своё место

Руми придирчиво поправляет салфетку и ставит на неё последнюю деталь - небольшую вазу с сухоцветами. Осматривает внимательно получившуюся композицию и кивает сама себе - прекрасно. Тигр рядом смотрит во все глаза, впрочем, как всегда, и Руми строго грозит ему пальцем. - Не трогай, - с деланой строгостью приказывает она. - Даже если упадёт - нельзя. Тигр улыбается только шире, и птица на его голове только тяжело вздыхает, разделяя тревоги Руми. Три пары глаз закатываются одновременно, и она отворачивается, чтобы скрыть смешок. Смешные они такие - что тигр, что птица, которая, отобрав головной убор, стала его полноценной заменой. Комната сияет чистотой - генеральная уборка в выходной пошла ей на пользу, перестановка - преобразила, освежив и обновив давно приевшийся интерьер. Она специально вчера весь день вместе с девочками думала, как бы расположить новую - огромную и двухместную - кровать так, чтобы вместилась лежанка для тигра и клетка с поилкой - для ворона. Руми косится на этих двоих и думает: насколько этично вообще покупать клетку для разумной птицы? Потом переводит взгляд на тигра - и продолжает: нужна ли ему лежанка, как, например, для крупной кошки, или обойтись ковриком, потому что для тигра вряд ли найдётся что-то подходящее. Можно, конечно, купить обычную циновку - Руми вообще не уверена, требуется ли тигру сон. Он ведь всё-таки не тигр даже, а ворон - вовсе не ворон. Но без своего места все равно грустно - пусть будет и клетка, и лежанка, и, может, даже какая-нибудь когтеточка - но чисто ради приличия. Она вздыхает и опрокидывается на кровать с тихим стоном. Усталость берет свое, хотя, будучи айдолом, выносливости ей не занимать. Некоторое время она лежит на своей новой кровати, застеленной мягким, пушистым пледом - Джину бы понравилось, потому что на нем узоры, чем-то напоминающие те, что они делят на двоих на коже. Джину вообще многое нравится просто по факту. Сложно, наверное, адаптироваться в мире, который претерпел множество изменений за четыреста лет. Они ведь даже не женаты, и, о боже мой, уже держались за руки - как бы он с ума не сошёл от того, что Руми готова ему предложить. Переезд в её комнату - лишь малая часть заготовленного. Но, наверное, с пледом и правда перебор - в конце концов, демонические узоры не принесли ничего хорошего ни в его жизнь, ни, как ни странно, в её. Нет, ладно, в её-то жизнь они как минимум привели Джину, и, пожалуй, ради такой случайности она не против проходить с ними всю жизнь, отдавая дань уважения. Руми поворачивается на бок и смотрит на соседнюю подушку. На ней, мягко поблескивая, лежит меч - и очень легко представить, что это не меч, а Джину. Она закусывает губу и ладонью гладит ровную прохладную поверхность. Меч отзывается лёгким свечением - можно подумать, отвечает на ласку, посмеиваясь переливчатым смехом. Руми улыбается: Джину подарил ей душу, так что меньшее, что она может подарить ему - уголок, в котором он мог бы почувствовать себя дома. Мечу нравится их новая кровать, это точно - Руми потратила на её поиск несколько суток, пучок нервов и словесный запас красноречия, добиваясь бесплатной доставки. Джину был бы в восторге. Он и есть. - Ну, - шепчет она мечу - Джину, - добро пожаловать домой? Если ты согласен, конечно. Меч все так же мерно блестит и переливается яркими искорками. Руми принимает это за согласие и накрывает лезвие своей ладонью. Когда-нибудь Джину скажет ей лично, какая она молодец и как много сделала для их дома. Пока что довольствоваться приходится малым, но она - человек неприхотливый, может и подождать. Когда-нибудь это точно случится - и это главное. То, во что она верит и то, ради чего потратила свой долгожданный отпуск. Джину однажды подарил ей душу - разве джентльмен отказывается от своих слов? То-то и оно. В конце концов, не зря она потратилась на кровать и кошачью миску для тигра. Для очень, очень большого дурного тигра. И для ворона в шляпке, ведь, очевидно, пить из чужой миски вкуснее. А пока что и правда можно подождать. Она никуда не спешит - гарантия у кровати на пятнадцать лет. Меч под её пальцами нагревается, и Руми сонно понимает: засранец-Джину смеётся. А это значит, что она все делает правильно. И только это имеет смысл.