Ночь на кухне

Белые стены, потолок, пол, оборудование — всё чистое, стерильное. Ученые в белых халатах ходили туда-сюда. Оборудование тихо сжужжало. В одной из комнат стоял подросток, на вид самый обычный, если бы не причина его нахождения в этом месте. Он — эксперимент, оружие будущего, монстр, но уже точно не обычный мальчик. В комнату толкают мужчину в татуировках, заключенного, приговоренного к казни, и его палачом станет Эрик. Парень смотрит пустым взглядом на него. Нет сил сопротивляться, умолять, скучать по матери — есть только пустота, которая, как черная дыра, поглощает все в себя и разрастается. Звучит команда, и глаза покрываются чернотой, мужчина кричит, умоляет пощадить. А потом кровь и шепот, полный ненависти: — Монстр. Голова начинает кружиться, к горлу подкатывает тошнота, изображение мира начинает размываться, а после резкая белая вспышка. Разум поглощает животный страх, заставляющий бежать, но с места он так и не двигается, зато мелькают воспоминания. Все опыты, боль, смерти, разочарования и… Эрик подрывается с кровати, сменяя простыню, воздуха не хватало, но вдохнуть не получалось. Прошло около 5 минут, прежде чем дыхание и сердцебиение пришли в норму. Посидев еще минуту, парень встал и медленно и тихо, дабы никого не разбудить, направился на кухню. Каково же было его удивление, когда стал заметен мягкий свет из кухни — видимо, кто-то принес туда настольную лампу. В кухне было относительно свежо, окно приоткрыто, на столе и вправду стояла лампа, рядом находилась чашка с еще горячим напитком — что это было, понять издалека невозможно, а за столом с какой-то книгой сидел… Шон. Завидев второго полуночника, он слабо улыбнулся, и было в ней что-то понимающее, будто парень сразу понял, что произошло, и это было то ли слишком очевидно, то ли это было его личное понимание. — Чайник недавно закипел. Кивнул Шон, а после как ни в чем не бывало вернулся к чтению. Эрик, потупив минуту, молча кивнул и уже спустя пару мгновений сел напротив другого парня с чашкой чёрного чая. Шон перелистнул страницу и, видимо, никакой диалог начинать не планировал, наслаждаясь тишиной, но вот Эрику нужно было как-то отвлечь внимание своего сознания от кошмара, так что: — Бессонница или кошмары? Неожиданно подал голос Шон, то ли просто чтобы разбавить напряжение в воздухе, появившееся после появления Эрика, то ли поняв, что тому нужно как-то отвлечься. — Второе… А у тебя? — Смесь из того и другого. — М-м… Выглядишь ты на удивление… бодро? Шон закрыл книгу и усмехнулся: — С генами повезло… Хм, рассвет через часа 4, так что если хочешь отоспаться, то время еще есть. Беря со стола чашку со своим напитком, парень встряхнул волнистыми волосами и сделал глоток, а после посмотрел в сторону окна, хотя увидеть там что-то сейчас не было возможности, а после вновь посмотрел на Эрика, тот же молча смотрел в свою кружку: «Вряд ли я усну», — пожав плечами, произнес он. Повисла неловкая пауза, брюнет обвил кружку длинными пальцами и: — Ам… Слушай, если ты расшифруешь код вируса, получится создать лекарство… Ведь так? — Голос Эрика был непривычно тихим и сиплым, медленно пожирающее чувство вины за апокалипсис, перед Леной, за все смерти, произошедшие по его вине… Пожалуй, это одна из причин, почему с Шоном было чуть легче общаться, ведь тот не винил просто потому, что никого из близких не потерял… Какой же он эгоист — радуется чужому горю. Шон, видимо поняв направление мыслей… друга? Усмехнулся: — Ни "если", а "когда", и да, если еще и найдем противоядие, спрятанное твоим от… Кхм, Ричардом, то вообще песня, — парень ободряюще улыбнулся. — А теперь пей, а то прям туча грозовая, всю атмосферу испортил. Эрик промолчал на эту колкость, а потом почти лег на стол, поглядывая на Шона из-под челки, его присутствие странным образом успокаивало. В мягком свете лампы он выглядел прекрасно. Вьющиеся красные волосы падали на лицо и переливались смесью алого и огненно-оранжевого, глаза блестели, как то ли изумруды, то ли аквамарины. Взгляд остановился на губах, а потом быстро перешёл на руки парня. Худые пальцы аккуратно листали страницы, внутри стало появляться необъяснимое желание взять красноволосого за руки, и, уже не давая себе отчета о действиях, перворожденный пустой схватил Шона за руки, когда тот потянулся за чашкой, переплетая их пальцы. Рыжий дрогнул и поднял недоуменный взгляд: — Тебе от недосыпа совсем не соображаешь, что делаешь? — Нет… Просто ты неприлично красив. Повисла тишина. Секунда. Вторая, и до Эрика наконец-то доходит, ЧТО ОН БЛЯТЬ СКАЗАЛ. — Ам… То есть… — Отстранив руку, парень отвел взгляд, но вместо игнорирования или возмущения он получил лишь легкий смешок, а потом его руки накрыли чужие. — Да забей… Это было просто… Неожиданно? Оба неловко рассмеялись. Потом. Все проблемы они будут решать потом. Сегодня, но не сейчас.