+ 1 хаос

Дверь жалобно скрипит, громко ударяясь о стену, когда в гостиничный номер врывается маленький ураган по имени Ли Феликс. Хотя «маленький» — это чудовищное преуменьшение, потому что на самом деле парень — настоящее стихийное бедствие, способное своими выходками разрушить нервную систему не только семьи Бан, но и бывшей девушке (которая раньше промышляла подобным с нервами самого Кристофера), превратив финал ужина в настоящий цирк. Но Чана такое положение вещей более чем устраивало. — Вкусы на девушек у тебя отвратительные, — Феликс разбрасывает обувь в разные стороны, стягивая осточертевший пиджак. Бросает на пол, совершенно не заботясь о стоимости одежды (пусть голова об этом болит у Кристофера, Ли сразу сказал, что не стоит покупать ему такое дорогое шмотьё). — Где ты эту оторву нашёл? Крис, посмеиваясь, закрывает дверь в номер, подбирает пиджак, аккуратно вешая на вешалку, и ставит чужие туфли в обувницу, проходя за младшим. Который уже ослабил галстук (хоть и не стянул полностью) и развалился поверх расстеленной кровати, совершенно не заботясь о том, что одежда у него вроде как уличная, а простыни чистые. И им ещё тут спать. — Учились вместе, — Крис присаживается в кресло рядом с кроватью, разглядывая Ли, который вытягивается на кровати, растопыривая пальцы на руках и ногах, и хрустит позвонками, издавая блаженный стон. Младший настолько беспечен после своих выходок на благотворительном вечере, что зависть берёт. Хотя не сказать, что и Чан как-то сильно переживает. Всё-таки некоторые возмущённые лица стоили того. — Сначала в старших классах, потом в институте… — Кошмар, — Ли перебирается на кровати, усаживаясь по-турецки. — Она же отвратительная. Сколько ты был с ней? — Почти семь лет, — Крис задумывается, вспоминая, сколько он встречался с Джису. — Ужас какой, — Феликс кривит лицо, имитируя рвотный позыв. — Ведь с первого взгляда понятно, какая она дрянь… — Не ругайся, — поправляет Ли Чан, делая это больше машинально, чем с целью заступиться. Джису и правда была… не очень хороша в межличностных отношениях. Родившись с золотой ложкой во рту, она привыкла всеми помыкать и командовать, считая, что всё в этом мире принадлежит ей и только ей. Даже внимание Криса, которое тот и так уделял ей в достаточном количестве, терпя постоянные сцены беспочвенной ревности. А при этом сама не выдержала даже недельной командировки, изменив Чану с его лучшим другом. «Бывшим лучшим другом», — поправляет себя в мыслях Чан. И совершенно не раскаялась, аргументируя перед парнем, что он сам виноват, что оставил её одну. Феликс же на чужой комментарий просто отмахивается. — Я знаю, что в душе ты со мной согласен, так что не придирайся. Если твои аристократичные манеры, — младший кривляется, — не позволяют тебе называть вещи своими именами, то мне глубоко по… — Феликс! — Чан повышает голос, морщась. — Я буду накидывать тебе долг обратно, если ты не перестанешь выражаться. И очень скоро моё щедрое предложение за этот вечер самоликвидируется. Ли закатывает глаза. — Хотя, может, я ошибся, и вы действительно хорошая пара. Заноза в заднице и зануда. — Ты считаешь меня занудой? — Крис приподнимает бровь. — А разве нет? — фыркает Феликс. — Не куришь, почти не пьёшь, помешан на своих отчётах и постоянно припоминаешь мне долг. Слишком заморачиваешься. И лицо всегда кирпичом. Это, знаешь ли, не располагает к общению… Чан поднимается с кресла, стремительно приближаясь к Феликсу, что заставляет младшего отшатнуться, откинувшись на локти. Ли застывает испуганно, видя, как черты лица старшего хищно заостряются, а в глазах полыхает дьявольский огонь. Они почти соприкасаются носами, а дыхание старшего обжигает губы Ли, заставляя нервно сглотнуть. Вечно шумный и болтливый, сейчас младший не может выдавить из себя ни слова. — О, неужели? — голос Криса звучит слишком томно для воцарившейся в комнате тишины и отчего-то выбивает весь воздух из лёгких. Придавленный чужой внезапно изменившейся аурой, Феликс не может даже кивнуть в ответ. Только смотрит заворожённо, как кролик на удава, затаив дыхание. — Что-то я не заметил этого, когда ты с такой отдачей целовался на глазах у всех… Взгляд Криса опускается на губы младшего… Те самые, что прижимались к его, когда Джису, застав Чана на балконе, вновь попыталась вернуть его, давя на необходимость рождения наследника и совершенную невозможность получить этого от парня, который играл его «плюс один». Однако, не добившись желаемого, решила язвительно пройтись по самооценке Криса. И старшему в целом было пофиг на то, что она вещает, но Феликс, уловив только обрывок разговора, тогда повёл себя совершенно неожиданно: грубо заткнул ей рот, обозвал тупой куклой и ничего из себя не представляющей пустышкой, смерил презрительным взглядом, а напоследок засосал на глазах Джису и изумлённых родителей, что вышли подышать свежим воздухом. При этом жался так настойчиво и целовал так жарко, что у Чана не было ни одного шанса сопротивляться. (Да и не хотелось сопротивляться так-то, хотя, признаться, напор младшего поразил.) …у Феликса урчит живот, разрушая момент. Лицо Криса вытягивается в удивлении, а потом он смеётся, роняя голову на плечо Ли, но младший недовольно пыхтит, пытаясь скинуть его с себя. — Чего ржёшь, как конь? Я не виноват, что на банкетах ваших нормально не кормят! Предупреждай меня в следующий раз, если возьмёшь меня в качестве сопровождающего! — Прости-прости, — Чан поднимает голову, игнорируя грозный взгляд и с умилением разглядывая чужие покрасневшие щёки. — Я могу заказать доставку в номер, чтобы ты поел нормально… — И записать мне в счёт долга? Нет уж, — подозрительно щурится Феликс. — Я и сам могу сходить в «Макдональдс»… — У нас вылет рано утром, — качает головой старший. — Лучше собери вещи и сходи в душ, а доставка всё принесёт за полчаса. — Чан поднимается с кровати, открывая приложение в телефоне. — Чего хочешь? — Но младший молчит, подозрительно глядя на Криса. Старший закатывает глаза. — Не буду я записывать это в твой долг. Считай это наградой за моё спасение на балконе. Младший сразу оживляется, подползая к краю кровати. — Тогда, может, за спасение ещё на пару тысяч долг уменьшишь? — Но, встречая скептичный взгляд Чана, вздыхает. — Ну, попытаться стоило. — Поднимается с кровати, отходя к шкафу. — Закажи мне большую картошку фри, наггетсы и «Биг Мак». И колу! — Хорошо, — Чан выбирает перечисленные позиции в меню, добавляя от себя мороженое с шоколадной крошкой и фисташковый чизкейк, и сразу оплачивает заказ. Телефон старшего вибрирует: входящий звонок с незнакомого номера заставляет его нахмуриться. Он бросает взгляд на спину младшего, который ковыряется в чемодане. — Мне нужно отойти. Я быстро. — Без еды не возвращайся!

***

Незнакомым номером, вопреки опасениям (ни родителей, ни Джису он сегодня слышать не хотел), оказывается представитель авиакомпании, который сообщил, что их утренний рейс перенесли, так что у них есть пара часов сна в запасе. Крис передаёт информацию своему секретарю, чтобы скорректировать расписание по прилёту, и перехватывает курьера у лифта, забирая доставку. Возвращается в номер, потрясая бумажным пакетом: — Еда приехала. Феликс щурится довольным котом, ярко улыбаясь. — Наконец-то! — проворно выхватывает пакет и тут же потрошит его, как какой-нибудь варвар, пока Крис тяжело вздыхает, глядя на такое поведение. Тяжело вздыхает, но… никак не комментирует, возвращаясь обратно в кресло. Младший лишён вообще каких-либо манер: он ест в кровати, чавкает и причмокивает, вымазывает в соусе губы и щёки, шумно тянет колу через трубочку и облизывает испачканные пальцы, игнорируя салфетки. При этом беззаботно качает ногой, притянув к груди вторую, и со скучающим видом разглядывает город через панорамное окно. Вид с двадцать пятого этажа из номера люкс восхитительный, но, кажется, парня действительно интересует только еда.

***

И Крис ловит себя на странной мысли: Феликс настолько не вписывается в привычную выверенную жизнь старшего, раз за разом вытворяя что-то такое, от чего впору краснеть и за сердце хвататься, но почему-то Чану совершенно не хочется с ним расставаться. Он словно глоток свежего воздуха в его заваленных многочисленными правилами и ограничениями буднях. И Крис рад, что тогда зацепился за дерзкое предложение парня расплатиться натурой за порчу его автомобиля. А потом взял на слабо, когда тот внезапно пошёл на попятную. Но Чан и не планировал делать с парнем ничего такого — просто в наглом прищуре и вызывающей ухмылке на уголке губ парня было что-то такое, что в самом старшем всколыхнуло бунтарскую жилку и заставило старшего упереться рогом, пойдя на принцип. (Но врать не будет: особенным смаком было видеть вытянувшееся лицо Феликса, когда старший, приведя его к себе в квартиру, вручил в руки ведро и швабру, сказав убраться в доме, за что он ему уберёт пару тысяч из долга.) И вот уже две недели гонял парня по всяким мелким поручениям, находя в их препирательствах определённую отдушину. Но страннее было, что младший, хоть огрызался и вытворял всякое, всё равно приходил долг отрабатывать. Даже на авантюру «плюс один» согласился, сторговавшись на списание двадцати пяти процентов от общей суммы. (Хотя Чан за представление готов ещё десятку накинуть — лицо Джису однозначно того стоило.)

***

Крис отвлекается от собственных мыслей, когда чувствует пинок по коленке. Фокусируется на младшем, который протягивает ему наггетс и вопросительно выгибает бровь. — Чё смотришь? Ешь давай, — Ли продолжает тянуть к нему кусочек мяса в панировке. — Наверняка сам не особо-то наелся канапешками… И хотя интонация ворчливая, в чужих глазах проскальзывает неподдельное беспокойство. Непосредственность Феликса невероятно подкупает. В этом парне было всё, что умудрялось вывести Кристофера из себя — наглость, бесцеремонность, раздражающая свобода. И самое отвратительное: именно это заставляло его чувствовать себя… живым. Не Бан Кристофером Чаном, скованным правилами наследником, а просто человеком — злящимся, смеющимся, теряющим контроль. И Чан знает, что младший при всём своём бунтарстве всё ещё не преступает черту. Ходит по грани, трепля нервы окружающим, но не преступает. И он вполне себе ответственный и рассудительный, когда этого требует ситуация. А ещё его очень весело дразнить и смущать… Крис наклоняется к протянутому угощению, обхватывая его губами. Проходится языком по изящным тонким пальцам, наслаждаясь чужим растерянным видом. Однако Феликс быстро приходит в себя, смаргивая оцепенение, грубовато и быстро заталкивает наггетс целиком в открытый рот Чана. — Ты чего удумал? Рук что ль нет? Я тебя кормить не собирался, — фыркает младший, а потом щурится. — Разве что зачтёшь… Крис хмыкает, откидываясь обратно на спинку кресла: — Не-а, — прожевывает угощение и фыркает, глядя на то, как кривит лицо Феликс. — Но я не голоден. Так что спокойно доедай и давай ложиться. Наш вылет перенесли, так что можно поспать подольше. Ли неопределённо пожимает плечами, отправляя себе в рот соломку картошки. — Как хочешь. И пока младший вновь обращает своё внимание на еду, Чан продолжает его разглядывать.

***

В голове всплывает сцена, устроенная Феликсом днём, когда они выбирали ему костюм для мероприятия: сначала он кривил лицо от всех предложенных вариантов, потом фыркал на продавца, лебезившего перед Кристофером и совершенно игнорирующего самого Ли (хотя костюм подбирали ему), а после схватил первую попавшуюся вешалку с одеждой и так злобно зыркнул на назойливого консультанта, что того как ветром сдуло от примерочной. Крису оставалось только неловко улыбнуться персоналу, потирая переносицу, и прислушиваться к бубнежу, доносившемуся из-за шторки, чтобы вовремя отдернуть, потому что тот явно был нецензурного характера. А распахнувшаяся штора примерочной заставила Чана обомлеть. Он и не догадывался, что под мешковатым худи и свободными штанами, в которых постоянно видел младшего, скрывается такое. — Вау. Феликс стоял перед ним в тёмно-синем костюме, который, казалось, был сшит специально под его фигуру — узкая талия, подчёркнутые плечи, идеальная посадка по бедрам. — Господи, как ты в этом сутками таскаться можешь? Это же совершенно неудобная одежда! Всё сдавливает и сковывает. А на этом, — кивает на галстук, — вообще проще повеситься, чем завязать. Крис немеет, слыша недовольное ворчание, а потом подходит ближе к младшему. Отодвигает его ладони и ловким движением завязывает «орудие пыток», слегка подтягивая узел. — Вот видишь, не так уж и сложно, — пробормотал Чан, встретившись с Ли взглядами. — И костюмы носят на встречи, а не марафоны. Да и не такие они уж и неудобные, если пошиты по фигуре. — Чан делает шаг назад, ещё раз окидывая младшего взглядом, и кивает сам себе, оставаясь довольным. — Вообще, этот очень тебе идёт. И сидит отлично. Словно для тебя создан. — Оставь свои комплименты для впечатлительных дам, — Феликс закатывает глаза. Поводит лопатками, морщась. — Как по мне, он всё ещё неудобный, и мне хочется его снять… — Не смей! — Кристофер хватает младшего за запястье и проговаривает это так быстро, ловя удивлённый взгляд. А потом смущается собственного порыва и отпускает руку, делая шаг назад. — Ты не можешь прийти в ресторан в худи и джинсах. Там строгий дресс-код. А ты мой «плюс один», и если нас выгонят с вечера, то никаких тебе двадцати процентов с долга. Феликс подозрительно щурится, а потом хмыкает. — Я прекрасно об этом помню. И только поэтому сейчас спокойно здесь стою, а не срываю с себя эти дурацкие тряпки, — делает шаг ближе и наматывает прядь волос на палец, понижая голос до вкрадчивого шёпота. — Хотя уверен, что на это шоу ты бы с удовольствием посмотрел. Не так ли? — Отшагивает обратно и поправляет лацканы пиджака, наслаждаясь расцветающим румянцем на чужих щеках. — Но учти: если с костюмом что-то случится — я не виноват. Он просто непрактичный, а я предупреждал. Хотя… — Феликс облизывает губы, — за правильную мотивацию могу постараться его сохранить. Ещё процентов десять — вполне подойдёт. — Пять. — Жмот. — Учитывая сумму — это щедрое предложение, — фыркает Чан, глядя на скорчившего недовольную рожицу младшего. — Забери из примерочной свои вещи и пойдём подбирать тебе туфли. Недовольное цоканье в спину Чана заставляет старшего предвкушающе улыбнуться. Реакции Феликса заставляют его кровь бурлить, разжигая азарт.

***

Феликс поднимает на Чана вопросительный взгляд, зажав губами очередную соломку картошки, когда старший встаёт с кресла, подходя к кровати. Смотрит пытливо, ожидая очередных нравоучений по поводу своего поведения, и совершенно теряется, когда Крис внезапно тянется к его голове, накручивая локон его волос на палец. — Не хочешь обновить цвет? Феликс хлопает пару раз глазами, а потом фыркает. — А ты что, в мои стилисты заделался? Чан отвечает совершенно спокойно, продолжая смотреть на младшего каким-то странным изучающим взглядом. Склоняет голову набок. — Возможно. — Любой каприз — за ваши деньги, — вызывающе бросает Ли. — Хорошо. — И не в счёт долга! — Нет проблем. Такое спокойное согласие вызывает подозрение, заставляя младшего прищуриться. — С чего такая щедрость? Чан покусывает губу, медля с ответом, но в конце концов выдыхает. — На следующей неделе будет ещё одно мероприятие, где мне нужен «плюс один». Ли расплывается в довольной улыбке. — О, неужели я настолько был сегодня хорош, что ты решил теперь таскать меня на все свои тусовки? — Типа того, — Чан отпускает прядь и скользит кончиками пальцев по щеке младшего, замирая у губ. Стирает каплю соуса и облизывает палец. От этого действия Феликс цепенеет, распахивая глаза, а старший еле сдерживается от довольной ухмылки. Такой растерянный вид Ли — услада для глаз. Впрочем, тот, как обычно, очень быстро переключается между состояниями: легонько отпихивает старшего от себя, поднимаясь с кровати. Замирает рядом и смотрит хитро, растягивая губы в коварной улыбке. Поправляет ворот чужой рубашки и скользит пальцами к груди Криса, разглаживая невидимые складки. — Видимо, это очень важное мероприятие, раз ты так беспокоишься о моём виде, — интонация у Феликса самая деловая. — Тогда мне будет нужен ещё маникюр. И косметолог. И спа-процедуры. И всё за твой счёт. — Хорошо. — И минус тридцать процентов долга, — Ли воинственно вскидывает подбородок. При чужом согласии и спокойствии его не покидает ощущение подвоха. Но прощупать почву интересно. — Пятнадцать. — Двадцать! — Договорились. Но в этот раз костюм для тебя я выберу сам, — Чан складывает руки на груди. — И ты не будешь спорить при его примерке. — Да пожалуйста, — фыркает Феликс. Обходит Криса, направляясь в ванную. Хватается за ручку двери и оборачивается, хитро щурясь. — Хотя надо признать, это странный фетиш, — подмигивает. — Впервые встречаю человека, которому так хочется меня одеть. Обычно всё наоборот. Стягивает со своей шеи галстук, демонстративно бросая на пол, и скрывается за дверью, не давая Крису ответить. Когда из ванной доносится шум воды, Чан плюхается в кресло, закрывая глаза. Он уже знает, что хочет видеть на младшем, и кому закажет исполнение. С деньгами старшего такой короткий срок — не проблема. Кончики пальцев покалывает от предвкушения реакции самого Феликса. Завтра их ждёт ранний вылет и плотное расписание, и, несомненно, новые стычки и споры. Но почему-то именно эта мысль заставляет уголки его губ дрогнуть в улыбке…