Ловушка для чистюли

Юни приходится отказаться от своих миссий — он разбит, и в этом состоянии точно не справится с "чистками" самостоятельно. Вместе с преданным учителем, его лишили всякой воли к жизни, а без цели, у Юни не выйдет одолеть своего заклятого врага. И даже если помощь нужна не ему одному, и дочь уборщицы потеряла куда больше, герой не в силах взять себя в руки. Накануне их последней встречи он просто закрывается в своей квартире. Безвыходно. Безвылазно. Юни не знает, откуда черпать в себе силы идти дальше. Все, кого он знал, исчезли у него на глазах. Всё, что он любил, испарилось, словно никогда и не существовало. Каждый вдох, разлетающийся по комнате, лишь напоминает парню о том, как он не смог никого спасти. По ночам Юни просыпается в холодном поту от кошмаров, где его затягивает чёрная гуща. Мокрые щупальца обвивают голову, эта склизкая жидкость липнет к коротким волосам, тянет на дно, и у Юни нет сил даже на то, чтобы вырываться. Страх пробирает его до костей, но парень лишь закрывает глаза, стараясь задержать дыхание для того, чтобы потерять сознание, пока небытие не настигло его. И уже в следующую секунду Юни подскакивает на кровати, тяжело дыша, а его рука рефлексивно тянется к шее, чтобы проверить, обвили ли её те самые, до боли знакомые путы. И это происходит снова и снова. Каждую ночь. Стоит Юни заснуть, и этот кошмар повторяется, словно разум убеждает парня в том, что именно он должен был исчезнуть в бесконечной темноте. Очередное утро. Вернее, полдень, но Юни не может спать, поэтому вставать к обеду стало для него обычным делом. Парень заметно похудел. Его болезненно-бледная кожа уже в течение недель не видела солнца. Светлые волосы потускнели, а щеки еле заметно впали. Словно гром средь ясного неба раздаётся стук в дверь. Тихий, неуверенный, отчего Юни кажется, что ему видится это в полудрёме, однако уже через минуту стук звучит в разы громче, и парню приходится поднять зад с матраса. За дверью оказывается соседка. Юни уже знаком с этой забавной, старой леди. В одной из миссий он помогал ей разобраться с санузлом. – Здравствуйте, миссис... – уж было начинает парнишка, но старушка обрывает его: – Юни, бог ты мой! Представляешь, снова та же проблема! – она коротко оглядывает чистильщика, после чего, ужаснувшись, прикладывает руку ко рту. – Боже, милый, ты в порядке? – испуганно бормочет соседка. Вот уж чего Юни хотелось в последнюю очередь, так это встречать незваных гостей в боксерах с принтом вантузов и запачканной майке, что болтается на нем как простыня на швабре. – Я в норме, – отвечает он старушке, неловко посмеиваясь, хоть и вряд ли улыбка выходит искренней. – Я пожалуй в другой раз зайду, милый. Отдыхай лучше... – видимо мешки под глазами от ночей, полных кошмаров, стали куда заметнее с тех пор, как Юни смотрелся в зеркало последний раз. Когда старая леди отворачивается, в голове парня проскакивает, что он не может продолжать вести такую жизнь. Миссия у старушки была одной из его первых и не требовала ничего сложного: провести чистку, поставить защитное заклинание. В сумме это займёт минут пятнадцать, а прокрастинация лишь окончательно убьёт навыки молодого сантехника. – Постойте, – окликает соседку Юни, – Вам же нужна помощь, да? Я помогу. *** Кажется, с последнего дела прошла целая вечность. Юни в спешке завершает все утренние дела, и уже через полчаса находится на том самом месте, где когда-то всё началось. Розовый, пушистый коврик на полу, плитка с рисунком бесконечно вьющихся цветов. Эти детали вызывают ужаснейшее дежавю, и Юни не может выкинуть его из головы, пока работает. Такие привычные инструменты стали незнакомыми, а наработанные техники больше не выходят по одному лишь наитию. Парню приходится напрячь мозги, чтобы вспомнить, как завершить ритуал. Раньше, у Юни были те, на кого можно положиться, а сейчас даже простейшая магия кажется сложной до невозможности. Руки дрожат, в то время как он пытается закрепить последний слой защиты. Глаза Юни опущены, поэтому он не смог бы увидеть бочок всё больше заполняющийся водой, но когда из унитаза начинает лить, он наконец поднимает взгляд. Со скоростью молнии юношу настигает осознание, что что-то пошло не так. Воды становится больше и больше, она мутнеет, становится всё темнее, гуще. Парень в панике старается вспомнить хоть толику того, чему его учили, но тщетно — кабинка заполняется только быстрее. Розовый ковёр на полу не видно, ноги становится трудно передвигать. Жидкости уже по пояс, когда Юни доходит до двери. Но та не открывается, и остаётся только колотить в деревянную поверхность что есть сил. Юноша с ужасом понимает, что слизь уже достигла его груди. Дыхание перехватывает в момент, когда она достигает шеи. Вот он, кошмар наяву. Ровно такой же, как и во снах. В тех, что преследовали Юни каждую ночь. Чёрная слизь, не пропускающая ни одной частицы света, заполняет рот, нос, лёгкие, пищевод, и единственная мысль тихо отзывается эхом в голове парня: – «Неужели я умру вот так...» Но Юни приходит в себя на полу ванной. Своей ванной. Карие глаза распахиваются, сохранив ту предсмертную панику, а сам он, перевернушись со спины на бок, начинает откашливаться, что есть сил. Ощущение утопления медленно сходит на нет. Мозг получает желанный кислород, а дыхательные пути больше не горят ядовитой болью от жидкости, льющейся по ним. В попытке перевести дух, Юни обессиленно лежит на полу, как вдруг позади доносится тихий смех. Чёртов, знакомый смех. Тот, что звучит, будто болотное бульканье и пробирает до мурашек. Юни не хочет оборачиваться. Он прекрасно знает, кому принадлежит это хихикание, и убеждаться в этом ему ни к чему. – Что тебе надо? – раздражённо бормочет парень. Его взгляд прикован к двери, а разум продумывает план побега. Отбиваться у Юни не выйдет — остаётся только бежать. – Разве так встречают старых друзей, чистюля? – ухмыляется собеседник за спиной сантехника. – Не помню, чтобы водил дружбу с демонами вроде тебя... – сквозь зубы шипит Юни в ответ. Надо вставать. Бежать отсюда, даже если это квартира самого Юни. Он не справится с Йоши сейчас. Чистильщик засоров ослаблен, но самое главное: он один. Никто не сможет помочь. Подстегиваемый этими мыслями, юноша пытается отползти в сторону двери, но демон не даёт ему этого сделать. Темные отростки, такие знакомые, мерзкие и склизкие на ощуп, обвивают тело Юни, поднимая его в воздух. У парня не остаётся выбора, кроме как взглянуть в лицо своего врага, когда тот поворачивает его на себя. Йоши может принять любую форму, и Юни знает это. Некий сюрприз: насколько отвратительным будет новый вид этого демона? Острые, желтоватые зубы, виднеющиеся в хищной улыбке — первое, что попадается сантехнику на глаза. Тело соперника полностью чёрное. Помимо рта можно рассмотреть выпуклость в форме носа. Неизвестно, есть ли у демона что-то вроде глаз — темные щупальца, пародируя длинные волосы, частично закрывают лицо. Они же свисают ниже, облегая подобие тела. Издалека ещё можно принять это создание за человека, но вблизи предельно ясно — это никто иной как монстр. – Твоя защита ослабла, чистюля, – шепот Йоши звучит, словно пузырящаяся вода на мощном огне. Темные щупальца обвивают сильнее, закручиваются вокруг конечностей, заставляя ощутить смутную боль в мышцах. – Ты не можешь меня изгнать, не так ли? – довольно шипит демон через острые как бритва зубы. Юни нечего ответить. Йоши прав — ни сил, ни союзников у юноши не осталось. Не осталось даже желаний. Осознание собственной беспомощности преследует его уже которую неделю, а сейчас Юни не справился даже с туалетом соседки, так почему бы наконец не покончить с этим?.. Он обмякает в этих склизких отростках и бормочет смертельно спокойно: – Просто убей меня... – взгляд опускается в пол, но периферическим зрением парень замечает, что улыбка демона становится чуть шире. – Нет, – отрезает тот, – Это неинтересно. Юни на мгновение теряет дар речи. Разве целью Йоши не является истребление всех чистильщиков до единого? Могущественный демон, которому мешают только стражи по эту сторону, отказывается от убийства одного из них? Но прежде, чем Юни смог бы спросить, демон заливается раскатистым смехом. – Я вдохновлю тебя, – усмехается он. Щупальца растягиваются на теле Юни, покрывают тело целиком одним длинным слоем слизи, стаскивают детали одежды одну за другой. Боксеры с принтом вантузов Йоши стягивает точно также, отбрасывает на пол. Юноша пытается закричать, но склизкая жидкость закрывает его рот будто изолента. Не получается издать и звука, кроме сдавленного мычания через нос. Сердце стучит как бешеное. Юни никак не мог ожидать такого поворота событий, ничего не предвещало этого. Может, смерть была бы лучше, чем то, что с ним собираются сделать? Не убирая самодовольного оскала с подобия лица, Йоши приближается к чистильщику. Его рот оказывается ровно напротив рта Юни. Тентакли держат парня на подходящей для этого высоте. Они развели в стороны его руки, раздвинули ноги так, что все самые слабые места оголены перед демоном. – Ненавидь меня, – шепотом произносит демон без тени привычного бульканья. Он открывает челюсти, полные острых зубов, высовывает длинный язык, такой же черный, как и его остальное тело. Слой слизи силой размыкает губы Юни, и язык демона скользит внутрь, нагло исследует полость его рта. Нижние отростки проходятся по анальному отверстию, покрывают промежность темной, вязкой жижей, в то время как язык движется глубже. Он гладкий, отдает прохладой, заставляет давиться. Горло судорожно дрожит, но Юни не может двинуться, и ему остаётся только терпеть эту смесь ощущений. Глаза закатываются. Мало-помалу щупальца проникают внутрь и снизу, прямиком в зад обездвиженного парня. Столько смазки неприятно холодит кожу, однако облегчает проникновение. Мысли путаются от обилия стимуляции. Словно тело погрузили в желе, что постоянно двигается, причиняя уйму откликов по всей сети нервных окончаний. Первый толчок ощущается смутной дрожью, но с каждым рывком отросток заходит всё глубже. Его движения становятся всё отчётливей. Юни не может даже мычать — его горло заполнено чужим языком, так мягко скользящим взад-вперед. Он входит все дальше с каждым толчком, точно как и проникновение снизу ожесточается все сильнее. Нижний тентакль стимулирует чувствительные стенки, проходится по простате снова и снова. Скользит, попадает по приятным точкам. Отвратительно, что эта мелкая дрожь по телу отзывается не ненавистью, а возбуждением. Нет возможности сопротивляться, и остаётся только терпеть. Терпеть и не наслаждаться, учитывая, что последняя задача становится всё невыполнимее. Юноша заполнен с обеих сторон, и это приносит неизвестное, туманное удовлетворение. Бульканье рассеивает тишину комнаты, а каменная плитка отражает его, возвращая эхом. Йоши намеренно подключает ещё щупальца, ласкает и другие места: головку члена, оголившиеся соски. Эти касания чувствуются по всему телу, а Юни не может ничего, кроме как получать от этого непрошенное удовольствие. Проходит несколько минут, и он кончает. Больше — и он достигает оргазма во второй раз. В какой-то момент, Юни и вовсе перестаёт понимать что-либо. Когда чистильщик снова открывает глаза, он оказывается лежащим на полу. Йоши и след простыл. Обессиленый, униженный, голый Юни с трудом поднимается на дрожащих ногах. Возможно умереть было бы лучше, но теперь он точно знает: грёбаные демоны должны умереть, и он убьёт их всех своими руками, даже если для этого ему придётся восстать из мёртвых.