Случайно

В первый день, когда Момо приводит её домой, они нерешительно общаются, потому что никто из них не знает друг друга достаточно хорошо, чтобы стать зеркальными отражениями друг для друга. Они не пара, а просто двое людей, которые встретились некоторое время назад. Поэтому они нерешительно прикосаются и сгорают от почти смехотворной страсти, которая грозит поглотить их целиком. Момо прижимает свою карточку-ключ к заднице Наён на целых пять секунд, громко размышляя, почему она не работает, после чего Им мило смеётся и отходит в сторону, с лёгким вздохом, отчего Момо меньше хочет открывать дверь и больше настойчиво хочет просто оставаться прижатой к Наён. И на самом деле, никто не может винить ее. Наён волшебна, во многих отношениях — ее глаза темные и опасные, и Момо находит ее влажной, готовой для неё и желанной. Она наполовину ожидает, что в какой-то момент поймет, что это сон. Может быть, когда Наён поможет ей снять узкие джинсы, которые сейчас не подходят ее телу, или когда она особенно сильно укусит Момо в горло. Хираи всё ещё ждёт, когда Наён скребёт зубами по её прессу, глядя на неё этими глазами…и, чёрт, это ведь не сон, да? Наён останавливается только один раз за все время, пока ее голова находится между бедер Момо, и она ищет свой телефон, чтобы включить свой секс-плейлист на Spotify. Момо прослушивает в общей сложности пять рекламных роликов за то время, которое требуется Наён, чтобы довести ее до оргазма три раза подряд. Им ушла утром, оставив после себя только свой номер телефона на обратной стороне старого чека из ресторана на вынос, прикрепленного к двери спальни Момо. И Момо хочется смеяться. ________________________________________ Конечно, они снова находят друг друга, потому что было бы грехом не сделать то же самое снова, но на этот раз сильнее, быстрее и, возможно, извращеннее. —Думаю, я должна тебе один или два оргазма, — ухмыляется японка, прислоняясь к кабинке, где сидят Наён и ее друзья, и надеется, что это выглядит менее пошло и более очаровательно. То, как она это говорит, заставляет одну из подруг Наён громко ахнуть и зажать рот рукой. Им что-то шепчет на ухо своей подруге, прежде чем встать и потянуть Момо за ухо. —ой- БЛЯДЬ что ты делаешь- —И так ты разговариваешь с женщинами? — мурлычет Им, дергая немного сильнее, Момо клянется, что ее ухо может отвалиться. —Поднимать их постельные проделки перед приличной компанией? —Мне жаль… ой… Момо вырывается из хватки Наён, прищурившись, глядя на Им. Наён запрокидывает голову и смеётся, обнажая бледную шею и кроличьи зубки, и Момо видит отражение собственного голода в её глазах. —Это было подло, Наён. —Прости, — она надула губы, скользнув рукой по талии Момо, — Как я могу загладить свою вину перед тобой? ________________________________________ Во второй раз, когда они идут домой вместе, Момо едва ли пьяна, так как она вообще пропустила предигровую сессию и пробыла в баре всего около получаса, прежде чем столкнулась с Наён. А что касается Им, то она не может сказать. Наён тихонько хихикает в ладонь и только когда Момо спрашивает, что случилось, смотрит на её сияющие глаза. —Все в порядке, — отвечает Наен, и Момо пожимает плечами и принимает это за истину, отвлекаясь на то, как Наён переплетает их руки. Честно говоря, она ненавидит держаться за руки, ненавидит, что от этого ее собственные руки становятся потными, влажными и липкими, что это никогда не кажется естественным, но прикосновения Наён мягкие, ее большой палец скользит по точке пульса Момо, пока она тянет ее по улице. Наен настаивает на том, чтобы они вдвоем вприпрыжку вернулись в дом, где живет Момо, а все остаточные смешки растворяются в воздухе, как только они входят в лифт. Момо стонет от удивления, когда Наён толкает ее к зеркальным стенам лифта. —Н-Наён- —Заткнись, — рычит Им и грубо целует ее. Одна рука просовывается между ног Момо, другая рука ощупывает ее, и Момо вздыхает в рот Наён, чувствуя себя опасно вне зоны комфорта, но ей все равно это нравится. Наён тяжело дышит и трется об нее, и это так распутно и откровенно, кажется, что им не следует этого делать. Они вместе выходят из лифта, каждая разумная, чопорная и правильная клетка мозга Момо полностью заблокирована и раздавлена ​​её либидо. Наён — та, кто ведёт их к квартире Момо, японка бежит за ней и вытаскивая свой карточку-ключ, чтобы то, что случилось в первый раз, не повторилось снова. Момо тихонько смеётся. —С каких это пор ты помнишь, в каком блоке я живу? —Я никогда ничего не забываю, малыш, — бормочет Наён, игриво обножая свои кроличьи зубки. ________________________________________ Особенность Момо в том, что она любит рутину. Она не тусовщица — она была ею в старшей школе, но это закончилось, когда она пошла в колледж, и, честно говоря, она просто вела такой образ жизни для друзей — и она не плейгерл. Ей нравится ходить в бар, чтобы расслабиться в пятничные вечера, разговаривать с барменом столько, сколько нужно, чтобы допить несколько напитков, прежде чем пойти домой. Она никогда не думает о поиске новых побед, никогда о том, кого она встретит. Она думает о себе, и она ценит это время, проведенное в одиночестве. Чонен это знает, и она обеспокоенно смотрит на Момо, протирающую стакан. Момо — одна из пяти посетителей бара прямо сейчас, обычная волна тусовщиков, приехавших из города на зимние каникулы. Они дружат уже много лет, но иногда Чонен кажется, что она не так уж хорошо знает Момо. —Ты… в порядке? —Хм? Да, я более чем в порядке, — бездумно отвечает Момо, ее глаза и большие пальцы заняты написанием сообщения Наён. Она поднимает взгляд, когда Чонен не отвечает, а молодой бармен все еще протирает стекло тряпкой. —Почему? Чонен пожимает плечами. —Я видела, как ты уходила с той девушкой на днях. —И? —Ничего. Я просто говорю, что ты никогда раньше не ходила домой с кем-то. Хотя, — Чонен усмехается, — Это, вероятно, из-за твоей скучной сексуальной жизни. —Отвали, — рычит Момо, отталкивая руку Чонен, когда она пытается взъерошить ей волосы. — Я дам тебе знать, что у меня много хорошего секса. —Да неужели? —Да. Я как раз сейчас пишу этой девушке, если честно, — Момо показывает ослепительно яркий экран своего телефона Чонен. Бармен щурится на экран в течение пяти секунд, крайне осуждая привычку Наён использовать несколько эмодзи в одном сообщении. Последнее сообщение: Bunny🐰 Увидимся, увидимся!!! xDD 🤗😘😘💞💋 —Не знала, что тебе нравятся девушки постарше, — смеется Чонен, а Момо показывает ей средний палец. Несмотря на то, что Чонен постоянно высмеивает её за это, переписка Момо и Наён становится обычным делом. Момо просыпается каждое утро с каким-нибудь банальным сообщением от Наён с добрым утром или с какими-нибудь новостями из жизни, например, о том, как Наён обманул уличный торговец едой, или о том, как она расстроена из-за распада её любимой женской группы. Это не рутина Момо, но это стало рутиной. И то, что Наён такая красивая, что замирает сердце, не повредит Момо. ________________________________________ История с картой-ключом происходит во второй раз, и в третий раз, когда они идут домой вместе. Они оба ужасно, отвратительно пьяны, Им пробормотала что-то о том, что она не хочет тратить деньги на Uber в это время ночи и не будет ли дом Момо намного лучше с ней? На этот раз Наён вырывает карточку из пальцев Момо и держит её между зубами, чтобы просканировать. Они целуются до тех пор, пока Момо не может понять, принадлежит ли помада на её лице ей или Наён, и это грязно, но приятно. Момо не помнит, спали ли они вместе или нет, только то, что они обе много переворачивали одеяла и издавали восторженные крики. Наен даже похвалила художественную печать на стене, которую Момо купила на eBay в какой-то момент. Это все, что она помнит. Она говорит, что цвета хорошо сочетаются друг с другом. Момо кажется, что она плачет. Она просыпается и видит, как Наён ест свои любимые хлопья на кухне, и пытается придумать забавную шутку, чтобы поприветствовать ее. —Я вижу, как ты прячешься за углом, Мо. Момо стонет, ее головная боль усиливается от яркой улыбки Наён. Она раздражающе бодра для столь раннего утра и, похоже, устроилась у Момо раньше, чем та успела ее туда позвать. —Как долго ты не спишь? —Достаточно долго, чтобы знать, что у жирафов и людей одинаковое количество костей в шее, — говорит Наен, читая надпись на обратной стороне коробки с хлопьями. Ее телефон подключен к розетке, что объясняет, почему она не пользуется телефоном — Наен почти всегда пользуется телефоном. Момо падает на сиденье напротив Наён, ударяясь головой о стол. —Это не может быть правдой. —Но это так. Просто кости разной длины. —Ты маньячка, Най, — жалуется японка, а Наён продолжает улыбается. ________________________________________ Им потребовался четвертый визит, чтобы что-то установить между ними. Тогда Момо поняла, что Наён знает пароль к ее квартире, и что она знает, где хранится ее секретный запас кондиционера для белья. Сана знает Момо уже семь лет, но она до сих пор не знает, так что это сюрприз для нее. Как и все остальное, это происходит во время разговора в постели. Щеки Наён все еще горят от интенсивности грязных, мокрых оргазмов, которые Момо подарила ей в быстрой последовательности, ее глаза лениво трепещут. Японка поспешила вытащить их обеих из постели и отвести в ванную, чтобы они вытерлись, потому что «эти простыни новые», а Наён все это время ныла. –Кто мы? — спрашивает Момо, потому что она такая, она такая предсказуемая. Это похоже на женский фильм, они обе смотрят в потолок, бок о бок. Простыни прилипают к коже Момо, но ей все равно, особенно когда Наён прижимается к ней так близко. Им напевает, голос мягкий, но слова режать как самый острый нож. —Мы? Люди, которые спят вместе. Ответ настолько абсурден, что Момо расплывается в глупой улыбке, скорее от удивления и паники, чем от настоящего веселья. —Ты, случайно не- –Не совсем, — Наён виновато отводит взгляд, вытирая пот со лба тыльной стороной ладони, — Мо, я не особо… ищу сейчас что-то серьезное. Это так легко. И Момо может принять это. По крайней мере так говорит она себе, потому что это то, что она тоже может ценить. Никаких излишеств, никаких сложных отношений, в которых нужно разбираться, никакой драмы. Просто убийственно красивая девушка, ее рот и пальцы. Но это не просто принять… ________________________________________ Именно так— Наён ворвалась в ее жизнь. В шкафу Момо есть сменная одежда для Наён, с той ночи, когда она решила, что не хочет часто возвращаться в свою квартиру. Коробка с хлопьями на кухне Момо пополняется чаще, потому что Наён их тоже любит и не перестает есть. Наён оставляет свои зарядные устройства валяющимися в комнате Момо и хнычет, когда Хираи отключает их и обматывает резинками. –Тебе пора перестать убираться, — настаивает Наён, болтая ногами и наблюдая, как Момо упаковывает несколько резинок для волос в пакет с застежкой-молнией и надписью «Наёни». Им теряет свои резинки с невероятной частотой, что всегда доставляет неудобства. Просто ей нравится завязывать волосы перед тем, как заняться с Момо сексом, и — нужно ли говорить что-то ещё? У Момо могла развиться павловская реакция на то, что Наён завязала волосы в хвост, а могла и нет. Весь вчерашний ужин она провела в пылу ссоры и беспокойстве, потому что Наён завязала волосы, чтобы не вспотеть. Им оглядывает комнату, неодобрительно качая головой. –Что ты собираешься делать с таким порядком в жизни, Хираи Момо? —Что ты имеешь в виду? — фыркает Момо. —Чтобы жить Наён, тебе нужен порядок. —Неправильно, медвежонок, — парирует Наён.— Немного грязи — это хорошо! Это показывает, что в твоём доме жили. —Если твоя идея проживания грязна, мне придется со всем уважением отказаться от этой концепции. Наён раздраженно вырывается. —Дело вообще не в этом, Мо. Но она никогда не объясняет. ________________________________________ Именно так это и происходит — Наён сидит на каждой поверхности в доме Момо, покорно следуя за ней из комнаты в комнату, пока Хираи убирается в и без того безупречной квартире. Единственные комнаты, в которых немного грязно, — это те, где была Наён, и она достаточно виновата, чтобы предложить руку помощи. Но дело не только в уборке. За один, два, три, четыре, пять дней Наён пробирается в пространство Момо. Ее флакончики с духами занимают место на книжной полке, дорогие фирмы с названиями, которые Момо даже не может выговорить, но Наён сноб в отношении запахов. К ее чести, Хираи тоже довольно снобистски относится к тому, как она может дать имена всем своим куклам барби. Совместный сон становится больше игрой, чем чем-то страстным и серьезным. Это все еще грубо и страстно, но Наён делает паузы между поцелуями, чтобы посмеяться над тем, какая чувствительная Момо, или пожаловаться на то, что статуэтка на тумбочке Момо выглядит так, будто наблюдает за ней, и просит ее, передвинуть. Она всегда такая милая в самые пикантные моменты, и Момо восхищается двойственностью этой девушки. Никаких излишеств. Так они обещали, но со временем Момо поняла, что не сможет этого сделать. ________________________________________ Они встречаются один раз, снаружи бара, вдали от покрова темноты и крошечной квартиры Момо. Это рабочее мероприятие, выставка, проводимая в восточной части города. У Момо есть небольшой стенд, и она праздно сидит там, ожидая, когда люди подойдут к ней, чтобы она могла сделать отработанное коммерческое предложение и пригласить их в свою студию танцев. Она окидывает взглядом толпу. Толпа сосредоточилась в другой части выставочного зала, на что Хираи не жалуется. Она устала, раздражена и хочет пойти домой. Другие агентства здесь, похоже, разделяют ее чувства, стажеры, которых они разместили на своих стендах, нетерпеливо поглядывают на часы. К киоску Момо подходят две женщины, и она мысленно готовится, натягивая восковую улыбку и стеклянные глаза продавца, прежде чем оборачиваться. —Привет! Я надеялась, что ты расскажешь мне больше о своей студии, — восклицает одна из женщин, сверкая глазами, но Момо не обращает на нее внимания, потому что Наён стоит рядом с ней и выглядит так, будто увидела привидение. –Момо? –Вы знаете друг друга? — смеется коллега Наён, ее смех воплощение элегантности, — Как тесен мир! Как вы двое познакомились? Они смотрят друг другу в глаза, и Момо молится, чтобы у нее хватило телепатии, чтобы провернуть это. —Колледж- —Средняя школа- Тишина. Но Момо хочет умереть. —Старшая школа и колледж, — говорит Хираи, пытаясь выдать это за шутку, доброжелательно пожимая плечами. Наен кивает, стараясь не встречаться с ней взглядом, — Мы дружим уже некоторое время. Это проделывает целый ряд новых дыр в их истории, например, почему они были так удивлены, увидев друг друга, но Момо молится, чтобы коллега Наён просто оставил это в покое. —О? — коллега хмурится, словно прочитав мысли Момо, — Я никогда не слышала, чтобы Наёни говорила о тебе. —Может, и не тебе Мина, но я всем о ней рассказываю, — щебечет Им, уводя коллегу за руку. Она оборачивается, чтобы посмотреть на Момо. —Увидимся. Наградой Момо за этот невыносимо длинный рабочий день становится Наён, сидящая у неё на коленях в машине, которая хнычет и стонет в шею Момо до тех пор, пока ей не кажется, что она вот-вот взорвётся. Это идеальный момент, и она должна чувствовать себя так, будто им удалось избежать самого крупного ограбления ранее в тот день, когда она видит Наён, но это совсем не так. Им рассеянно мычит, когда Хираи упоминает об этом, нажимает ей на бедро и говорит ей забыть об этом. Момо удивляется, почему она должна это делать, но Наён настаивает. И Момо приходится так сделать. ________________________________________ Им Наён не разбивательница сердец. Момо это знает. Она не может винить Наён за то, что в нее так легко влюбиться, и все же она обнаруживает, что царапает ногти над контактом Наён, глупая фотография профиля контакта насмешливо ухмыляется ей в ответ. Где это вообще было сделано? Кто сделал это для нее? Наён выглядит на нем такой счастливой. Наён сказала Момо, что она хочет ничего серьёзного. И вина за всё, что происходит, полностью ложится на плечи Момо. Было бы неуважением по отношению к Наён настаивать на том, чтобы быть больше, чем просто друзьями по сексу, потому что Момо сама убедила себя, что хочет того же, что и Наён. Им не хочет никаких осложнений, и Момо хочет того же. Между их желаниями нет никакой разницы. За исключением того, что есть у одной из них чувства. Момо любит рутину и фиксированные вещи, чтобы получить комфорт, а Наён живет жизнью по минутам, никогда не строя твердых планов, пока не наступит момент. Для Момо хорошее времяпрепровождение — это остаться дома и посмотреть последнюю дораму по телевизору или побаловать себя вкусной едой. Наён живет в десять раз быстрее, чем Момо. У Хираи есть друзья, такие как Чонен и Сана, и Наён… О Боже, с кем вообще дружит Наён? Почему Момо не знает, с кем дружит Наён? Это не вина Наён, напоминает она себе, и это еще одно отличие — Им Наён держит каждый аспект своей жизни разделенным и аккуратно засекреченым. Момо не может этого сделать. Наён совсем не глупа. Она знает, когда что-то рушится, но не предпримет никаких шагов, чтобы вмешаться, пока все не будет разрушено. И Момо тоже не собирается этого делать. ________________________________________ Иногда кажется, что Наён тоже влюблена в нее, когда она широко улыбается кроличей улыбкой, а ее глаза прищурены и в них застыли темные озера любви. Или когда она кладет руку на плечо Момо, чтобы притянуть ее к себе, когда они смотрят Netflix, — движение настолько неловкое, что Момо убеждает себя, что это что-то значит. Наён всегда так счастлива, а Момо ничего не говорит, боясь, что это положит конец всему этому. Было бы эгоистично с ее стороны просить Наён прекратить выражать себя единственным известным ей способом. Как она должна сказать Наён, что поцелуи в щеку могут или не могут передать то, что она на самом деле имеет в виду? «Эй, Наён, перестань краснеть, когда я говорю, что ты красивая. Это не то, что должен делать друг с привилегиями.» Эти моменты мимолетны, и после них Момо всегда чувствует себя глупо, но она живет настоящим, висит на волоске и просто хочет, чтобы это не заканчивалось. Если бы она могла остановить их навсегда, возвращаться к этим моментам, когда захочет, она бы это сделала. Но та реальность, к которой она возвращается, всегда жестока. ________________________________________ Губы Наён всегда липкие, сладкие, как мед, из-за блеска для губ, которым она мазала губы. Однако сегодня все по-другому. Наён все еще тяжело дышит, прижимаясь к ее шее, все еще нетерпеливо кусает ее, и все по-прежнему там, в каком-то смысле, все еще целое, а не сломанное и раздробленное, как сейчас. Это заставляет Момо на мгновение задуматься, что, возможно, просто возможно, все это у нее в голове. Она думает о том, как Наён упомянула, что ничего не забывает, и улыбается горько-сладко. Она забыла ту часть, где они договорились, что между ними не будет ничего, кроме секса? Момо не чувствовала себя такой неловко с первой ночи, когда они были вместе, когда они стукнулись об углы столешницы и вскрикнули от удивления, потому что были слишком поглощены друг другом. Она чувствует холод рядом с Наён, и старшая девушка отстраняется, все еще обнимая бедрами талию Момо, когда она смотрит на нее снизу вверх, широко раскрыв глаза. —В чем дело, Мо? Выражение ее лица, должно быть, выдает ее, потому что смятение в глазах Наён проясняется. —О… —Я больше не могу так Наён, — бормочет Момо, — Я думала, что я справлюсь, и… — она с надеждой замолкает. Наён отводит взгляд, и Момо молится, чтобы Наён не поняла смысла её слов. ________________________________________ В конце концов, все не так драматично. Наён уходит без особой суеты, забирая свои запасные рубашки и шорты из шкафа Момо и запихивая их в пластиковый пакет, который она находит под раковиной. —Мне жаль, Мо, — тихо говорит она, стоя посреди гостиной Хираи. Момо сидит спиной к ней, крепко зажмурив глаза. Наён пытается снова. —Я действительно такая, ты же знаешь. —Это не твоя вина, Наён, — отвечает Момо, и голос становится напряженным, когда она пытается сдержать эмоции, клокочущие в её горле. Наён слышит это, едва скрываемую сдержанность, и она, должно быть, думает, что это игра для Момо. Момо думает, что проявление эмоций привлечёт Наён обратно к ней. Но это неправда. Ничего из этого не правда. —Но я- —Это не твоя вина, Наён, — повторяет Момо, —Мы просто люди, которые спали вместе. Пауза, как конец света для Момо. —Пока, Момо. Дверь закрывается, и Момо усиленно моргает. Пытаясь сдержать слёзы. ________________________________________ Момо надевает резиновые перчатки и оттирает каждый дюйм Наён в ванной, выбрасывая все вещи Им. Есть некоторые вещи, которыми Наён никогда не пользовалась, или вещи, которые она купила для Момо. Например, эта сковородка для яиц в форме Минни-Маус или зубная щетка с угольной щетиной, которая, как утверждается, удаляет зубной налет в два раза быстрее, чем другие зубные щетки. —Ты пытаешься мне что-то намекнуть? — пожаловалась Момо. —Это просто зубная щетка, Мо. Эти вещи не принадлежат Наён, но она их купила, и ей кажется неправильным держать их здесь. Все что связанно с ней кажется неправильным. Она выбрасывает тетрадь для сочинений, которую они купили вместе однажды вечером, после того как решили стать авторами песен. Они так ничего и не добились с этим, но было приятно просто открыть тетрадь, что-то в ней написать и закрыть, подальше от глаз всего мира, когда все было сделано. Такое освобождение было забавным, но Наён всегда было веселее, чем ей. Она выбрасывает лишние коробки с хлопьями, рассуждая, что все равно их не доест. У нее нет аппетита, не тогда, когда все, о чем она может думать, это как Наён сидит полуодетая за кухонным столом, черпает хлопья ложкой и читает обратную сторону коробок своим прищуренным взглядом. Вероятно, одновременно озвучивая эти забавные факты Момо, как будто ей нужно слышать забавные факты в 7 утра. —Эй, Момо, — сказала бы она ей, — А ты знала, у тебя больше шансов влюбиться в человека, если ты встретишь его в опасной ситуации. —Это так странно, — отвечала бы Момо, а Наён бы просто смеялась.