Выживание Некроманта

Я позвал Чхве Гён Сика в свою спальню. Благодаря навыкам, которые Со Да Вон привнёс в это пространство, я понял, что здесь нам будет комфортно разговаривать. — Ты хочешь провести эксперимент и тебе нужен шприц? — Чхве Гён Сик уставился на меня со странным выражением лица. Затем он скрестил руки на груди, как будто видел меня насквозь, и прежде чем я успел что-то ответить, спросил: — Ты собираешься взять у себя кровь? — ...Да. Но не слишком много... — Ха-а… — Чхве Гён Сик демонстративно вздохнул, а затем окинул меня взглядом с головы до ног. Затем с усталым видом он начал отчитывать меня, как врач пациента, — Ли Гён, ты вообще знаешь, сколько весишь? — Да? — Ты похудел на десять килограммов от своего прежнего веса. И, учитывая твои недавние госпитализации за последние три месяца… Нет, давай не будем об этом. Похоже, ты сейчас не совсем понимаешь, в каком состоянии находится твой организм, — с этими словами Чхве Гён Сик схватил меня за запястье. Несмотря на то, что он был таким же стройным, как и я, и не выглядел физически развитым, его хватка была крепкой, как тиски. Честно говоря, это было унизительно. Оттолкнув его руку, я попытался возразить. — Но ведь... Однако, не обращая внимания на мои попытки возразить, Чхве Гён Сик продолжил: — Кстати, о зелье, которое ты пьёшь каждый день… Ты знаешь, сколько стоит производство этого зелья? Если бы глава гильдии не дал мне камень маны, который он получил после демонтажа одного из своих личных предметов, я бы не смог даже подумать о создании этого зелья. — Что ты сказал? — Одно из свойств зелья заключается в быстрой регенерации крови. Ты потратил столько денег на восстановление крови в организме, а теперь хочешь её слить? Зачем тебе это? Я в испуге посмотрел на Чхве Гён Сика. Однако он лишь раздражённо поправил очки и пристально посмотрел на меня. Затем, не заботясь о том, слышу я его или нет, он щёлкнул языком. Обладая такой отвратительной проницательностью, молодой Алхимик, должно быть, понял, на какую реакцию я рассчитывал. И поэтому… — С тех пор как мы совершили набег на убежище Гым Ми Ён, у нас достаточно материалов для зелий. То есть нам больше не нужно уничтожать ничего не подозревающие предметы. Ты доволен? — Чхве Гён Сик на мгновение взглянул на меня. В этот короткий миг на его лице отразилась невероятная злость. Это было самое сильное и эмоциональное выражение, которое я когда-либо видел на его лице. Конечно, когда наши взгляды встретились, эта напряжённость мгновенно исчезла. Но на его лице осталась холодность. Улыбка Чхве Гён Сика казалась натянутой, как будто он с трудом заставлял себя поднимать уголки губ. Слова, слетевшие с его губ, были холоднее, чем когда-либо. — Поэтому, Чхве Ли Гён-щи… Тебе не стоит думать: «Прости, что заставил тебя уничтожить твои вещи». Лучше подумай о том, как сохранить собственное тело. — Нет, я имел в виду... — Нет. Ты всё ещё не понимаешь, о чём я говорю. Чхве Ли Гён, ты… В прошлый раз ты чуть не умер. Когда тебя поймал Гу Хви Со. «…» — Вот почему господин гильдмастер в спешке разбил этот предмет, приготовил зелье и дал его тебе. Но что это? Теперь ты хочешь пустить себе кровь? Это не упрямство — ты проявляешь строптивость. Пока я слушал Алхимика, мне пришло в голову, что я не видел маленькое кольцо, которое Со Да Вон носил на мизинце. Увидев моё мрачное выражение лица, Чхве Гён Сик открыл и закрыл рот, словно хотел что-то сказать, но затем отвернулся, сдержав свои слова. Он долго смотрел в стену, а затем произнёс приглушённым тоном: — Почему ты такой нетерпеливый? Мы хотим, чтобы Чхве Ли Гён-щи... Был в безопасности. Только это. Ты ведь это знаешь, верно? Мы не хотим, чтобы ты умер собачьей смертью. Я чувствовал себя немного подавленным, слушая его. Чхве Гён Сик, пожалуй, был самым эмоционально отстранённым от меня слугой — не то чтобы его это волновало. Скорее, он всегда был готов наблюдать за мной довольно объективно. Как учёный. Несмотря на это безразличие, его слова были полны искренности. Я почувствовал, как от Алхимика исходят тревога и печаль, и на сердце у меня стало неспокойно. Прижав руку к бьющемуся сердцу, я медленно ответил: — Насчет этого… Насчет безопасности и всего такого… Теперь, когда Рю Хё Рин ушла, моя безопасность больше не гарантирована. Они, наверное, уже нас подозревают. Теперь исход войны зависит от скорости. Чхве Гён Сик помедлил, прежде чем взглянуть на меня. В какой-то степени он, должно быть, тоже понимал, что мы не можем продолжать действовать в том же духе. Никто из слуг не высказывал такого мнения, но атмосфера в доме была как перед бурей. Чхве Гён Сик не подтвердил и не опроверг мои слова, но теперь я видел, что он разделяет мои опасения. Несмотря на его молчание, я продолжал высказывать своё мнение. — Я не планирую брать много крови — максимум один пакет. И я не буду делать это часто. «…» — Я думаю, что в каком-то смысле эта кровь может стать защитным механизмом. Однако, чтобы подтвердить мою гипотезу… Мне придётся провести несколько экспериментов. — Так вот почему ты меня позвал? — Да. Чхве Гён Сик самый... М-м. Ну, ты кажешься самым рационально хладнокровным. Чхве Гён Сик приподнял брови, как будто был чем-то недоволен, но не стал отрицать. В конце концов, он был слугой, который держался со мной на профессиональной дистанции. У Ра Ги был слишком самодовольным, а поведение Га Рама я предсказать не мог. Со Да Вон и Ким О Лим, похоже, успокоились, поэтому я не уверен, что их реакция на мои эксперименты с кровью будет достаточно значимой для получения данных. Чхве Гён Сик глубоко вздохнул, как будто наконец понял меня. — Я могу слишком возбудиться при виде крови и причинить тебе боль, — сказал он прерывистым голосом. — Насчет этого. Со Да Вон уже наложил на мое тело защитные заклинания; тебе, наверное, будет непросто напасть на меня, — спокойно ответил я. Эти слова, похоже, убедили Алхимика. — Не думаю, что господин гильдмастер имел это в виду, когда накладывал заклинания, — проворчал Чхве Гён Сик. — Конечно. Однако ты можешь поручить мне успокоить Со Да Вона — у тебя из-за этого не будет проблем. Всё, что нужно сделать Гён Сик-щи, — это ответить, будет ли он участвовать. «…» — Как бы то ни было, если ты откажешься, мои эксперименты на этом не закончатся. Я обращусь к У Ра Ги или Чон Га Раму. У них может быть более бурная реакция, чем у Чхве Гён Сик-щи; интересно, кто из них более безопасен… — Ха-а… Ладно. Чёрт возьми, — Чхве Гён Сик провёл рукой по волосам, взъерошив их, и сунул руку во что-то в воздухе — возможно, в свой инвентарь. Когда он протянул руку, в ней была квадратная коробочка. Не меняя напряжённого выражения лица, он поднял другую руку, которой всё это время сжимал моё запястье. — Что это? — спросил я. — Сейчас я возьму немного крови. Эта модель не причиняет боли, поэтому, пожалуйста, расслабь руку. Я слегка покраснел, когда он напомнил мне, что не стоит преувеличивать боль, но, поскольку Чхве Гён Сик гарантировал, что эффективность будет соответствовать уровню боли, я поместил палец в коллектор. Когда Алхимик нажал на кнопку сбоку, из него потекла кровь, хотя я ничего не почувствовал. Чхве Гён Сик взял несколько капель моей крови и поместил их в специально изготовленную алхимическую шкатулку. А когда он протёр мой палец чем-то похожим на марлю, рана быстро зажила. Всё это было настолько безболезненно, что я даже не почувствовал укола. — И это всё? — спросил я. — …Ха-а. Да, — Чхве Гён Сик выдохнул, словно долго задерживал дыхание. Возможно, я был единственным, кто не почувствовал боли во время этого испытания. Глядя на него сверху вниз, я спросила: — Чхве Гён Сик-щи, ты тоже очень чувствителен к запаху крови? — спросил я, глядя на него снизу вверх. — Да. — Как неожиданно. Ты никогда раньше не проявлял подобных наклонностей. При этих словах Чхве Гён Сик поднял голову. Я заметил, как на мгновение блеснули его красные глаза. — В моём случае желание выпить твою кровь похоже на сильную жажду, — медленно произнёс молодой Алхимик, борясь со своими импульсами и сохраняя холодную рассудительность. — Такое ощущение, будто я ничего не пил уже три дня. «…» — На самом деле, хоть я и знаю, что это бесполезно, я пью чай, чтобы хоть как-то компенсировать это ужасное ощущение — как будто я глотаю песок. Слушая его, я вспомнил, как Со Да Вон однажды выплюнул еду, едва откусив. Чхве Кён Сик продолжал бормотать слезливым, мрачным голосом. — Тогда, когда Чхве Ли Гён-щи подходит... «…» — Такое ощущение, будто кто-то вытирает мои губы влажным полотенцем. Кажется, я могу немного дышать. Мы стояли и смотрели друг на друга. — Тогда почему ты всегда сидишь так далеко? — спросил я. — Есть ли смысл спрашивать, когда ответ и так очевиден, Ли Гён-щи? Ты и так всё знаешь. Ты должен знать, что по мере продления нашего контракта могут возникнуть новые последствия, ведь мы открываем тебе свои сердца. «…» — Я хочу оставаться человеком, даже если буду жаждать крови. Я не хочу жить как слуга, постоянно тоскуя по тебе. — ...Да Вон-и и О Лим-и сохраняют равновесие. Даже если мы сближаемся... — У этих двоих сильно развито эго. Они верят в свои способности, — Чхве Гён Сик впервые признался в том, что он уязвим. Он отвернулся, избегая моего взгляда. — Я обычный человек и в плане воли, и в плане личности… В отличие от этих двоих.