нянь

— мне нужны деньги, — обреченно говорит тэхен, утыкаясь лицом в сложенные на столе локти. он поступает в университет и хочет помогать родителям с оплатой учебы. да и брать у них деньги на личные расходы не очень хочется. но куда может устроиться вчерашний школьник, который может работать только на полставки вечером из-за учебы? друзья предлагают ему стать барменом в клубе, но он алкоголь только ведрами пить умеет, а не смешивать. тем более, везде нужны уже с опытом люди. кафе? там не берут почти никогда на несколько часов. конбини и севен-илевен тоже не вариант — они уже все под завязку забиты такими же студентами и школьниками, как он. а у него опыт есть только в ремонте отцовской машины да сидении с младшими сиблингами. механиком его все равно не возьмут — должного опыта и знаний нет, вот и остается, что он может подрабатывать… нянькой. — ну, а почему бы и нет? — пожимает плечами соджун. ему проще, родители все спокойно могут оплатить, да и живет он с ними. тэхен уже перебрался в общагу, чтобы младшие не мешали учиться. — а мне кажется, зарплата у нянь никакущая. пока друзья обсуждают ситуацию тэхена, поедая картошку фри, он положил руки на грязный стол, а на них — голову. — не убивайся, попробовать надо, — говорит хеншик — любимый хён тэ. — не получится, что-нибудь другое найдем. шик гладит его по голове, после оттягивая волосы и заставляя выпрямиться. ему в губы тычет картошкой, которую он послушно съедает. — как мне вообще устроиться? объявление на столб повесить? — нет же, сайты есть. резюме оставляешь, тебе напишут, если приглянешься. тэ издает страдальческий стон. — мне не напишут. я альфа, мне никогда детей не доверят. няни же обычно омеги — нежные, спокойные, понимающие, — бурчит он недовольно, жуя нагетс. — главное — попробовать. вот и сидит он ночью за столом в общаге, листая сайты и оставляя на каждом свое резюме, чтоб наверняка. ким тэхен 20 лет опыт работы с детьми - 10 лет, с младшими братьями и сестрами справляюсь отлично, к крикам и плачу привык, успокоить могу. покормлю, помою, поиграю, погуляю, позанимаюсь — все что надо. пишите. он считает, что очень информативно. прикрепляет фото, которое делал на недавно обновлявшийся паспорт, чтобы видели, что он не зек какой-нибудь. подумаешь, кролик на бицепсе. детям наоборот нравится. то, что является альфой, тэхен писать не стал. шансов так явно будет больше, хотя по фото он на омегу и даже бету вообще не тянет. два дня — тишина, и тэхен уже отчаивается, но неожиданно на третий день получает ответ на платформе. здравствуйте, тэхен-щи. ваше резюме еще актуально? если да, то я бы хотел провести небольшое собеседование. жду ответа. здравствуйте! где и когда будет проходить собеседование? завтра в два вам подходит? адрес: каннам-гу, ### подходит, я буду. воодушевленный тэхен с легкостью на душе и ожиданием отсиживает лекции и пары, молясь, чтобы его взяли. имя свое ему не сказали, поэтому он даже не знает, кто его встретит. но это все такое второстепенное, что он решает не забивать себе голову. а зря. потому после университета на пороге огромного коттеджа его встречает омега. взрослый омега, явно обладающий огромным состоянием. — здравствуйте, тэхен-ши, — ему протягивают руку, а он, не задумываясь, переворачивает ладошку тыльной стороной и целует, едва касаясь губами нежной кожи. его, вообще, джентльменом растили. — ой, извините, — опомнившись, альфа отскакивает. — здравствуйте… — чон чонгук, — кивает омега. — здравствуйте, господин чон. — можно просто чонгук. пройдемте. он идет вслед за шикарным омегой, засматриваясь на крепкие бедра, обтянутые легкими брюками. чонгук ниже него на голову, но ведет себя и держится так, что тэхен ощущает себя глупым щенком. и отчего-то ему это даже нравится. в доме, снаружи выглядящем по последней моде — современно, оказывается уютно. теплые тона пола и стен, яркий свет с потолка, открытые окна. а еще сразу становится понятно, что тут живут дети. тэхен-то своим наметанным взглядом это сразу видит. нет, вокруг не раскиданы игрушки, на стенах нет рисунков, но присутствие ребенка ощущается. маленькие ботиночки на входе, стульчик в коридоре. дальше, в зале, куда они проходят, он видит коробки, на одной из которых лежит большой плюшевый дракон. и все-таки, видит стену, на которой неожиданно аккуратно нарисованы разные вещи. возможно, стена выделена как раз для художеств ребенка. на диване валяются маленькие носочки, а посреди мягкого ковра стоит маленький низкий столик с двумя стульчиками. — присаживайтесь, — его вырывают из мыслей, чонгук показывает рукой на диван. он послушно садится, борясь с желанием раздвинуть ноги. он же не виноват, что ему там все зажимает. — хоён и хансо спят, позже вы можете с ними познакомиться. — ребенка два? — удивленно спрашивает альфа. — да, они двойняшки. это проблема? — поднимает омега бровь. — ни капли, — уверенно отвечает он. с тремя детьми одновременно он прекрасно справлялся, с двумя — проще просто будет, он уверен. — тогда не волнуйтесь, вы их различите. извините за вопрос, но… вы альфа? — да, — кивает тэхен. — это не будет проблемой, у меня действительно большой опыт. несколько часов точно будут проходить нормально, вы можете доверять мне, чонгук. — я понял. но они не спокойные, наоборот — как ураганчики. вы уверены? — абсолютно. — что ж, тогда, предлагаю подождать, когда они проснутся. а я пока расскажу вам об их питании и прочем. они переходят на кухню, где чонгук делает им чай и начинает рассказывать. много сладкого не давать — пару конфет в день им хватит. одежда в шкафу разделена на домашнюю и на выход, с этим проблем не должно быть. прогулка — обязательно, тем более, что детская площадка и парк в десяти минутах ходьбы. аллергий нет, все продукты в холодильнике. что ж, проблем возникнуть не должно. — но я учусь в первой половине дня, — поджимает губы тэхен. — не страшно, они в садике до четырех. главное забрать их оттуда и сидеть с ними до… часов девяти, — чонгук разглядывает его, а мышцы на руках и спине непроизвольно напрягаются. — лучше забрать как только освободишься, они не любят, когда остаются там последними. омега смотрит таким внимательным хищным взглядом, что ему хочется упасть ему в ноги и целовать ступни, лишь бы ему все понравилось. — я справлюсь. — за час — тридцать пять тысяч, — называет сумму чонгук. дети должны вот-вот проснуться, надо будет их познакомить с няней. очень смешно называть высокого и крепкого альфу с короткими волосами няней, но ничего не поделаешь. он решил провести эксперимент, проверить, будут ли дети лучше налаживать контакт с альфой. вопрос спорный, потому что у него четырехлетние омеги. однако, раз у этого альфочки много братьев и сестер, он должен уметь развлекать неугомонных детей. — хорошо. наверху слышится хлопок двери, а после топот ножек. — папа! чонгук поднимается по лестнице и спускается уже вместе с двумя омежками, следя, чтобы они не бежали и не упали. а тэхен по привычке расплывается в улыбке. маленькие крошки все такие миленькие и хорошенькие, так и хочется затискать. — хоён, хансо, это ваша няня, — взрослый омега берет смущающихся малышей за руки и подходит ближе к тэхену. тот встает и садится перед малышами на корточки, чтобы не пугать их своей большой фигурой. — привет, я тэхен. можно просто тэ, — очаровательно улыбается, так, что дети улыбаются в ответ и уже не прячутся за папой. чонгук за этим довольно наблюдает, наконец выдыхая и понимая, что может спокойно заняться работой, а не скидывать все на своего помощника.

***

первый рабочий день тэхена начинается со следующего дня. уже успокоенный наличием работы и соответственно денег, он записывает слова преподавателя на лекции, внимательно слушает и отвечает на парах. архитектура всегда привлекала его. хотелось, чтобы все уголки города и страны были не серыми полуразвалившимися многоэтажками. понимает сейчас, что такое невозможно, но стоит попробовать, верно? когда он рассказывает друзьям, что шли полчаса с ним до детского садика, о том, что все-таки устроился няней, на него смотрят с гордостью. он любимый младший своих хёнов, поэтому неудивительно. — ну вот, сейчас нанянчишься с чужими, со своими потом будешь в декрете сидеть, — смеется ушик, хотя на самом деле говорит серьезно. недавно сам заявлял о желании сидеть со своими возможными будущими детьми в декрете, после того как их второй родитель восстановится. — да, это все неплохая практика. но мне кажется, тэхену и со своими младшими хватило, — на словах соджуна тэхен кривится. сестер и брата любит, но какие же эти засранцы надоедливые. — не куксись, бро, тебе сейчас контакт налаживать с детишками. кто они, кстати? — двойняшки, — от альф слышится дружное удивленное «а». — им четыре. — омеги? — ага, — просто отвечает тэ. хеншик в его настроении что-то замечает. — волнуешься? — очень. это же не родные сиблинги, с которыми можно беситься, кувыркаться и драться, чтобы вымотать их. а это еще и маленькие омеги, я боюсь их напугать, — рассказывает, утыкаясь лбом в затылок хёна. запах родных успокаивает. — все будет нормально, ты же няня со стажем! когда в поле зрения появляется детский сад, друзья вызывают такси и уезжают. тэхен открывает в телефоне фото пропуска, который дал ему чонгук. звонит в звонок на входной двери, показывает в камеру. дверь пищит и он проходит через забор. детский сад просто огромный, из-за чего он теряется. выглядит он очень хорошим, даже дорогим. но в голове вспоминается рассказ чонгука, как дойти до нужного входа и группы. ему повезло — он находился с парадной стороны здания, а группа на втором этаже слева. к альфе выходит воспитатель — омега лет сорока. — вы за кем? — за хоёном и хансо, чонгук должен был предупредить, — быстро, будто сдает рапорт проговаривает. — сейчас приведу их. через несколько секунд слышатся крики. — тэ-э! удивительно даже, как дети смогли запомнить его спустя одну встречу. малыши выбегают в раздевалку и облипают его ноги. он обоих ласково приобнимает, а после начинает обувать в уличную обувь. забирает из шкафчиков маленькие кофточки, одевает в них омег и за руку выводит тех из садика. — мы домой? — спрашивает хоён. их действительно легко отличить — они, даже будучи детьми, не слишком похожи. у хоёна волосы слегка вьются, у хансона — нет, зато есть родинка на виске. — конечно. дети не убегают, рук не вырывают, спокойно идут вприпрыжку рядом, рассказывая про день в садике. такие хорошенькие, что тэхен даже рад проводить с ними время. — тэ, а когда папа придет? — жалобно спрашивает хан-и. они час назад пришли домой, погуляли во дворе, а теперь едят. по наставлению чонгука альфа не готовит сам, а разогревает еду из холодильника. — еще не скоро, хан-и. тебе со мной не весело? — наиграно расстроено спрашивает ким. — весело! вот он с двойняшками валяется в гостиной, после того как бесились: на телевизоре включены мультики про зверят, а омеги, облепив его с боков, лежат с ним на полу. так и засыпают до прихода чонгука. омега заходит в дом, который неожиданно встречает его тишиной. но волноваться не спешит, потому что страха не чувствует. убеждается, что все хорошо, когда проходит дальше и видит спящих малышей. — тэхен, просыпайся, — чонгук склонился над альфой, легко тормоша за плечо. тот хмурится, но просыпается, промаргиваясь. — а? а, чонгук, что такое? — сонно оглядывается тэхен. — помоги перенести их, — показывает на омег, — в спальню. альфа послушно берет сразу двух малышей на руки, легко относя их в кровати. после быстро кланяется чонгуку и уходит, чувствуя себя неловко от того, что заснул в доме такого шикарного омеги вместе с его детьми. а чонгук смотрит в широкую спину убегающего кима, по-доброму усмехаясь. альфочка.

***

в таком относительно спокойном темпе проходит месяц. зарплата тэхену на карту приходит утром и он сейчас сидит в одних трусах на кровати в общаге в полнейшем шоке. четыре миллиона и двести тысяч вон. неужели со всех часов, что он проводил с малышами, получилось столько? на секунду он пугается, а не слишком ли это много? обворовывать омегу с двумя детьми вот вообще не хочется. надо попросить чонгука снизить ставку. сегодня выходной, так что он не увидится со ставшими родными малышами. настроение падает. но дикие друзья зовут его в парк аттракционов на такие развлекухи, на которых даже космонавты не смогли бы продержаться. — да не полезу я на эту хуйню! — ногами упираясь в асфальт, он с ужасом смотрит на двухместные качели, на которых тебя мотает вверх тормашками. — сам лезь. он огрызается на ушика, что подбивает его туда пойти. — вон нормальный аттракцион, пошлите, — показывает рукой на крутящуюся волнистую круглую платформу, кабинки на которой крутятся с по мере движения. выглядит быстро. и оказалось так же. на особо резких поворотах тебя буквально прижимает к сидушке, так, что даже держаться за поручаешь не обязательно. хотя соджун на резком повороте кабинки чуть не вылетел… выходят оттуда все как пьяные, но веселые. и тут тэхен видит тех, перед кем никак не хотел показаться в таком виде. нет, он одет прилично — шорты да футболка, но шатает его знатно после своеобразных каруселей. он пытается увести друзей в другую сторону, но те упрямо тащат его к непонятным качелям, рядом с которыми проходит чонгук с малышами. хоён и хансо его замечают, вырывают ручки из чонгуковых и бегут к тэхену с криками. — отец! он встает как вкопанный, пока дети прижимаются к нему, а старший омега бежит за ними. они назвали его «отец». — ох, я поговорю, с ними, — сразу говорит омега. — здравствуйте, чонгук, — улыбается неловко, поглаживая по волосам хансо. маленькие омеги смотрят на него с улыбками и большими глазками, из-за чего он не сдерживается и присаживается. — здравствуй, тэхен. гуляешь? — с облегченным выдохом произносит чонгук, увидев, что дети в безопасности. он не в брюках и рубашке, как всегда приходил домой после работы, а в удлиненных шортах и светлой футболке. на ногах кеды. — ну да, вот, — мямлит тихо альфа, оборачиваясь на друзей. хеншик уже машет ему, отходя с ушиком и соджуном дальше. хоён уже карабкается по нему, поэтому он обоих малышей берет на руки. неожиданно чонгук подходит ближе, поправляя задравшуюся футболочку и детей. тэхен только представляет, как они выглядят, а сердце уже разрывается. как семья. большой и сильный альфа с детьми на руках и довольный омега. не хватает только собачки. но это когда дети вырастут. тэхен метает головой, чтобы отогнать ненужные сейчас мысли. — вы уже где-то лазали? — спрашивает у омег. — нет! — недовольно отвечает хансо. — я знаю, где вам понравится, — улыбается альфа, поглядывая на чонгука в поиске одобрения действий. тот кивает и — о боже — очаровательно улыбается тэхену в ответ. он окружен самыми лучшими, красивыми, милыми омегами на свете, не это ли счастье? после того, как дети опробовали карусели с лошадками и поезд, он с чонгуком отправляет их в лабиринт с горкой, ведущей прямо в бассейн с шариками. аттракцион длится тридцать минут, поэтому они успеют облазать все сто раз. а вот что делать альфе наедине с чонгуком? — боишься меня? — со смешинкой в голосе и глазах спрашивает омега у вмиг замявшегося тэхена. — да нет, просто, эм… — неловко поджимает губы, сцепив руки за спиной. — просто? — вздергивает бровь чон. — стесняюсь немного. совсем тихо отвечает ким. — меня? почему? — чонгук выглядит удивленным. — вы такой шикарный взрослый омега, а я какой-то альфа, который только школу закончил. еще и няней у вас подрабатываю. совсем не соответствую, понимаете? — жалобно смотрит, надеясь, что еще раз объяснять не придется. — ясно, — усмехается омега. — но спасибо, приятно, что ты считаешь меня шикарным. да и дети мои тебя очень любят, — намекает на недавно сказанное в его сторону «отец». — о, да. они замечательные малыши. — ты тоже. — эй! — тэхен пытается состроить обиженный вид, но не выходит совсем — улыбка так и просится на лицо. он совсем не против, чтобы чонгук звал так его. даже хочет. разговор завязывается сам собой. ким рассказывает про друзей и учебу, чонгук про работу и то, что с друзьями, кроме самых близких, давно не встречался. про то, как живет один с двойняшками. — их биологический отец был со мной во время беременности, упрашивал оставить ребенка, хотя я хотел сделать аборт. мне было всего двадцать три, только университет закончил — ни работы, ни денег. а после родов бросил. испугался, что два ребенка, изначально не был готов — все равно, он полнейший мудак. тэхен соглашается с этим на все сто. никогда не поймет тех, кто бросает беременных или своих омег с детьми. — но они хорошенькие, так что, — пожимает плечами, будто и не о детях говорит. — мне помогали все, кто мог. с этим повезло. сейчас еще ты. они скучают, когда ты уходишь. чонгук смотрит на него с такой улыбкой… намекающей. — спрашивают, когда придет их тэ-тэ. иногда у них проскальзывает «отец», типа: «почему отец не всегда с нами?», — вздыхает омега. дети сквозь сетку трехэтажного лабиринта машут ему ладошками. — тэ-тэ, мы теперь выше тебя! — хвастается хоён, стоя на третьем этаже. хансо оттуда же скатывается с горки в шарики. — с этим, — говорит об обращении детей к нему, — надо что-то делать? параллельно он машет в ответ малышам, показывая палец вверх. — надо. но я не знаю что. говорить с ними уже пробовал, они через секунду все забывают, — вздыхает чонгук, неожиданно чувствуя желание опереться или обнять рядом стоящего тэхена. — я могу попробовать, — неуверенно предлагает. — боюсь, ты разобьешь им сердечки. время заканчивается, омежки обуваются и бегут к ним. оба хватают тэхена за руки, говоря, что они хотят сладкую вату. неподалеку как раз стоял фургончик, где делали ее. — можно одну сладкую вату? — три пятьсот. альфе удается положить деньги на прилавок раньше чонгука, из-за чего он чувствует себя лучше. до вечера, что они ходят по парку, дети не отлипают от тэхена: сначала он держит им огромную сладкую вату, потом качает их и чонгука на больших качелях. на веревочной детской площадке помогает им карабкаться к горке так, чтобы не упасть в дырки. гук этого сделать не мог из-за не такого высокого роста, зато тэхен — без проблем. а под вечер, когда все вымотались долгой прогулкой, и чонгук утыкается лбом ему в плечо, хватая за запястье. — пора домой уже, пошлите, — он говорит всем: и детям, и тэхену. уставший чонгук так и идет, держась за предплечье тэхена, в другой руке сжимая ладошку хоёна, как ким — хансо. альфе так хочется продлить этот момент, потому что того пути по парку до парковки ему очень мало. ощущать, как омега доверительно жмется к нему и держится — невероятно. — подвезти тебя? уже поздно, — спрашивает чонгук, как только застегнул ремешки на креслах детей. — да нет- — нет, давай, садись. мы отняли тебя у друзей, они, — говорит о своих детях, — вымотали тебя. ты же в общежитии живешь? — да, — кивает, садясь на переднее пассажирское. от усталости тэхен не сразу понимает, что про адрес общежития его не спросили, а через пятнадцать минут понимает, что подвезли его правильно. — откуда ты знаешь? — он говорил, в каком универе учится, но общага не так уж близко к нему. — я тоже тут учился и жил, еще не слишком много времени прошло, чтобы забыть дорогу, — пожимает плечами чонгук. — правда? — еще немного информации об омеге. — кем работаешь сейчас? ответ ему правда интересен, самому потом работать где-то надо. чонбук известен техническими и научными программами, так что скорее всего чонгук учился на похожей специальности. — приложения создаю. — в самсунг? — со смешком. — да, как узнал? — без удивления отвечает, зато у тэхена тут же глаза как пятьдесят вон становятся. — серьезно? — и тут он вспоминает огромный дом семьи чон, большой холодильник с сенсорным экраном, дорогую машину, в которой сейчас сидит. чонгук кивает. — вау. тэхен смотрит на него глазами, полными восторга. — иди уже, а то не пустят, —они уже двадцать минут стоят у ворот общаги, так что следовало поторопиться. — спасибо, что погулял сегодня с нами. — я рад провести с вами время, — честно отвечает, краснея щеками. — до свидания. — пока.

***

неожиданно им назначили еще одну пару, которая до сих пор идет. тэхен нервно поглядывает в телефон, пытаясь слушать объяснения препода и решать что-то, но в голове лишь беспокойство за то, что он не успеет забрать малышей до четырех. когда время уже слишком мало, он скидывает тетрадь и ручку в рюкзак, вскакивая из-за парты. вот были бы в аудиториях как раньше многоярусные столы, ему бы может удалось уйти незамеченным, а из-за того что сейчас тут, как в огромном классе, препод замечает его. — куда собрались, молодой человек? — мне детей надо из садика забрать! — любопытные альфы и омеги тут же переводят на него взгляды, когда он с волнением выкрикивает это. — своих детей? — с недоверием спрашивает мужчина. тэхен уверенно кивает. — ну хорошо, иди. — спасибо. он бежит на улицу, вызывая такси, потому что пешком точно не успеет. из-за спешки приезжает даже на пять минут раньше, поэтому быстро идет к группе. как ожидалось, малыши там остались последние вместе с воспитателем. крайне недовольным, настолько, что тэхен раздражается — мало ли что случилось, а он свое недовольство детям показывает. — почему так поздно? — обиженно спрашивает хансо, пока хоён обнимает альфу. — злой дядя в универе задержал меня, — рассказывает, переобувая обоих малышей и закидывая на плечо их кофточки. — до свидания, — бросает быстро воспитателю и выводит детей на улицу. — ты должен погулять с нами! — решает ён-и, топая ножкой. — хорошо, но может сначала сходим поесть куда-нибудь? вы же в садике наверняка ничего не ели, — хитро улыбается альфа, пока дети смотрят на него ошарашено. — откуда ты знаешь, отец? — о нет, опять. чонгук явно не врал, когда говорил, что разговоры об этом они игнорируют. вполне понятно их поведение — они росли без отца, а тут полдня проводят с альфой, который очень хорошо к ним относится. — я не ваш отец, пупс, — качает головой. — а знаю, потому что мне в прошлый раз воспитатель сказал. — почему ты не наш отец, — со слезами на глазах смотрит хан-и. и тут чонгук был прав, говоря о том, что он разобьет им сердечки. — потому что я не муж вашего папы. — почему? — мы… не любим друг друга, — хотя, чего скрывать, на чонгука он смотрит всегда с обожанием и поклонением. — почему? — он тихо смеется с бесконечных вопросов с двух сторон. — это сложно. так, — опережая следующее «почему», — мы сейчас пойдем кушать картошку фри, но папе ни слова, хорошо? он дожидается кивков от малышей, а после ведет их в макдональдс, в котором ныл друзьям про отсутствие денег. поэтому тэхен вообще не удивляется, увидев за столиком альф. — вы че тут опять ошиваетесь? но на него даже не смотрят, все внимание переведено на двух маленьких омег, стоящий рядом с ним держащихся за его ладони. — какие хорошенькие, — как под гипнозом говорит ушик. — да. посидите с ними пять минут, пока я делаю заказ? — спрашивает, сажая омег на диванчик, который хеншик и соджун тут же освободили. — конечно! через аппарат самообслуживания он быстро заказывает еду, в неожиданно большом количестве: три картошки, три соуса, восемнадцать наггетсов на всякий случай. а когда тэхен подходит обратно к столику, то видит смешную картину: альфы завороженно смотрят на омег, которые изучают кафе. хеншик осторожно гладит по голове хоёна, трогая мягкие детские волоски. — они как игрушечки! — такие маленькие! — я уже большой! — недовольно хмурится хансо. — верим! — в один голос. кормя малышей картошкой, которую они уже пробовали с папой, тэхен думает, что хотел бы так проводить время почаще. с чонгуком и детьми. ему не стоит о таком думать, ведь вряд ли омега будет встречаться с двадцатилетним альфой, имея при себе двух детей, которых надо воспитывать. но у него-то опыт в воспитании огромный! и он дома с омежками занимается время от времени — они разглядывают карточки и учат названия предметов, стран, профессий. но чонгуку же наверняка хочется чувствовать в своем альфе опору, которой вряд ли может стать вчерашний школьник. тэхен прощается с друзьями, одевает на ён-и и хан-и кофточки и вызывает такси до их дома. радостные от съеденной вредной еды они скачут по дивану, пока альфа вешает одежду. — тэ-тэ, покрути нас! недолго раздумывая, ким соглашается. свободного пространства много, дети ничем не ударятся, поэтому, почему бы и нет? хватая на руки сам крутя вместе с собой одного, а потом и второго, он вспоминает о невыполненном задании. — так, давайте спокойно посидим за столиком, пока я быстро сделаю задания? — предлагает он, ставя на маленький столик в гостиной подставку с карандашами и кладя альбом. малыши раздумывают немного, но соглашаются. только располагаются не за столиком, а на полу, рядом с альфой. — я хочу как ты, отец. вздыхая, он треплет волосы хансо, открывая тетрадь. сам альфа ничего делать не собирался, не сейчас, когда на нем сидит хоён и что-то рисует фломастером на не скрытой футболкой шее. переписывает то, что ему скинул хеншик, чувствуя, как кто-то слева поднимает рукав футболки. хансо заинтересованно разглядывает небольшого кролика, а после берет оранжевый фломастер. — можно я нарисую кролику морковку? — и смотрит такими большими сияющими глазами, что тэхен не в силах отказать. — можно. после морковки кролик становится розовым, рядом появляется подобие синего кита, а на напряженном бицепсе из-за положения руки рисуется кот. — красиво, отец? — омежки смотрят с ожиданием, а он кивает, рисуя по запросу трактор в альбоме. такими их и застает пришедший домой чонгук. у его детей и альфы своя идиллия и он рад, что решился на эксперимент, но… омежки любят тэхена, называют его отцом, а он не знает, что с этим делать. — папа! малыши бегут ему в объятия, а альфа поднимает вверх рукава, чтобы показать рисунки детей. — смотли, что мы отцу нарисовали, — показывает пальчиком хоён. — очень красиво, но кто теперь это отмывать будет? — чонгук снимает пиджак, бросая его на подлокотник дивана. садится в брюках на пол, беря в руки альбом с рисунками хансо и тэхена. — зачем отмывать?! — непонимающе спрашивают двойняшки. — мы же старались. — потому что тэхен испачкает свою одежду, — вздыхает омега, ловя в объятия ёна. — да ладно, пусть остаются, — альфа не опускает рукава, чтобы не смазать рисунки и поворачивается спиной, чтобы поднять укатившийся карандаш. и тут гук видит кривую надпись «мой отец» красным цветом. смех вырывается из него и он откидывается на диван позади, запрокидывая голову. и дети, и тэхен смотрят непонятливо, пока омега смеется со своеобразной метки хоёна. — они тебя уже застолбили, — объясняет чонгук, тыкая себе на шею. подзывает тэхена рукой к себе, поворачивает спиной и, схватив его за плечи, фоткает надпись, показывая это отцу. тэхен нежно улыбается, разглядывая надпись, старательно выведенную хоёном. — мне пора, — ким закидывает на плечо рюкзак, проходя к двери. омеги бегут за ним, обнимая на прощание. чонгуку тоже хочется, но при детях отчего-то очень неловко. — пока, тэ! — приходи завтра! — завтра суббота, тэхен отдыхает, а я с вами, — объясняет братьям гук. те вздыхают недовольно, уставившись на кима, но он лишь пожимает плечами. когда они с детьми остаются в доме одни, малыши сразу окружают его и заваливают вопросами. — почему отец не придет завтра? — он вам не отец. — почему? просто сделай отца своим мужем. — так нельзя, хоён. не надо звать его отцом, хорошо? его зовут тэхен. — почему? садясь на диван и глубоко вздыхая, чонгук просто не отвечает. дети устают ждать ответ и просто расходятся, начиная заниматься своими делами. а тэхен идет к другу, который и набил ему этого кролика бесплатно, с просьбой закрепить рисунки на нем тату. всю ночь они сидят в студии, слушая монотонное жужжание машинки, зато к утру на тэхене и кит, и морковка, и кот, которые останутся там навсегда. с надписи на шее друг посмеялся. — ты теперь молодой папочка? — пока еще нет. но хочу. и раз на учебу ему не надо, альфа рискует и приезжает к чонам. калитка закрыта, поэтому он звонит в звонок, сжимая в руке ручки пакета, в котором лежат два конструктора для детей. ему открывает чонгук. в футболке и легких штанах, в резиновых тапках и с беспорядком на голове. — ты чего тут? сегодня же выходной. — хоён и хансо просили, а мне все равно делать нечего, — улыбается неловко, пожимая плечами. в ответ получает улыбку. — проходи. омежки, увидев его, с криками «отец» бегут к севшему на корточки альфе, кидаясь ему на шею. они только встали, поэтому в одних футболочках и трусах, из-за чего тэхен старается не касаться их холодными руками. но они сами жмутся к нему, а хансо и вовсе цепляется ногами за туловище, оставаясь на нем. чонгуку приходится забрать пакет и отправить тэхена вместе с ребенком в ванную, мыть руки. — ты пришел, отец, — шепчет хан, прижимаясь щекой к крепкому плечу. — конечно, не мог не прийти, — он опускает руку на маленькую спинку, ласково поглаживая. хансо хватается за короткие волосы, смотрит на тэхена, а после чмокает альфу в щеку. — ты же будешь нашим отцом? он, не способный что-либо говорить, кивает. глаза на долю секунды увлажняются. на кухне их ждут чонгук и хоён, который с криком замечает вчерашние рисунки из-за майки. — папа, тэхен не отмыл наши рисунки! гук подходит ближе, вглядываясь, а после шокированно смотрит на улыбающегося тэхена. — ты набил их? — да, — лицо у тэхена счастливое, как и у детей. — они очень красивые. — дурак, — усмехается, проводя пальцем по цветной теперь коже. — папочка, не называй отца дураком! — грозит пальцем хоён. — малыш, он вам не- — не надо, — прерывает чонгука альфа, беря его ладонь в свою. — чонгук, ты мне нравишься. и хоён, и хансо. я хочу быть в вашей семье, — с волнением и желанием в голосе говорит тэхен. чонгук молчит, вглядываясь в его лицо. — примите меня? — да. чонгук расцветает, отвечая положительно, а потом вскрикивает, потому что его поднимают над полом и коротко кружат, в моменте целуя в губы. а ведь хансо все еще сидит на руках тэхена. хоён весело кричит. — и меня, и меня!