Цена молчания

Она была той, кого все презирали, унижали и били. Она была той, кто не скрывал ни от кого себя настоящую. Как только осознала себя и свою ориентацию смогла признаться. Но время было не то. И люди не те совсем. И теперь каждый день в школе- новый круг ада. В любой момент могут напасть, затолкать в пустой класс или туалет, избить и оставить задыхаться от боли. Лизу не любили в классе. Да что там в классе, во всей школе. Все знали, кто она. Лесбуха. И никто связываться с этой грязью не хотел. А потому она стала изгоем, грушей для битья и мишенью для всевозможных шуток и унижений.  А Кристина нормальной была. Была авторитетом в классе, никто слово против нее не смел сказать. Она и сама пару раз над Лизой издевалась, но часто и в сторону ее не смотрела, и слова не произносила. И всем понятно было, что она просто свое драгоценное время на такую грязь тратить не хочет.  И непонятно было как сошлись эти двое. Кристина сразу предупредила: «Не хочу рассказывать об этом, сама знаешь, что с нами сделают». Они в школе только переглядывались и украдкой улыбки друг другу кидали. А когда дома у кого-то из них встречались всю нежность друг другу дарили. Все, что было внутри отдавали. И не было там никакой пошлости, только нескончаемая любовь и чувства. Смазанные поцелуи, легкие касания. Они старались как можно больше друг другом насытиться: вместе уроки делали, книги читали, смотрели фильмы и сериалы. Они все напополам делили, даже самые личные секреты. Так прошел год: в тайных встречах и разговорах. И издевки над Лизой не прекращались. Каждый раз Крис ее раны обрабатывала, приободрить пыталась. А у самой все внутри от боли за родного человека разрывалось. Но ничего сделать она не могла. И сама признаться другим не могла. Ей было страшно. Что люди подумают, что сделают с ней, что родители дома скажут. Она же должна быть нормальной. Замуж выйти, детей родить. Все как у всех. 

***

Они сидели на твердой плитке на полу в школьном туалете. Звонок уже прозвенел, все по кабинетам разбежались. А Лиза с подбитой губой и россыпью синяков на животе. Крис смотрит в такие до боли родные глаза напротив, и слезы из глаз катятся.  Я так больше не могу,- всхлипывает,- прости меня, Лиз. Все в порядке,- она тут же все понимает.  Кристина устала скрываться, ненормальной быть устала. Устала бояться, что в любой момент о них все узнать могут.  Я понимаю,- Лиза слезам волю тоже дает,- можно я обниму тебя? Последний раз, и разойдемся.Я люблю тебя.Я тоже… Я тоже тебя люблю,- таят в руках друг друга, осознают, что вот он- конец.  И на следующий день обе как обычно в школу приходят. Только вот теперь Лиза больше взглядами с Крис не пересекается. Никаких случайных прикосновений и скрытых улыбок больше нет. «Их» больше нет. Да и не было как будто никогда. Только в их памяти остались все эти теплые воспоминания. И обеим тяжело. Обе проплакали всю ночь напролет, но выдают их только чуть покрасневшие глаза.  Так полгода проходит, Кристина пытается хоть раз в глаза Лизы заглянуть, прочесть, что тоже плохо и тоже скучает. Но Лиза держится. Знает, если покажет, то они удержаться не смогут, и все заново. И снова в дребезги придется разбиться. Ведь им не по пути, они слишком разные.  И вот спустя полгода Лиза в один момент просто в школе не появляется. Ни через день, ни через неделю, ни даже через месяц. И никто не знает, что случилось и что произошло. Да и неинтересно это никому. Все только рады избавиться от этой грязи.  И возможно когда-нибудь, спустя 10 или 15 лет на улице мимо пройдут две незнакомки, которые все друг о друге знают. Все привычки, музыку любимую, все, что сами в себе даже не замечали. И одна из них обязательно откроет старую переписку, что столько нежности в себе сохранила и когда-то давно в самые трудные моменты спасала, чтобы написать простое «Как ты?»