You Can Have My Heart, Any Place, Any Time

      Армин бесцельно бродил вдоль кромки воды, никуда не торопясь и наслаждаясь ощущением влажного песка под ногами, приятно согревающего его ступни.        День выдался прекрасный.         Яркое солнце пекло нещадно, оставляя на его щеках небольшой румянец. И все же, прохладный ветерок, играющий с его светлыми прядями, и ласковая вода, окутывающая ступни, дарили приятную прохладу. Тишину нарушали лишь шум прибоя, шелест ветра и редкие крики чаек, парящих в вышине. Армин, словно завороженный, мог бы наблюдать эту умиротворяющую картину часами. Ну, или по крайней мере до тех пор, пока не появился бы Эрен — либо чтобы всучить ему солнцезащитный крем, который он настойчиво заставлял брать перед долгими прогулками, либо просто чтобы вместе искупаться и провести день в успокаивающей тишине.       Но внезапно, без единого намека на приближение грозы, свинцовые тучи накрыли прежде ясное небо, и тишину пронзила ослепительная молния, а следом — оглушительный раскат грома.       Он уже давно не сталкивался с этим, но узнал этот образ и звуки мгновенно. Они врезались в его память навсегда, словно выжженные раскаленным железом.       Все его мышцы мгновенно напряглись, а по спине пробежал холодок. Тело само приняло оборонительную позицию: колени слегка согнулись, а руки рефлекторно рванулись к бедрам, туда, где когда-то висели клинки от устройства пространственного маневрирования. Но пальцы сомкнулись в пустоте, и Армин с горечью осознал, что он не носил эту экипировку уже несколько лет, да и не было в ней никакой надобности. Однако годы тренировок в Разведкорпусе не прошли даром: даже спустя годы тело помнило каждое движение.       Песок взметнулся вокруг, и Армин прикрыл глаза ладонью, второй рукой инстинктивно рванувшись к потайному карману на поясе. Там лежал нож, тот самый, что Эрен когда-то вручил ему со словами: «Носи всегда». И Армин носил, хотя любые проявления внешних угроз, казалось бы, остались в далеком прошлом. Это было не столько оружие, сколько обычная мера предосторожности. Он прекрасно понимал, что этот клинок ничего не значит против титана... но его острое лезвие все еще могло пролить кровь, хватило бы даже легкого касания. С его последнего превращения прошли годы, но перед лицом неожиданной угрозы, титаническая форма казалась единственным шансом выжить. И хотя сейчас он едва ли смог бы как следует контролировать Колоссального, он мог бы воспользоваться им, чтобы позвать на помощь и продумать подходящий план действий. К счастью, вокруг не было ни домов, ни деревень — разрушения не стали бы катастрофой. Однако, не доверяя себе после столь долгого перерыва, Армин так и не сделал надрез.       По крайней мере, пока.        Еще было неясно, друг перед ним или враг. Все же, в отличие от Эрена, Армин привык сначала анализировать обстановку, а уже потом действовать.         Титаны давно не требовались для защиты Эльдии. Хотя противостояние с Марли оставалось вечной головной болью дипломатов, с последней прямой агрессии с их стороны прошло немало лет. Они и не посмели бы напасть — не после того, что сделал Эрен, показав всему миру, что Эльдия способна постоять за себя и пойдет на все, чтобы защитить свою землю.       Песок начал оседать. Время застыло. Секунды тянулись, словно часы, и Армин мог лишь слушать глухой стук собственного сердца и ждать. Но титан так и не появился. И наконец, когда все вокруг вернулось в норму, взгляд Армина уловил неподвижную фигуру человека, лежащего на песке в нескольких метрах от него. Армин не дрогнул. Застыв на месте, он пристально наблюдал за любыми признаками угрозы. Но когда минула еще одна вечность без намека на опасность, плечи его едва заметно расслабились.         На мгновение блондин задумался. С одной стороны, стоило бы позвать Эрена, с другой — пока он сбегает за подмогой, незнакомец может прийти в себя. А оставлять потенциального носителя силы титанов без присмотра было бы верхом легкомыслия.       Решив, что непосредственной угрозы пока нет, Армин наконец выдохнул и быстрым движением сделал надрез на внутренней стороне запястья. Алая струйка крови сразу же выступила на его коже — всего лишь страховка, не более. Трансформироваться он не стал. В висках стучало, адреналин горячей волной растекался по его жилам, а все мысли были прикованы к распростертому на берегу телу. На тупую боль пореза Армин даже не обратил внимания.         Словно подкрадывающийся к добыче зверь, он сделал первый осторожный шаг. Затем второй. Третий. Незнакомец не шевелился. С каждым шагом в груди Армина нарастало странное ощущение. Он разглядел длинные каштановые волосы, раскинувшиеся по мокрому песку, и потрепанную одежду... все это казалось до боли знакомым.        Армин замер, глаза его расширились, а в груди резко екнуло — он узнал его. Даже не видя лица, по одному лишь очертанию плеч, по характерному изгибу спины он безошибочно узнал его. Армин узнал бы его, где бы и кем бы он ни был. Не раздумывая ни секунды, он бросился вперед и опустился перед ним на колени. Дрожащими пальцами он аккуратно смахнул с его лица пряди каштановых волос.        Этого просто не может быть.        Но это и впрямь был он.         Те же юношеские, но чуть более мягкие черты лица, смуглая кожа и знакомые каштановые волосы. Глаза были закрыты, но Армину не нужно было видеть их, чтобы знать — под веками скрывается тот самый бирюзово-зеленый оттенок. Цвет глаз человека, которого он так нежно любил. Это был он.        Эрен Йегер.       Армин почувствовал, как волна тревоги охватила его. Совсем забыв об осторожности, он почти машинально приложил пальцы к шее юного Эрена, проверяя пульс. Сердце билось ровно, но дыхание было слишком медленным и глубоким. Не раздумывая ни секунды, блондин перевернул его на спину и принялся осматривать в поисках ран.         Но внезапно сильная рука крепко сжала его запястье, и знакомые зеленые глаза широко распахнулись.        Эрен сжал его руку почти болезненно, будто предостерегая, но Армин не пытался вырваться. Их взгляды встретились. Эрен его узнал. Хватка тут же ослабла, а его взгляд стал растерянным.         — Армин… — прошептал юный Эрен, и его голос звучал хрипло, но мягко, почти благоговейно. Но не успев ничего ответить, Армин увидел, как веки Эрена вновь сомкнулись, и он снова потерял сознание, будто и не просыпался вовсе. Сердце Армина сжалось от беспокойства, и он попытался привести Эрена в чувства. Это был не его Эрен, а скорее прошлая, более юная версия мужчины, которого Армин знал и любил.        Но это все равно был он.       — Эрен! — отчаянно крикнул Армин, но ответа не последовало. Он потряс его за плечи, но безрезультатно.         И вдруг где-то вдалеке раздался новый раскат грома, а следом — рев, который Армин узнал бы из тысячи. Он резко обернулся и увидел, как к нему стремительно приближается Атакующий Титан.         Огромный, мощный, точно такой, каким он его помнил. Его шаги сотрясали землю, нарушая размеренный ритм океанских волн.       Атакующий Титан остановился в нескольких метрах от Армина, выдерживая безопасную дистанцию. Видимо, страх в глазах блондина и безжизненное тело у его ног не ускользнули от внимания Эрена: в его нечеловеческих, свирепых глазах вспыхнуло что-то между тревогой и яростью. Дыхание титана было частым и прерывистым, и Армин, видевший Эрена в таком состоянии бесчисленное количество раз, сразу понял — Эрен готовился к ожесточенной схватке.         Собрав волю в кулак, Армин вскочил на ноги, но не отошел от лежащего юноши.       — Я в порядке! — изо всех сил крикнул он, и если бы не охватившая его паника, возможно, заметил бы, как голос предательски дрогнул.         Взгляд титана метнулся от него к телу на песке, и чудовище вновь издало грозный рев. Но Армин не отступил — напротив, он шагнул вперед, встав между двумя Эренами, и жестом попытался успокоить разъяренного гиганта.       — Атаки не было! — снова воскликнул он. — Все хорошо! Со мной все хорошо, — добавил он уже мягче.         Титан замер, пристально вглядываясь в него, и через мгновение Эрен вернулся в человеческий облик. Превращение было быстрым и четким, словно все эти годы Эрен и не прекращал тренировки. Легко приземлившись на песок, он тут же бросился к Армину, пытаясь оттащить его подальше от опасности, которую могло представлять неподвижное тело.        — Какого черта, — сквозь зубы процедил Эрен, лихорадочно ощупывая Армина с ног до головы. — Ты цел?! — в голосе звучала неподдельная паника, его лицо исказилось от беспокойства, и Армин даже не пытался остановить этот осмотр.       Хотя со времен прерванного Гула Земли прошло уже немало времени, и угрозы для эльдийцев остались в прошлом, Эрен никогда не переставал беспокоиться за Армина, оставаясь начеку.       Заметив кровавый след на запястье, он резко схватил блондина за руку, и его глаза расширились при виде уже затягивающейся раны.       — Пустяки, Эрен, — успокоил его Армин. — Просто перестраховался, — добавил он тише, но напряжение все еще читалось в его голосе. Не обращая внимания на рану, Армин схватил Эрена за плечо. — Посмотри, — сказал он. Когда взгляд Эрена упал на лежащего юношу, он инстинктивно попытался заслонить собой Армина, но тот упрямо не поддался. — Да нет, взгляни же на него, — покачал головой Армин, жестом указывая на незнакомца.        Достаточно было одного взгляда, и глаза Эрена округлились от шока и осознания.       — Какого хрена… — вырвалось у него.         Армин переводил взгляд с юного двойника на своего возлюбленного и обратно. Сходство было поразительным, неоспоримым. Хотя Армин уже догадывался, кого видит перед собой, наблюдать две ипостаси одного человека одновременно было довольно сюрреалистично.       Не проронив больше ни слова и не дав Эрену вникнуть в детали и логику происходящего, Армин опустился на колени рядом с его юной версией и бережно приподнял его за подбородок, чтобы получше рассмотреть.         — Не трогай его, Мин, — шикнул Эрен, но голос его смягчился. Он все еще напряженно следил за двойником, однако блондин проигнорировал предупреждение, проводя пальцами по щеке все так же не приходящего в сознание юноши.        Вблизи различия между двумя версиями любимого становились очевиднее. Черты младшего Эрена были мягче, а челюсть менее выраженной. Его кожа казалась на тон светлее, чем слегка загорелая у «его» Эрена, и более нежной, но при этом суховатой на ощупь. Длинные, растрепанные каштановые пряди, в отличие от ухоженных волос взрослого Эрена, выглядели так, будто никто их не причесывал и не стриг как минимум несколько месяцев. Хотя телосложение и рост у обоих были одинаковыми, младший казался более худощавым, тогда как старший обладал крепкой мускулатурой и в целом выглядел более здоровым.        Их разница в возрасте была максимум лет пять, но из-за темных кругов под глазами и морщин от постоянного напряжения спящий юноша визуально казался старше. Сердце Армина сжалось при мысли, через какие испытания сейчас проходит этот Эрен.         — Помоги отнести его домой, — вдруг сказал Армин, переводя взгляд на своего Эрена.         — Чего?! — брюнет оторопело округлил глаза. Армин и бровью не повел. Он был серьезен. — К нам домой? — недоверчиво переспросил Эрен, едва ли не возмутившись. И как бы сильно Армин его не любил, он невольно ощутил раздражение. Он твердо кивнул — обсуждению не подлежало.        — Это же ты, — твердо констатировал Армин. — Мы его не бросим.        — За ним могли устроить слежку, — мрачно возразил Эрен, не двигаясь с места. Армин нахмурился.       — Тогда я понесу его один, — без тени сомнений заявил Армин, хватая спящего юношу за руку, но не успел он сделать и шага, как Эрен резко приблизился.        — Ладно, — сквозь зубы процедил он, подхватывая двойника. — Я понесу, а ты веди, — сказал он, перекинув руку бесчувственного Эрена через плечо и обхватив его за талию. Армин, привыкший к гиперопеке возлюбленного, лишь вздохнул и зашагал к дому, бросив через плечо:       — Пошли.

***

      Прошло четыре часа. Эрен постепенно приходил в себя, слушая размеренный шум волн.         Матрас под ним был непривычно мягким, сквозь открытое окно в комнату проникал прохладный ветерок, и Эрену захотелось вновь закрыть глаза и провалиться в сон. Он не помнил, когда последний раз спал так спокойно, возможно, месяцы назад. И хотя сейчас он чувствовал себя чуть более бодрым и отдохнувшим, это не смогло сдержать привычную тяжесть, навалившуюся на его плечи вместе с пробуждением.         Наконец, глаза привыкли к тусклому освещению, и Эрен огляделся вокруг. Комната было ему не знакома, как, впрочем, и кровать, на которой он лежал. Тем не менее, его это мало беспокоило. Эрен чуть приподнялся на матрасе и сел, проведя рукой по волосам.         Поморгав, чтобы окончательно прогнать сон, он осмотрелся. Комната оказалась маленькой, но уютной: грубоватые деревянные стены, плетеные украшения, выходящее на запад окно, сквозь которое пробивались лучи заходящего солнца. Вставая, он босыми ногами нащупал ворсистый коврик.         Он был один в незнакомом месте, но почему-то не испытывал ни тревоги, ни страха. После всего того, что он натворил, сам факт, что он все еще жив и не связан по рукам и ногам в холодной темнице, означал, что повода для беспокойства нет.        Эрен тихонько двинулся к двери, мысленно перебирая обрывки воспоминаний. Он мало что помнил и не знал, что случилось и где он вообще находится, но ему нужно было как можно скорее найти способ вернуться к Зику и Йегеристам. Рука уже тянулась к ручке, когда сквозь дверь донеслись приглушенные голоса:         — Надо сдать его властям, — твердо сказал низкий мужской голос.       — Не будем мы тебя никому сдавать, — парировал второй, более мягкий.        Говорили они совсем не шепотом, и один из голосов показался Эрену знакомым, но сквозь дверь разобрать было сложно.        Кто эти люди, что они от него хотят и как он вообще оказался здесь, вдали от столицы, в каком-то домике у берега — загадка. Ясно было одно: времени на раздумья нет, нужно как можно скорее возвращаться. От этого зависел успех их с Зиком плана.         Привычным движением Эрен резко укусил себя за палец, затем бесшумно толкнул дверь и вышел в узкий коридор. Запах еды тут же ударил в нос, заставив пустой желудок предательски заурчать, а из кухни послышался приятный звук потрескивающего на сковороде масла.        Коридор вывел его в просторную комнату, объединявшую гостиную, столовую и кухню. Все в ней выглядело уютно и аккуратно. Легкие занавески колыхались от свежего ветерка, струившегося через открытые окна. Деревянные стены, как и в спальне, были украшены со вкусом. Слева располагалась зона отдыха с парой одинаковых диванчиков и массивным книжным шкафом, занимавшим почти всю стену. В центре, прямо напротив выхода из коридора, стоял обеденный стол на четыре персоны, рядом — небольшой камин. Справа же располагалась высокая барная стойка с парой табуретов, отделявшая кухню от остального пространства.         На мгновение это место показалось ему до боли знакомым, чем-то напомнив дом из детства. Но Эрен отогнал ностальгию. Сейчас не время. Его взгляд скользнул по комнате в поисках выхода и вдруг остановился на высоком мужчине с каштановыми волосами, который неподвижно стоял у стойки и пристально смотрел на него.         Этого не может быть.       Их взгляды встретились — две пары зеленых глаз — и Эрен заметил, как плечи мужчины напряглись. Его собственное тело тоже оцепенело.         Тот же оттенок волос, тот же цвет глаз, тот же нос, та же комплекция… Будто он смотрел на свое отражение. Но не совсем: в отличие от него самого, двойник не выглядел удивленным. Напротив, его взгляд был холодным и настороженным.         — Как… — слово вырвалось само собой, пока разум отчаянно пытался осмыслить ситуацию.         Да, он уже путешествовал во времени. Видел себя ребенком, подростком, но повзрослевшим? Никогда прежде.       Двойник, лишь слегка прищурившись, молчал, и за долю секунды напряжение в комнате возросло до предела. Два одинаковых мужчины замерли, изучая друг друга.       Во всех своих путешествиях во времени Эрен привык к одному: его младшие «я» никогда не замечали его присутствия. А если их взгляд случайно и цеплялся за его силуэт, то лишь на мгновение, без тени узнавания в глазах. Как могло быть иначе? Они не подозревали о возможности перемещений во времени и не представляли, как будут выглядеть в будущем.       Они не догадывались, во что он превратится.       — О, ты уже проснулся, — мягкий, непринужденный голос нарушил напряженную тишину, вернув Эрена в реальность.       Этот голос он узнал бы из тысячи, хотя сейчас он звучал чуть иначе. Голова резко повернулась в сторону звука — у плиты стоял знакомый белокурый мужчина.       Будь это возможно, глаза Эрена прямо сейчас полезли бы на лоб.       Армин Арлерт.       Прямо перед ним, посреди скромно обставленной кухни, стоял его друг детства, смотрящий на него своими прекрасными ярко-голубыми глазами. На его губах играла мягкая улыбка. Все точь-в-точь как в его воспоминаниях. И хотя в его облике было что-то неуловимо иное, Эрен не мог поверить своим глазам.         Он дважды моргнул, и все мысли о Зике или своем старшем двойнике мгновенно испарились, уступив место жадному изучению нового Армина в мельчайших подробностях.        Армин был одет просто: укороченные брюки и свободная хлопковая рубашка. Никаких униформ, рубашек с воротником или строгих жилетов, к которым привык Эрен. Его светлые волосы были коротко пострижены, как при их последней встрече. Однако теперь на его гладком, милом лице не было ни следов синяков, ни крови. Черты стали мягче, скулы острее, но глаза... Эти голубые глаза остались прежними. Тот самый цвет, который Эрен так любил и по которому так отчаянно скучал.         Но больше всего Эрена поразило другое — в его взгляде не было ни капли обиды или настороженности. Армин выглядел расслабленным и смотрел на него спокойно, с легкой улыбкой, будто его присутствие не вызывали у него ни тени беспокойства.        — Армин… — прошептал Эрен, и Армин улыбнулся чуть шире.       Неосознанно, словно завороженный этими голубыми глазами и мягкой улыбкой, Эрен сделал шаг вперед.       — Сделаешь еще шаг и пожалеешь, — голос старшей версии прозвучал как сталь, напоминая о своем присутствии. Но несмотря на угрозу, Эрен не смог оторвать взгляд от Армина.        Просто не смог.        Прошло несколько секунд, но Армин никуда не делся. Он так и стоял там, живой, настоящий, невозмутимый и с нежной улыбкой на лице.        — Это... реально? — спросил Эрен словно в никуда, и голос его прозвучал хрипло.       — Абсолютно. Проголодался? — Армин невозмутимо поставил дымящуюся кастрюлю супа на кухонную стойку, будто присутствие двух Эренов было самой обычной вещью на свете.       Прежде чем юный Эрен успел что-то спросить, его желудок предательски заурчал, и Армин тихонько рассмеялся. Как прекрасно звучал его смех... Эрен не слышал его уже очень давно и неожиданно осознал, как сильно успел по нему соскучиться.       — Эрен, помоги ему накрыть на стол, — распорядился блондин, и Эрен невольно напрягся от того, с какой легкостью он назвал его по имени. Армин тут же исправился:       — Ой, то есть... я про моего Эрена. Который постарше, — объяснил он, но ни юный, ни повзрослевший Эрен так и не двинулись с места. И у обоих на это были причины.       — Он не останется на ужин. Мы должны связаться с Хисторией, — старший Эрен нахмурился, мрачно переводя взгляд на Армина.        — Да? И что ты ей скажешь? — спросил Армин с вызовом, наигранно изображая любопытство.         Эрен в ответ лишь сильнее нахмурился.       — То-то же, — самодовольно усмехнулся Армин.         Старший Эрен молча сдался. Раздраженно вздохнув, он достал из шкафа три керамические миски и, неспешно обойдя кухонную стойку, сунул их в руки младшей версии себя, прожигая его суровым взглядом. Тот машинально принял посуду, но старший не торопился ее отпускать. Взгляд юного Эрена скользнул ниже, и наконец он заметил порез на пальце своего двойника. Через мгновение они снова уставились друг на друга.        — Все, что можешь ты, могу и я, — предупредил он, и в его словах явно сквозила угроза. Почти беззвучная, но оттого не менее опасная, словно шипение ядовитой змеи.         Юный Эрен не отвел взгляда, анализируя ситуацию. Воздух между ними буквально гудел от напряжения, но старший даже бровью не повел, будто был готов простоять так хоть вечность.         Угрозы Эрену были не в новинку, и обычно он сразу понимал, кто здесь в выигрышной позиции. Но сейчас внутренний голос настойчиво твердил: в этой игре у него нет преимущества. Он опустил глаза — все понял. Старший Эрен разжал пальцы, отпустив тарелки, и между ними воцарилось хрупкое, безмолвное перемирие.       Вскоре Эрен сидел за столом напротив Армина и своего повзрослевшего «я». Суп так и манил своим запахом, но никто не решался первым взять ложку, невинно лежащую рядом с кастрюлей.         — Ешь, ты же голоден, — мягко подбодрил его Армин, и налил щедрую порцию супа в тарелку юного Эрена. — Трансформироваться в титана довольно утомительно, отнимает много сил, — добавил он ровным тоном, наполняя остальные тарелки.         Юноша бросил на него настороженный взгляд, но к ложке так и не притронулся.       Быть в одной комнате со своим будущим «я» — уже странно. Но еще страннее было видеть перед собой такого Армина Арлерта — улыбающегося, заботливого, словно ничего не случилось.         — Это твой любимый, — настаивал блондин, мягко улыбаясь.         Эрен отвел взгляд от этих добрых голубых глаз и нерешительно поднес ложку ко рту, отпивая бульон.        Потрясающе. Вкус оказался знакомым — густой, сливочный, почти как мамин суп из детства. Не точь-в-точь, но очень похоже.        Удивленный, он снова взглянул на Армина.         — Ну говорил же, — рассмеялся тот, Эрен поспешил сделать еще глоток, а затем еще и еще, стараясь не замечать довольную ухмылку Армина и недовольный взгляд своего старшего двойника.         Пока те ели не торопясь, юный Эрен опустошил тарелку за считанные минуты.       — Хочешь, бери еще, — предложил Армин. — Эрен, передай ему хлеб.         Не высказывая никаких возражений, старший Эрен молча подвинул корзинку.         После трех порций Эрен наконец положил ложку на чуть ли не сверкающую чистотой тарелку и неловко застыл, наблюдая, как остальные доедают.         Все это казалось нереальным. Сюрреалистичным. До абсурда уютным, слишком мирным, слишком теплым, будто сцена из забытого сна. Армин часто приходил к нему во снах, но чтобы вот так? Это впервые.        Порой Эрен наблюдал за своим младшим «я» со стороны: как он, еще ребенком, играл с Армином и Микасой в родной Сигансине. Иногда перед ним возникали образы их подростковых лет: ночи, проведенные у костра во время экспедиций. Но самые мучительные моменты — когда он снова оказывался в своем теле, встречаясь взглядом с теми самыми печальными голубыми глазами, полными вопросов, на которые у него не было ответов.       И все же, каким бы ни было воспоминание, никогда прежде они не были такими живыми. Раньше он всегда понимал, что это лишь сон или отголосок памяти, а значит сохранял контроль. Сейчас же все было иначе, и он это отчетливо понимал. Да, он и раньше видел фрагменты будущего, но...       Не так. Ни разу ничего подобного не было.        — Я не понимаю, — пробормотал Эрен, уставившись в пустую тарелку, прежде чем поднять глаза на своего старшего двойника.       Когда тот промолчал, заговорил Армин:       — У меня есть теория.         Оба Эрена повернулись к нему.         — Способность Атакующего Титана — путешествие во времени, верно? — задумчиво спросил блондин.         — Верно, — кивнул старший Эрен, в то время как младший лишь округлил глаза в удивлении. Как это возможно? Никто не знает о всех способностях его титана, ведь так?        — Т-ты знаешь... Как? Это что... сон?       — Знаю. Да и ты, полагаю, уже в курсе? — спросил Армин, понимающе улыбнувшись. Та самая улыбка, которая расцветала на его губах еще в детстве, когда ему удавалось разгадать сложную головоломку. Улыбка, которую Эрен не видел с тех пор, как вернулся из Марли. Улыбка, которой он больше не заслуживал. Не после всего, что совершил.         — Видения будущего не так уж часты… — Эрен отвел взгляд, не в силах выдержать взор Армина. — Этого я никогда не видел.         Армин задумчиво кивнул.         — Тебе девятнадцать, да? — вдруг спросил он. Две пары зеленых глаз уставились на него. — Посмотри на его одежду, — пояснил блондин, слегка наклонившись к старшему Эрену.        Тот присмотрелся, чуть склонив голову набок. Серый кардиган, зеленая рубашка с вырезом... Он узнал этот наряд. Хотя его стиль почти не изменился с тех пор, именно такую комбинацию он больше не носил.       — Очень уж тебе нравился этот кардиган, — с легкой насмешкой заметил Армин, и юному Эрену потребовалось мгновение, чтобы понять — обращаются не к нему.       — Неправда! — старший Эрен по-детски возмутился, и Армин рассмеялся — так же беззаботно, как в старые времена. Еще до того, как все пошло под откос.        — Нравился, любимый, еще как, — невинно добавил он.         Юный Эрен дернулся, будто его ударило током. Он резко повернулся к Армину, глаза его расширились, а рот чуть приоткрылся в немом вопросе.        Любимый?       Его глаза метались между Армином и старшей версией себя, пока его мозг отчаянно пытался обработать смысл этого случайно оброненного слова. Блондин слегка смутился, будто нечаянно выдал секрет, в то время как его двойник лишь самодовольно усмехнулся.       На мгновение время вокруг него остановилось. Кровь застыла в жилах, а сердце пропустило удар от осознания — они с Армином в будущем... пара.         Если задуматься, это было довольно очевидно. Подсказки были на каждом углу, буквально бросались в глаза, и Эрен на секунду задумался, как, черт возьми, до него не дошло раньше.         Все говорило само за себя: как Армин непринужденно вел себя рядом со старшим двойником, а не просто терпел его присутствие; как старшая версия бросала на него, младшего, настороженные взгляды, словно видя угрозу для блондина. Их отношения буквально витали в воздухе, и никто даже не пытался это скрыть. В знакомом запахе маминого картофельного супа, в книжных полках, забитых томами, которые его старший двойник наверняка никогда не открывал, в разложенных повсюду ракушках... Даже их местоположение, этот проклятый пляж — все кричало об очевидном.       — Да, Минни, пожалуй, ты прав. Я и правда частенько его носил, — старший Эрен усмехнулся, согласно кивнув и нарушив тягостную секунду молчания. Он взглянул на Армина с неподдельной нежностью, и в уголках его губ заиграла ласковая улыбка.        — Эм... д-да, — Армин, чувствуя, как жар разливается по щекам, слегка запнулся в попытке взять себя в руки. — Так... что последнее ты помнишь? — спросил он, и его голос звучал по-прежнему мягко.         Юный Эрен уставился на него. Хотя факт их отношений был очевиден (пусть разум и отказывался это понимать), оставался вопрос: почему Армин обращается с ним так бережно?       Эрен моргнул, на мгновение приоткрыл рот, но так и не произнес ни слова. Он прекрасно понимал, что любое вмешательство в ход времени могло иметь последствия. И с тем тщательно продуманным планом, который он наконец привел в действие, он понимал, что любое неверное движение может все разрушить.         Да и как он мог объяснить... это? Какие повороты судьбы должны были случиться, чтобы они с Армином... Нет, здесь явно все пошло иначе. Возможно, его старший двойник не совершил всех тех ошибок.       — Битва в Либерио уже была? — вдруг спросил Армин, и Эрен вздрогнул.       Если здесь события развивались так же... Нет, этого не могло быть. То, как Армин смотрел на него в тот день... В памяти всплыл образ Армина, его потухшие глаза, его разбитый, холодный взгляд, полный сожаления и вины за все те смерти, которые принес план Эрена.        Эрен судорожно сглотнул, не в силах поднять взгляд.       — Отвечай, — приказал старший Эрен, бросив на двойника ледяной взгляд. Совсем не тот, каким он смотрел на Армина.       Глаза двойников встретились. Мгновение безмолвного понимания, и младший коротко кивнул.       — Понятно, — задумчиво произнес Армин. В его голосе не было ни гнева, ни отчаяния, лишь спокойная серьезность. Но больше всего Эрена потрясло даже не это, а то, что Армин знал о Либерио — и все равно называл его двойника «любимым». — Значит, наша потасовка в ресторане уже была? — следующий вопрос Армина оказался ударом под дых.       Даже невозмутимый до этого повзрослевший Эрен вместе с юным двойником невольно поморщился при этом воспоминании. Но если младший лишь стиснул кулаки под столом, старший протянул руку, сплетая пальцы с Армином.       И самое невероятное — Армин не отстранился. Наоборот, он ответил на прикосновение, нежно проведя пальцем по загорелой коже.       Это было невозможно. Этого просто не могло быть. После того дня в ресторане он был уверен — Армин никогда больше не посмотрит на него, как смотрел когда-то давно, в детстве. Уж тем более не допустит его прикосновений. Глаза Эрена заблестели от слез, и он не стал их прятать. Все равно притворяться здесь было не перед кем.        — Эрен, все хорошо, — мягко сказал Армин, и юный Эрен поднял взгляд на его легкую, искреннюю улыбку. — Я давно простил тебя. И не осуждаю за то, что ты сделал... или сделаешь.       Армин не отодвинулся от старшего Эрена — наоборот, прижался еще ближе, продолжая смотреть на младшего с той самой улыбкой, которая будет преследовать его даже после смерти. Этот теплый взгляд так резко контрастировал с тем выражением, которые было на его лице в их последнюю встречу: огненная ярость в глазах, разбитый нос, сжатые зубы. Выражение самого горького предательства.        Это было невыносимо. Он этого не заслуживал. Эрен и так был на грани, но это стало последней каплей.       — Да как ты можешь?! — он вскочил, ударив ладонями по столу. — Как ты можешь не ненавидеть меня? — выкрикнул Эрен отчаянно. По щеке предательски скатилась слеза, и он грубо смахнул ее тыльной стороной ладони.         Армин оставался невозмутим, а его двойник смотрел на него как-то неопределенно, то ли с настороженностью, то ли...       С жалостью.       Но Эрену было плевать. Плевать, что он сам о себе думает.         — После всего, что я натворил? — он задыхался, глядя Армину в глаза. — После всего того, что я заставил тебя сделать!       На лице Армина отразилась мимолетная грусть, но ни капли гнева.        И одно это ранило сильнее ножа.         — Ты поступил бесчеловечно. Оправдания этому нет, — Армин вздохнул, глядя ему прямо в глаза. — Но ты действовал так, как считал нужным. Ты думал, что так будет лучше.        Сердце Эрена сжалось.       — Ты не можешь этого знать! Не можешь! — зарычал он в отчаянии, но Армин оставался невозмутим.         — Разве ты не убил сотни, чтобы защитить тех, кто тебе дорог? Микасу, меня?       Эрен замер, бессильно вытирая подступающие слезы.         — Мне просто... хотелось бы, чтобы ты понял раньше. Что все могло быть иначе. Что ты был не один, — тихо добавил Армин, и хотя слова предназначались младшему, старший тоже их услышал.       Даже спустя пять лет эта рана еще болела. Но это больше не было запретной темой. Потребовалось время и множество тяжелых разговоров, чтобы понять — прошлое не изменить, но можно исцелить его последствия.       Ничего не говоря, старший Эрен поднес руку Армина к губам, оставив легкий поцелуй на костяшках пальцев. И снова блондин не отстранился — лишь выдохнул, успокаиваясь, смотря в ответ с безграничной нежностью.         И тут юный Эрен окончательно сломался.         Даже видя доказательства перед глазами, видя, как его старшая версия держит Армина так, как он сам никогда не смел и мечтать — с чем давно смирился — было пыткой. Все здесь било по больному: улыбки, поцелуи, взгляды, этот проклятый дом у моря... Все, о чем он мечтал, но никогда не получит. Все, чего не заслуживает.       Легкие сжались, мышцы напряглись — и прежде чем осознать, что делает, Эрен уже бежал.       Он выбежал из дома, стремясь оказаться как можно дальше. Подальше от них, от этого пляжа, от этого невозможного видения. Обратно в свое время. Туда, где все имело смысл.

***

      После того как юноша резко выбежал, в комнате вновь воцарилась тишина. Ни Эрен, ни Армин не решались нарушить молчание.         Обычно тишина между ними была комфортной. Но сейчас в воздухе висели напряжение и горечь от только что произошедшего разговора.         Армин смотрел на пустой стул перед собой с выражением вины и печали.         Ему хотелось броситься за Эреном, но он понимал — сейчас любые слова будут бесполезны. Давить на него в таком состоянии — все равно что подливать масла в огонь. Армин знал его с детства и был уверен: ему нужно время, чтобы прийти в себя.         С тяжелым вздохом Армин прижался к Эрену, положив голову на его плечо, а тот лишь молча обнял его в попытке успокоить.         Как ни странно, хотя они знали друг друга всю жизнь, Армин никогда не видел Эрена таким. Да, он помнил его слезы, отчаяние, беспомощность, но никогда...         Никогда не наблюдал со стороны.       Раньше он сам был частью этой драмы. Сломленный, слишком поглощенный собственной болью, он не смог разглядеть, какой ценой Эрену давался этот образ холодного, расчетливого монстра. Тогда Армин не замечал, сколько скорби, горя и отчаяния скрывалось за его маской безразличия       Даже месяцы спустя, когда они остались вдвоем в лесной хижине, не имея ничего, кроме неясного будущего, после отказа Эрена от плана Гула Земли, Армин не понимал этого до конца. Даже их откровенный разговор тогда прошел на эмоциях — оба были слишком изранены, чтобы по-настоящему услышать друг друга. Месяцы боли и гнева помешали ему увидеть, через какой ад прошел Эрен.         Лишь позже Эрен рассказал ему все: о Путях, о видениях, о способностях Атакующего Титана, о том, как ему приходилось лгать и действовать с ледяным расчетом, когда внутри все кричало от боли. Со временем Армин осознал, через что прошел Эрен. Но увидеть это воочию ему еще не доводилось. До сегодняшнего дня.        На этот раз все было иначе. Его Эрен всегда держал дистанцию, а этот юный Эрен выплескивал эмоции наружу, ведь перед ним был не тот Армин, от которого нужно было прятать свою боль. Не тот Армин, перед которым нужно было притворяться.         И так это было болезненно и искренне, так обезоруживающе, что сердце Армина сжалось от осознания, насколько же потерянным и одиноким Эрен был на самом деле.       Минуты текли, и Армин прижался лицом к шее возлюбленного.       — Он прав, — пробормотал брюнет, и Армин отстранился, вопросительно глядя на него. — Я знаю, что это реально, Мин. Знаю, что мы действительно вместе, но... — тихо продолжил он. — Сейчас все иначе. Тогда... Если бы тогда кто-то сказал мне, что мы с тобой будем вместе, будем жить вдвоем... Даже увидев это своими глазами, я бы не поверил.        Взгляд Армина чуть смягчился.         — Иногда я до сих пор не верю своему счастью. Но знаешь, Мин... я правда счастлив. Благодаря тебе.        Армин улыбнулся, и Эрен нежно поцеловал его в щеку. Они так и сидели, обнявшись, пока Армин наконец не отстранился.         — Тебе нужно с ним поговорить, — тихо сказал блондин.         Эрен лишь виновато улыбнулся.         — Он не станет меня слушать.       — А меня станет? — парировал Армин.         Эрен промолчал.         Тогда он был абсолютно уверен — Армин ненавидит его. Никакие слова, никакие действия не смогли бы переубедить его. Да и правда в том, что сейчас юный Эрен находится под таким давлением, что старший сомневался даже в том, безопасно ли оставлять его наедине со своим возлюбленным.       — Разговор не изменит того, что он сделал... И того, что ему предстоит сделать.        — Не изменит, — согласился Армин. — Но ему нужно это услышать.       Эрен вздохнул. Армин всегда понимал его лучше всех.

***

      Луна тускло светила в ночном небе, когда шорох шагов вывел младшего Эрена из оцепенения. Он даже не обернулся, продолжая смотреть в темную даль. Он сидел на самом краю берега, обхватив окровавленными ладонями колени; его взгляд был совсем потухшим, а на щеках уже высохли слезы. Теплые волны нежно омывали его босые ступни, но они не могли смыть душевную боль.       — Бесполезно, — раздался его же собственный голос, спокойный и усталый. Юный Эрен даже не попытался прикрыть израненные руки, когда его старшая версия опустилась рядом, сохраняя дистанцию. В том проклятом доме было всего два человека, и меньше всего он ожидал, что из них двоих за ним последует... он сам. — Ты не сможешь трансформироваться. В этом времени у тебя нет силы Имир, — без предисловий пояснил старший.       Армин когда-то выдвинул теорию, что прошлое, настоящее и будущее существуют в одном пространстве и времени. Сила Прародителя могла влиять на прошлое только если действие вело к предопределенному будущему. Словно все было предрешено.       Какая же, мать ее, ирония.       Юный Эрен горько усмехнулся.        — Чего тебе? — прошипел он, хотя меньше всего ему сейчас хотелось выслушивать нотации, особенно от самого себя.       — Армин беспокоится, — просто ответил старший, словно этого объяснения было достаточно.       Тишина. Через мгновение старший Эрен потянулся за сигаретами. Ловким движением он зажал одну в зубах, ладонью прикрыв зажигалку от ветра. Глубоко затянувшись, он молча протянул пачку младшему.       Тот сначала с ненавистью посмотрел на протянутые сигареты, но в конце концов протянул руку и взял одну. Кончик сигареты вспыхнул красным. Он сделал глубокий вдох, а затем выпустил дым изо рта, чуть приоткрыв потрескавшиеся губы.        Молчание затянулось. Юный Эрен был почти благодарен, что его старшая версия, похоже, не собиралась затевать душевный разговор. Черт, он здесь явно только потому, что Армин попросил.       — Параллельные вселенные... возможны? — наконец спросил юный двойник, делая новую затяжку.       Истерика, с которой он выбежал из дома, уже прошла.       Старший Эрен фыркнул. Армин уже задавал ему этот вопрос. Точного ответа не было, но все указывало на то, что альтернативных реальностей не существует.       — Черт, надеюсь, что нет.       Тишина снова воцарилась между ними. Оба знали — теория мультивселенной не лишена смысла. Но ни один из них не горел желанием это проверять.       — С тобой такое... случалось раньше? — осторожно спросил младший.       Старший резко повернул к нему голову.       Он безучастно устремил взгляд на горизонт, но несмотря на маску безразличия, Эрен уловил подтекст в словах двойника. Все же сам себя он знал достаточно хорошо.        Ответ последовал не сразу, и на мгновение он даже задумался о том, чтобы солгать.        — Нет. Не случалось, — наконец честно признался он.       — Но как тогда..?        Вопрос уже касался не временных парадоксов, тайнах вселенной или способностях Прародителя, а того самого уютного домика у моря. Той самой жизни. Жизни, где рядом был Армин. Юный Эрен не уточнил этого, но оба все равно прекрасно друг друга поняли.        — Я остановил Гул Земли до того, как стало слишком поздно, — пожал плечами старший Эрен, делая новую затяжку. — Провел пару дней в тюрьме, чудом избежал казни, спасибо Армину... И вот я здесь.        — Он последовал за тобой? Даже после... — спросил младший двойник с едва скрываемым шоком.       — Да, — резко оборвал его старший.       Между ними повисла тишина.       — Но как...       — Мы все обсудили. Поговорили обо всем, — ответил Эрен, мысленно добавив: «Как и следовало сделать с самого начала...»       Юный Эрен долго смотрел на него, затем снова уставился на море, погружаясь в свои мысли.       Маленький домик у моря. Простая жизнь, о которой они всегда мечтали. Ему этого так хотелось.       Казалось, невозможное стало реальностью. То будущее, которое, как он думал, могло существовать лишь в мечтах, которое он сам же и похоронил, запустив свой план. Он был готов на все, лишь бы Армин и все его друзья обрели свободу. Даже если ценой станет их ненависть. Даже если Армин возненавидит его — это будет ненадолго, ведь все ради высшей цели.       И все же он никогда не рассчитывал на их понимание.       — Он ненавидит меня, — безучастно прошептал юный Эрен.       Не нужно было объяснять, о ком и в каком промежутке времени идет речь. Если двойник прошел тот же путь, то он прекрасно знал, в каком состоянии были их с Армином отношения в тот момент. Их дружба разрушена.       Старший Эрен лишь пожал плечами.       — Так кажется. Но он не ненавидит. Никогда не ненавидел, — сказал он, глядя вдаль. — Мне тоже потребовалось время, чтобы это понять.       Еще несколько минут прошло в полной тишине.       — А Марли? Титаны? — спросил младший, не заметив, как в глазах двойника на мгновение промелькнул холод при упоминании их главного врага.       — Они не проблема уже много лет. И никогда больше не будут, — равнодушно ответил он. — Что касается титанов... их осталось всего два.        Юный Эрен резко повернулся к своему двойнику, широко распахнув глаза.       В голове роились сотни вопросов, но он боялся услышать ответы. Ответственность все так же давила тяжким грузом, боль не утихала, но теперь казалось, будто дышать стало чуть легче. Словно камень спал с души.        Когда прилив усилился, а ветер стал холоднее, старший Эрен поднялся, отряхивая песок с брюк.       — Пора возвращаться, — коротко бросил он, поворачиваясь к дому. Пройдя несколько шагов и не услышав шагов следом, он обернулся и вопросительно уставился на юного Эрена.       — Я не могу туда вернуться, — пробормотал тот, виновато уставившись в песок.         Старший лишь цинично приподнял бровь.       — На твои переживания мне наплевать, — отрезал он без церемоний. — Но Армин, мой Армин, волнуется за тебя, хотя ты и испортил нам весь вечер.        Даже после таких жестких слов младший Эрен не ощутил привычного раздражения. Ему и раньше говорили, что он бывает невыносимым — резким, бесцеремонным и грубым почти со всеми. Кроме Армина, конечно.        Со вздохом он поднялся и зашагал следом, и они медленно двинулись обратно к дому.       Хотя Эрен прекрасно понимал, что мог бы послать своего двойника куда подальше, ни одна его «версия» не смогла бы сознательно огорчить Армина. Не в действительно важные моменты — это они оба знали твердо.       Было даже забавно осознавать, что этот другой Эрен тоже готов на все ради Армина Арлерта.         Они молча шли под ярким светом звезд и луны. Вода в океане потемнела, прилив поднялся выше, а песок осыпался между пальцев их босых ног.       — Давно вы здесь живете? — спросил младший, заметив свет в окне гостиной, где их ждал Армин.       — Пять лет, — задумчиво ответил старший. — Мне двадцать пять.       Младший резко остановился, широко раскрыв глаза. Этот Эрен не только прожил куда дольше, чем он ожидал, но и пережил проклятие Имир.         Уголки губ старшего дрогнули в едва уловимой усмешке.       — Трудно поверить, знаю. Шагай. 

***

      В гостиной их ждал Армин, развалившись на большом диване с книгой в руках. Его светлые волосы растрепались по импровизированной подушке, которую он соорудил из нескольких сложенных в кучу пледов уже после того, как оба Эрена ушли из дома.        Как только дверь открылась, он опустил книгу и поднял взгляд на вошедших.        — Вы оба целы, — пробормотал Армин осторожно, но не без насмешливой нотки в голосе.       Фраза прозвучала как шутка, но учитывая, с кем он имел дело, сам факт, что два Эрена не устроили потасовку, а нормально поговорили, уже был удивителен.         Юный Эрен почувствовал прилив стыда при виде улыбающегося Армина, тогда как старший лишь усмехнулся в ответ. Почти небрежно он уселся рядом с блондином, приподнимая его ноги так, чтобы аккуратно уложить их на свои колени.        — А ты думал, я позволю ему испортить эту красоту? — старший Эрен провел рукой по своему профилю. — Сломанный нос мне ни к чему.       Пальцами он пробежался по ступням Армина, нежно массируя и вызывая приятное покалывание.        — Перестань, — засмеялся Армин, игриво отпихивая его руку.        Младший двойник завороженно наблюдал за этой сценой и легкой улыбкой на лице Армина, совершенно не зная, как себя вести. Вскоре Армин поднял взгляд на него.        — Эрен, — мягко произнес Армин, — хочешь принять душ?       Смущенный, Эрен лишь молча кивнул.        — Я оставил для тебя чистую одежду в ванной. Это вещи Эрена, но вы почти одного роста, так что должно подойти, — сказал Армин, и юный Эрен, кивнув, молча направился в ванную.        Закрывая дверь, он услышал едва уловимый игривый шепот из гостиной:        — Нам бы тоже не помешал душ, Мин. Вдвоем.       — Ты невыносим, — рассмеялся Армин.        — Но ты ведь любишь меня таким.       — Люблю, — тихо согласился Армин, и младший Эрен захлопнул дверь чуть резче, чем планировал.         Он отдал бы все, чтобы снова видеть своего Армина таким — смеющимся, беззаботным, счастливым.         Горячая вода хлынула сверху, и он закрыл глаза, позволяя потоку смыть все мысли.

***

      После долгого освежающего душа Эрен вышел из ванной, мокрые пряди свисали на лоб. Он был одет в простую хлопковую рубашку с длинным рукавом и свободные шорты, которые доходили ему до икр.        — Мин, может снова отрастишь волосы? Тебе так шло, — сказал старший Эрен, пока Армин играл с прядью его длинных волос. Они все еще лежали на диване, Армин на спине, а Эрен уткнувшись лицом в его живот, рукой приобнимая за талию.        Эта картина дышала такой естественной непринужденностью и близостью, что юный Эрен почувствовал, как в груди что-то болезненно сжалось. Они выглядели расслабленными. Как будто для них лежать вот так — обычное дело.       — Ты шутишь? Я выглядел как кокос, — фыркнул Армин, и Эрен засмеялся, уткнувшись лицом в ткань его рубашки.       — Очень милый кокос.       Армин расхохотался, и юный Эрен почувствовал, как сердце его сжалось. Как давно он в последний раз слышал, чтобы Армин смеялся вот так, по-настоящему?       Наконец, он зашел в комнату, и Армин поднял на него взгляд. Он сразу попытался отодвинуться от возлюбленного и принять чуть более подобающую позу, на что старший двойник лишь нахмурился и бросил недовольный взгляд на свою юную копию, не двигаясь с места.        — Все хорошо? — спросил Армин.        — Д-да, спасибо, — пробормотал юный Эрен, чувствуя, как румянец предательски заливает его щеки.        Армин улыбнулся ему.       — Если проголодаешься, там кое-что осталось с ужина, — Армин указал на кухню, и Эрен ухватился за эту соломинку, как утопающий. Он не был голоден — совсем недавно он съел три тарелки супа и несколько кусков хлеба, но ему хотелось поскорее сбежать отсюда, как можно дальше от этой картины домашнего уюта.        — Спасибо, — кивнул он и поспешно развернулся в сторону кухни. Двойник проводил его взглядом.        — Подожди-ка, — вдруг окликнул его Армин, и на этот раз старший Эрен отодвинулся, давая любимому пространство. — Возьми, — сказал блондин, протягивая юноше резинку для волос. Немного нерешительно, Эрен взял ее и быстро собрал волосы в хвост. Армин одобрительно кивнул: — Намного лучше. Теперь видно твои глаза.        Эрен моргнул, не в силах сдержать легкую улыбку. Ощущение было непривычным, почти чужим, как будто мышцы его лица уже забыли, как выполнять это простое движение.       Мгновение — и улыбка угасла.       — Эй, это же моя резинка! — возмутился старший Эрен с дивана.        — Ну и что?       — Минни! — тот надул губы, как обиженный ребенок.       Минни.       Столько времени прошло с тех пор, как он в последний раз называл Армина так...       — У тебя их и так целая куча, — Армин закатил глаза.       — Они мои.       — Он же в твоей одежде ходит, и ничего.        — В старой одежде, — поправил Эрен, будто это что-то меняло.       — Он – это ты! — воскликнул Армин.         — Но Минни!        Блондин лишь покачал головой и повернулся к младшему:       — Не обращай внимания.        В ответ старший Эрен схватил Армина за талию и дунул ему в живот, на что последний расхохотался.       «Намного лучше. Теперь видно твои глаза».       Эта простая фраза почему-то застряла у Эрена в голове, пока он уплетал остывший суп, игнорируя возражения Армина.       Разговор постепенно затих, и когда Армин зевнул, старший Эрен тут же объявил, что пора спать.       — Ночью иногда бывает прохладно, — предупредил Армин. — Одеяло есть, но если будет холодно — стучи.       — Да хватит ему, идем спать, я вымотался, — старший Эрен потянул блондина за руку.       — Сладких снов! — крикнул Армин на прощание, позволяя увести себя в спальню.       Оставшись один на диване, Эрен устроился под теплым одеялом, которое дал Армин. Сон накрыл его почти мгновенно.       «Так кажется. Но он не ненавидит. Никогда не ненавидел».