Странный

***

Инк скользил из вселенной во вселенную, привычно проверяя их на повреждения. Последнее время разрушений становилось меньше, и это радовало его. "Может, Эррор наконец-то одумался?" Но вдруг — резкий толчок где-то в груди, будто кто-то дёрнул за невидимую нить. Он замер. Это было... необычно. Обычно подобное чувство означало, что Эррор снова что-то ломает. Но сейчас... оно было другим. Не злым, не агрессивным, а... напряжённым. Грудь не рвало на части, не было той острой боли, которую привык ощущать Инк. Просто какое-то странное ощущение. И описать его иначе было сложно. Инк тут же рванул на непривычный для него зов мира. Он узнал эту альтернативу. Именно над ней художник бился уже не одну неделю. И всё без толку. Мир то и дело распадался на части, а после снова становился как новый. Инк ничем не мог помочь, хоть и очень пытался. Эррор стоял, склонившись над мерцающей строкой кода, его пальцы быстро двигались, исправляя ошибку. Инк застыл на месте. Лишь одна мысль об этом скелете вызывала в нём смешанные ощущения. Насколько бы Инк ни был неполноценным скелетом, он всё равно, даже при отсутствии полноценных эмоций, понимал, что именно этот скелет какой-то странный. До жути странный. Это пугало и завораживало одновременно. Рука сама потянулась за флаконом с "удивлением", но, резко передумав, Инк схватил жёлтую колбу. Одного глотка оказалось достаточно — казалось, он даже переборщил. Глаза привычно сменили пару символов и остановились на двух конкретных: звёздочке и вопросительном знаке. — Эррор?.. — На удивление, голос Инка оказался тише, чем он рассчитывал. Но, к счастью, со слухом у Эррора всё было в порядке. Тот резко обернулся, и его один глаз на мгновение расширился. — Чего тебе? — прорычал он, но тут же вернулся к работе. Инк осторожно подошёл ближе. — Ты... исправляешь ошибку? — Инк взглянул на плывущие перед его врагом непонятные буквы и цифры. — А что, ослеп? — Эррор не отрывался от кода, но в его голосе не было привычной злобы. Так странно. Инк молча наблюдал. Всё равно помочь он ничем не мог. В коде он не разбирался. Да и нужна ли его помощь? Инк оглядел мир. От хаоса, что царил здесь ранее, не осталось почти ничего. Лишь трещины плыли по небу, то пропадая, то снова появляясь. — Почему? — наконец спросил Инк. Эррор на секунду замер, затем резко выпрямился. — Потому что. — Резкий голос разрезал тишину этого мира. Эррор был не особо доволен, что его одиночество прервал никто иной, как защитник альтернатив. — Но ты же всегда только ломал. — Инк в недоумении бегал зрачками по лицу Эррора, будто искал там ответа. — И что? — Эррор скрестил руки на груди. — Может, мне просто надоело? Инк почувствовал что-то странное в груди — тёплое, такое родное и одновременно незнакомое. То, что художник ощутил при первой встрече с разрушителем. Маленький луч надежды дал воодушевление. — Значит ты передумал разрушать? — Не придумывай. — Эррор отвернулся. — Этот код был кривым. Раздражал. Инк улыбнулся. Значит, и вправду ещё не всё потеряно. — Ты помог. — Заткнись. — Единственное, что сейчас мог сказать Эррор. И единственное, что он повторял на протяжении всей борьбы с Инком. Но Инк не сдавался. — Может, теперь ты примешь моё предложение о дружбе? Эррор резко обернулся, его глазницы заполнили надписи об ошибке. — Нет. — Это "нет" прозвучало так отчаянно, что Эррор сам смутился, недовольно, едва слышно цокая. Аж противно. Будто он впервые выслушивал этот монолог художника о дружбе. — Но... — Мы враги, Инк. И всегда ими будем. Он уже собирался раствориться в пустоте, но Инк вдруг шагнул вперёд. — Но сейчас ты не вёл себя как враг. Эррор замер. Тишина. Потом он резко рассмеялся — но это был не его обычный язвительный смех, а что-то... другое. Трещины перестали мигать, затягиваясь без шанса на дальнейшее появление. Взору открылось звёздное небо. — Ты невыносим. И исчез. Инк остался стоять среди мерцающих звёзд. Рука теребила флаконы с краской, не зная, что лучше выбрать. Грусть? Нет. Радость? Тоже нет. Инк не мог понять. Нужно что-то другое — странное, новое, необычное. То, что он никогда не ощущал. Инк тяжело выдохнул. Лучше всего по чуть-чуть. "Он помог". — Эта мысль прокручивалась в голове, как заевшая пластинка. Не разрушил. Не испортил. Починил. И даже если Эррор снова закричит, что они враги, даже если снова убежит, не дав договорить — что-то изменилось. Не в мире вокруг, а в их взаимоотношениях. Инк положил руку на грудь. Там, где должна была быть привычная пустота, разливалось тепло. Он улыбнулся. *** Белая стена анти-пустоты сомкнулась за его спиной. Эррор досадно фыркнул и плюхнулся на рядом висящий гамак. "Один раз". Всего один. Код был откровенно уродливым — неряшливым, кривым, вопиюще несовершенным. "Вот и всё". Не было других причин. Никаких "перемен". Никакого Инка. Тем более Инка. Но... Что-то всё равно изменилось. Не в том мире. Внутри. И Эррор никак не мог понять, что именно. Он резко потушил зрачки, сгоняя мысли. "Больше не повторится". Эррор открыл окно в очередную альтернативу. Нет, не чтобы снова что-то исправить. Хватит с него "добрых дел". Пусть этим чернильница занимается. А он вернётся к привычной тьме, к знакомому хаосу. К тому, что действительно для него имело значение. И будет иметь до конца времени. И никакой Инк не сможет переубедить его в этом.