Белый волк

Волшебный лес полон загадок, таинственных звуков и диковинных существ, что вот-вот нападут на вас из-за высоких деревьев и унесут в самую чащу. Зимний волшебный лес светел и чист.    Из-за большого  количества снега, выпавшего в этом году, он покрыт глубокими сугробами, а в солнечную погоду свет проникает сквозь голые ветви, создавая обманчивое ощущение безопасности.    Между деревьями по еле заметной тропинке пробирается человек в теплой одежде. Он опирается на посох, но быстрая походка выдает в нем молодость и силу. Вот он останавливается, прислушиваясь к звукам вдали. Когда они смолкают, взгляд молодого человека поднимается наверх. Он смотрит на голубое небо, которое отражаясь в его серых глазах, делает их яркими и придает им необычный холодно-синий оттенок. Из-за запрокинутой головы шапка падает и мы видим, что его волосы такие светлые, что почти сливаются с цветом снега. Он глубоко вдыхает морозный воздух и замирает, закрыв глаза. Наконец, выдохнув, молодой мужчина поднимает шапку и продолжает свой путь.   Примерно через пол часа он останавливается, достает деревянную палочку и перед ним проступают очертания небольшого бревенчатого дома. Он поднимается по скрипучей лестнице на крыльцо, открывает низкую дверь, оглядывается и входит в дом.     На удивление, внутри гораздо просторнее, чем кажется снаружи. Если со стороны дом выглядит как маленькая охотничья сторожка, то внутри это большое уютное помещение в темных цветах натурального дерева. Оно включает в себя просторную гостиную с камином, уютным диваном и креслами, кухню из дерева и камня и спальню с большой кроватью.   Молодой человек скидывает со спины рюкзак, снимает верхнюю одежду, проходит на кухню и ставит чайник на плиту. Видно, что он хозяин в этом доме. А отсутствие чьих либо еще вещей, говорит о том, что он живет здесь один.    Один. Уже на протяжении полугода он не видел ни одной живой души. Только лесные звери и волшебные существа, не обладающие человеческим разумом, попадались ему за  это время. Он бы никогда не подумал, что будет жить отшельником в лесу, но для его сегодняшнего положения это было наилучшим решением, да и для душевного состояния тоже.     Драко Малфой оказался не на той стороне. После войны ему было предъявлено множество обвинений и его черная метка была главным доказательством. То, что он был не на той стороне Драко понял уже давно: когда в его доме поселились страх и ужас, вместе с темным лордом, когда он стоял перед Дамблдором не смея произнести заклинание, когда на его глазах убивали людей, которых он знал, когда пытали Грейнджер. Грейнджер… Это воспоминание было одним из самых тяжелых. К тому времени он уже давно не испытывал к ней ненависти или даже раздражения. В последние годы учебы он постепенно менял свои взгляды, сомневался, боялся, понимал, что не хочет победы Волондеморта. Глядя на гриффиндорцев, он вдруг осознал, что многое бы отдал за то, что бы оказаться среди них и иметь поддержку друзей и близких. При этом ему приходилось балансировать между своими внутренними изменениями и внешней демонстрацией преданности Темному Лорду. Видеть страдания Гермионы было тяжелее всего, именно она и ее стойкость стали для него символом победы света и добра. Еще тяжелее было понимание того, что он ничего не сделал тогда. Все на что его хватило, это сказать, что не узнал их и не мешать последующему побегу. После, он жалел о том, что не вмешался, лучше бы он умер в собственной гостиной, защищая Грейнджер, чем опять жить со страхом в душе и уверенностью, что она его ненавидит. Но после войны Грейджер и вся троица, на удивление, давали показания в его защиту. Благодаря им и тому что Драко не было 18 лет на момент событий, ему удалось избежать Азкабана. После суда он впервые сам подошел к гриффендорцами и поблагодарил их. Пожал руку Гарри и Рону, Гермионе же он только кивнул, не смея смотреть ей в глаза.    За все прегрешения, вероятнее всего,  Драко надолго лишили бы магии, пока он не реабилитирует свое имя. Единственный шанс не остаться без волшебной палочки, был выбрать себе деятельность, исключающую лишение магии. Из предложенных ему, работа лесника была именно такой, т.к. безопасность требовала того, чтобы человек мог пользоваться волшебной палочкой, находясь в лесу, полном опасностей. Драко знал, что без магии не сможет жить, она бурлила в нем, требуя выхода, поэтому предпочел одинокое прозябание в лесу, такой же одинокой жизни в мэноре без волшебной палочки. Кроме того, у него здесь была работа, которая отвлекала от тяжелых мыслей. Она заключалась в подсчете численности различных волшебных существ, защите леса от случайного обнаружения маглами, предотвращение конфликтов между волшебными существами и много чего еще.    Этот лес, в отличии от того, который был возле Хогвартса, не населяли огромные пауки и оборотни, он был более безопасным, но все же нужно было держать ухо в остро. В конце лета, когда он только приехал сюда, несмотря на месячное обучение, Драко умудрился в течении нескольких дней быть укушенным огромным хищным слизнем, попасться в смертоносные силки, упасть на дно глубокой канавы, скрытой чарами невидимости и пару раз заблудиться. Но постепенно он научился избегать опасностей, хорошо стал ориентироваться  в лесу, мог часами бродить без устали, выполняя свою работу, т.к. в целях безопасности аппарация  здесь была запрещена. Он отправлял еженедельные отчеты в отдел регулирования волшебных популяций совой и получал различные приказы министерства. Обычно это были такие задания, как посчитать примерное количество особей в стае диких волкодавов, убедиться, что кормовой базы достаточно для небольшой популяции единорогов, проживающих в этом лесу, убрать стволы огромных деревьев, упавших после урагана. Все это не требовало его личного присутствия в министерстве, письменных отчетов было вполне достаточно. Он знал, что иногда к нему могут нагрянуть с проверкой, но за пол года еще никто не появлялся, хотя Драко исполнял свои обязанности в точности по должностной инструкции. За пол года он очень изменился, жизнь в суровом лесу сделала его черты более мужественными, он окреп физически, научился бороться со своими страхами и со свойственной ему скрупулезностью, изучал свойства различных растений, повадки зверей, как волшебных, так и обычных, живущих в этом лесу. Свежие продукты раз в неделю появлялись в небольшой кладовой на кухне, готовить Драко должен был сам. И со временем у него стало неплохо получаться.          Он хотел этого одиночества, оно было ему необходимо, чтобы привести мысли в порядок. И именно здесь, в тишине леса, он мог в полную меру насладиться самыми болезненными из них. Отец в Азкабане, мать уехала из страны, когда узнала, что Драко все равно будет далеко. Только ее письма оставались для него связью с окружающим миром. Газет он специально не выписывал, не хотел знать, предполагать, мечтать, как бы сложилась его жизнь там, в этом мире, если бы он был на правильной стороне. Но однажды, уже в декабре, среди продуктов, он увидел на дне корзины страницу из Пророка. И первое, на что он бросил взгляд, была фотография Гермионы Грейджер и Рона Уизли. Она улыбалась своей мягкой улыбкой, а потом с нежностью смотрела в лицо рыжему. На странице была только часть статьи, о том как молодые амбициозные волшебники работают в министерстве, сколько у них идей и желания сделать волшебный мир лучше. Если до этого Драко не позволял себе думать о Гермионе, то увидев ее фото, долго сдерживаемые мысли о ней, опять стали проникать в его сознание. Что было бы, если бы он не вел себя с ней по хамски почти все 7 лет? Могли бы они нормально общаться? Подружись бы они? Попытался бы он за ней ухаживать? Да, да и еще раз да! Сейчас он это точно понимал. Если бы чистокровное окружение не вдалбливало ему о том, что маглорожденные это низшие существа в мире волшебников, он бы давно позволил себе восхищаться ею. Ведь даже находясь под давлением взглядов отца, мысли о том что Грейджер умна, талантлива и красива с каждым годом все больше проникали в него. Если бы такая девушка была среди его круга общения, он бы сделал все, чтобы завоевать ее. А что ему оставалось теперь? Только смотреть на ее колдографию, которую он так и не смог выбросить и завидовать Уизли, с которым, видимо, она встречалась.     Как назло, зима в этом году выдалась холодной и снежной, частые снегопады и метели всю зиму и не отпускали волшебный лес. Если бы не магия, домик лесника давно бы полностью засыпало снегом. Почти каждый вечер за окном завывала вьюга, тоскливые звуки придавали одиночеству Драко еще большую безнадежность. В такие ночи, он не мог уснуть. Компанию ему составляла только одна из тех немногочисленных бутылок огневиски, которые ему удалось провести сюда. Драко не любил выпивать, но именно в такие вечера он понимал, что не сойти с ума можно только заглушив боль обжигающим напитком. И вот так  в кресле, со стаканом в руках он проводил свои холодные ночи. Думая о том, как далеко он сейчас от всех, в маленьком доме, посреди огромного ледяного леса. А где-то там Гермиона Грейнджер живет своей счастливой жизнью рядом с другим и никогда не узнает, как прочно поселилась в мыслях Драко Малфоя.    Приготовив себе незамысловатый ужин, он заполнил бланки для отправки в министерство и сел в свое любимое кресло почитать. Он всегда много читал, к счастью, дом лесника снабдили большим количеством книг, научных и художественных, что помогало Драко разнообразить его жизнь в лесу. Погода портилась. Уже вечером небо заволокло тучами и пошёл колючий снег. А к ночи разразилась настоящая буря, сильный ветер порывами бил в окна домика и когда Драко пытался что-то разглядеть в них, видел только белую мглу вокруг. Иногда порывы были такими сильными, что стекла дрожали и Драко пришлось наложить на комнату дополнительные согревающие чары, чтобы холод с улицы не проникал внутрь. Он продолжал чтение допоздна, находя радость в уютном времяпрепровождении, в то время как снаружи развернулся настоящий апокалипсис.     Вдруг он услышал поскребывания снаружи у двери, а потом тихий стук. Палочка ту же оказалась у него в руках. Осторожно он подошел ко входу. Стук повторился. Драко схватился за ручку и резко открыл дверь, выставляя вперёд палочку. Сначала он ничего не заметил, но потом, опустив глаза вниз, увидел, что кто-то лежит прямо у его порога. Не опуская волшебную палочку Драко попытался приподнять голову человека и его глаза расширились от шока: — Грейджер? — Малфой, помоги мне… — еле выговорила она.  Тут же он приподнял ее и затащил в комнату. Гермиона была вся покрыта снегом. Драко быстро захлопнул дверь, пока стужа не проникла в дом. — Что случилось? Ты ранена? — Он продолжал придерживать ее, не давая упасть, одновременно пытаясь обнаружить  ранения. — Нужно снять мокрую мантию, пойдем к камину. — Я не могу идти… — Давай я помогу. Драко скинул с нее когда-то водонепроницаемую, а сейчас заснеженную, насквозь мокрую мантию и подхватив на руки отнес Гермиону на диван. — Черт, ты вся ледяная! Грейнджер, у тебя может быть переохлаждение, нужно срочно снять с тебя сырую одежду.   Он помог ей снять мокрый свитер и футболку, опуская при этом глаза и накрывая ее пледом. Когда она попыталась стянуть штаны, Драко потянул за штанину, Гермиона громко вскрикнула. — Прости, — он оставил попытки снять штаны таким образом.  — Кажется я сломала ногу. Как же больно…— она зажмурилась. — Так, подожди, сейчас я посмотрю. Малфой осторожно приподнял штанину, огромный синяк виднелся на распухшей голени. — Да, похоже на перелом. Сейчас я дам тебе обезболивающее.    Он сбегал в кладовую за обезболивающим зельем и дал его выпить Гермионе: — Боль сейчас утихнет, но мы должны срастить кость. Лучше сделать это сразу, пока не усилилось воспаление. — Я потеряла свою палочку в лесу, не смогу сама, — со стоном сказала она. — Я сам все сделаю, только не двигайся. — Ты? Ты срастишь мне перелом?  — Грейджер, меня учили этому прежде, чем отправить сюда, — сказал он, слегка закатывая глаза. — Я знаю, да, хорошо. — Будет больно, потерпишь? — Да. Он произнес заклинание над ее ногой и там что-то дернулось с хрустом — А-а-а… — Все, все… Тшшш… Все сраслось, сейчас боль пройдёт.    Гермиона тяжело дышала не открывая глаза. — Теперь тебе нужно согреться, иначе заболеешь. Я сейчас.   Он прошел в ванную комнату и включил воду. Потом, заглянув кладовку, взял бодроперцовую настойку и принес ее Гермионе: — Выпей, Грейджер.   Гермиона открыла глаза и послушно взяла зелье, тут же выпивая его. Ей сразу стало лучше.  — Спасибо. — Расскажешь, что случилось? — спросил Малфой. — Да. Сейчас. — Она зябко поежилась под пледом. — Недавно меня назначали на должность заместителя начальника отдела регулирования магических популяций. Предыдущий заместитель ужасно исполнял свои обязанности! Несколько лесничеств, находящихся в его ведении, абсолютно им не контролировались, — распалялась Гермиона. — Малфой, к тебе никто не приезжал пол года, почему ты не жаловался? — Я думал это нормально для нашего министерства, — он усмехнулся, — к тому же меня все устраивало.  — Нет, это не нормально. Я первым делом начала рейд по волшебным лесам. Твой был первым в моем списке, — она слегка смутилась. — Сегодня днем была прекрасная погода и я решила пораньше освободиться и переместиться сюда. Взяла порт ключ, изучила дорогу на карте до твоего дома и переместилась в единственную возможную для аппарации точку этого леса.    Она помолчала, немного отдышавшись.  — Но здесь погода уже портилась, шел снег и я скорее пошла в сторону дома. — Почему не написала мне, я бы встретил тебя? — Не знаю… Я подумала… — Приду-ка я неожиданно и посмотрю, не замышляет ли чего гадкий Малфой один в лесу,— передразнил он.  — Нет, совсем нет. Я… Короче, быстро стемнело и я угодила в какую-то глубокую канаву, не заметив ее. — Это невидимые канавы, их полно здесь, поэтому неопытные волшебницы и не должны одни разгуливать по лесу! — Я не неопытная, Малфой! — воскликнула Гермиона. — Я несколько месяцев выживала в лесу в палатке! — Я прекрасно знаком с твоей биографией, Грейджер, но тот лес не был волшебным! Там не было столько опасностей! — Ну конечно нет, быть пойманными отрядом пожирателей, разве это опасность!   Драко молча кинул на нее сокрушенный взгляд. Чуть помолчав, спросил: — Ты сломала ногу упав в канаву? — Да. И потеряла палочку.  — Как ты выбралась? — Это было долго, — она вздохнула. — Сначала я пыталась найти палочку, но не могла, она не призывалась, наверное застряла где-то во время падения. Нога ужасно болела, я еле выбралась по чуть пологому склону. Пришлось ползти сюда сквозь пургу, я не могла наступить на ногу. Хорошо, что оставалось не так далеко.    Его взгляд выражал одновременно злость и сожаление: — Ты даже не представляешь, как тебе повезло, Грейджер, что я не установил сегодня дизилюминационные чары на дом. Ты бы просто прошла мимо, не заметив его и замерзла бы насмерть, понимаешь это? — Я рассчитывала быть здесь засветло и с волшебной палочкой, так что не видела никакой в этом опасности.  — Это было самонадеянно! — Я бы сказала, не совсем предусмотрительно.   Он снова посмотрел на нее, сверкнув глазами: — Ладно, твоя ванна готова. Иди, тебе нужно хорошо согреться. Помочь дойти? — Нет, я теперь сама, спасибо.    Она медленно встала с дивана, кутаясь в плед и все еще немного прихрамывая,  пошла в направлении указанном Драко.   Зайдя в ванную комнату Гермиона увидела большую ванную наполненную водой с пеной. Ей стало весело от мысли, что Малфой подумал о том, чтобы ей было приятно принимать ванну. Она сама не знала почему, смущалась рядом с ним, что в момент, когда он благодарил их после суда, что сейчас. Даже в школе, в старших классах, когда их взгляды пересекались, Грейджер замечала в его глазах уязвимую открытость, что заставляло ее смущенно отводить взгляд.     Когда она узнала о том, что среди лесников находящихся в ее подчинении, значится имя Драко Малфоя, желание тут же навестить его, заняло все мысли Гермионы. И она сразу решила осуществить свой план, забыв о безопасности.     Пока Гермиона была в ванной, Драко не знал куда себя деть. Все происходящее казалось нереальным. Он поставил чайник на плиту, достал какао, чашки. Поправил подушки в гостиной. А сама мысль о том, что Гермиона сейчас лежит в его ванной, наверняка, абсолютно голая, заставляла его густо краснеть.    Через пол часа она вышла: — Я взяла твой халат. — Конечно. Он чистый, — ответил Драко, тут же скользя взглядом по ней в новом одеянии. — Спасибо.  — Будешь какао? Или может быть чай? — Какао, пожалуйста.   Драко заварил напиток. И они молча пили его, каждый занятый своими мыслями.  — Завтра надо будет пойти отыскать твою палочку, — сказал Драко, спустя пять минут, — Только так ты сможешь выбраться отсюда. У меня нет портключей и я не могу аппарировать из леса без специально разрешения от министерства. А завтра у них выходной, сова прилетит только в понедельник. — Ты можешь отправить патронус Гарри, о том, что я здесь? — Нет, я не умею вызывать патронус. — Это легко! Смотри, тебе нужно подумать о каком нибудь… — Я знаю, как это делать технически, но у меня нет счастливых воспоминаний, Грейджер, представь себе!  — О-у, понятно…  — Все, чему я радовался когда-то, отравлено для меня теперь ужасной идеологией, что была тогда у нас. Эти воспоминания не дают мне ощущения счастья, — тихо добавил он. — Извини… Я… я уверена у тебя обязательно появятся новые, — она ласково взглянула на него.  — Спасибо за заботу, — ему почему-то стало больно от ее взгляда. — Пора спать, Грейнджер. Ложись в спальне, а я в гостиной.  — Я не хочу тебя беспокоить. — Уже побеспокоила, свалившись мне на голову без предупреждения. Сон на диване это самое безобидное, что я от тебя ожидаю, — ответил он с усмешкой. — По  моему ты преувеличиваешь масштабы катастрофы, Малфой. Ну хорошо, не буду спорить и лягу в спальне. — Она встала из-за стола. —Спокойной ночи! — Сладких снов, Грейнджер, — сказал он и тихо добавил, когда она скрылась за дверью спальни, — Кажется, масштабы моей катастрофы еще больше, чем я мог предположить.   На следующий день Малфой проснулся ни свет ни заря. Он полежал немного, сомневаясь, не приснился ли ему вчерашний вечер. Но увидел на кресле одежду Гермионы, высушенную им перед сном магией и все сомнения исчезли. Он встал с размышлениями о том, как это будет выглядеть, если он приготовит для нее завтрак.    Гермиона встала позже чем обычно, боль во всем теле после падения, еще давала о себе знать. Умывшись и безрезультатно попытавшись уложить свои буйные кудри без магии, она вышла из спальни. Из кухни раздавась какие-то звуки и Гермиона направилась туда. Драко стоял в переднике и что-то переворачивал на сковороде: — Доброе утро, Грейджер. Твоя прическа, как в лучшие времена Хогвардса! — И тебе того же. Милый фартук, у эльфа одолжил? — Парировала она. — Ага, решил побыть в роли эльфа, в надежде получить из твоих  рук вязанную шапочку. — О, ты столько обо мне знаешь, Малфой, не думала, что ты наблюдал за мной в школе. — Я вообще очень наблюдательный, Грейджер, —  ответил он разглядывая Гермиону в своей пижаме, которую оставил для нее вчера, — садись уже есть. — Так это для меня ты… — Конечно, нет, Грейджер, я всегда так завтракаю, — сказал он комично, задирая нос и оглядывая завтрак из трех блюд.    Гермиона, неудержавшись, захихикала.    После завтрака они начали собираться на поиски волшебной палочки:  — Послушай, Малфой, почему этот камин не подключен к сети? Это было бы очень удобно. — Чтобы мой дом стал проходным двором? Нет, меня вполне устраивает, что сюда трудно добраться. — Это небезопасно для тебя самого. Если бы я знала, что здесь такой большой камин, давно бы занялась этим вопросом!  — Даже не сомневаюсь, Грейджер, — закатил глаза Малфой.   Одевшись, они вышли из дома. Драко шел первым, расчищая тропинку от снега с помощью магии. Дойдя до, казалось бы ровной поляны, Малфой взмахнул палочкой и на ее месте появилась глубокая канава. — Вот сюда ты, скорее всего, упала, — сказал он. — Ого, она очень глубокая, кто только придумал эти скрытые канавы! — Так лес защищает себя от чужаков, все его обитатели хорошо знают их месторасположение. — Акцио, палочка Грейджер, — произнес Драко, но ничего не произошло. — Придется искать так, стой здесь.   С этими словами он осторожно начал спускаться по крутому склону, параллельно поднимая с помощью магии поваленные ветки и стволы поблизости и продолжая призывать палочку Грейджер.  — Черт… Как ты только тут все кости не переломала! Здесь на каждом шагу сухие коряги! — крикнул он ей. — Видимо, я везучая! — Не совсем… — ответил он тише, — Я нашел твою палочку, она сломана, Грейджер. — Что? О, нет! — Да, — сказал он поднимаясь обратно, — разломилась ровно посередине, с такой палочкой точно не получится аппарировать.    Он отдал ей сломанную палочку. — Ну и что мне теперь делать! Я смогу заказать новую палочку только в понедельник и ждать мне ее придется недели две! Я даже одолжить ее ни у кого не смогу, так как по новым законам волшебник может пользоваться только своей палочкой. — Я жил без магии два месяца, пока шло следствие, — ответил Драко. — И что? У меня работа, Малфой, а не праздная жизнь аристократа! — закипела Гермиона.  — Ну так добро пожаловать в мою праздную жизнь, Грейджер! Развлекайся! Могу предложить тебе пешую прогулку через весь лес, к завтрашнему дню, возможно, выйдешь из него! Тебе в ту сторону! — он махнул рукой в самую чащу. — Не будь засранцем! — Не веди себя так, как будто я виноват в твоих бедах! Я тебя не звал! — Это моя работа, Малфой! Надеюсь, ты не думаешь, что я специально пришла полюбоваться на твою физиономию! — она смотрела на него уперев руки в бока. — Даже не сомневаюсь, что это так, специально выбрала пятницу? — Лучше заткнись! — Лучше иди следом, а то опять куда нибудь провалишься! Мы возвращаемся. — С этими словами он пошел по уже проложенной ими тропинке.  Гермиона молча шла сзади, раздраженно пыхтя. — Я чувствую твою агрессию, Грейджер. Постарайся не прожечь во мне дырку, — сказал он, с усмешкой оглядываясь. Она лишь хмуро посмотрела на Малфоя, вызывая у него тихий смех.   Через пять минут он резко остановился. — Что случилось, Малфой? — Стой, не двигайся, мне не нравятся эти звуки, — сказал он, доставая палочку. Она прислушалась, еле улавливая какие-то щелчки: — Что это? — Не знаю, всю дорогу было на удивление тихо, а сейчас эти звуки.   Гермиона попятилась, она сделала два шага в сторону от тропинки и зацепившись ногой за сухую ветку, шлепнулась назад: — Ой… В эту же секунду откуда-то из под снега выползла огромная змея с тремя головами и нависла над девушкой. Гермиона взвизгнула. Драко ту же выкрикнул: — Иммобулюс! — заклинание попало в среднюю голову, обездвижив ее.  Две другие переключили свое внимание на Малфоя.  — Остолбеней! — левая голова безвольно повисла. Но мощный хвост змеи ударил Драко и тот упал плашмя на землю. Тут же правая голова разинула свою пасть с острыми зубами. — Осторожно, Драко, она ядовита! — Ступефай! — Голова резко пригнулась, впиваясь ему в ногу. — Иммобулюс!  Наконец и третья голова была оглушена. Но ее острые зубы крепко держали ногу Драко. — Малфой! — Гермиона бросилась к нему, — Нужно срочно разжать челюсти, пока весь яд не проник в рану!   Драко с помощью магии освободил ногу, кровь сочилась сквозь брюки. — У тебя есть настой бадьяна? Он нейтрализует яд Руноследа! — быстро заговорила Гермиона. — Да, в доме… — он тяжело дышал. — Пойдем скорей, я помогу тебе, иначе ты скоро потеряешь сознание. Драко наложил обезболивающее заклинание на ногу и с помощью придерживающей его Гермионы, медленно пошел вперед.   С каждым шагом силы покидали его.  — Давай, Малфой, осталось немного. — Да, иду…— он еле волочил ногами. Сделав усилие и пройдя еще немного, Драко почувствовал, что теряет сознание. Последнее, что  отпечаталось у него в голове, очертания дома за деревьями.    Медленно открыв глаза, Драко не сразу вспомнил, что случилось. Он лежал на диване и сквозь пелену видел обеспокоенное лицо Грейнджер:  — Ты в порядке, Малфой? — Что случилось? — Драко попытался пошевелиться. — Тебя укусил Рунослед. И ты был несколько часов без сознания. Но сейчас все хорошо, бадьян нейтрализовал яд. Как ты себя чувствуешь? — Голова кружится, — тихо сказал он. — Так бывает, — Гермиона пощупала его лоб, — сейчас начнёт проходить.   Драко крепко зажмурился и открыл глаза, пелена исчезла.  — Как ты дотащила меня? — спросил он. — Там немного оставалось, ты сам дошел почти до дома. — Спасибо. — Это тебе спасибо, Драко. Это ты нас спас, — она внимательно смотрела на него. — Я несу ответственность за то, что происходит в этом лесу, Грейнджер. Но не понимаю, почему он проснулся. Они в спячке зимой.  — Видимо, слишком большое количество снега завалило его укрытие, заставив выйти из него. — Я должен перенести его с мороза, иначе он погибнет, — сказал Драко убирая плед с ног. — Ты раздела меня? — Спросил он, накрывая обратно голые ноги. — Пришлось, мне нужен был хороший доступ к ране, — сказала, смущаясь Гермиона. — Тебе лучше не вставать пока.  — Это редкое животное и нужно срочно перенести его, — ответил Драко, приподнимаясь. — Может, отвернешься? — Он усмехнулся, глядя, как она внимательно смотрит на него.  Гермиона отвернулась, пряча лицо в волосах, пока Драко шел в спальню, чтобы переодеться . — Я с тобой, — сказала Гермиона, когда он вышел. — Нет, уже темнеет, там довольно опасно. А я буду левитировать змея и не смогу следить за тобой. Подожди меня здесь. — А тебе не опасно? — Грейнджер, я здесь уже пол года и это моя работа! — сказал он — Просто дождись меня в доме, ладно? — добавил уже мягче. — Ладно, — недовольно буркнула она.   Драко исчез за дверью. А Гермиона, чтобы не сидеть просто так, мучаясь от беспокойства, пошла на кухню приготовить что-нибудь на ужин.    Через сорок минут скрипнула дверь, Гермиона бросилась ко входу. Это был Драко. — Все в порядке? — спросила она. — Да, я отнес его в сарай, наложив заклинание стазиса и создав там необходимую температуру. Весной он проснется и уползет в лес.  — Это хорошо. Я решила приготовить ужин.  — Отлично, кажется, я чертовски голоден.    Гермиона накрывала на стол, когда вошел Драко с бутылкой вина: — Снимем стресс? — спросил он с улыбкой. — Да, думаю это то, что нужно, — Гермиона улыбнулась в ответ. Они сели за стол. — За Руноследа и его счастливое пробуждение? — усмехнулся Драко, поднимая бокал. — За того, кто спас меня, — Гермиона с улыбкой взглянула на него. Драко закатил глаза: — Мы с тобой оба помогли друг-другу. — Тогда за нас, — сказала Гермиона и покраснела, поймав на себе взгляд Малфоя и поняв, как двусмысленно звучит эта фраза.   Они ели ужин, приготовленный Гермионой. Вино расслабляло и разговор потек легко и приятно: — Я видела у тебя много книг, читаешь что-то сейчас? — В основном изучаю магических животных. Но могу и для себя почитать что-то. Здесь это очень выручает от скуки. — А я могу читать сутками напролет. — Я в курсе, Грейнджер,— он хмыкнул.— Твои таланты бесспорны и готовишь ты  почти так же хорошо, как варишь зелья.  — Куда мне до тебя и твоего завтрака из трех блюд, Малфой. — Да, кстати и по зельям я был лучше тебя, — весело сказал он. — Ах ты… Да это потому, что Снегг постоянно прибавлял очки Слизерину! — Ну-у… Слизнотт был того же мнения. — Хорошо.  Давай устроим соревнование, кто быстрее и качественнее сварит какое нибудь зелье.  — Грейджер, ты все такая же, не можешь признать себя второй? — он уже откровенно смеялся. — А ты все такой же самовлюбленный индюк? — Ты не знаешь какой я. — Ты тоже меня не знаешь! — Знаю. — И что же ты знаешь?  Драко задумался. Потом убрал пустые тарелки. Налил еще вина. Они перебрались в гостиную. Грейджер вопросительно смотрела на него. Он вздохнул и тихо сказал: — Знаю, что ты всегда жалела, что потеряла 11 лет до Хогвардса, не зная, что ты волшебница и не имела возможности изучать магию, поэтому училась за троих и даже, когда ты опередила всех на курсе, не могла остановиться. Иногда, от усталости, после часов чтения в библиотеке, у тебя закрывались глаза и ты шла к себе в комнату не открывая веки, научившись отлично ориентироваться в коридорах в темноте. Ты всегда выступала в защиту магических существ, в том числе домашних эльфов, потому что прекрасно знаешь, каково это, когда тебя считают менее достойной. Ты подружилась с Поттером и именно в этот день Поттер обеспечил себе победу над Волон-де-Мортом, потому что без тебя, Грейджер, они с Уизли не дожили бы и до третьего курса. А тебе очень важно иметь возможность организовывать других людей! Любишь командовать, Гермиона? Именно поэтому ты с Уизли сейчас, он безинициативен и неконфликтен, очень удобно, правда? Но не очень интересно.  Поэтому ты допоздна сидишь на работе. Даже в выходные. Даже сейчас в моей компании, хотя если бы ты захотела, нашла бы способ выбраться от сюда. В тебе столько энергии, Грейнджер, что ее хватит на то, чтобы возглавить министерство магии, иметь троих детей и быть неиссякаемым источником вдохновения для того человека, которому посчастливится быть с тобой, конечно, если ему хватит ума понять, на сколько ему повезло! Так что, Гермиона, я вижу намного больше, чем ты думаешь!   Она смотрела на него округлившимися от удивления глазами. Драко уже жалел о том, что так неожиданно разоткровенничался.   — Вау…— только смогла вымолвить Гермиона. Он молча смотрел на нее. — Но знаешь что, Малфой, кое что ты, все же, не угадал, — заговорила она. — Мы с Роном уже не вместе. Мы решили, что быть друзьями у нас получается намного лучше. Так что, я здесь вовсе не потому, что мой молодой человек невообразимо скучен.   Драко не сводил с нее глаз: — Так ты признаешь, что находишься здесь столько времени по собственной воле? — Конечно. — И почему же? — Мне действительно скучно дома по вечерам. Я там одна, — голос её звучал грустно. — Кроме того, я вдруг поняла сейчас, что это ужасно несправедливо, что ты столько знаешь обо мне, а я о тебе нет. — Ты хочешь узнать меня? — Да.  — Почему? — Что-то в тебе всегда интересовало меня, Малфой. А за последние сутки этот интерес многократно возрос, — тихо сказала она.   Казалось, Драко не верит собственным ушам, он пристально смотрел на нее: — Послушай, Грейджер, я понимаю сегодняшняя опасность, по которой ты, наверное, соскучилась, вино, уютный дом посреди лесах могут навести на подобные мысли. Поэтому я боюсь неправильно понять тебя.  — Ты все правильно понял. Ты действительно нравишься мне, Драко, очень, — она опустила глаза, краснея. Он ошеломлено произнес: — Если это так, Гермиона… Я… я и мечтать не смел, когда нибудь услышать такие слова от тебя. — Он подвинулся ближе к ней. — Я хочу чтобы ты знала, я часто думал о тебе, как о далекой и несбыточной мечте. Даже здесь, в глуши этого леса, не проходило и дня чтобы я не вспоминал тебя. И раньше… Ты всегда была в моих мыслях, понимаешь? Я всегда смотрел на тебя. — Я уже поняла это из твоей предыдущей речи, Малфой. — Она положила руку ему на щеку и мягко улыбнулась.    Драко посмотрел на ее губы и она медленно приподняла подбородок. Это движение разбило последние сомнения. Он мягко коснулся ее губ своими. Она тут же ответила на поцелуй. Из нежного и робкого он быстро превратился в горячий и страстный.  — Гермиона… — он оторвался от нее на секунду, — скажи что это не сон, — он смотрел в самую ее душу. — Если и сон, то самый прекрасный сон в моей жизни.  — Тогда я не хочу просыпаться! — он снова жадно впился в ее губы.   Поцелуи перешли на ее подбородок и шею. Драко запустил руку в ее волосы и нежно массировал кожу. Гермиона не смогла сдержать стона, покрываясь мурашками, когда он ласкал ее ямочку под ухом. Она прижалась ближе к нему. — Боже… Грейнджер… Я не выдержу так, — шепнул он ей на ухо. — Да… я тоже.  — Я не хочу заходить дальше того, что для тебя приемлемо сейчас. Но если ты не остановишь меня… — он низко зарычал. — Драко… Тогда нам лучше остановиться, — она тяжело дышала ему в волосы. — Да… Сейчас…  Он вернулся к ее губам: — Еще немного…  Наконец, Драко оторвался от нее: — Ладно… я… — он пытался выровнять дыхание, — уже поздно… я пойду в душ, — он медленно поднялся с дивана.  — Да, м-м… Хорошо.   Когда он ушел, Гермиона ещё немного посидела в гостиной, приходя в себя, а потом пошла в спальню. Она закрыла дверь и долго смотрела на себя в зеркало, ее все еще розовые щеки и возбужденно блестящие глаза немного пугали. — Да что со мной! — произнесла она.  Как могло такое произойти, что легкое любопытство в отношении личности Малфоя, за сутки превратилось в то, что она сейчас видела перед зеркалом.  — Возьми себя в руки, Гермиона! Ты его плохо знаешь! Неизвестно еще, не превратится ли он завтра опять в того надменного грубияна, которым был в Хогвартсе.    И долго ещё она не могла заснуть, вспоминая их страстный поцелуй.    Проснулась Гермиона поздно. Приведя себя в порядок, она заглянула на кухню. Малфой завтракал. — Спящая красавица проснулась? Думал ты ранняя пташка.  — Обычно, да, —сказала она садясь за стол, — но, видимо свежий воздух так на меня влияет. — Видимо, да, — сказал он с ухмылкой. — Что будешь есть? — спросил Драко, вставая и подходя к плите. — Каждый день будешь мне завтраки готовить? — Если захочешь,— ответил он, с улыбкой. Гермиона молча принялась за еду.  — Какие планы на день? — спросил Драко. — Не знаю. Заниматься поиском выхода отсюда я не намерена. Хочу просто отдохнуть в свой выходной. Что посоветуешь? — Нууу… есть одна идея. Скажи, Грейнджер, ты доверяешь мне? — Да, — без сомнений ответила она. — Тогда одевайся, — сказал он, улыбаясь.    Закончив с завтраком и собравшись, они вышли из дома. — Ну хоть намекни, Малфой! — Нельзя быть такой нетерпеливой! — он строго посмотрел на нее. — Ладно. Боишься летать на метле?  — Просто не люблю. — Отлично, полеты на метле покажутся тебе детской каруселью по сравнению с этим. — Что? — она резко остановилась. — Поздно, Грейнджер, мы уже пришли.   Пройдя еще несколько шагов вперед Гермиона увидела, что деревья здесь заканчиваются, а вниз уходит пологий склон.  — Нам сюда, — повел ее в сторону Драко. Пройдя еще немного, она увидела, что склон здесь довольно крутой. А потом ее взгляд упал на огромную горку, которая начиналась в этом месте и уходила резко вниз петляя между валунами. Горка была залита льдом и защищена бортиками из снега. Она была огромной и даже от простого ее созерцания захватывало дух. — Это ты сделал? — спросила Гермиона с  удивлением. — Да, — Драко был доволен произведенным эффектом. — Здесь нельзя летать на метле, а без скорости я не могу, так что, увидев подходящее место, решил сделать такой аттракцион. Он безопасен, я уже много раз его опробовал. Нравится? — Да, но это очень экстремально, Драко. Я просто посмотрю, хорошо? — Ну уж нет! Ты просила развлечений в свой выходной, так что добро пожаловать! — Драко искренне улыбался. — Не бойся, с помощью магии контролируется скорость и обеспечивается мягкое падение, в случае чего.   Он достал волшебную палочку и материализовал небольшие сани: — Они как раз на двоих, ты вперед или назад? — Я не смогу, Драко. — Ты сказала, что доверяешь мне, — ответил он беря ее за руки. — Боже, это очень страшно!  — Покажи мне гриффиндорскую храбрость. — Малфой… я… — он продолжал пытливо смотреть на нее, своими необыкновенными серыми глазами  — Ладно. Только держи меня крепче. — В этом можешь не сомневаться! Драко с улыбкой подвел ее к саням: — Садись впереди, тут обзор лучше, а я буду сзади держать тебя.    Только сев на свое место, Гермиона поняла на что подписалась, гора уходила вниз так круто, что ее даже не было видно. — Стой! Я не готова! — Гермиона вцепилась в его руки, нежно обнявшие ее из-за спины за талию. — Все будет хорошо! Можешь кричать!   И Гермиона закричала! Потому что от резкого рывка вниз с бешеной скоростью у нее ухнуло в животе. Было так страшно, что она крепко зажмурила глаза, продолжая пронзительно визжать. — Грейджер, открой глаза, ты все пропустишь! Не бойся я все контролирую.    Наконец, она приоткрыла глаза. От огромной скорости они сразу заслезились, сани постоянно меняли траекторию, подстраиваясь под извилистую горку и Гермионе казалось, что она вот-вот вылетит из них. Но магия или крепкие руки Малфоя не давали ей этого сделать. Дикий восторг охватил ее. И крик превратился в заразительный смех. Она все еще крепко держалась за его руки, но уже наслаждалась скоростью.   Когда спуск закончился, Драко развернул сани и они поехали неспешно наверх с помощью магии. — Ну что, еще разок? — спросил он. — Да, давай — с воодушевлением ответила Гермиона. — Да ты быстро входишь во вкус!   На второй раз она уже не держалась за его руки, а с криком подняла их наверх. Страха стало меньше и она могла разглядеть красоту вокруг них. — Это здорово, Драко! — кричала она.   В следующий раз он прибавил скорость и она опять визжала от восторга.          Скатившись еще несколько раз. Они решили немного перекусить. Достав чай и бутерброды, парочка устроилась на наколдованной лавочке.  — Никогда не ела таких вкусных сэндвичей, — сказала Гермиона. — Нет ничего вкуснее еды на свежем воздухе, — ответил он, — в поместье мы всегда ели только в столовой, в специально установленное время. Так что здесь я позволяю себе немного расслабиться.  — Тебе нравится здесь жить, Драко? — Да, тишина и умиротворение это то, что мне было нужно после войны. — Он взглянул не нее, — А ты не можешь прожить без шумящей толпы вокруг? — Не знаю, я привыкла находиться в окружении людей. Но мне нравится здесь. — Ты можешь появляться здесь, когда захочешь, — он приблизился к ней. — Хорошо, я подумаю.    Их дыхания смешались и горячий поцелуй прервал дальнейший диалог.  Чуть позже ребята вернулись в дом, уставшие и довольные: — Грейджер, в следующий раз покупай себе шапку на завязках, ты теряла ее раз пять, — сказал Драко открывая дверь. — В следующий раз, учитывая твою склонность к экстриму, я возьму с собой шлем! — засмеялась она.   Они выпили горячего шоколада, продолжая весело болтать, обсуждать работу министерства и общих знакомых. — Ты надолго в этом отделе? Думал, ты захочешь делать карьеру в более успешных, с точки зрения продвижения, отделах. — Я не знаю, Драко. Ты сам говорил, что любая несправедливость к другим, не дает мне спокойно жить, потому что я сама с ней сталкивалась. А несправедливости по отношению к магическим существам еще, к сожалению, очень много в волшебном мире. Малфой вздохнул: — Гермиона, одним из тех, кто был несправедлив к тебе, был я. Прости меня за все те ужасные слова, что я говорил тебе. За поступки отца и Беллатрисы по отношению к тебе. Я никогда не желал этого тебе, никогда! Там в мэноре, мое сердце готово было разорваться глядя на то, что делала моя тетка. Я тысячу раз пожалел, что не остановил ее тогда. — Я знаю, Драко, я видела твои глаза. — Она нежно взглянула на него, — Да ты и не смог бы ничего исправить, только убедил бы всех в том, что специально не узнал нас. — Ты простишь меня когда нибудь, Гермиона? — Я уже простила. Ты очень изменился с тех времён, когда был задиристым мальчишкой со Слизерина, — она улыбнулась. — Я ведь никогда по настоящему не хотел быть такой сволочью по отношению к вам. Но меня постоянно убеждали в том, что я должен демонстрировать собственное превосходство. А я очень хотел быть похожим на отца, понимаешь? — голос выдавал волнение, когда он говорил это. — Я рада, что ты сумел найти собственный путь. — Честно говоря, я еще не нашел его. — Он помолчал немного. — Я сижу здесь и зализываю собственные раны, но это не может продолжаться вечно. После смерти отца мэнор перешел  ко мне, но я не могу пока туда возвращаться, слишком много темных воспоминаний. — Ты не решил еще сколько здесь пробудешь? — Колдовать вне леса мне можно будет только через пол года, так что точно до конца лета. А там посмотрим. Знаешь, я тоже начал находить удовольствие в том, что прихожу на помощь магическим животным. — Он улыбнулся, — многие уже узнают и не боятся меня.  — Здорово, Драко! Познакомишь меня с ними? — Конечно, если ты еще придёшь. — Я приду.   — Спасибо, тебе Гермиона, — он замялся,— …за все.   Они еще поговорили немного и решили, что пора заняться ужином. Совместная готовка настолько увлекла их, что ребята не заметили, как настал вечер. Когда они сели ужинать уже стемнело. — Завтра утром прилетит сова из министерства. Отправишь с ней письмо, чтобы прислали кого нибудь за тобой, — сказал Драко. — Хорошо, — ответила она.   Гермиона не знала, что еще можно сказать. Ей не хотелось покидать это место.   Убрав со стола, они прошли в гостиную.  — Мне надо подготовиться к завтрашнему дню, — Драко сел за стол и взялся за документы. — Да, я пока соберу вещи, — в комнате повисло молчание.    Гермиона сходила в спальню и санузел, складывая некоторые свои вещи в небольшую плечевую сумку с заклинанием расширения. Потом прошлась по гостиной. — Гермиона, ты не видела… — Драко неожиданно встал и столкнулся с проходящей мимо Гермионой, — ох, прости! — Ничего, — она подняла на него глаза.    Словно невидимая нить соединила их взгляды. Драко коснулся ладонями ее лица. Она прерывисто вздохнула. И горячие губы обрушились на ее приоткрытый рот. Гермиона тут же обхватила руками его шею, стараясь быть как можно ближе. Он застонал ей в губы, его руки заскользили вдоль тела девушки. Медленно они пошли к дивану. Драко придерживал Гермиону, продолжая покрывать ее лицо и шею поцелуями, пока она пятилась спиной. Наконец дойдя до дивана, она упала на его мягкую поверхность, Драко тут же оказался сверху. Он снова поцеловал ее: — Что ты делаешь со мной, Грейджер? — Я не знаю, — сбивчиво прошептала она, — иди ко мне… Губы Драко скользили по ее шее: — Боже… Ты меня с ума сведешь, знаешь, Гермиона? Если мы не можем сейчас… — Все в порядке, — она задрала его футболку на животе, поднимая ее выше, — я тоже хочу этого. Он помог ей снять ее с себя. Потом распустил ее волосы. — Ты такая красивая, — коснулся губами ее мочки, — и желанная…— она застонала от его ласк. — Сними ее, — Гермиона начала стягивать с себя кофточку, садясь. Драко подхватил ее за край и снял с нее. — Очень красивая, — он коснулся ее груди, сквозь тонкий лифчик. — Никогда не думал, что смогу коснуться тебя. — Можешь… Ты можешь. — Она снова поцеловала его, обняв за шею.    Он медленно водил руками по ее спине, потом, нащупав застежку бюстгальтера, расстегнул его и снял.  — Иди сюда, — сказал он и девушка перебралась к нему на колени.     После продолжительного поцелуя он резко поднялся, с ней на руках, Гермиона крепче обхватила ногами его корпус. Драко пошел в сторону спальни лаская губами ее грудь и девушка плавилась в его руках: — Драко…   Он вошел в спальню, прикрывая за собой дверь и долго ещё тишину ночи нарушали их громкие стоны, смешанные со страстными признаниями.    Позже, уже засыпая, Драко прошептал:  — Рано утром я уйду на обход, дождись меня, пожалуйста, хорошо? — Ладно, — ответила Гермиона, прижимаясь к нему всем телом. И они уснули крепко обнявшись.    Проснувшись утром, Гермиона поняла, что Драко уже ушел. Она встала и увидела, что он, как обычно, приготовил для нее завтрак. И тут в окно постучала сова из министерства. Гермиона решила сразу написать Гарри и объяснив ему, где находится, попросила трансгрессировать за ней по возможности. Вскоре пришел ответ: «Гермиона, буду через 20 минут в точке аппарации, встреть меня, пожалуйста». Быстро одевшись, Гермиона вышла из дома. Гарри уже стоял в нужном месте, когда она дошла: — Гермиона! Как тебя угораздило оказаться здесь? Все в порядке? — Привет, Гарри! Да, сейчас я все объясню. — Давай в министерстве, я уже должен готовиться к заданию.  — Постой, Гарри, мне нужно вернуться в дом, Драко еще не пришел! — Гермиона, я не могу опаздывать. Держись крепче! — и с этими словами он аппарировал их из леса.    Малфой вернулся домой через некоторое время, он был не один. Рядом бежал небольшой белый волк, подросток, которого Драко приручил еще когда тот был волчонком.  — Гермиона, смотри с кем я тебя познакомлю… Гермиона, где ты?   В доме было тихо. — Она ушла, дружище, — Драко потрепал зверя за ухо.   Тяжело вздохнув, он пошел на кухню, завтрак был не тронут: — Так торопилась сбежать, что даже не поела, — нестерпимая тоска сжала его грудь. Он не знал увидит ли ее когда нибудь. Если Гермиона решила так закончить все, что между ними было, он уже не сможет наслаждаться спокойным одиночеством в этом лесу. Все здесь будет напоминать ему о ней. И его сердце, которое он был готов ей отдать, уже никогда не склеится вновь. — Я не должен был так расслабляться! Поверить в такое счастье, каким нужно быть идиотом?    И белый волк жалобно завыл, почувствовав настроение своего хозяина.  Как только Гермиона оказалась в министерстве, она пошла в отдел контроля за волшебными палочками и сдав свою сломанную, заказала себе новую. Ее уже искали на работе и возле ее кабинета выстроилась очередь из посетителей. Как она ни старалась, смогла освободиться только через несколько часов. Когда, наконец, ее кабинет опустел, она тут же схватилась за пергамент и написала Малфою:   Драко! Прости, что не дождалась тебя! Гарри пришел за мной и так как ему срочно нужно было идти на задание, сразу аппарировал меня в Лондон. Я заказала себе палочку, но она ещё не скоро будет готова. Поэтому я постараюсь подключить твой камин к сети. Ты не против? Надеюсь, к пятнице я смогу уладить все бюрократические издержки и прийти  к тебе на выходные. Ответь мне, пожалуйста, скорее.  P.S. Я уже скучаю!                                            Гермиона  Отправив письмо, Гермиона начала ждать ответ. Но ответное письмо не приходило. Прождав весь день, она отправилась домой.    Там она опять с надеждой смотрела в окно. Может с ним что-то случилось в лесу? Или он так обиделся из-за того, что она не дождалась его?    Гермиона легла в постель, твердо решив найти способ попасть завтра в лес, если он так и не ответит ей. Вдруг, темную комнату озарило яркое свечение, большой патронус в виде белого волка ворвался в комнату: — Гермиона! — заговорил он голосом Драко, — У меня получилось вызвать патронус! И все благодаря тебе! Прости, что долго не отвечал, пришлось поработать над заклинанием, чтобы сделать тебе сюрприз. Я тоже скучаю и с нетерпением буду ждать выходных, чтобы увидеть тебя. И я бы очень хотел, чтобы ты возвращалась сюда каждый вечер! Камин это отличная идея! Надеюсь на скорую встречу!   Белый волк растворится в воздухе. Гермиона в шоке продолжала смотреть в темноту. Давно она не видела такого яркого и красивого патронуса. Только по настоящему счастливые воспоминания могли вызвать его. И Гермиона улыбалась сквозь слезы, думая о Драко и  надеясь на долгожданную встречу.