bad desire.

Музыка оглушала, свет софитов слепил, а воздух был наполнен ароматами духов и алкоголя. Сону, в своей шелковой рубашке, настолько тонкой, что через неё можно было разглядеть его тело, уверенно шёл через толпу, ощущая на себе множество взглядов. Он знал, как притягивать внимание, и сегодня был не исключением. Его блонд, слегка растрепанный, блестел под светом, а улыбка, игривая и дерзкая, обещала больше, чем слова. Сонхун, стоя у барной стойки, сжимал стакан в руке, его темные глаза следили за каждым движением Сону. Он ненавидел его. Ненавидел за то, как тот смеялся, как двигался, как дышал. Но больше всего он ненавидел себя за то, что не мог оторвать взгляд. Внезапно что-то щелкнуло в голове Пака, и он, оттолкнувшись от барной стойки, направился к Киму, который уже уходил в неизвестном направлении. Прежде чем Сону успел дотронуться до ручки двери в уборную, кто-то крепко схватил его за руки и прижал к стене, опаляя его шею горячим дыханием. - Ты выглядишь как дешевая шлюха, - произнёс Пак сквозь зубы, его голос звучал резко, но в нём слышалась неуверенность. Когда Сону услышал голос Пака, на его лице появилась усмешка. Его глаза сузились, а тело расслабилось. - А ты выглядишь как парень, который слишком много думает о том, что на мне надето, - парировал он, стараясь прижаться всем телом к Паку. - Или, может, тебе просто нравится то, что ты видишь? - сказал Сону и, наклонившись ниже, будто случайно, задел ягодицами уже возбуждённый орган старшего. Сонхун замер, его сердце билось так громко, что он был уверен, что Сону его слышит. Он хотел оттолкнуть его, сказать что-то колкое, но слова застряли в горле. Вместо этого он почувствовал, как его рука сама тянется к Сону, к его талии, к тому месту, где шелк облегал его тело так соблазнительно. Осознание пронзает голову, как удар тока. Пак сразу же убирает руку и отступает на шаг назад, чтобы отдалиться от Кима. Сону медленно разворачивается и, глядя на Пака сверху вниз, изучает его тело. Затем, посмотрев прямо в глаза Пака, он облизывает губы. - Почему ты так покраснел? Кажется, я знаю причину, - сказал Сону, словно растягивая каждую букву. Сонхун сглотнул, чувствуя, как пересохло в горле. Он ненавидел Сону за то, что тот так легко видел его насквозь. За то, что одним взглядом мог лишить его воли. За то, что пробуждал в нем чувства, которые он так отчаянно пытался подавить. - Это алкоголь, - пробормотал он, пытаясь оправдаться хотя бы перед самим собой. Сону наклонил голову, его глаза блестели в полумраке. - Неужели? А мне казалось, что это что-то большее. Что-то, что ты тщательно скрываешь за маской безразличия. Сонхун замолчал, не зная, что ответить. Он понимал, что Сону прав. Между ними было что-то большее, чем просто неприязнь или соперничество. Это было что-то опасное и притягательное, как пропасть, в которую он боялся упасть. Но в то же время он не мог отвести взгляд. Сону сделал шаг вперед, сокращая расстояние между ними. - Не отрицай это, Хуни. Ты же знаешь, что я говорю правду. Ты хочешь меня так же сильно, как и я тебя. Иначе зачем ты до сих пор здесь? Щелчок. Красный свет. Сонхун теряет контроль над собой. Он не в силах сдержаться и сразу же, притянув Кима к себе за талию, впивается в его губы. Его руки нежно обхватывают ягодицы Кима, и о боже, как же долго он мечтал об этом. Не прерывая поцелуй, Пак открывает дверь в уборную и, не глядя, заходит внутрь, ведя Кима. Сонхун неохотно отрывается от губ младшего, вглядываясь в его затуманенные лисьи глаза. Он хватает Сону за талию и усаживает на раковину, тут же вовлекая в новый поцелуй, страстный, жадный. Сонхун углубляет поцелуй, проникая в рот Кима, нежно посасывая его влажный и тёплый язык. Сону крепче хватается за раковину, он потерялся в ощущениях, ему слишком хорошо. Сонхун знает, как сделать всё так, как он любит. Внезапно Сонхун резко отстраняется и грубо хватает Сону за шею. - Ты думаешь, можешь вот так ходить, выставляя всё напоказ? - прошипел он, цепляясь за тонкую ткань его рубашки. Сону лишь усмехнулся, притворно невинно приподняв бровь. - А что, Хуни, тебе не нравится? - его пальцы скользнули по груди Сонхуна, чувствуя, как тот напрягся. - Или, может, нравится слишком сильно? Сонхун стиснул зубы. Он ненавидел этот голос, этот взгляд, эту… уверенность. Но больше всего он ненавидел то, как его тело предательски реагировало на каждое прикосновение. - Заткнись, – прохрипел он, но Сону уже был рядом, его губы находились всего в нескольких сантиметрах от уха. - Ты же сам подошёл, - прошептал он, и Сонхун почувствовал, как его пальцы опускаются ниже. - Давай признаемся… ты давно этого хотел. Внезапно маленькая рука Сону резко обхватила возбуждённый орган, заставив Сонхуна издать сдавленный стон. Сердце бешено колотилось, но он не мог пошевелиться. Проклятый Сону. - Ты… - начал он, но слова застряли в горле, когда лёгкий укус по шее заставил его вздрогнуть. Сону ухмыльнулся. - Я что? - Я хочу тебя. - произнёс Сонхун, нежно прикусив нижнюю губу Кима и слегка оттянув её. - Что, Пак Сонхун? – игриво улыбнулся Сону, глядя на него с хитрым прищуром. Пак наклонился к Сону и нежно коснулся его шеи языком. - Ах. - Хочу трахнуть тебя так, чтобы тебе снился мой член, чтобы ты мечтал о нём каждый раз, когда видишь меня, - сказал Сонхун, вглядываясь в лисьи глаза. Сону с трудом проглотил вязкую слюну. - Тогда сделай это, Пак Сонхун. Он действительно ненавидел Сону. За его самоуверенность, за его наглость, за то, как легко он заставлял его терять контроль над собой. Но больше всего он ненавидел его за то, что, несмотря на все это, он не мог перестать думать о нем. За то, что одно его прикосновение заставляло подчиниться.