Выживание Некроманта

— Думаю, он будет расти быстрее обычного ребёнка, — сказал Чхве Гён Сик, рассматривая тело малыш. Гу Хви Со утвердительно кивнул. — Судя по всему, он сможет ходить примерно через месяц… — Как быстро... — А ещё через месяц ребёнок должен начать расти так же, как и другие дети. Даже мне было бы непросто, если бы он стал взрослым за пять лет… То, что ребёнок начал ходить в возрасте одного месяца, само по себе было необычно. Тем не менее, учитывая, что после этого первоначального стремительного роста ребёнок будет развиваться нормально, это означало, что многие препятствия, которые возникнут, пока Гу Хви Со будет готовиться представить своего «сына» и преемника, исчезнут. — Как обстоят дела в гильдии? — спросил я Гу Хви Со. — Вам всё ещё нужно следить за фракцией Гу Гён Мана? — Нет. Они знали, что это была заведомо проигрышная битва... Я немного успокоился и вздохнул с облегчением. — Тем не менее вам нужен был преемник. — — Да~а. Ну… В последнее время я неважно себя чувствую, так что… Дело было не только в Гу Гён Мане. Ходили слухи, что у Гу Хви Со много проблем со здоровьем и он часто отсутствует; должно быть, многие руководители гильдии хотели понять его намерения.К счастью, в «Красном Драконе» с предыдущим поколением была неразбериха с преемственностью главы гильдии, так что, даже если бы ребёнок Гу Хви Со считался незаконнорождённым, это всё равно не привело бы к большой путанице и хаосу. Гу Гён Ман и Гу Хви Со были сводными братьями. Поэтому они могли бы промолчать о биологической матери сына Гу Хви Со, даже если бы отец официально не состоял в браке. И, как ни странно, эти мысли принесли мне облегчение. Я посмотрел на малыша, который невинно играл с Лакеем. «Как и ожидалось, ему лучше до конца жизни не знать о Гу Гён Мане…» Если посмотреть на ситуацию сейчас, то, похоже, никаких проблем не было, и Гу Хви Со, кажется, нравился ребёнок. Более того, я мог бы повлиять на Гу Хви Со. В таком случае, возможно, ребёнок мог бы расти нормально? — Тогда, думаю, вам лучше помалкивать о биологической матери ребёнка. То есть… Даже когда он вырастет, — осторожно сказал я Гу Хви Со. — М-м-м… Неужели? — ...Да. Гу Хви Со, похоже, не понял, но кивнул, не возражая мне. Я молча наблюдал за его кивком, чувствуя себя неловко, но искренне надеясь, что у Гу Хви Со сложатся хорошие отношения с ребёнком. И в ту ночь Гу Гён Ман испустил последний вздох. Я тихо ждал за дверью операционной, когда он скончается. Его тело, в котором почти невозможно было узнать «человека», положили в очень маленькую коробку. Коробку вынесли на задний двор и поставили в центр золотого магического круга, который создал Со Да Вон. Вжух! Как только шкатулку поставили на пол и мы отошли в сторону, из круга вырвалось синее пламя и поглотило шкатулку. Я с трудом мог открыть глаза из-за его силы, а от невыносимого жара у меня горела кожа. Коробка исчезла в одно мгновение; трупа Гу Гён Мана внутри уже не было видно. Я едва мог различить какую-то смутную фигуру, но теперь я мог наблюдать за происходящим со стороны. Слуги молчали, скрестив руки на груди. Ким О Лим, стоявшая среди них, подняла [Священное Писание] Хаба и, глядя на пламя, прочла короткий стих. После того как она закончила читать, вокруг моего тела закружились несколько белых огоньков, а затем исчезли. Похоже, её слова были направлены на то, чтобы предотвратить какие-либо негативные последствия для меня, а не на то, чтобы оплакать кончину Гу Гён Мана. После того как тело сгорело дотла, не оставив ни единого следа, Со Да Вон собрал измельчённые в порошок кости в небольшой контейнер. — Где мне их развеять? В центре нет свинарников. — Как насчёт подземелья? — А что, если добавить его в зелье, которое я приготовлю позже? Хм. Но, возможно, его будет немного противно пить... — Я категорически против. Они отреагировали на его смерть холодно и беспристрастно. Я надеялся, что Гу Хви Со хоть как-то отреагирует, и тогда я смогу предложить ему выбор, но его взгляд был прикован исключительно к ребёнку, которого он держал на руках. Казалось, он не обращал внимания на происходящее. Итак, на данный момент Со Да Вон сохранил у себя прах Гу Гён Мана.

***

— Бэ Дже Мин переезжает. После этого прошло две недели. Мы остановились в доме Гу Хви Со. Мы со слугами в основном занимались в тренировочном зале в особняке, изучая различные защитные формации. В частности, я разработал способ свободного использования навыка [Одержимость] и изменил свой стиль тренировок. Чон Га Рам доводил моё тело почти до предела, поэтому я всё меньше и меньше чувствовал боль в мышцах, когда использовал навык [Одержимость]. Кроме того, я по очереди тренировал [Одержимость] с другими слугами, чтобы они все могли использовать эту способность. Так я узнал кое-что о слугах — всё благодаря тесту на синхронизацию. По мере того как наша синхронизация улучшалась, слуги могли всё больше контролировать моё тело — сверх его обычных возможностей. Поэтому они часто спрашивали меня о моих поверхностных предпочтениях, например о том, какие цвета мне нравятся или какие вкусы я предпочитаю. Однако у Со Да Вона был самый высокий показатель синхронизации со мной — более 90%. В целом мы правильно отвечали на вопросы о синхронизации, хотя особо не обсуждали ничего важного. Кроме того, Ким Сан Юн продемонстрировал значительный рост. Как уже говорила Ким О Лим, Воин был талантливым пользователем. Даже не используя свой навык, который расходовал его жизненную силу, он демонстрировал невероятную подвижность и способности, которые могли сдержать Со Да Вона более чем на пятнадцать минут. И он стал довольно искусным бойцом в ближнем бою, сражаясь с Чон Га Рамом. Ким Сан Юн, который поначалу с трудом поспевал за аномальными атаками Чон Га Рама, теперь мог следить за движениями юного Ассасина и сам наносить ответные удары. — Я сказал ему приготовить реагент, о котором упоминал в комнате Чхве Гён Сика... — Спасибо, Хи Со-щи. Гу Хви Со, как и подобает главе гильдии, занимающейся грязными деньгами, также смог получить средства благодаря своему опыту в отмывании денег. Благодаря этому Чхве Гён Сик смог создать своего голема. Голем был таким же мощным и качественным, как тот, что был у Алхимика перед смертью. Кроме того, Чхве Гён Сик с помощью биологической инженерии создал различных химер для боевых и вспомогательных целей. Одна из химер по имени [Лицо с человеческой кожей] выглядела как очень тонкая, мягкая ткань, но, будучи наложенной на лицо пользователя, она меняла его черты. Это было похоже на маску, но я вскрикнул, когда впервые надел эту ткань и посмотрел в зеркало. Я не чувствовал себя неловко или некомфортно, но при этом превратился в совершенно другого человека. Чхве Гён Сик объяснил, почему он создал это [Лицо с человеческой кожей]. — Пока жив Бэ Дже Мин, наша открытая личность — это наша слабость. Хотя господин гильдмастер может в любой момент использовать на тебе полиморф, однако если вы войдёте в здание с [Антимагией] или столкнётесь с подобными предметами или навыками, вас сразу же обнаружат. Кроме того, предметы, которые меняют твоё лицо, встречаются редко и часто вызывают сильный дискомфорт. Вот почему мы создали химер из кожи монстров. Было бы здорово, если бы ты воспринимал это как новые материалы для крафта. Ты можешь заранее выбрать черты лица, которые хочешь изменить, и при использовании химеры эти черты будут плавно накладываться на твоё лицо, не вызывая дискомфорта. В отличие от любых других предметов, лицо не будет «плавать» или выделяться при изменении выражения твоего лица, так что всё выглядит очень естественно. Действительно, всё было так, как сказал Чхве Гён Сик. Маска не реагировала на антимагические навыки, потому что на моём лице была просто химера. Другими словами, даже если бы Бэ Дже Мин стоял прямо передо мной, он бы меня не узнал. Однако у этого [Лица из человеческой кожи] был предел: из-за слабой устойчивости к воде моё настоящее лицо могло открыться, если бы я умылся. Чрезвычайно влажная среда также представляла для меня опасность. Например, мне приходилось быть осторожным во время дождя, иначе на моём лице появлялись морщины. Но всё же эта маска того стоила, поэтому я без колебаний выбрал [Лицо из человеческой кожи]. Пока все готовились... Ким О Лим начала рассказывать мне о передвижениях Бэ Дже Мина.