Любовь с привкусом крови

      Аз сидит на диване из настоящей кожи в своём превосходном доме. Всё выглядит так дорого и искусственно. Будто бы в этом доме никто не живёт. Наличие мебели ни на что не влияет, это место в любом случае кажется пустым. Хоть сегодня продавай. А также всё должно быть строго. Первая буква перфекционист, поэтому не терпел беспорядок и излишне заставленные помещения. Чаще всего дом - это олицетворение внутреннего мира его владельца. Так какую же клиническую картину можно было бы получить, исходя из дома первой буквы? Первый не любил копаться в себе, потому что всегда старался делать всё без изъянов. Всё должно быть идеально и предсказуемо. Абсолютно всё, начиная с мебели заканчивая другими буквами. В его ноздрях вата пропитанная кровью. Боль заглушает несокрушимый гнев, поэтому сейчас Аз так невозмутим. Этот удар от чернушного идиота подавил ярость, скопившуюся за долгие рабочие дни. Так странно. Позвольте напомнить обычную разрядку Аза от взрывоопасных эмоций. Он избивает слабых букв до полусмерти, восполняя своё самолюбие и сдержанность. Это закупоривало и притупляло ярость, напряжение, ненависть. То, от чего Азу тошно. Хоть он и первый, но от такой большой ответственности часто срывается. Ну и разумеется поднятие авторитета. Насилие, вот в чём секрет высокого авторитета. Первого боялись и уважали, а те, кто отбивались от стада, долго лечили свои многочисленные переломы. Ещё никто не умирал, поэтому насилие было как предупреждение о том, что есть кое-что похуже синяков. Такая техника помогала до одного момента. Рано или поздно это случилось бы. Тело чернушного полностью покрыто кровью и следами от побоев, но Аз не может успокоиться. Он продолжает бить в надежде что снова сможет выпустить пар. Однако всё самое ужасное и отвратительное застряло в груди, срослось внутри и больше не выйдет, если только хирургическим путём вместе с извлечением его гнилой души. Хотелось кричать, но даже крик застрял в горле, поэтому Аз лишь хрипел и продолжал бить, даже если сил уже не было. Яори живучий парень и каким-то чудом всегда мог выздороветь. На нём всё заживало как на собаке. Это играло на руку первому, ведь всегда есть тот кто раздражает и на ком можно оторваться по полной. Но в тот день Аз слишком поздно остановился, а точнее его оттащили от последнего. Почему не стало легче? Известный факт, что люди быстро привыкают ко всему. Теперь излюбленные варианты не были действенными. Именно поэтому Аз в последнее время сам не свой. Когда-то идеальный стал рассеянным, очень вспыльчивым и истеричным. Это плохо сказывается на работе. И плохая работа делает его уже не таким уж и уважаемым. Ему действительно всё настолько наскучило? Верно. Их взгляд на мир весьма похож. Они оба считают его серым и однотипным, где у каждого есть своя уготовленная судьба. Две стороны одной медали.       Тишина режет уши. Кровь перестала идти, а остаток на душе остался. Сейчас Аз наконец-то может светло мыслить. Ведь за пеленой ярости он не видел белого света. Боль притупила его негативные эмоции. Даже не боль как удар от последнего. От осознания у первого какое-то странное чувство на душе. Впервые что-то новое за долгое время. Это как глоток свежего воздуха. Гниль в грудной клетке перестала разрастаться. Единственное что до ужаса смущало его это то что именно чернушный идиот помог ему. Последний ни на что негодный мусор, однако, невооружённым взглядом можно заметить, что он изменился. Это заметила каждая не слепая буква. Всё произошло так внезапно, украсив этот монотонный мир каплями цветной краски. Аз никогда не признается, что эта новая версия Яори ему понравилась.       Что до последнего - у него всё замечательно. По крайней мере, настолько замечательно, насколько может чувствовать себя человек, который знает, что скоро умрёт. И никому не будет дела до смерти маленького человека. Уже через месяц никто не вспомнит о последнем. Он жутко одинок. Без семьи, без друзей, без тех, кто будет ухаживать за могилой. Из наследства только дом в аварийном состоянии и старая одежда. Он будто бы всю свою жизнь был призраком и только недавно проснулся в живом, тёплом теле. А тот удар, в который последний вложил всю свою ярость, научил его дышать. И неужели завтра Яори снова всё это потеряет? Только уже навсегда и без возможности обрести тело вновь. Он поклялся перед собой стоять до конца и, чёрт возьми, это сделает. Он больше не занимался самокопанием, ведь этого было достаточно ночью. Сейчас Яори из плоти и крови, а внутри языки пламени щекочут грудную клетку. Страшно умирать, ещё страшнее знать когда это произойдёт, но у последнего не осталось слёз чтобы скорбить об этом. День прошёл удачно. Яори потратил все сбережения, что бережно откладывал всю жизнь или существование. Откинуть прошлые переживания, только тогда становишься по настоящему свободным. Он ни игрушка для битья, ни ничтожество, ни пустое место. Как же поздно последний это понял.       Кажется жизнь преподносит Азу ещё больше сюрпризов, а точнее последний удивляет его с каждым разом всё больше. Кира уже доложил о весьма смелом поступке чернушного по телефону, и первый сразу же бросил трубку. Ударил босса, так ещё и не пришёл на работу? Азу всё трудней сдерживаться. Даже если бы он убил Яори это бы не помогло. Нет. Он чувствует что-то ещё по сравнению со взрывами внутри себя. Может быть потому что прошлый вечер не уходит из его головы? Может потому что Аз не хочет признавать что Яори ему помог тогда? Чернушный уникален тем, что всегда мог остудить первого, однако, вчера Аз не ожидал настолько координатных перемен в своём сценарии. Хотелось ломать абсолютно всё вокруг. Он неосознанно начал самокопание. И с каждым новым уровнем погружения почему-то становилось только хуже. За самолюбием и гордостью спрятан страх, стыд и одиночество. Сколько бы людей его не окружало Аз всегда ощущал себя одиноко. Но это всё слабые эмоции, которые не достойны показываться у таких сильных лидеров. Такие как Аз всегда сдержаны и сильны. Было бы прекрасно свалить всё на нервы и усталость как раньше, но он не мог перестать думать. Чёрт, сейчас Аз ведёт себя как Яори. Как только эта мысль прозвенела в его голове, он резко встал со стула и набрал Киру. Сегодня первая буква освободится пораньше.       Этот день получился насыщенным. На улице уже темно, а людей и подавно нет в этом районе. Но как только Яори подошёл к своему дому, то сразу почувствовал чужое присутствие рядом. А впрочем Аз себя и не скрывал, лишь ожидал подходящего момента. Знакомая обстановка, ничем не отличающаяся от вчерашней. Первый словно голодный хищник, жаждущий свежей крови. И он заметил взгляд чернушного в тот момент. Что-то кольнуло в грудной клетке Аза при виде этих глаз. Опять это незнакомое чувство. Взгляд последнего смесь страха и небывалой решимости. Он боится, но готов рвать глотки до последнего вздоха. Если первый хищник, то Яори охотник. Тишину нарушил первый, у которого голос уже был явно не полностью уверенный: "Думаю ты знаешь почему я пришёл". - В голову не лезли оскорбления для чернушного. В его планах не было убийства, лишь равноправный бой с последним. Всё таки за этот день он кое-что понял. "Знаю. Собираешься прямо здесь?"- Говорил человек с достаточно огромным внутренним самопознанием. Теперь он узнал себя, даже если через ненависть к себе и другой букве. Месть раскрыла ему неизведанный спектр чувств, от которых Аз так зависим и подавляется каждый день. Если одному это причиняет боль, то другому даёт обрести нечто новое. Не тратя своё время первый сразу же напал. Удар по лицу был ужасно сильный, но это не помешало Яори дать хороший отпор. Такое чувство будто последний всю свою жизнь хранил эти удары ради этого боя. Что вполне возможно, ведь раньше его просто били. Аз чувствует снова эту физическую, жгучую боль. Такая сильная и заглушающая тошнотворные чувства. Гниль внутри прекратило воздействие на сознание. Сейчас он впервые чувствует себя свободным, независимым от авторитета, не таким уж властным. Пристегните ремни, мы взлетаем. Это даже забавно. Сейчас они, не взирая на социальное положение, дерутся на равных. Если бы кто-то узнал то явно бы опешил. Безразлично. Пусть хоть все видят. Последнему прилетает удар в нос. Первая кровь. Бой официально начался. Чернушный тяжело дышал, уж ещё никогда он не чувствовал себя настолько живым. И, по правде говоря, Аз тоже. Первый вцепился в чернушного за грудки и повалил на холодную землю. Он бил изо всех сил, бил, словно всю жизнь об этом мечтал. Но в этот раз последний не будет зажиматься и ждать пока это всё закончиться. Яори в порыве гнева разорвал на Азе дорогой костюм. А потом этот костюм пропитался кровью первого. Перекаты, удары, кряхтения. У обоих уже были и синяки, и царапины, и кровь. Но, кажется, никто из них не собирался сдаваться. Ещё никогда не удавалось видеть лицо первой буквы в синяках и крови, особенно с большим фингалом под глазом. Потому что он считался неприкасаемым, превосходным, совершенным. Вот теперь Яори действительно уничтожил что-то прекрасное. Сделал то, чего ещё никто и никогда не делал. Теперь всё это наяву. Последний не брезговал даже кусаться и рвать длинные волосы Аза. Конечно же первый превосходил его по силе, но у них обоих ни одного живого места на теле. Кто бы сильней не был у обоих были переломы или вывихи. Повсюду кровь. В воздухе сильный запах железа. Яори держался поразительно долго, но в этой битве он выдохся первым. Весьма отличный результат для того, кто за всё своё существование ни разу не дрался. Никто из них не может встать. Аз нависает над полуживым чернушным, да и сам первый не в лучшем состоянии. Он впервые прочувствовал ту боль, которую испытывал Яори после каждых издевательств. Вот и всё. Последний смиренно готовиться к концу. У Аза вполне достаточно сил, чтобы покончить со всем этим раз и навсегда. Последний готовился к этому и принимал всё со спокойствием. Однако, чернушный широко раскрывает глаза от удивления, когда слышит звонкий смех первого. Настолько искренне он ещё никогда не смеялся. Аз продолжал смеяться, даже когда из горла доносились лишь глухие хрипы. Даже если лицо последнего стало кровавым месивом он, не взирая на боль, продолжал выражать шок. Неужели он настолько сильно отбил первому мозг? От выражения лица чернушного Азу ещё смешнее. Наконец-то. Наконец-то на душе так хорошо. По началу первый сомневался что это сработает, но сейчас понимает что это самое безумное что он делал в своей жизни. К чёрту сценарии. Никакой гнили, никакого гнева, абсолютно ничего. Такой разрядки он никогда не испытывал. В реальность его возвращает ужасная боль. С кряхтением Аз отполз от последнего и облокотился спиной к стене. Ноги полностью отказали, видимо чернушный всё таки на что-то годится. Яори, благодаря адреналину, ещё может двигаться. Он тоже прислонился к стене и просто пялился в одну точку. Бесконечный поток мыслей сопровождал его даже в таком состоянии. Потому что он вообще ничего не понимал. Аз всегда был непредсказуемым. "Почему ты смеялся?" - Кое-как смог вымолвить последний с сорванным голосом. Азу тоже сложно давались слова. Они словно заново учились говорить. "Лицо у тебя тупое было". - Первый бы никогда не озвучил настоящую причину. Нельзя проявлять слабость. Больше они ни о чём не говорили. Их битва была эффективней любых диалогов. Но им обоим это было нужно. Никто не поймёт твою боль, как твой враг.