В эту ночь изменится всё

Шум за окном. Звуки плескающихся волн и чаек.  Такое утро всегда встречают моряки, а детектив Хван Джун Хо—далеко не моряк, но сел на корабль и отправился искать остров на котором проводились игры.  Он ехал туда, осознавая что среди всех тех убийц, наверху сидит самый главный.  У этого убийцы родное лицо.  Это старший брат—Ин Хо.  Но младший брат хранит в сердечке, тайну что чернее тьмы.  Ведь такая она—братская любовь.  Он верит что из-под злобной маски, сквозь пелену зла и холода, на него смотрели такие же добрые и заботливые глаза.  Глаза, в которых должно быть мелькало сожаление о своих действиях.  Ведь зачем ещё он попросил капитана Пака чтобы спасти того, кто может ему помешать злодействовать?  К работе Джун Хо всегда относился ответственно.  Не зря он был детективом и каждый житель Сеула знал— если случались серьёзная беда, значит нужно обращаться к детективу Хвану.  Джун Хо даже в тайне все хулиганы и преступники уважали.  Не за то что он был важным, не за то умён и с лёгкостью разоблачит преступление.  За простую человечность, а ещё за доброту и преданность помочь душе, даже если она вязалась в криминальное дело.  Полицейский отличался от остальных тем, что на допросе всегда смотрел прямо и спокойно, без осуждения.  Как на личность, а не как на преступника которого хочет поскорее кинуть за решётку.  Его вопросы звучат хоть и наводяще, но искренне.  Перед тем как выносить приговор, детектив Хван хочет узнать главную мотивацию преступника, увидеть ситуацию его глазами и с какой целью человек поступил так.  А там можно подёргать за ниточку и размотать обвинительный клубок чтобы на суде эта информация обернулась в пользу подсудимого и он получит смягчённое наказание.   У Сок не отвечал на звонки.  Наверное его поймали полицейские и закрыли за его выходки.  Ничего, как только вернётся—сразу освободит его.  Детектив Хван был благодарен господину Чою за то что он подозревал капитана Пака и не отправился с ними.  Ведь если бы не он—полицейского давно бы тут не стало.  Солнце только начинало подниматься, заглядывая своими лучами в каюту.  Джун Хо стоял у штурвала вместе с единственным выжившим помощником— Ким Сан Хёком.  Радом на полу лежал перебинтованый капитан Пак.  — Почему вы спасли его, детектив?   Хван перевёл взгляд на убийцу, который сейчас выглядел жалко, как пёс после драки и сказал — Нет смысла в его смерти, сейчас ни к чему эта месть.  Живым он нам пригодится больше, так как я планирую допросить его и узнать где находится остров.   Ким удивился такой решимости парня.  Но удивление было не долгим, ведь от детектива Хвана только этого и ожидаешь.  Это только на дороге, он стоит спокойно и выписывает штрафы нарушителям, а как только начинается какое-то криминальное дело и запусти в него детектива— всё.  От скромного полицейского ничего не остаётся.   — А вы уверены что он вообще скажет хоть что-нибудь?  — Он итак уже раскрыл свою настоящую суть.  Ему больше нечего скрывать ведь все равно будет притянут к юридической ответственности.  Глаза пленника медленно открылись.  Перед ним предстали две фигуры которых он не смог убить.  Детектив Хван шагнул вперёд.  — Доброе утро, капитан.  Извините что разбудили, но у нас с утра появились важные разговоры для обсуждения.  Капитан безразлично посмотрел в сторону полицейского как будто он был для него прозрачным.  Тот конечно же уловил этот взгляд.  Многие преступники показывают своё безразличие, тем самым говоря : «Делайте со мной что хотите, я вам ничего не скажу».  И в этот момент главное не поддаваться провокации, а спокойно подойти.  Детектив Хван сел на ступеньку, смотря своим привычным взглядом.  — Смотрите. Мы вас уже поймали.  И когда вы прибудете в полицейский участок, вас там уже осудят по полной.  Убийство экипажа— раз, подделка документов— два, нелегальное хранение денег—три, участие в криминальной организации—четыре,— говорил Джун Хо, загибая пальцы,— и я уверен что если я буду искать дальше, то найду где загнуть оставшийся палец и получится такой себе букет преступлений.  Так что, вам светит реальный пожизненный срок.  Ён Гиль склонил голову набок, смотря детективу в глаза и пытаясь понять его мотивы.  — И вы сохранили мне жизнь чтобы сейчас перечислять мои статьи?  — Нет.  Статьи вам будут перечислять на суде, а я хочу предложить сделку.  Вы говорите мне где находится остров, а я вношу это как «сотрудничество с полицией и помощь в поимке злодеев».  И тогда вам дадут максимум 40 лет тюрьмы,  а там я уже договорюсь на 30. Так что скажете?  Рядом стоящий Ким был удивлён мастерством Хвана в разговоре.  Сам же капитан равнодушно вдохнул.  — Если вы считаете что я пойду у вас на поводу, тогда вы очень ошибаете….мгх… Он попытался подняться чтобы показать что всё ещё может контролировать ситуацией, но рана от стрелы отразила своё присутствие.  — Я вам не враг.  Полиция всегда с народом.  Вы ко мне по человечески и я к вам по человечески.  Я вам говорю, я могу повести вас к знакомым преступникам, они подтвердят мои слова что я любую помощь всегда оценю.  Наконец сквозь безразличного взгляда капитана проскользнула эмоция.  Она была печальной, показывая насколько уязвим мужчина в данный момент.  — Мне легче сесть на пожизненное, чем то что они со мной сделают если я вам расскажу правду.  Брови Джун Хо поползли вверх от удивления.  — Что сделают?  — Каждому кто предадут организацию заклеят рот навсегда.  Хвану не нужно было объяснять значение этого термина.  Теперь он понимал что хоть капитан Пак и представлял серьёзную угрозу но он всего лишь жертва.  Джун Хо сделал голос помягче.  Он всегда так говорил когда видел что перед ним пешка и нужно выйти на короля.  — Но ведь чтобы с вами что-то сделать, им нужно сначала добраться до вас, правильно?  Пак согласно кивнул.  — Я даю вам слово полицейского что с вами ничего не случится.  Они сюда не войдут.  Только скажите где остров и мы сразу вызовем подмогу и они захватят каждого кто стоит за этой организацией, а с вами они ничего не успеют сделать.   Он даже вытянул мизинец в знак скрепления клятвы.  Ён Гиль усмехнулся, но не злостно, а горько.  Сердце его пронзило от осознания того насколько чистый оказался этот полицейский и желает помочь ему как будто он был всего лишь жертвой обстоятельства, а не убийцей и обманщиком.  — Вы согласны?  — Хван… я вас очень уважаю но прошу не надо.  Вы такой невинный человек, как был мой друг.  Но с такими как вы они сразу разберутся на месте.  — Нас больше.  Мы не собираемся нападать сразу, а подкараулим.  — Верьте детективу Хвану,—  неожиданно вмешался Сан Хёк,— он знает своё дело.  У него особое полицейское чутьё.  — Не всё так просто парни.  Вас поймают, а меня накажут. — Я вам говорю, ничего не будет.  Сюда никто не зайдёт.  Мы не пустим, и приедем с подмогой, мы сами туда не поедем,—убеждал Джун Хо — Но… — Вы меня слышите через слово? Или я на какой-то абракадабре говорю?  Джун Хо поймал себя на том что говорит мамину фразу.  Да и он давно стал замечать за собой мамины привычки и фразы, но это ему даже предавало особой изюминки.  Капитан убедился что детектив решительно настроен, поэтому сказал  — Я готов.  Ким с уважением смотрел на Джуна как ему в очередной раз удалось.  — Отлично, теперь скажите, где находится остров?  Капитан понизил голос до шёпота.  — Для вашего же блага я не могу сказать, меня могут прослушивать.   — Хорошо, сделаем по другому.  Полицейский взял со стола карту и показал её в раскрытом виде.  Ён Гиль указал пальцем на один из островов.  — Вот так я и думал что нужно плыть туда.  — А вы уверенны что он не врёт?  — Мне нет смысла вас обманывать.  Раз уж всё равно попался.  Я только попрошу об одном, детектив Хван — Я вас слушаю — Раз уж вы хотите остановить организацию, спасите моего друга которого так же держат на крючке.  Его зовут Ро Ви Ён и он работает там Вербовщиком.  — Вербовщиком? Ах да, я с ним уже знаком. Он также давал показания.  Не беспокойтесь, я уже пообещал ему спасение.  Джун Хо принялся сбрасывать своей команде координаты острова.  Ки Хун проснулся ещё с первых нот будильника.  Теперь он спал не один в одиночной постели чужого человека, рядом с ним лежала самое дорогое что у него есть— дочка Ка Ён.  Её веки слегка зашевелились, услышав мелодию но она не проснулась, лишь перевернулась на другой бок.   Хорошо что на этот раз Ин Хо не приковал его цепями за перила кровати, а то как объяснить такое дочери? И даже в комнате его не было, хотя обычно Ведущий тут с ранней зори сидит.  Но некогда было об это думать.  Хван может прийти в любую минуту и тогда кто знает что произойдёт? Вдруг потребует что нибудь взамен на возможность воссоединиться с дочкой? Поэтому Ки Хун собирался как можно быстрее, ведь целью дня было переехать вместе с Ка Ён в новоселье и начать строить заново жизнь.  Увести такого милого ангелочка света подальше от острова где живёт лишь тьма, что поглощает всё хорошее.   Он аккуратно подошёл к двери и открыл её. Коридор с золотыми лампами был пустой.  Не было слышно чтобы сюда кто-то шёл.   — Доброе утро, папа,—послышался сзади девичий голос.   Ки Хун обернулся, мило улыбаясь дочке.  Как же он давно не слышал её мелодичного голоса.  — Доброе утро доченька.  Как спалось на новом месте?  — Хорошо, но мне больше понравилось то что наконец-то я могу сказать тебе доброе утро и спокойной ночи вживую, а не по СМС.  — Моя хорошая,— он нежно провёл рукой по её шелковистым волосам.   Трогал осторожно, как будто Ка Ён была не простой девчонкой, а каким не будь сокровищем.  Хотя дочка для Ки Хуна и была его самым настоящим сокровищем.  Он бы мог так и продолжать сидеть, чувствуя как радость и тепло проникают в него, как расцветают внутри него цветы радости, но он всё не мог избавиться от ощущения что сейчас зайдёт Ин Хо.   — Дочь, я тебе сейчас завтрак принесу, ты покушай и мы сразу уезжаем и поедем туда куда ты захочешь, хорошо?  — Хорошо,— радостно кивнула Ка Ён,— а что это за место где ты работаешь?  — Я обо всём тебе поведаю позже.  Ты только скажи, как господин Хван нашёл тебя?  — Я позвонила тебе по телефону и он взял трубку.  Он рассказывал как ты говорил ему обо мне, как заботишься и работаешь да и вообще всё для меня сделаешь.  От этого мне ещё больше захотелось увидеть тебя.  Мне если честно не очень нравилось в США, вернее нравилось, но тебя всё равно там не хватало. Я и рассказала об этом Хвану и он решил помочь мне приехать и увидеть тебя.  Так вот как открывается сундук.  Ка Ён сама позвонила папе но трубку взял Ин Хо, они поговорили откровенно и он…сжалился, говорил о нём только хорошее и действительно решил помочь?  Неужели в его душе действительно произошли изменения?  Но зачем он тогда предложил убить остальных игроков?  Неужели это тоже была своего рода помощь?  Интересно, почему Ин Хо так и не появляется в комнате ведь сейчас как раз удачный момент для обсуждения всего и ещё раз показать свою любовь к Ки Хуну?  — Это…это хорошо… — У тебя такой хороший друг.  Друг… Там всё намного запутаннее но Ки Хун поспешно кивнул.  — Да…Да это ожидаемо от него.  Ну что же, жди меня, сейчас вернусь.  Сохраняя весёлое отцовское настроение как и раньше, Ки Хун направился прямо по коридору.   А ведь Ин Хо так и остался сидеть на том месте, откуда наблюдал за Ки Хуном.  Как в невесомости над одиночеством, любви без гордости летать не хочется, поэтому и сидел, смотря как спокойно уходит его возлюбленный, как продолжает нести свет в своей душе не подаваясь ничему.  Стойкий и отважный, поэтому не сломался. Потому что может.  Ин Хо не помнил когда в последний раз плакал, когда в его душе мелькали такие эмоции ведь ему было давно уже всё равно.  Последний такой раз был когда умерла жена, а сейчас…. А сейчас умерли его надежды.  Он ведь видит в Ки Хуне отражение себя, своих действий, но это отражение не пошло его дорогой, оно показывало альтернативу.  Ки Хун был как яркая звезда, звезда до которой не дотянется тот кто утянут тьмой.  Вот сейчас, до этого бездушный Ведущий медленно открыл солёные от высохших слёз глаза.  Выглядел он по другому со стороны, совсем не как человек который демонстрирует власть.  Глаза были мокрыми, волосы слегка потрёпанные, от слёз намок даже воротник.   — Господин,— послышался сзади голос одного из охранников Ин Хо даже не обернулся.  Как-то всё в один момент потеряло смысл.  Чувства были смешанные, он даже не знал что расстраивало его больше.  То что Ки Хун смог выпутаться из манипуляторных ниток, а Хван в своё время нет? Или то что теперь ему можно и не надеяться на возможность улучшить с ним отношения и перевести их на что-то новое? Ведь он чуть было не разрушил его личность, повёл по тёмному пути.  Разве после такого может что-то быть?  — Господин,— снова обратился голос.  — Что?,— без эмоционально произнёс Ин Хо.  — Ну наконец-то с кем-то получилось связаться.  А то я привык что вы с самого утра встречаетесь в главном зале где мы обсуждаем важные дела, а тут что от вас ответа нет, что от Главнокомандующего Офицера.  Услышав о времени, Хван посмотрел на часы и увидел что стрелки уже показывали на девять, а он только проснулся.  Такое было впервые, обычно Ин Хо просыпается ещё до будильника, а тут не отреагировал даже на звон.  После ситуации его настиг сон.  Глубокий и манящий и в этом сне он был счастлив.  Он мог отойти от реальности и спокойно ощущать себя обычным счастливым человеком.  Но виду подавать было нельзя что что-то случилось.  Это не только не подходит его имиджу но вдобавок может предоставить Сону проблем, а ведь он ничего плохого не сделал.  Наоборот, он в этой ситуации молодец.  Поправив причёску, Ин Хо повернулся к солдату и старался смотреть на него привычным взглядом.  — Мне пришлось решить сегодня один вопрос поэтому меня не было на утренней встрече.  На счёт Офицера Джунса не знаю. Попробуйте с ним связаться через какое-то время.   — Хорошо.  Просто сейчас начнётся последняя игра.  Вы идёте к Випам?  — Я позже приду.  Солдат кивнул и вышел из комнаты, покидая загадочную атмосферу что исходила от Ведущего.  Парень просто наблюдал за комнатой, откуда выходили игроки.  Всех этих людей могло сегодня не стать, они бы так и не открыли глаза этим утром.  Их судьба была в руках у Ки Хуна и тот позволил им жить дальше.  Если бы они только знали какой подарок им преподнесли.  Да и Ки Хун вообще был высший подарок с небес что останется в сердце Ин Хо навечно.  Он был благодарен ему.  Что наконец открыл глаза, вывел из непроглядного коридора тьмы в который завёл его Иль Нам.  Что будет делать дальше? Рука что была нерабочей, отражалась на здоровье Ин Хо.  Он спал в сидячем положении и организм у которого давно начались проблемы со здоровьем отреагировал на это.                              Игроки  Игроки тем временем уже поднялись на первую платформу.  С правилами их ознакомили, нужно было выталкивать одного и больше игроков на каждой платформе.  Чтобы начать игру, нужно нажать на кнопку на полу.  Таймер включился и принялся отсчитывать 15 минут.  — Предлагаю решать всё коллективно,— сказал Чон Де,—   нужно сталкивать по одному игроку, это снизит количество жертв.  — Интересно, что это говорит тот кто сам был не против этим жертвам,— предусмотрела Сэ Ми.   Она внимательно изучала игрока, ведь тот может их обмануть и забрать весь приз себе.  — Я понимаю ваше недоверие, именно поэтому будем решать всё честным и прозрачным голосованием.     Ребёнок, который до этого спал на руках у своего «папы», издал звук, как будто выражая желание тоже по учавствовать в голосовании.  Все разом обернулись.  — Я предлагаю скинуть игрока 222,— предложил Ки Мин, на что все вокруг ахнули.  Ведь это означает что придётся отказаться от новорождённого ребёнка.  — Аргументируй своё предложение,— сказал игрок 100, хотя по его улыбке было видно что любой аргумент он сочтёт весомым.  — Я конечно не красноречивый, но допустим выйдет этот комочек света на улицу, что его там ожидает? Кто о нём позаботится?,— начал 203-й и медленно подходил к Мён Ги,— мама умерла.  И не похоже чтобы у него был папа.  Эти слова вызвали заметную реакцию на лице того, кто являлся законным отцом девочки.  Он сделал шаг назад, пока на него уставились удивлённые и изучающие взгляды.  Ему казалось, что все эти люди знают о том кто он такой и что сделал и сейчас накинутся на него.  — Так, если никто не возражает, давайте тогда выберем игрока 222,— продолжал Чон Де.  — А может не надо?,— вызвалась Ми На,— это же маленький ребёнок. Он даже не понимает где оказался.  — Так тем и лучше.  Он даже ничего не почувствует, а мы отправим его в лучший мир,— сказал Ки Мин.  — А почему не тебя?,— храбро спросил Мин Су, встречаясь со взглядом оппонента.  — Потому что он лёгкий. — Вот это сейчас стою-слушаю. Как так можно? Ещё у самих на губах молоко родной матери не обсохло. — Вот это ты красноречивый, мне даже нравится,— гордо улыбнулась Сэ Ми. — П-правда? Она кивнула и обернулась к игрокам. — Он говорит правду. Должен быть другой выход. — Это верно Мин Су,— неожиданно отозвался Нам Гю. Впервые в жизни он обратился к нему наравне. — Но вот ты говоришь про маму, так? А ведь у него никого нет. Это жестоко, но….наверное тут всё таки есть горькая правда со стороны 203-го. Понимаете. Меня тоже в детстве бросили и это ни к чему хорошему не привело, хах, наверное по моему характеру это видно.  Так что может быть то что мы сделаем сейчас и к лучшему?  — Ты уверен?,— осторожно спросила Ён Ми, дрожа от осознания того что сейчас будет.   Нам Гю ласково провёл рукой по её волосам. — Знаешь сколько таких как я существует? Не всем из них улыбнулась удача в виде тебя.  — Так, решено, все согласны про игрока 222.  Такой результат нашего демократического, прозрачного голосования,— вынес вердикт Чон Де.  — Я лично не согласен,— сказал Мин Су,— лучше толкнуть того кому победа не так важна. — Тогда это ты,— отозвался Ки Мин. — А почему сразу я?  У меня хотя бы цель есть, куда деньги вкладывать, а тебя ничего не интересует. Только, чтобы такого сделать плохого. — Ого Мин Су, ты откуда такие цитаты знаешь?,—заинтересовано спросил Нам Гю который кажется уже стал уважать парня — А, это из жизни. Что-то от родителей, что-то от учителей. Игрок 203 тем временем медленно подходил к Мён Ги.  Слыша разговор, парень сам задумывался над ситуацией.  Он смотрел на свою новорождённую дочь.  Наверное они правы.  Он же не хотел детей.  Не позаботиться о ней должным образом.  Так может, время облегчить её страдания и… Девочка открыла свои маленькие как бусинки глаза и посмотрела на папу.  Улыбалась и издавала милые звуки.  Она была такой красивой и милой для такой судьбы.  Совсем как…. — Джун Хи?… Совсем как её мама.  И эта мысль словно отрезвела его.  Прогнала плохие мысли.  — Господин, отдайте мне ребёнка,— послышался сверху голос игрока.  — Н-нет….  Голос 333-го дрожал, он принялся отступать назад придерживая ребёнка ближе к себе как будто пытаясь защитить от всего мира.  — Понимаю что вы чувствуете,— сказал Чон Де,— но мы это делаем не просто так, а ради нашего выживания.  — Н-не надо, пожалуйста.  Перед глазами появлялись картинки где они вместе с Джун Хи.  Радуются и смеются как два беззаботных лебедя, что готовы переплыть океан любви вместе.  Как она просит защитить ребёнка и падает вниз.  — Отдай ребёнка,— скомандовал Ки Мин,— тебе вообще ничего делать не надо.  — Слушайте, если он не хочет то не надо его заставлять,— сказал Де Хо.   — Сейчас захочет.  — Он так переживает за ребёнка,— шёпотом сказал Танос своей команде.  — Вы хотите сказать что он отец?,— спросила Ми На.  — Отдавай ребёнка, просто отвернись и всё.   Мён Ги отступал всё дальше и дальше.  Слёзы набегали на глаза, сердце билось в страхе за дочку.  Если бы несколько месяцев назад ему бы сказали что он будет переживать за ребёнка, он бы не поверил.  Спиной он уткнулся во что то железное.  Это был шест, стоящий на платформе.  Неожиданно он схватил его, наставил вперёд как меч. — Пошли все вон от меня и моего ребёнка. Все разом переглянулись.  Даже 203-й потерял былую уверенность, но быстро совладал с собой — Ты серьёзно? Проснулся называется.  Мы же только что всё обсудили.  Мён Ги укутывал дочку одной рукой, а другой держал шест.  — Послушайте господин,— вмешался Чон Де,— мы понимаем что это выглядит жестоко, но если мы дадим этому ребёнку сейчас жить, а потом просто выкинем на улицу то это будет намного хуже для него же самого.  Подумайте, кто о нём позаботиться? У него даже папы нет.  — Это я её папа.  Признание сразу переменило атмосферу вокруг.  Больше всего удивление было со стороны команды Таноса.  Нам Гю стало так неловко за свои слова до этого, но он просто был уверен что этот ребёнок ничей, а оказалось вот так.  Он опустил взгляд вниз, но Ён Ми провела по его руке ободряющим жестом.  — Ого, Мён Ги, решил семью завести даже в таком месте? Вот это ты смелый.  Танос сказал эту фразу не с насмешкой, а искренне.   — Уж похрабрее тебя буду.  — Ты прости нас,— вдруг отозвался Нам Гю,— мы правда не знали что это твой ребёнок.  Я бы никогда не сказал такую фразу если бы знал что ты её папа.   — Нам Гю, ты вообще только под каблуком у Таноса.  Тут даже и возражать никто не стал.  Все понимали что Мён Ги это говорит неосознанно.  Випы тоже оживились от такой новости.  — А вот и папа нашёлся,— сказал самый старший.  — Да тут целое семейство собралось.  Ещё помню здесь мама играла со своим сыном,— добавила Ширин.  — Такое ощущение будто мы смотрим какую-то семейную драму,— заявил рыжеволосый,— и кстати где Ведущий со своим другом? Он тут такое пропускает.  Парень извергал грозовые тучи на своих оппонентов и казалось вот-вот кого-то столкнет.  — Ладно-ладно,— попытался оправдаться Чон Де,— мы не тронем твоего ребёнка.  Мы просто не знали что он твой.  — Тогда почему вы хотели её скинуть? Можно же было поинтересоваться чья она.  — Мы просто не знали что это чей-то ребёнок,— ответил Ки Мин, но расстояние не сократил. Мён Ги и сам винил себя за то что так халатно относился к родной дочке, но это было в последний раз.  Он ощущал как бьётся её храброе сердечко, какие нежные её шелковистые волосы, как приятно держать её на руках.  Он больше не отпустит.  Не откажется.  У многих игроков появилось сочувствие в глазах за то что они хотели скинуть ребёнка и напугали её папу, кто-то даже смотрел с уважением.  Один только игрок 203 лишь закатил глаза, как будто перед ним подросток с которым он спорит.  В голове он всё ещё эхом отзывались слова его любимой.  «Спаси ребёнка», кутал дочку ближе к груди и та спокойно люлюкала на руках родителя, как будто сердцебиение её папы было колыбельной.  — Теперь знайте что я не отдам вам мою Хе Вон.  — Хе Вон?,— спросили игроки — Это имя? Хе Вон?,— предположила Ён Ми.  — Д-да. Это я только что придумал,— говорил 333-й с таким взглядом как будто сам не верил что только что сказал,— это очень красивое имя, оно означает богатая и властная.  А моя доченька такой и будет.  Богатой и властной, ведь её папа выиграет большой приз.  — Или я тебя сейчас столкну и праздник закончится,— сказал Ки Мин что вызвало реакцию у Мён Ги.  — Давай.  Попробуй  меня столкнуть.  Тот запрыгал на месте, как тигр что готов кинуться на жертву.  Он нарочно поднял взгляд вверх чтобы не было видно слёз, иначе не выглядит угрожающе человек который плачет.  — Может лучше оставим действительно его в покое?,— попробовал остановить конфликт игрок 100,— если мы будем продолжать спорить то все погибнем.  — Да он просто думает что я здесь клоун на ниточке.  Если толкнуть его хорошенько то он кинет ребёнка, а в следующем раунде вытолкнем его.  — Не смей,— попытался оспорить Танос.  Как бы не пытался скрыть свои слёзы Мён Ги, они всё равно блестели от освещения и от этого 230-й не мог не чувствовать жалость к нему.  За то что угрожал парню расплатой, а сейчас кажется готов простить ему все ошибки.  — Тише, у меня есть план,— остановил парня Мин Су,— я сейчас подбегу и столкну его со спины.  — Лучше не стоит,— остановила Сэ Ми,— а то ещё вместе полетите.  — А что делать? Пока 333-й держит шест 203-й не подойдёт и так и будем тут стоять.  — У меня есть идея,— отозвался Чон Де. — Знаете мне от ваших идей уже страшно.  — Ничего такого тут не будет.  Мы будем решать жребием.  Кто вытянет короткую полоску тот и прыгает.  — А ребёнок? — Пусть папа вытянет за ребёнка.  — Мён Ги никогда на такое не согласится,— возразила Ми На.  — Давайте лучше без ребёнка. Многие одобрительно кивнули и Чон Де тоже пришлось согласиться.  — Эй ребята, у нас появилось предложение которое честно нас рассудит.  Мы будем вытягивать жребий.  Кто вытянет короткую полоску тот и прыгает.  Играем без ребёнка , не волнуйтесь.  Игрок 333 даже может сам решить последовательность вытягивания.   Мён Ги внимательно смотрел на игроков,  пытаясь поймать в обмане.   — Вы согласны господин?  — А если я упаду? Кто будет воспитывать мою дочку?  Об этом игроки не подумали, но Нам Гю тут же поспешно ответил — Тогда ты тоже не участвуешь.  — Что? Это же нечестно,— возразил 203-й.  — Вот на такие условия я согласен играть.  — Конечно согласен.  Ты же из воды сухим выйдешь.  Такой прохвост.  — Если бы я был один то согласился бы участвовать в жеребьёвке.  Поймите, я дал клятву что защищу этого ребёнка.  — Это седьмая вода на киселе. — Подождите,— вмешался Де Хо,— мы же здесь всё решаем демократическим голосованием? Вот давайте этот вопрос также решим.  Кто за то чтобы ребёнок и игрок 333 не участвовали в жеребьёвке?  В воздух поднялось 8 рук.  — Восемь из десяти если не считать ребёнка.  Значит мы решили.  Каждый подходил и вытягивал полоску.  Руки Ён Ми дрожали.  Нам Гю ласково провёл по её волосам.  — Не бойся.  Давай вместе?  Они вытянули одновременно.  — Длинная?  — Д-да.  — И у меня длинная.  Видишь как хорошо.  Короткая полоска оказалась у 203-го.  Мён Ги заметил это и сказал.  — Итак. У игрока 203 короткая полоска. Значит он должен прыгать.  — Я не буду,— серьёзно ответил Ки Мин.  — Это было не предложение.  — Всё равно не буду.  Потому что ты слишком хитрый 333-й.  Схватился за ребёнка и все тебе должны.  — Хорошо.  Сделаем по другому.  И прежде чем Ки Мин успел отреагировать, Мён Ги разбежался и столкнул его шестом.   «Игрок 203 выбывает»  — Вот это представление.  И не жалко потраченных денег,— обсуждали Випы.   Конечно они не понимали серьёзность ситуации.  Для них это всё была игра.                                                      Ин Хо — Господин, господин В коридор как комета влетел солдат.   — В здании пожар. Нужно эвакуироваться Эта фраза вывела из грустных мыслей Хвана.  — Где пожар?  — В архивной.  Кто-то поджёг документы и теперь пламя разразилось по всему помещению.  Это была 011 Но Ыль которая залила все документы специальной водой и подожгла зажигалкой чтобы навсегда покончить с этой организацией и удалить всю информацию о игроках.  Охранники бежали толпами.  Ин Хо тоже хотел встать но связки уже были нерабочие не только в руке но и в ноге.  Боль захватило тело льянами и парень не смог встать.  Дыхание сбивалось, кажется болезнь уже развивалась.  Как плата за игнорирование её.                         Сон Ки Хун  Ки Хун дал дочери еду, а сам отправился на разведку территории чтобы не столкнуться с кем нибудь и не появилось лишних вопросов.  Проходя по коридорам он слышал звуки, видел как люди выбегали из здания и почуял запах дыма.   «Ка Ён» первое что пронеслось в мысли мужчины.  Он кинулся как можно быстрее к комнате.  Летел словно у него за спиной выросли крылья.  Комната находилась недалеко от архивной и на неё уже перебросилось пламя.  Горящая дверь упала, заставив вздрогнуть девочку, сидящую на кровати.  Она смотрела своими бусинками в сторону папы.  В глазах мелькал страх.  — Папа… — Ка Ён, я иду Перепрыгивать дверь было опасно для Сона.  Его костюм свисал до пола и мог задеть огонь.  Дым поднимался столбом и вскоре образ дочери принялся пропадать из виду.  Лишь одни только глаза оставались видны.  Маленькие, красивые и живые глаза.  Они светились как маленькие звёздочки.  Ки Хун подошёл совсем близко к огню и вытянул руки вперёд.  — Ка Ён, прыгай Девочка сразу в страхе замотала головой.  — Не бойся, я поймаю — А если нет?  — Я дал клятву что начну жизнь с чистого листа.  Вот моё начало.  Слова папы звучали так убедительно.  Навеивали тёплые воспоминания из детства.  Решительно кивнув, Ка Ён принялась отходить назад.  Затем побежала и прыгнула.  Чувство было что она летит в открытый космос но полёт оказался не долгим ведь её же схватили родные руки и прижали к себе.  Ка Ён чувствовала как бьётся внутри его заботливое, храброе сердце.  Нежно завернув дочь, как дорогой подарок, Ки Хун принялся убегать из поглощающего пламенем места.   Он бежал быстро и наконец нашёл выход.  Воздух сразу заполнился морской свежестью, а звуки волн успокаивали атмосферу.  Ки Хун никогда не видел как эта организация выглядит снаружи.  Сейчас же перед ним пристало большое чёрное здание.  Здание что полно тайн и загадок.  Туда, куда заходят многие, а выходит всего лишь один.  Ки Хун поставил дочь на песок.  — Спасибо. — Не за что моя хорошая.  — А что теперь мы будем делать?,— спросила Ка Ён, с любопытством разглядывая остров.  — Сейчас за нами должен приехать мой друг детектив Хван Джун Хо.  — Ого, сколько же ты новых друзей завёл пока меня не было Завёл Сон много друзей за это время, но к сожалению многих из них больше нет.  — Достаточно.  Не волнуйся, я тебя со всеми ними познакомлю.  — А господин Хван? Он же там остался.  — Господин Хван взрослый человек и сам может эвакуироваться.  — А вдруг нет?  Её лицо приобрело серьёзных оттенков.  Обычно,  так переживают за близкого тебе человека.  Для Ка Ён он произвёл на неё особое впечатление?  — Ка Ён.  Понимаешь.  Ты так хорошо говоришь о Хване.  Но, иногда взрослые ведут себя намного лучше перед детьми чем так кем они являются на самом деле. Конечно.  Не станет же Ин Хо говорить 12-ти летнему ребёнку что он всего лишь навсего Ведущий который проводит смертельные игры.  Ка Ён слушала с пониманием на глазах.  — Я поняла.  Обычно взрослые ведут себя мило с детьми но это лишь для того чтобы самим очиститься.  Ки Хун удивился неожиданной фразой.  — Ухты, это откуда такая мудрость?  Дочка улыбнулась. — Это из личного опыта в США.  Там я как будто увидела своих родных людей с другой стороны, переосмыслила жизнь.  Это и есть стадия взросления?  Ки Хун кивнул.  — Да.  Когда начинаешь анализировать ситуацию то это первый шаг на пути к взрослой жизни.   — Вот и у меня это случилось.  Я конечно благодарна за эту поездку ведь многое поняла.  И знаешь что ещё я открыла для себя? Что слова человека могут не о чём не говорить.  Нужно смотреть в глаза.  Ка Ён рассуждала как настоящий психолог.  Фразы дочери заставили папу задуматься.  Дети всегда чувствуют людей лучше взрослых, но не мог ли Ин Хо просто одурачить её милыми речами? Хотя нет.  Ка Ён не маленькая девочка.  Ей 12.   Он вспоминал взгляд Ведущего.  Старался сосредоточиться не на словах, а на глазах, воспроизводя картинки.  Его взгляд обдавал теплом, показывал все те эмоции которые Ин Хо хранит в себе.  Такой задумчивый но заботливый взгляд.  Ки Хун с улыбкой смотрел на Ка Ён.  Действительно, наблюдать как она растёт, превращается в человека со своим мнением и взглядами было забавляющим.  Он осторожно убрал прядь с лица дочери и нежно поцеловал в лоб.  Всё таки он решил послушать дочку, ведь не зря же говорят «Устами младенца истина молвится»   — Оставайся здесь и наблюдай.  Если увидишь корабли что плывут сюда— это мой друг.  Стой тут и никуда не уходи.  Я могу расчитывать на тебя? Взгляд Ка Ён был полон понимания, поэтому сомневаться в нём не получилось бы даже у самого недоверчивого человека.  Ки Хун повернул назад и вошёл в это таинственное здание.  Здание в котором он уже разгадал каждую загадку. Игроки тем временем перешли на соседнюю платформу в виде треугольника.  Все с одной целью—выжить, даже не подозревая о том что на них уже никто не смотрит, ведь даже Випы давно уже сбежали.  333-й уже хотел нажать на кнопку чтобы начать игру, но голос 100-го остановил его.  — Подожди. — Чего ждать? Мы же опять будем вытягивать жребий.  Некоторые игроки тоже с удивлением посмотрели на это заявление, но вскоре у Мён Ги проплыло понимание на лице.  — Вы хотите меня в игру включить, да? Парень старался сказать эту фразу строже но в голосе прозвучали нотки отчаяния.  Что он не может справиться ни с чем.  Ни с криптовалютой, ни с отношениями, ни с ребёнком.  Он не хотел новой неудачи и будет бороться до конца.  — Просто это всё равно не совсем честно.  У нас складывается такое ощущение что вы этого ребёнка используете как инструмент для своего выживания, а после игры отдадите её в детдом или ещё куда.   — Да что вы знаете обо мне?  Слез сдержать больше не получилось и они потекли по щекам.  — Знаете как я попал в это место? Всё из-за таких фальшивок как вы.  Всякое дело которое я начинал заканчивалось неудачей. Дело даже не в криптовалюте дело во всей моей жизни. Постоянные неудачи, одни за другой.  Я не хотел этого ребёнка потому что испугался ответственности. Потому что думал что опять потерплю неудачу Он сделал небольшой успокоительный вдох и перевёл взгляд на свою дочку.  Такую милую и такую красивую.  А ведь внутри неё сплелись его гены вместе с человеком которого так любил.  Любил и не уберёг.  — Но она…. Наши дети ведь лучше нас правильно?  Губы сами собой улыбнулись.  — И моя дочь…. Она будет лучше меня.  Она не повторит моих ошибок потому что…. Потому что я буду рядом.  Глаза ещё больше заполнились слезами.  Дочка, почуяв волнение отца проснулась и звуками пыталась выразить поддержку.  Настала такая тишина, с какой не сравниться ни одно тихое место.  Все смотрели на игрока 333 и не знали что делать.   — Ин Хо. Ин Хо.,— выкрикивал имя Ки Хун, бегаю по коридору и уворачиваясь от языков пламени что летели в него.  Так волнуешься лишь за близкого тебе человека, а не за того кто отправил на погибель сотни людей.  Но Сон всегда славился своей добротой и готовностью помочь другим.  Парень пытался сфокусировать взгляд сквозь дым, надеясь увидеть Хвана.  Может он давно эвакуировался через запасной вход? На момент Ки Хун почувствовал себя глупо что спасает организатора этого места который знает его лучше своего дома, но интуиция подсказывала ему продолжать бежать.  Наконец он добрался до нужной ему комнаты и открыл дверь.  Картина перед глазами пристала немного странная, ибо Ведущий сидел на стуле, отвернувшись от мира и смотрел вперёд в окно.  — Ин Хо, — крикнул Ки Хун и подбежал к нему.  Услышав родной голос который можно было слушать вечно, бывший бездушный Ведущий улыбнулся самый обычный улыбкой которая не демонстрировала власти или радости за содеянное как обычно и мог улыбаться Хван.  Какая там власть если ты не смог совладать собой в один момент и когда узнаешь что это можно было сделать? Кажется только что слетела с него корона и назад её уже не поднимешь.  — Ты чего тут сидишь? Не видишь что происходит? Нужно бежать  — Так…беги…,— медленно холодно ответил Хван.  — В смысле, а ты?  — А что я? Я прожил плохую жизнь приносили ещё вред окружающим из-за своих ран.  Такой как я не достоин жить…. Он говорил таким слабым голосом.  От самого Ведущего такого голоса никогда бы не ожидал Ки Хун.  Что-то в нём надломилось.  Истерзанное сердце после того происшествия так и не смогло собраться по кусочкам.  — Ты чего? Что с тобой?  — Я видел… твою стойкость.  Как ты не убил тех людей… — Не убил так не убил и что теперь?  — Ты не представляешь какой ты прекрасный человек, Ки Хун.  Ты оказался по ту сторону реки, и сколько раз я пытался загнать тебя во тьму, чтобы ты разочаровался в этом мире.  А ведь я…. Я ведь просто увидел себя со стороны… Только… в отличие от тебя у меня не получилось сохранить свет в душе.  Я… я оказался слабым.  Ин Хо говорила эту фразу как судья когда выносит вердикт перечисляя преступления. Не с жалобами, а как неоспоримый факт.  Болезнь подкрадывалась по телу, из-за этого становилось тяжело дышать.  Кажется приближается конец.  Ки Хун зачем-то опустился перед ним и встряхнул, пытаясь привести в чувства.  Краем глаза, он заметил экран демонстрирующий игру и оставшихся игроков что даже не подозревают о том что тут творится.  — Там люди. Их надо спасти. Рядом находился пульт от управления с разными кнопками который наверняка регулирует и игру.  Сон подбежал к нему.  — Нужно спасти оставшихся выживших, Ин Хо Он опустился перед Ин Хо и смотрел ему прямо в глаза.  — Понимаю что ты сейчас чувствуешь но давай спасать то что осталось.  — Разве я умею спасать? Я же только всё разрушаю.   Кажется его просто заглотнуло отчаянье.  Ки Хун снова встряхнул Ин Хо, на этот раз ласково. — Скажи как им выбраться. Скажи… — Видишь там зелёную кнопку? Она отвечает за микрофон.  Нажми на неё и скажи игрокам пусть спускаются на лифте вниз и оттуда бегут по прямой коридора. В конце есть выход.  — Спасибо,— обрадовался Сон и так и подлетел к пульту.  Игроки продолжали стоять, не зная как поступить.  Хорошо, они пощадят Мён Ги с ребёнком, но кого тогда они столкнут?  — Ребята,— прервала тишину Ми На,— а вам не кажется что что-то горит?  Все посмотрели на девушку.  — Я просто вижу дым вон в том окне.  Ми На указала пальцем на окно за которым  дымилось помещение где сидели Випы.  — А там что, пожар?,— со страхом спросила Ён Ми и обхватила руку Нам Гю как спасательный канат.  333-й тоже обернулся.  — Тихо, только не волнуемся,— сказал Де Хо, выйдя на середину платформы, ощущая на себе ответственность.   Вдруг раздался голос.  — Послушайте  Это я Ки Хун, игрок 456. Я жив. Я здесь чтобы спасти вас. Сейчас все спускайтесь на лифте и оттуда бегите прямо по коридору, в конце есть выход. Пожалуйста, поверьте мне.  Я всё ещё с вами. Глаза игроков расширились от такой новости, а Чон Де стало неловко.  Ведь он был уверен что парень умер, так вдобавок обозвал его паршивцем, а если бы не он, то чтобы с ними сейчас было?  — Игрок 456 живой,—выкрикнула от радости Ми На.  Остальные прокричали «Ура» а Де Хо облегчённо выдохнул, взявшись руками за лоб.   — Не переставал себя винить за это…,— тихо сказал парень.  — Эй, все слышали его? Давайте потом будет праздник, а сейчас бежим вниз,—скомандовал Мён Ги.  Все разом кивнули и забежали в лифт.  Игрок 100 остался и со страхом видел как сейчас 333-й кнопку и двери закроются.  Он упал перед ними на колени.  — П-подожите, возьмите меня с собой… — Ты хотел скинуть мою дочь.  Ты заставил нас всех думать что Ки Хун предатель, а настоящим паршивцем оказался ты,— с грозой в глазах проговорил Мён Ги.  — Я знаю, я прошу прощения.  Мне просто нужно было 10 миллиардов.  Я вам клянусь я больше никогда не буду жадничать и обзывать других людей.  Прошу, у меня тоже дома дети, они меня ждут.  Услышав слово «дети», Мён Ги сжалился, проявив отцовскую солидарность.  Он ведь тоже был готов метать и кидать всех кто угрожал его дочери.  — Заходи. Благодарно кланяясь, Чон Де забежал в лифт.  Ребята бежали по коридору, держа за руку дорогих им людей.  Мён Ги бежал впереди всех, придерживая ребёнка. Ему казалось что с неба сейчас на него смотрит Джун Хи и благословляет их путь.  В голове звучал её мелодичный голос «Молодец. Давай.  Ещё немного.»   — Пойдём со мной Ин Хо,— просил Ки Хун,— ты уже осознал свою ошибку и это главное.  Я уверен ты сможешь измениться.  — Ки Хун…. Я не могу двигаться…. Прости меня…,— признался Хван. — Что? В каком смысле?  — Помнишь, как мы играли в волчок? Ты думаешь, почему я так плохо кидал? Сон смотрел Ин Хо, вспоминая снова ту игру и положении руки.  Кажется пазл наконец сложился.  — Покажи руку. Ин Хо закатал рукав на той самой руке.  Она была бледно-синяя.  Хван надёжно скрывал болезнь под длинным рукавом.  — Не может быть… Почему ты её не лечил? Как ты допустил такого?  — Не видел в этом смысла.  Попав на крючок хочешь освободиться но понимаешь что выход отсюда лишь—смерть.  Она настигла меня в тот момент когда я был на той стадии когда хотелось завершить всё это.  Я принял это как освобождение.  — Не говори так. Тебе нужно просто сделать операцию.  Ин Хо усмехнулся.  — Даже сейчас, после всего ты пытаешься спасти того кто давно во тьме?  Так благородно… не зря я тебя полюбил.  — Идём со мной.  — Почему Ки Хун? В его взгляде наконец появилась эмоция.  И это было удивление.  — Я ведь долго не протяну.  Или умру сейчас или позже.  Зачем спасать того кто итак обречён?  — Потому что…ты всё равно дорог для меня. — Дорог? Ты в это веришь?  — Моя дочка много хорошего рассказывала о тебе.  А она чувствует людей.  Знаешь, когда я увидел её я вдруг вспомнил кем был всегда.  У меня появилась мотивация бороться.  Если бы не ты, кто знает какой бы я был.  Видишь? В тебе осталось что-то хорошее я хочу спасти эту оставшуюся хорошую сторону тебя.  — Почему?…,— в его глазах снова появились слёзы, хотя казалось после прошлого раза они уже закончились,— почему ты до сих пор веришь в людей?  — Потому что, я всегда спасаю утопающих, даже если тот хочет утонуть.  Давай, облокотись на меня.  Он протянул руку помощи.  Руку, которая вытягивала из отчаяния и давала надежду.  Дрожащей рукой, Ин Хо взял её в свою и аккуратно встал.  Ки Хун крепко придерживал его.  — Давай, пошли.  Тем временем игроки уже успели выбежать на улицу.  Там их встретила Ка Ён.  — Ой, а что это тут за девочка?,— спросила Ми На.  — Здравствуйте, меня зовут Сон Ка Ён.  — Сон? Ты дочка Ки Хуна?,— предположил Де Хо на что девочка довольно кивнула.  — Да, это мой папа.  А вы все его друзья?  — Да, можно так сказать.  — Ого. Сколько же у папы новых друзей появилось. — А ты милая девочка и так похожа на папу,— ответила Сэ Ми.  Мён Ги присел на песок выдыхая и укачивая дочку.  И в этот момент полился радостный, мелодичный голос Джун Хи.  Она как будто говорила с самих небес, посылая её парню сообщение — Спасибо Мён Ги. Вот теперь я тебе по-настоящему доверяю.