Ай, как больно.

      Тебя увезли ровно в четыре тридцать утра.       Какие-то люди затолкали тебя в пакет и увезли, как кота в мешке, чтобы больше не видеть твоего поплывшего в изнеможении выражения лица.       Хотелось ли мне увидеть тебя напоследок? Да не то чтобы. Тебя ведь и так опознали, стоило лишь взглянуть на мое страстно-бесстрастное лицо.       Не волнуйся. Я не оставлю тебя им. Ведь меня везут прямо за тобой в металлических наручниках и с правом хранить молчание.       На допросе я лишь буду фальшиво хохотать, смотря на злые гримасы, и вспоминать, как хорошо мне курилось рядом с мертвым тобой.       Позволят ли мне повторить это как-нибудь?       Темная сырая комната с решеткой навевает ностальгию, но как-то все равно тянет вернуться в облезлую комнату со скрипучими половицами, от которых мозоли в ступнях были обыденностью.       Тебе там, наверное, хорошо, поди. Прохладно и тихо. Все, как ты мечтал. Завидно аж.       Стряхиваю пепел на пол камеры, и он, к сожалению, не тонет в твоей луже крови.       Думаю, стерильное помещение тебе все же подходит больше.       Даже становится интересно. А как именно тебя не станет? Захоронят ли тебя в тонких дощечках под землей, где ты прогнишь до самых костей, или же аккуратненькими движениями струхнут твой пепел в треснувшую урну и развеют по ветру?       Я бы посмотрел на оба варианта.       Как и заглянул бы все-таки напоследок в твои мертвые заплывшие глазки. Может быть, это был бы первый раз, когда мне и вправду понравятся твои расширенные зрачки?       Думать больше не хочется.       Излагаю лишь факты.       В четыре тридцать утра, стабильно, перемещаюсь в момент твоего исчезновения из моей жизни.       На судебном заседании вспоминаю бледную, покрытую гематомами кожу, мертвецкий запах и блестящее кровью лезвие ножа в твоей груди.       За этот маленький инцидент ни вины, ни раскаяния не ощущаю. Только малость жалею, что совершил это преждевременно и довольно грязно.       Сказать судье мне нечего.       Я ведь все еще вспоминаю твое тело.       Оправдательный вердикт — любовь.       Приговор — пожизненный.