Are you death or paradise?

Я никогда не жил жизнью, которая была бы настолько больше смерти.

Порой, в тихие часы, когда мир замирает и звезды вспыхивают на бархатном небе, я вспоминаю... Зачем нам дана жизнь? Чтобы прожить её достойно, как гласят старые книги. Без сожалений. Эта фраза эхом отдается в моей душе, и я чувствую, как она рассыпается на мелкие осколки. Как я могу прожить её ни о чем не жалея? Как могу смотреть в зеркало, не видя там отражение чудовища? На моих руках кровь. Невидимая, но ощутимая, липкая и тяжелая. Кровь сотен незнакомых мне лиц, мелькнувших в пламени игр, оборванных жизней, которые я отнял. И это еще не все. Кровь друзей. Тех, кто стоял плечом к плечу, делил последний кусок хлеба, смеялся над нелепыми шутками. Я предал их. Променял на мимолетную иллюзию власти, на обещание величия, исходящее из уст...его. Его имя жжет мои уста, как раскаленное клеймо. Я произношу его шепотом, боясь, что даже тишина услышит и осудит. Я служил ему верой и правдой, полагая, что следую высшей цели. Но с каждым пролитым литром крови, с каждой отнятой жизнью, истина становилась все более очевидной: я лишь марионетка в его руках, пешка в жестокой игре. И теперь, когда его тень больше не властна над моей душой, я остался один на один с этой невыносимой тяжестью. Возможно, искупление - это непосильная задача. Возможно, я обречен вечно нести это бремя. Но я должен попытаться. Должен найти способ жить дальше, даже если на моих руках кровь, а в сердце - лишь пепел раскаяния. Я должен...хотя бы попытаться. Он позвал меня к себе, в святая святых своей цитадели. Там, среди золота и шелков, он сбросил маску. Он показал мне свое истинное лицо – лицо чудовища, жаждущего крови и славы любой ценой. Протянув мне нож с рукоятью, он приказал: "Убей их всех. И тогда ты победишь." Его слова прозвучали, как смертный приговор, вынесенный моей душе. Победа... разве нужна ли она мне такой ценой? Ему, несомненно. Он готов был залить мир кровью, лишь бы взойти на трон, построенный на костях. Но я...я не такой. Я не смог. Не смог пойти против системы, которую придумали многие лета назад. Той системы, которая, несмотря на свои недостатки, держала мир в равновесии. Той системы, которую он так отчаянно хотел разрушить, чтобы построить на её обломках свой личный рай. Возможно, это трусость. Возможно, слабость. Но я не могу предать себя, перечеркнуть все, во что верил. Даже если это означает поражение. Даже если это означает, что он расценит это как предательство и обернет свой гнев против меня. Я лучше умру, сохранив свою душу чистой, чем стану соучастником его безумия. Возможно, Ин Хо любил меня. Эта мысль иногда проскальзывает в сознании, как луч света сквозь плотную завесу тумана. Но свет тут же гаснет, оставляя после себя лишь чувство сомнения и отвращения. Скорее, это была не любовь, а нездоровая созависимость, извращенная привязанность, основанная на страхе и восхищении. Я видел его везде. В каждом темном углу, в каждом отражении, в каждой тени. Но особенно - в своих самых худших кошмарах. Там он представал во всем своем истинном обличии: весь в крови, с безумной улыбкой на лице. Он стоял, возвышаясь надо мной, а затем кидался, словно хищник, на свою добычу. На самом деле, я, возможно, повелся на ложь. Ослепленный его харизмой, я отказывался видеть правду. Он никогда не был на моей стороне. Он использовал меня, как инструмент, как пешку в своей игре. Этот подонок. Я не знаю, любил ли я его. Меня манило в нём все. Эта уверенная, властная улыбка, эти пронзительные, словно угольки, глаза. В них читалась сила, власть, безудержная энергия, которая так привлекала меня. Он был словно магнит, притягивающий меня против моей воли. И, черт возьми, я скучаю. Я очень скучаю по нему. По той иллюзии, которую он создал. По тому чувству избранности, которое он мне дарил. Если бы я еще раз мог прикоснуться к его рукам, ощутить тепло его кожи. Если бы я мог еще раз прильнуть к его губам, вдохнуть его запах. Я хотел бы сказать ему, что люблю его. Даже сейчас, после всего, что произошло. Даже несмотря на то, что предал его, сделав выбор не в его пользу. Я знаю, это безумие. Я знаю, он этого не заслуживает. Но чувства не подчиняются логике. Я хотел, чтобы все эти мучения скорее закончились. Чтобы этот кошмар, в который превратилась моя жизнь, наконец-то рассеялся. Я устал от боли, от страха, от сомнений. Я просто хочу покоя. Но я знаю, что покой придет только тогда, когда я смогу отпустить его. Когда я смогу перестать скучать по нему. Чувства не подчиняются логике, а логика – чувствам. И это самое больное, самая страшная ирония жизни. Когда разрываешься между тем, чего жаждет сердце, и тем, что диктует разум. Когда каждое решение – это лезвие, вонзающееся в самое нутро. Когда должен действовать не по зову сердца, не бросаться в объятия того, кого любишь, даже если этот "кто-то" – воплощение тьмы. Когда обязан заставить себя думать рационально, отстраниться от эмоций, чтобы увидеть ситуацию в истинном свете. Спасать не того, к кому тянет,не того, кто вызывает бурю эмоций, а кого нужно. Кого велит спасать долг, честь, совесть. Кого требует спасти закон. Закон природы, закон мироздания. Жертвуя собой. Вот в чем вся суть. В жертве. В отказе от собственных желаний, от собственной мечты, от собственной любви. Ради чего-то большего, ради чего-то, что кажется правильным, хотя сердце кричит об обратном. И в этот момент ты остаешься один на один с этой бездной противоречий. С одной стороны – страсть, привязанность, желание обладать, с другой – долг, ответственность, необходимость защитить. И ты должен сделать выбор. Выбор, который определит твою дальнейшую судьбу. Выбор, который, возможно, сломает тебя. И, черт возьми, как же это тяжело. Как же трудно отрезать от себя кусок души, вырвать из сердца то, что стало его частью. Как сложно смотреть в глаза тому, кто ждет от меня победы, зная, что мои чувства – это ложь, что его помощь – это предательство, а общая жертва – это лишь попытка искупить вину. Но я делаю это. Делаю это, потому что должен. Потому что иначе не смогу жить с собой. Потому что иначе превращусь в того, кто предал все свои идеалы, кто продал свою душу дьяволу. И пусть это причиняет боль. Пусть это разрывает меня на части. Я скучаю... Скучаю по его власти надо мной, по этому ощущению абсолютного подчинения. Это унизительно, это стыдно, но это правда. И теперь, когда ниточки оборваны, я чувствую себя потерянным, одиноким, словно выброшенным в открытый океан без лодки и весел. Ин Хо привязал меня к себе. Эмоционально. Он плел сети из сладких слов, обещаний, прикосновений, окутывая ими мою душу, словно паук. Эти украденные поцелуи в тени, когда никто не видит. Эти ночные посиделки, приправленные дорогим вином и сдержанными разговорами, полными недосказанности и намеков. Мы всегда держали дистанцию на публике, но за этой маской сдержанности скрывалась буря страстей, готовая вырваться наружу. Каждый раз, находя острый предмет где-нибудь в пыльном углу, я с ужасом понимаю, что хочу покончить со своими страданиями одним порезом. Но я одумываюсь. В последний момент что-то останавливает меня. Слабость? Трусость? Или... надежда? Будет ли рад он? Что он почувствует после моей смерти? Будет ли он скорбеть? Или просто пожалеет о потерянной пешке? Эти мысли, как ядовитые змеи, обвиваются вокруг моего разума, отравляя его своим ядом. А что, если я умру раньше времени? Раньше, чем ему нужно? Что, если я сорву его планы, испорчу его игру? Будет ли он зол? Или просто найдет мне замену? Я не знаю. Я ничего не знаю. Я словно заплутал в темном лабиринте, где каждый поворот ведет в никуда. И единственное, что я знаю наверняка - это то, что мне нужно выбраться. Мне нужно найти выход из этого кошмара. Мне нужно перестать думать о нем. Да, нельзя прожить жизнь без ошибок. Это как ходить по канату над пропастью - рано или поздно оступишься. Вопрос лишь в том, сумеешь ли удержать равновесие и продолжить путь, или полетишь вниз, во тьму. Вспоминаю моменты, когда Ин Хо... Он гладил меня по голове. Этот жест, такой простой и нежный, казался таким чуждым его натуре. Он, властный и жестокий, вдруг становился уязвимым, человечным. Он успокаивал меня, когда это было нужно. Когда меня терзали сомнения, когда я готов был сломаться под тяжестью вины, он находил нужные слова, чтобы вернуть мне веру в себя, в нашу общую цель. Именно эти моменты и сбивали с толку больше всего. Они давали надежду, что за маской тирана скрывается что-то большее. Что он способен на сочувствие, на понимание, на любовь. Они заставляли меня думать, что я для него не просто инструмент, а что-то большее. Но, оглядываясь назад, я понимаю, что это была лишь иллюзия. Что он использовал эти моменты слабости, чтобы еще сильнее привязать меня к себе. Чтобы сделать меня более послушным, более преданным. Чтобы я не сомневался в его правоте. И все же... все же я помню тепло его руки на моей голове. Я помню искренность в его глазах, когда он говорил, что все будет хорошо. Я помню, как его голос успокаивал меня, словно колыбельная. Он не хотел меня убивать. Это стало ясно со временем. Я был слишком ценен для него, чтобы так просто избавиться. Он скорее наслаждался моей борьбой, моими попытками выжить и перечить ему. Я был для него экспериментом, подопытным кроликом, которого он испытывал на прочность. Казалось, что вот-вот, в любую секунду я оступлюсь и умру. Но этого не происходило. Я каким-то чудом выживал, несмотря на все его козни. Но цена была слишком высока. Вместо меня гибли близкие. Люди, которые были мне дороги, шли как пушечное мясо, расплачиваясь своими жизнями за мои ошибки. И когда я спрашивал у него, срываясь на крик, зачем он это делает, зачем он обрекает невинных на смерть, он лишь отмахивался рукой, попивая свой дорогущий коньяк. "Естественный отбор," - отвечал он, с циничной усмешкой. "Слабые должны умереть, чтобы сильные выжили." Сукин сын, Ин Хо. Я ненавижу тебя всем сердцем. Ты превратил мою жизнь в ад, уничтожил все, что было мне дорого. Ты сделал меня чудовищем, которым я всегда боялся стать. Но что было бы, если бы он убил себя? Скорбил бы я? Жалел бы я его? Возможно. Несмотря на всю ненависть, которая переполняет меня, я не могу отрицать, что он был частью моей жизни. Частью, которая оставила неизгладимый след. Возможно, вскоре я отправился бы за ним. Не из любви, а из отчаяния. Он слишком дорог мне. И в этом вся трагедия. Не знаю, кто он мне. Смерть или рай? Демон или ангел-хранитель... был. Все смешалось в моей голове, переплелось в один тугой, неразрешимый узел. Сейчас я лежу на холодной земле. Чувствую ее сырость, ее безразличие. Смотрю на звездное небо, которое когда-то казалось мне полным надежды, а теперь – лишь холодным, отстраненным свидетелем моей гибели. Чувствую что-то холодное, липкое под своей головой. Жидкость течет лужей, окрашивая землю в багряный цвет. Кровь. Моя кровь. Голова болит сильно. Нестерпимо. Я уже не могу думать. Все мысли спутались, разлетелись на мелкие осколки. Слезы катятся по щекам, смешиваясь с кровью на земле. Я слабею. Чувствую, как жизнь покидает меня. Но даже сейчас, в последние минуты, я думаю о нем. Вернется ли он забрать мое тело или оставит всё как есть, сбежав, как подлая крыса, в свою неприступную крепость? Этот вопрос вертится в голове, словно сломанная карусель. Я хочу верить, что нет, что он не оставит меня здесь. Но разум подсказывает, что скорее всего так и будет. Он слишком эгоистичен, слишком занят собой, чтобы беспокоиться о моей судьбе. Но, надежда умирает последней. Мне кажется, его сердце из-за меня будет болеть долгие годы. Не потому, что он любит меня так, как любят обычные люди. А потому, что я был для него чем-то особенным. Впервые спустя долгое время, он полюбил кого-то, не похожего на него самого. Кого-то, кто не восхищался им слепо, кто спорил с ним, кто перечил ему. Мы противоположности, которые не должны были соприкоснуться. Огонь и лед. Свет и тьма. Но нас притянуло друг к другу с непреодолимой силой. И теперь, когда один из нас погас, другой обречен вечно жить во тьме. Я знаю, он никогда не признается в этом. Он будет отрицать свои чувства до последнего вздоха. Но я знаю его. Я чувствую его. Я вижу его боль в его глазах, в его малейших движениях. И это единственное, что дает мне утешение в последние минуты моей жизни. Зная, что я оставил след в его сердце. Что я изменил его. Возможно, не в лучшую сторону. Но я был. Я существовал. Ах, если бы все было иначе. Если бы мы встретились в другом месте, в другое время. Если бы мы не были связаны с этим проклятым миром. Если бы мы могли просто быть вместе, без лжи, без насилия, без крови. Но это всего лишь мечты. А реальность такова, что я умираю один. И, несмотря на все, я все еще люблю его. Безумно. Нелогично. Но люблю. Тьма подступает. Она окутывает меня, словно мягкий кокон, унося с собой боль и страх. Я знаю, что сейчас отключусь. Навсегда. И вдруг... чувствую его руку. На моей руке. Теплую, сильную, такую знакомую. Это невозможно. Это галлюцинация. Но ощущение настолько реальное, что я не могу его игнорировать. Слеза упала мне на ладонь. Горячая, соленая. Слеза. Его слеза? Не может быть. Он никогда не плачет. Я пытаюсь открыть глаза, но веки словно налиты свинцом. Я уже не вижу. Всё размыто. Впереди лишь серая пелена. Ки Хун... я люб... И все. Глаза закрылись. Мир померк. Звезды перестали сиять. Боль ушла. И вместе с ней ушла жизнь. Я не услышал, что было дальше. Я не узнал, что хотел сказать Ин Хо. Я ушел, так и не получив ответа. Тишина. Только холодный ветер гуляет по площадке, шевеля его темные волосы.

***

Ин Хо сидит рядом, держа его руку. Его лицо искажено болью, которую он не может скрыть. Он смотрит на мертвое лицо Ки Хуна и шепчет: "...любил тебя." Его слова теряются в ночи. Никто их не услышит. Никто не узнает, как сильно он любил этого человека. Человека, который изменил его жизнь навсегда. Человека, которого он потерял из-за своей гордыни, своей жажды власти, своей жестокости. Слезы катятся по его щекам, орошая холодную землю. Он впервые плачет. Настоящими слезами. Но уже слишком поздно. Ки Хуна больше нет. И вместе с ним ушла и его надежда на спасение.

***

Я не знаю, есть ли жизнь после смерти. Никто не знает. Лишь шепот легенд и смутные надежды, передающиеся из поколения в поколение. Существует ли рай, обещанный праведникам? Или ад, предназначенный грешникам? А может, лишь пустота, забвение, возвращение в небытие, из которого мы все пришли? Я не знаю. Но если там, за гранью, есть что-то, я надеюсь, что Ки Хун нашел свой покой. Что он больше не испытывает боли, страха, сомнений. Что он свободен от бремени прошлого, от тягот этой жизни. Я надеюсь, что он простил меня. И что когда-нибудь, если мне будет дано такое чудо, я смогу встретиться с ним там, в этом неведомом мире. И тогда я скажу ему все, что не успел сказать. Я попрошу прощения за все. И может быть, когда придет мой час, он встретит меня там. И тогда, наконец, мы сможем быть вместе. Без боли. Без тьмы. В вечности. Возможно. Кто знает? Ведь даже в самой темной ночи всегда есть место для надежды. И даже после самой жестокой смерти может быть новая жизнь. Если мы никогда больше не увидим друг друга. Он навсегда в моем сердце.