, сидя на чужих бедрах сверху. Его кулак застыл в воздухе,словно он готов вернуться к драке,стоит Ло только крикнуть "Передумал!", они оба знают,что это не так, что кулак Джона сейчас ударил еле-еле,что он бы не выбрался из этой драки победителем. Из носа капает кровь на чужую белую, — серую от грязи, — кофту,когда Харрис опускает руки по бокам. Они молчат. Они оба знают, что ещё чуть-чуть.. ещё чуть-чуть.. —Ты сегодня выбираешь место,я первый ударил, — наконец спустя несколько минут проговаривает Ло,укладывая руки на чужие бедра. Привычно. То,что нужно. Это не извинения, нет, просто в мире, где они вдвоем,— просто когда они вдвоем,— так кажется правильно. Правильно бить друг друга без последствий,без зазрений совести,так, чтобы все,как только они хотели и могли. Яркая вспышка осветляет момент. Разумеется. Разумеется, великий Джон даже не подумает о том, как чтобы ответить. Ведь "Ло, мы же один человек, как можно не понять,о чем я думаю? Это же очевидно! Почему ты всегда так глупишь?" В какой-то момент их искры настолько..слились, что зависели друг от друга. Стали неотрывны,а значит и Ло с Джоном стали неотрывны в своих мыслях,быте, путешествиях, экспериментах. Теперь они везде вместе. Переместился один - переместился второй. Неудобно, непрактично, зависимо. А Джон Дэйви Харрис ненавидел зависеть от кого-то, даже буквально от себя. Спина с громким звуком удара о металл падает. Невольно,от боли, Ло выгибает спину. Останутся синяки. И вот мы вернулись к началу. Холодный воздух обдувает тело. К тому,к чему они всегда возвращаются. Два тела лежат на траве. Ло чувствует, что недавно здесь,в этом мире, прошел дождь,ведь он ощущает, как капельки воды с травы падают ему под одежду, охлаждая. Он хочет обернуться, осмотреться лучше,понять, где они, что в этот раз придумал больной мозг Джона Харриса,но ладони этого же психа удерживают его спину удивительно крепко для того,у кого остались последнии силы. —Джон, где мы? — он хочет повернуть голову, однако рука в перчатке удерживает ее так,чтобы тот смотрел на Джона, чтобы видел,как он поджимает губы,как легкая ухмылка касается его губ. Почему-то Ло чувствует,что от этого в душе становится тепло и беспокойно, холодно и спокойно одновременно. Как и всегда рядом с Джоном. Дэйв чуть наклоняется,но руку с чужой груди не убирает. Не даёт уйти. Хотя Ло и так никогда бы не ушел. Их губы соприкасаются. В этом нет никакой романтики. Только желание успокоить,переключить внимание. Харрис ещё впервые разы "этого" сказал,что это он решает,когда они будут обмениваться слюнями,потому что это мерзко и грязно для него почти всегда. "Почти" случается в такие вечера,как сегодня. А Ло только подчиняется — везде руководит Джон. Лололошка знает - стоит ему распустить руки, и маленькая,но такая тяжело добываемая,частичка доверия пропадет. Джон не отвечает на вопрос. —Не раздевайся, — командует Джон. Как всегда, лидер он, только он, конечно. Кроме тех случаев,когда его нужно привести в себя,грубо отодрав на столе, сбросив все его бумаги о исследованиях на пол, напомнить,что он тут не один,что они теперь вместе - хочет тот этого или нет. —Что, предлагаешь мне просто смотреть,как ты будешь раздеваться? Риторический вопрос висит в тишине. Он смотрит,как Джон встает,вытирает кровь из под носа,кидая злобный взгляд из под своих разбитых очков, как тот снимает испачканную в крови,—Джона или Лололошки, не ясно. Вероятно их слияния, — одежду: брюки, белая рубашка,— бросает их в сторону,в траву. Отчего-то Ло хочется закричать "Сука,мы что, миллионеры, по-твоему,так разбрасываться вещами?!" Отчего-то что-то в его душе копошится,будто миллионы личинок едят его изувеченное тело. Отчего-то Ло смотрит неотрывно,даже когда руки Харриса уже давно не держат его,не заставляют его. Облизывает губы,сгорает от непрошенного возбуждения,которое приходит потому что это привычно, - испытывать возбуждение,смотря на Джона. Халат с пятнышками их яркой крови почему-то пробуждает еще больше чувств. Ло не смотрит вниз,он смотрит только в чужое лицо,в чужие,—свои?— глаза. И почему-то смотреть глаза в глазах друг другу ощущается куда более интимно,чем то,что происходит сейчас. Интимно ощущается не то,как JDH спокойно сбрасывает одежду при нем,а то,как тот откидывает очки, прячет их в кармашек халата, потому что знает,что Ло любит эмоции на его лице,что Ло умеет читать по глазам. —Пялишься, — в голосе Джона привычная усмешка, будто не они несколько минут назад били друг другу морды до крови,словно они давние хорошие знакомые. —А ты и не против, — не спрашивает, утверждает в тон Ло,давно принявший правила игры. Джон в ответ хмыкает и подбирается ближе,словно змея к своей добыче,он так же скользит по чужому телу, удобнее усаживается. Только вот они оба знают,что добычи здесь нет,они оба ещё те хищники. Если бы кто-то спросит личное мнение Харриса,Ло походил на волка. Не на дикого,нет, одомашненный, ласковый с хозяином и готовый растерзать всех,кто только притронется к тому,что он защищает. А ведь милая псина на вид. —Дай-ка сюда это..— бормочет Джон, срывая с него бондану. Они редко обсуждают шарфики на собственных шеях,хотя порой Ло думает,лежа в постели ранним утром, — настолько ранним,что Джон ещё даже не думал просыпаться,он бы скорее недавно лег,чем встал в такое время, — рассматривает чужой шарф. Кажется, просто потянуть,стянуть, заткнуть воздух и все. Глупо спать в нем,но почему-то оба не брезгуют делать это при друг друге. Доверие? Внутри Ло что-то мягко протестующе загудело в ответ,скорее как напоминание о том, кто тот человек,что лежит на соседней койке. Ло смакует эту мысль,почти каждое утро, если Джон лежит рядом,а не "творит",—порой Ло был уверен,что демиургом-творцом должен был быть Харрис,но случился вселенный сбой, — у себя. "Глассгарф". Его родное поселение. "Голубой шарфик",как сказал Джон, усмехнувшись про себя. И Ло был вынужден думать, — что же это за смешок? Имеют ли они какие-то сходства насчет места рождения? Их семьи не были идентичны, — хотя порой Ло думает: «Была ли у меня сестра там,в этом Глассгарфе?». И следом за этим всегда идёт мысль: «Есть ли у Джона свой глассгарф только под другим названием?» Однако теперь этот шарф связывает его руки. Ло даже не думает сопротивляться. Смысла,желания, ничего нет. Это же Джон,ему хочется позволить все делать,его хочется согреть,пока холод обдувает его тело. Будто прочитав мысли Ло, тот прикрывается халатом. —Согреешь? Руки не распускай только,да ты и не можешь...— приговаривает на ухо Джон. Чувствует,как тело Ло вздрагивает лишь на секунду,но этого ему более чем достаточно. Прикусывает одну мочку уха и тут же возвращается в привычное положение, сидя на чужих бедрах. Смешно. Вот только что они дрались в такой же позе,а теперь.. —Смотри на меня, — приказывает,будто гипнотизирует, Джон. И вправду змеюка,гадкая такая. Ло всегда любил ядовитых тварюг. И всегда подчинялся приказам. Отвратительное сочетание, великолепное в этой отвратности, — Смотри. — вновь приказывает Джон, а Ло не может отвезти взгляд, дыхания не хватает,он может лишь тихо вздыхать так же,как он вздыхает от раздражения. Ло остаётся лишь смотреть,как Джон сползает ниже, снимает штаны, кладет руку на его белье.. он смотрит как заворожённый, внимательный. Тело выгибается под чужой рукой, прикосновения охлаждают. У Джона удивительно холодные руки. Или это все из-за того,что они на улице? Где они вообще? Пожалуй,это и есть высшая степень не доверия: просто пойти вслед за JDH,не думая о том,куда. Член в руке Джона несравним с банальным доверием и верой. Холодный воздух охлаждает горячий пыл, который невольно разрастается внутри. —Нравится?—спрашивает Джон, точно зная ответ. В ответ молчание, — Нра-а-авится, я знаю,знаю.. — рука Джона двигается неспешно,словно они дома занимаются любовью,а не трахаются черт знает где, — Знаешь,где мы?— наконец-то заводит свою шарманку он. Ло кажется,что к концу их жизни(время от времени он задумывается,что будет,когда Джон умрет - умрет ли и он тоже,раз их искры неразрывны?) они перетрахаются во всех местах этой мультивселенной, —Осмотрись, разрешаю..— теперь, когда руки Ло связаны,это значит,что он в чужой власти,что уйдет он только если Джон этого тоже захочет. Несмотря на некоторые.. отвлекающие факторы в роли Джона,не прекращающего движения руки на его члене и продолжающего пялится на него, Ло приподнимает голову. Трава,холод,морось.. что Харрис имел в виду? —Внимательнее,Ло, внимательнее.. или я тебе мешаю? — в такие моменты Джон специально цепляет головку, только бы подразнить,только бы получить злостный взгляд. —Подожди.. я.. когда мы переместились я упал на что-то металлическое,да? — делает догадку он, тяжело дыша. К сожалению, сложно сосредоточиться,когда у тебя на бедрах сидит ты же из параллельной реальности и дрочит тебе же. Расскажи кому - не поверят. —Да-а.. молодец,хороший мальчик, давай.. — хвалит Джон,зная,что оба падки на похвалу,которой в обычной жизни не хватает, — На чем ты сейчас лежишь? Он поворачивает голову, смотрит в удаляющийся ряд железных палок,словно деревьев в аллее. Подождите.. —Джон, — его голос дрожит,не то от ситуации,не то от возбуждения, — Мы что на рельсах? — по тому как довольно щурится лицо напротив и как рука двигается быстрее, пачкая все предъэякулятом вокруг,Ло понимает,что попал в точку, — Ты совсем что-ли ебанулся? Одно дело просто люди,а если сюда выедет поезд?! Джон играюще тыкает пальцем в чужой "уже в боевой готовности,капитан" член. —Да ладно тебе..я хоть раз делал что-то не подумав? — Ло уже хочет раскритиковать,наорать. Но есть что-то в этом хрупком и доверии. Будто прочитав мысли самого себя, Джон убирает руку, — Ну же, Ло..ты что, не доверяешь мне? — Джон обиженно хлопает глазками, разумеется,фальшиво. —Доверяю,но.. —"Но",что? — прерывает его Харрис, — "Доверяю до того чтобы он меня трахал,но не не верю, что он все просчитал"? Да и тем более..разве тебе не нравится мысль,что сюда может выехать поезд? Что мы можем быть на волоске от смерти только из-за нашего унылого желания потрахаться? —Из-за твоего желания.—отрезает Ло, — Не я выбираю место,не сегодня.. — но несмотря на слова что-то дергается в нем при одном образе поезда, звонкого гудка,пока Джон медленно и неспешно двигается на нем, пока Джон как всегда делает вид,что ничего не происходит. И Харрис знает,что на душу Ло такое работает,такое действует.. —Разницы нет. Что-то я не чувствую,чтобы твоя искра желала уйти отсюда и умоляла мою пойти за ней. Чужие слова заставляют Ло захлопнуться,как и всегда. —Ха-ха.. отлично, отлично,Ло, — Дэйв ухмыляется,притираясь бедрами. Двигает своими же на чужих, создает трение,смело щурится, смотря на Ло, — Готов? — куда ж он денется, если нет.. Джон приподнимает бедра,смотря в чужие глаза. Голубые. Такие,что можно утонуть. Кажется,просто упадешь в это море,в морскую пучину - и не всплывешь, потому что сам не захочешь. И Харрис не хотел,никогда не хотел. Все с Ло казалось таким правильным. Когда-то давно Саша говорила ему: «Тебе просто нужен свой человек,Ло..»,а Дэйв(тогда ещё Ло,но эта мешанина с именами порой мешает) отвечал: «Никто мне не нужен,кроме себя,и тебя,конечно..» И ведь не ошибся, действительно никто не нужен, кроме себя. А Саши давно уже нет,ее голос стал голосом совести,который так редко появляется в голове. Нормально ли думать о мертвой сестре,когда чужой член входит в тебя? JDH отказывается принимать слово "нормально". Какая разница,что нормально,а что нет? Главное,что приятно. А это, ха, уж поверьте,было приятно. Джон насаживается аккуратно, привычно,но все также осторожно. Никому не хочется потом таскаться с ноющим от боли Дэйвом. —Сука..—бормочет под нос Джон тихо,но удивительно громко в глухой тишине,которую нарушает тяжелое дыхание и звук падающих капель, — Радуйся,что сегодня без подготовки на полтора часа,так и знал,что сегодня все этим закончится, — разумеется,знал,это ведь именно Джон решает,когда,что и где у них будет. Бедра Джона приподнимаются и Ло не может не опустить взгляд на своего двойника. В первые разы это странно,будто смотришь какую-то запись порнухи с собой же от первого лица, теперь это уже привычно. Привычно,что странный баланс между талией и узкими бедрами сводит с ума. Привычно,что Джона хочется схватить за отросшие волосы и оттянуть,заставить его вспомнить за что они терпят друг друга. Привычно,что горящее желание внутри разгорается при виде того,как великий JDH откидывает голову назад,давая возможность рассмотреть горящую шею,как хваленный ученый тяжело дышит и постепенно начинает двигать бедрами лево-право-лево-право.. затем медленно приподнимать бедра,трахать себя,не стесняясь, несмотря на горящее лицо. Джона Ло хочется схватить за бедра и сделать быстро-быстро,как тот любит,как любят они оба,а не дразняще.. Тела их постепенно разогреваются, передают тепло друг другу, словно они умирающие от холода. —Что,хочется быстрее? — словно прочитав мысли, говорит Джон, наконец-то обращая карие глаза на него. Порой Ло задумывается, почему у него они голубые,а у Дэйва карие? Особенность ли это из-за того,что он "оригинальная версия Лололошки" или наоборот это Джон отличается от миллиарда разных вариаций? Ло нравится и хочется думать,что второе, — Ну ничего,ничего, мой хороший.. Подожди чуть-чуть.. И он действительно начинает двигаться быстрее. Облизывает губы, смотря на Ло. Не отрывает взгляд. Если бы кто-то спросил по мнению Ло, нравится ли Джону секс, то он бы ответил, что нет,не нравится. Ощущения бесспорно приятные,но.. "куда интереснее прелюдия,то, как мы пришли к этому,и,конечно, твое прекрасное личико,Ло.. твоя эмоциональность одна из лучших и худших вещей в тебе." Первый чувствует,что внутри уже все по-тихоньку начинает обрываться,взрываться,как фейерверки на Новый Год. И Харрис явно это понимает тоже. У Джона опыта больше,он лучше знает,понимает,объясняет.. —Нет,нет,Ло.. я ожидал большего от великого Первого Лололошки, — он, ухмыляясь, укладывается на чужую грудь. Пользуется чужим обездвиженным состоянием,дразнит, специально перестает двигаться, когда захочет, когда чужой оргазм стоит на обрыве,а сам себя ласкает,будто на злобу второму. Губы Ло открываются,чтобы уже съязвить в ответ, сказать, что-то остроумное, чтобы Джон ухмыльнулся своей мерзкой улыбочкой и они оба закончили, вернулись домой.. Как вдруг издалека раздается громкий гудящий звук. —Джон. — говорит Ло твердо,смотрит в чужие,капельку удивлённые глаза, — Ты сказал, что все проверил. —Ой-ой, — не очень изумлённо и испуганно говорит Джон, — Разумеется, я проверил. Я никогда не вру,Ло, — Джон посмотрел на рельсы,в даль, словно мог бы увидеть поезд прям там, — Но.. знаешь, иногда поезда меняют свои расписания.. Искра Ло тут же гудит об опасности, пытается перенестись,но ,боже,как же неудобна их связь. —Джон, пошли домой. Ты что,совсем ебнулся? — тяжело дышит Ло. Отчасти упорство Джона даже.. восхищает и возбуждает,конечно. —Ну уж нет,я ещё не кончил,как и ты, кстати. В случае чего..мы успеем переместится, — Дэйв выдерживает паузу, — Скорее всего. И что-то от этого "скорее всего" переворачивается снизу живота Ло. Бурлит,как будто джакузи. Невольно его бедра дёргаются,словно мысли физически реагируют. —А кто-то и не против,правда? Искра гудит в груди,что нужно уходить,что это бессмысленно,но.. Но Джон начинает двигаться,вновь приводить его к краю и все будто пропадает. Все становится бессмысленным и в голове одна только мысль, только одно имя: Джон,Джон,Джон.. Тот двигается все быстрее,из губ Ло доносится жалкий стон, напоминающий мольбу самому богу: "ДжонДжон..я.." —Знаю, знаю..подожди..секунду..— с паузами говорит Харрис,прикрывает глаза от наслаждения, когда поезд вновь гудит. Из темноты виднеется яркий свет, который так и говорит "оу-оу,вы сейчас сдохнете!" —Сука,Харрис,быстрее заканчивай..— стонет Ло,откидывая голову назад и с гроким звуком утыкаясь в железные рельсы. Останется шишка,но ему плевать. —Сука,помог бы,раз такой требовательный.. — ладони Джона еле дотягиваются до чужих, скованных им же, рук. Ловким движением он развязывает узелок. Состав приближается, выезжает из-за угла с ярким желтым светом,словно Бог,который покарает грешников. Ох,да,они ещё те грешники и им точно гореть в аду. Руки Ло быстро укладываются на чужие бедра,начиная насаживать тело на себя. Джон,не стесняясь даже поезда,который несется на них, громко стонет во весь голос так,что даже ворона кажется улетит. —Какая же ты сука,Джон. Подохнем мы из-за тебя прям сейчас.. —А ты..— Джон ловит холодный воздух ртом, — А ты только рад будешь..— ладонь Дэйва ложится на собственный член, начиная двигаться. Поезд гудит, надвигается на них. Слишком близко. Искра Ло вновь взрывается ярким желтым цветом. —Джон,домой! Мы не подохнем из-за твоих игр, блять! А тому плевать. Как и всегда. Казалось,он уже привык игнорировать любые крики. Особенно крики Лололошки. Впрочем,Ло не лучше. Пытается уйти,а сам на краю. Руки Ло невольно перемещаются с бедер на шею,душит так,будто угрожает. Повязка поверх ожога сползает,и Харрис дёргается от прикосновения к повреждению грубыми руками. —Уже даже..— Джон кряхтит от недостатка воздуха, — Даже так,Ло? Ло в ответ сжимает крепче,только бы заткнуть Дэйва. Грудная клетка JDH высоко поднимается, пытается взглотнуть хоть чуть-чуть воздуха, глаза не то закрыты,не то прикрыты,но почему-то Ло кажется,что он видит довольный огонёк в чужих карих глазах. —Ло,я.. — хрипит Джон,когда Ло сжимает шею ещё сильнее, чтобы тот просто заткнулся. —Я знаю,заткнись.. Когда Первый поворачивается, он видит только огромную механическую машину,которая несётся на них. Последнее, что он видит - носик этой машины. Последнее,что слышит - громкий,полный наслаждения вскрик Джона. Все это случается прежде чем яркая вспышка Джона наконец-то соизволяет сработать и они падают на пол дома. Прямо на кровь. Их собственную. Оба в грязи, в ушибах,ранах, в сперме друг друга,в конце концов. Таким Джон не брезгует. Спроси его кто,он бы ответил "брезговать собой же - глупо." Ло скидывает с себя Дэйва,убирает руки,тот падает с громким "ауч" на дерево. Потирает собственную шею уже без бинта, задерживается на боли. Оба тяжело дышат,когда поворачивают друг на друга головы. —Ты сумасшедший, Джон. А если бы мы не успели? — с явным недовольством,но в то же время со смирением, говорит Ло. —Ой, только не ври,что тебе не понравилось.. знаю же, что понравилось, — Первый невольно вспоминает то,как внутри все не сжималось от страха,а бурлело от предвкушения,места, адреналина, Джона.. конечно, понравилось, — И я напомню,что асфиксия была не моей идеей в конце.. мог бы предупредить хоть, теперь горло будет всю неделю болеть. —Повторять мы это не будем, — расплывчато отвечает Ло, — А насчет горла - хорошо,хоть помолчишь чуток. Джон хмыкает, укладывая голову на чужое плечо. Они смотрят в потолок и думают,пока обоих клонит в сон. Проваливаясь в сон, Ло слышит такого же сонного Джона: «Но вернуться придётся..я там вещи забыл.»,и почему-то это пробивает на смешок, даже во сне,даже несмотря на то,что оба в ушибах друг от друга,в крови,что оба чуть не погибли, чуть не растворились друг в друге,в наслаждении,потому что они вместе,потому что созависимы, потому что...