Через семь миров

Джисон сидя за партой клевал носом и прикрывал рот рукой, чтобы не уснуть. Урок истории казалось, тянулся вечность. Он, честно говоря, даже не слушал о чём речь, и кидал взгляды в сторону Минхо. Они не ладили, вернее... он бесил его. Если по началу, когда Минхо только перевёлся хоть как-то нравился Хану, то симпатия сошла на нет, сменившись на неприязнь. Он — вечно первый, занимает призовые места на конкурсах, будто ему на зло. Ли даже вступил в музыкальный кружок в котором состоял Джисон, привлекая всеобщее внимание. Словно хотел показать этим, что Минхо лучше его, мол: «Смотри где я, а где ты». Он будто намеренно предлогал свою помощь в чём-то чтобы подколоть. И при этом Джисону не давало покоя одно — почему Минхо смотрит на него грустным взглядом, пока он не видит? Пытается привлечь внимание, или его расстраивает, что не может подобраться к такому простачку как Джисон, потому что он его отвергает? Хан по началу думал, что парню правда нечего делать, но как-то раз, направляясь в кружок он слышал обрывок его разговора с девочками: — Минхо, а можешь мне помочь с этим аккордом? — И мне тоже! Я хочу сыграть одну песню, но никак не получается... Минхо неловко рассмеялся: — Я конечно, могу наиграть какие-то аккорды на гитаре, но Джисон... Дальше он не захотел слушать о том, как Ли хвастается своими «умениями», о которых и так уже был наслышан. Из кружка Джисон не ушёл, приходил тогда, когда людей почти не было и наигрывал что-то в тишине. После этого он стал играть больше дома, чем в школе, а навязчивый образ Минхо не переставал выходить из мыслей, раздражая его даже сейчас. Хан качнул головой, отгоняя лишнии мысли. Это не то, о чём он должен думать сейчас. До конца учебного года оставалось два месяца. И, возможно в выпускном году девятого класса их распределят по разным классам, что нельзя не назвать сказкой. Последний раз они увидятся на летних занятиях, и этому не замысловатому «соперничеству» придёт конец. Пожалуй, это будет лучшим исходом. Спасительный звонок на последний урок наконец прозвенел. Джисон, быстро собрав вещи направился к выходу из класса, но его перегородил Минхо, встав прямо на выходе: — Постой. — Чего тебе? — Джисон раздражённо выдохнул. — Я... хотел поговорить, — запинаясь буркнул Минхо. — Нам не о чем говорить, — грубо отчеканил Джисон и, обойдя его, вышел. Джисон, спустившись на второй этаж с трудом нашёл Хёнджина, который сидел и завязывал кроссовки после урока физ-ры. — Бро-о, приве... — Валим, — Джисон, дёрнув друга за руку закинул его портфель себе на плечо, и потащил сразу в раздевалку. — П-погодь! Ты чего так мчишь? — Хёнджин, подняв слетевший кроссовок вопросительно приподнял бровь. — Минхо, — цыкнул он, кусая губы. Хёнджин, поправляя кепку перед зеркалом, тяжело вздохнул: — Завязывал бы ты фигнёй страдать. — Ты че гонишь? — Джисон нахмурился, до конца не понимая, или не желая вникать, про что он. — Гоню на то, что тебе надо перестать его шугаться, — буркнул Хёнджин и забрав свой портфель пошёл к двери. — Давай без этого, — Джисон выйдя за ним следом фыркнул. Хёнджин, понимая, что дальше возвражать нет смысла, лишь покачал головой. — Ладно. Тогда погнали в магаз за мороженкой? — За мороженкой. Парни чуть ли не вприпрыжку пошли в любой ларёк. Закупившись всякой ерундой они вышли из него и направились в сторону перекрёстка. И будто бы на зло всему встретились с Минхо. Он сжимал лямку рюкзака, колебаясь, но подошёл к Джисону. — Ты даже выслушать не хочешь? — Что из слов: "я не хочу говорить", тебе не ясно? Тебе самому не надоело лицемерить? — Джисон, перестань, — дёрнул его Хёнджин, но он даже не обратил внимания. — Чем я лицемерю? — с нажимом спросил Минхо. — Тебе ещё и объяснять это надо блять? — Джисон фыркнул и слегка толкнул его в грудь. Минхо лишь раздражённо выдохнул, изо всех сил сдерживаясь: — А ты пытался слушать людей, а не делать блять свои выводы? Слушать, а не игнорировать то, что хотят сказать тебе. — Тебя даже понимать не хочу, не то что слушать. И твоё вранье тоже слушать не хочу нахуй, — Джисон собирался ещё раз толкнуть парня, но Хёнджин схватил его за руку. — Да хватит! Почему ты даже не даёшь ему сказать? — взорвался уже Хёнджин. — Не хочу я с ним говорить! — шикнул Джисон: — Ты его даже толком не знаешь, а принимаешь его сторону? Серьёзно блять? — Ты мог его хотя-бы выслушать! Причём блять тут чья-то сторона, Джисон? — Да пошли вы нахер оба! Я пошёл блять отсюда, — Джисон, развернувшись, побежал через пешеходный переход прямиком домой. Улицы и машины промелькали мимо, а по щекам предательски скатывались слёзы, застилая взгляд. Хан, чуть не зацепившись за порог забежал в дом и, наспех разувшись побежал в комнату, даже не слушая, что говорит мама. Он скинул портфель и стал колохматить подушку. Слёзы предательски душили и в горле засел ком, но легче не становилось. Злость вперемешку с грустью словно разъедали его, заставляя метаться. Послышался знакомый стук, отчего парень непроизвольно напрягся. — Сынок, всё хорошо? — спросила мама, в её голосе промелькнули едва заметные нотки беспокойства. — Оставь меня, мам. — Твой друг же собирался... — Мам, пожалуйста, оставь меня, — с мольбой попросил Джисон и уткнулся лицом в подушку. — Если ты захочешь поговорить, дай знать, — миссис Хан тихо вздохнула и ушла. Джисон ударил подушку ещё сильнее, его будто разрывало от обиды и злости внутри настолько, что закипала кровь. "Я же... ничего толком не сделал? Почему я виноват? Почему он заступился за него, за этого..." — Хан раздражался в мыслях ещё сильнее и кинул подушку об стену. Частично злость его отпустила, но от чувства вины в солнечном сплетении стянулся тугой узел: он не хотел признавать, что не прав. Да, в моменте Джисон перегнул, когда послал и его, и Хёнджина вместе взятых, но поступок парня не оправдывало. Хёнджин пытался замять ситуацию, чтобы они разошлись, раз не могут поговорить, но всё вышло из под контроля. Перед ним точно стоило извиниться, ведь они друзья и то, что он пытался помочь — вполне нормально. После потока слез вместе с истерикой думать сил не было, да и после такой "весёлой пятницы" — хотелось только спать. Джисон уснул где-то в пол второго ночи, а после произошедшей ситуации в сон клонило ещё сильнее. Хан, подняв подушку укрылся одеялом с головой и уснул с мыслью, что ему точно нужно будет сходить к Хёнджину и извиниться завтра...

***

На следующее утро Джисон слышит противную мелодию будильника на телефоне, но подниматься совсем не хочется. Однако этот звон начинает раздражать всё сильнее, и Джисон, поднимаясь через силу, выключает его. Глаза парня находят знакомый будильник-часы на полу сломанным. Воспоминания о вчерашнем моментально всплывают в голове: он скинул его рукой с тумбы и со всей силы и тот треснул, вовсе перестав работать. Джисон, пожимая плечами идёт в ванную умываться, потому что глаза адски болят. Он принимает душ, быстренько одевается и выходит из дома. Джисон застывает в дверях как восковая статуя, смотря на друга сверху вниз: перед ним стоял Хёнджин с портфелем на плечах и в школьной форме. И голова от этого вверх дном. — Хёнджин, почему ты с портфелем? — В смысле почему? Сегодня пятница, — непонимающе хмурится Хёнджин, а после хихикает: — Ты что, опять дни недели попутал? И где твой портфель? Джисон, разблокировав экран видит следующее: дата 7 марта, пятница. Джисон бежит обратно домой и спешно переодевается, но в голове всё ещё хаос: если вчерашнее ему приснилось почему часы сломаны, раз он проснулся по обычному будильнику? почему то, что уже было повторяется, или всё это глупый сон? "Бред... не может такого быть", — качает головой Джисон и, быстро надевая портфель на плечи выбегает из дома. Но, то, что происходит дальше — переворачивает всё с ног на голову: слова Хёнджина вызывают у него лютое дежавю, меню в столовой тоже самое, что и вчера; учительница матетики опоздала на урок, а Минхо опять пришёл ко второму. И к концу дня происходит ровно тоже самое, что и вчера: — Постой. — Я не хочу говорить, — бурчит Джисон и вновь убегает, но: — Ты даже выслушать не хочешь? — не злобно, а с мольбой в голосе спрашивает Минхо. — Джисон, подумай прежде чем... — пытается вразумить друга он, но тот не слушает никого из них. — Не хочу, — шипит сквозь зубы Джисон и, убегая пихает Минхо плечом, оставляя их с Хёнджином как и в прошлый раз, думая, что будет лучше поступить так. И следующий день повторяется в точь в точь как и в прошлый раз, а потом ещё, и ещё раз. Один раз он решил просто никуда не пойти, но даже это не помогло — петля началась по новой, а голова начала ходить кругом ещё больше. Джисон пялил в потолок целыми часами, потому что не знал, что делать. Позже, он понял, что возможно дело в Минхо, но какой в этом смысл? Он вряд ли станет ему помогать, если вообще в курсе происходящего...

***

Минхо казалось, что он начинает сходить с ума от повторяющихся пятниц несколько раз подряд. Ещё от того, что Джисон буквально игнорирует его и вовсе не говорит, либо посылает: — Я не хочу говорить. — Отвали. — Не трогай меня. — Иди нахер, Минхо. Разбитая ваза на фоне всего этого продолжает мозолить глаза, и скоро полетит в окно. Сев на свое место Минхо протёр сонные веки, и стал во всю высматривать в классе Джисона. К счастью, он сидел на своём месте и пялился в окно. Минхо увидев его почувствовал некое облегчение, но волнение всё ещё продолжало сжимать грудную клетку в ледяных тисках. Сердце болело от мысли о том, что Минхо не сможет ничего сказать, что не поможет ему снять часть вины с себя, чтобы Джисону стало легче, и что он не признается ему вовсе и больше не увидит. Потому что он понимал: не попробует сейчас, шанса может больше и не быть. Как только Джисон вышел за дверь класса, Минхо рванул за ним. Парень проследил в какой туалет он зашёл, и быстро схватив его запястье, потащил за собой в кабинку. Минхо запер их на защёлку и посмотрел на лицо изморённого Джисона, под его глазами залегли тёмные круги, а лицо осунулось от усталости. Сердце болезненно сжалось, но он перехватил его запястья, чтобы тот не сбежал. — Отпусти, — слегка дёрнулся Джисон, но, понимая, что его не отпустят, дёрнул руками сильнее: — Отпусти меня, блять! Ли Минхо! — По другому ты бы не стал меня слушать, — Минхо прижал его руки к стене: — Так что стой и слушай. Я никогда, повторяю никогда не считал тебя ниже себя! Я участвовал в конкурсах и школьных мероприятиях, чтобы привлечь твоё внимание, а не... — А что тогда с клубом, а? Ты же как-то говорил с девочками про игру на гитаре, не помнишь? — Про игру... — Минхо чуть нахмурился, вспоминая, и посмотрел на него: — Ты думал, что я сказал, что я лучше тебя? — Я слышал... — Ты слышал часть! Я сказал, что знаю лишь базовые мелодии по типу кузнечика, но ты играешь намного лучше! — на одном дыхании выдал Минхо Я восхищался тобой, и поэтому захотел научиться... —...потому что ты мне нравишься, — он отпустил парня и стукнул кулаком по стене, а после отошёл на пару шагов. — А знаешь, забудь, — Минхо отвернулся от него собираясь уйти и изо всех сил сдерживая поток слёз, рвущихся наружу: — Всё равно это ничего не... Джисон взял его за запястье так крепко, будто боялся, что тот пропадёт. Сердце Минхо ухнуло вниз и он поднял на него взгляд. Ли встретился со светло-карими глазами Хана, в которых отражались смешанные эмоции. — Прости, что не пытался выслушать, — Джисон сделал к нему шаг, а затем ещё один: — Прости, что игнорировал. Прости, что я не пытался тебя понять, и вёл себя как полный придурок. Прости, что ранил и говорил всё это, не пытаясь даже понять твои намерения и поговорить, а ненавидел из-за недопониманий. Про... — Перестань, Джисон, — еле слышно попросил он и потянулся к парню. Минхо притянул его в свои крепкие объятия, а Джисон, дрожа прижался к нему и устроил голову на плече: — Сколько бы не отталкивал тебя, я не мог перестать смотреть, когда ты улыбался и бесился ещё больше. Бесился, что не смотря на всё это меня к тебе так тянет, сколько бы не думал... Минхо шмыгнул носом, чувствуя, как Джисон прижимается к его плечу. Всё это — можно было решить разговором, но во что всё превратилось? Они оба не могли высказать что-то друг другу, или попросту боялись, и из-за этого наворотили столько делов и ранили друг друга. — Я должен был признаться тебе ещё тогда, как перевёлся, — фыркнул Минхо, поглаживая парня по голове. — Подожди, ты тоже? — Джисон приподнял голову и заглянул ему в глаза. — Что значит тоже... — Ты нравился мне с тех пор. Точнее... — Джисон бегло облизал губы: —...ты мне и сейчас нравишься, а не... — Я понял, — Минхо улыбнулся и покачал головой: — Столько всего из-за одного разговора. Джисон прижался своим лбом к нему: — Который можно было решить, просто поговорив. Я идиот... — Перестань. — Это ведь факт, я должен был пого... Минхо щёлкнул его по лбу и Джисон тихо прошипел. — Мы. уже. поговорили, — по отдельности отчеканил каждое слово Минхо: — Мы все совершаем ошибки, и главное что ты это понял. Вместо извинений и чего-то прочего, лучше скажи: ты хочешь попробовать начать встречаться? — Я хочу, но боюсь... — замолчал Джисон. Минхо коснулся его щеки, поглаживая: — Всё будет хорошо. Самое важное ты понял, а в остальном я буду рядом. — Я постараюсь стать лучше ради тебя, — Джисон накрыл его руку своей и слегка сжал в бережном жесте. — Мы оба постараемся чтобы эта ситуация не повторилась, — поправил того Минхо. Джисон крепко обнял Минхо, и он устроив голову на его плече, прикрыл глаза. Джисон поглаживал его по голове. Минхо поглаживал парня по спине, ощущая как нежно чужие пальцы поглаживают голову, а тепло окутывало с головы до ног не только физически, но и душевно. Буря в душе успокоилась и сердце наполнило непривычное умиротворение. Спустя долгие минуты они разомкнули объятия и, заглянув друг другу в глаза, неловко улыбнулись. Джисон взял лицо Минхо в свои ладони и прошептал: «Я больше не буду делать тебе больно». Уши Минхо заметно покраснели и, он, неловко пихнув парня плечом вышел за ним, а Джисон проводил его внимательным взглядом. Они говорили столько времени, что урок подошёл к концу и прозвенел звонок, и пошли уже оставшиеся четыре. Парни перекидывались записками и в процессе обменялись телефонами, и также быстро прозвенел звонок на последний урок. Джисон непроизвольно вздрогнул, но, качнув головой, собрался и сам подошёл к Минхо. — Иди с Хёнджином, — Минхо положил свои руки на его плечи и слегка сжал: — Если что напишешь мне завтра, хорошо? — Хорошо, — Джисон кивнул, — Я тогда пойду вперёд, но-о, —... я буду писать вечером. — Я уже понял, иди, — Минхо махнул на него рукой и парень, помахав ему на прощание, ушёл. Сердце всё ещё бешено стучало в груди, так и норовя выпрыгнуть, но теперь от радости, нежели от боли. И от этой мысли Минхо стало намного легче, ведь они наконец смогли поговорить и понять друг друга, а это самое главное.

****

Джисон шагая за Хёнджином всё ещё прокручивал сегодняшнее событие в голове, чувствуя, как бешено бьётся сердце. Не от тревоги, а от радости, что теперь всё будет по другому... — Ало-о, земля! — Хёнджин щелкнул пальцами перед глазами друга: — Ты тут вообще? — А... да, прости. За мороженым? — Я спрашивал как ты, болда, — Хёнджин потрепал его по волосам: — Мороженое тоже хочу кстати, но не об этом! — Я нормально, правда, просто задумался. — Ты и думать умеешь? — Очень смешно, щас обоссусь. Парни направились в сторону магазина, а через ворота школы вышел Минхо. Джисон, встретившись с ним взглядами махнул рукой, и он сделал тоже самое в ответ. На душе потеплело и былое волнение отпустило парня. — Вы... попрощались? — Хёнджин сверлил друга удивленными глазами, и, взяв за плечи начал трясти: — То-то я сразу не додумался. А ну, рассказывай! — Да расскажу я, расскажу, — возмутился Джисон, схватившись за него в ответ: — Только перестань трясти меня, как грушу! На протяжении всего вечера Джисон переодически писал Минхо, что-то присылая и рассказывая, а он активно ему отвечал. И, как оказалось у него был кот, а точнее целых три. Хёнджин его подкалывал, за что Джисон пихнул его пару раз, а потом получил и сам. Джисон отрубился буквально с телефоном в руках и провалился в глубокий сон, как и Минхо.

***

Джисон опять слышит звон телефона, и, не смотря имя контакта, поднимает трубку. — Ало? — Джисон, новый день. — Новый день что? — не понял только проснувшийся Джисон. — Настал! Сегодня суббота! — крикнул в трубку Минхо и остатки сна прогнало как рукой. Джисон, осев на кровати, посмотрел в сторону тумбы: сломанные часы стояли на ней, показывая десять утра. — Минхо, у тебя было что-то сломано? — Ваза, и она... — Цела, и мои часы тоже, — Джисон выдохнул в трубку: — Какое облегчение. Давай встретимся? — Сейчас? — Я не вытерплю ждать до понедельника. И так много упустили, я хочу тебе кое-что сказать. — Если честно, я тоже не вытерплю, потому что тоже хочу кое-что тебе сказать, — хихикнул Минхо: — Я подойду к парку возле твоего дома. — А тебе недалеко? — Один квартал, — он фыркнул: — До встречи. Джисон даже не успел ничего сказать, как парень отключился. Он накинул джинсовку на плечи и выбежал из дома, не переодеваясь. Дыхание сбилось от бега, но как только парень увидел каштановые волосы Минхо, у него словно открылось второе дыхание. Джисон, подбежав к нему крепко обнял, и Минхо, пошатнувшись, прижался к нему, устроив руки на спине. — Я думал, что как только усну, всё пропадёт, — Джисон уткнулся лбом в его плечо. — Меня преследовали те же мысли, но в итоге всё обошлось, — Минхо облегчённо выдохнул, перебирая его волосы. Он, уткнувшись парню в грудь, буркнул: — Я так рад, что всё хорошо. — Не представляешь, насколько и я, — Джисон улыбнулся. — Что ты хотел сказать? — А ты что хотел сказать? — Я первый спросил. — Ты же тоже хотел. — Ладно, давай вместе. — Давай начнём встречаться, — парни произнесли слова чуть ли не в унисон, и тут же покраснели до кончиков ушей. — Я же спрашивал тебя, — Минхо, осмотрев его с ног до головы, хмыкнул и скрестил руки на груди: — И ты, кстати, в пижаме. Джисон шутливо закатил глаза: — Я выбежал в чём был. И ты вчера спросил хочу ли я, — он протянул свою руку: — Так что? — Я согласен, а ты? — Минхо поиграл бровями-вверх вниз и переплёл свои пальцы с его. Джисон рассмеялся: — Конечно согласен! Только... надо сходить надо домой переодеться, а потом можно и выйти куда-нибудь. — Пошли, — Минхо хихикнул: — Я тебя подожду. С этого момента всё будет постепенно налаживаться, Джисон и Минхо будут постепенно сближаться, а их любовь — становиться крепче. Ведь самое главное не забывать говорить, когда ты чувствуешь, и они оба это поняли.