Любовь на колесах

Слава Богу, в этой клинике было всё оборудовано таким образом, что можно было ездить на коляске и не сшибать дверные косяки, не спотыкаясь при этом колёсами о пороги и не бояться ебнуться с лестницы. Его палата располагалась на первом этаже, а на улицу можно было съехать без посторонней помощи, по пандусу. Теперь Майк мог выезжать и курить сколько ему влезет. Засада была только в том, что гипс с руки ещё не сняли. И если съехать он худо бедно с одной рабочей рукой мог, то закатиться обратно - нет. Наклон был хоть и небольшой, но земное притяжение никто не отменял. Выкурив уже три сигареты, он так и не встретил никого, кто помог бы ему преодолеть этот злоебучий пандус. И вот он уже 10 минут пытался затащить себя с коляской вверх, но силы одной руки не хватало и где-то на финишной прямой он неизменно скатывался обратно к исходной точке. - Ну, ебучий случай!! - ругался парень от собственного бессилия. - Нахуй! Буду в палате курить, - пытаясь заехать снова рассуждал брюнет. - Не надо в палате, там датчики дыма. Тебя сразу вычислят и выселят, - услышал он за спиной и почувствовал как его коляска легко прокатилась вверх по пандусу. Он поднял голову и посмотрел назад. Над ним возвышался крепкий парень с тёплыми светло-карими глазами и милой улыбкой на симпатичном лице. Он легко толкал коляску Майка вверх, особо не напрягаясь. - Привет! - сказал он. - Ты новенький? - Угу. Новенький. Но не как новенький. - Ничего. Дело поправимое, - сказал кудрявый шатен. - Где твоя палата? Я отвезу тебя. - Не надо, тут я сам справлюсь. Но, спасибо всё равно. - Да не за что! Всегда рад помочь, - он широко улыбнулся и шепотом добавил, - и не кури в палате. Парень наигранно погрозил пальцем на прощание и пошёл в противоположную сторону по коридору, в сторону лифтов. Майк смотрел ему вслед. Кудрявый был высокий, широкоплечий. Перед тем, как двери лифта закрылись, он махнул Майку рукой и улыбнулся. Брюнет развернулся и покатил к своей палате. Интересно, он к кому-то пришёл или работает тут? Об этом Майк узнал через полчаса. Ему была на сегодня назначена спортивная терапия и массаж. Вернее, наоборот. Сначала массаж, а потом попытки заставить ноги двигаться или хоть как-то реагировать на мозговые импульсы. Когда он закатился на своей коляске в кабинет, указанный в назначении, то увидел этого парня, только тот уже был в форме зеленоватого цвета, какую носит медперсонал в этом центре. - О, привет ещё раз, э-э-э-э, - он посмотрел в карту, - Майк Брокович! Я Шон. Буду ставить тебя на ноги! Ты готов? - Ага, здрасте. Готов, наверное... - Нет, только утвердительное уверенное "да!" и тогда ты облегчишь мне мою задачу. Одному ведь всегда сложнее, чем вдвоём? М? - Не знаю, чувак. Ты такой радостный, что боюсь получить ненароком сахарный диабет. - Послушай, Майк, многое зависит от нашей головы, от наших мыслей и настроя. Психосоматика может довести человека до смерти. Или наоборот, поставить на ноги, как тебя, например! - он сел на кресло на колёсиках и подкатился на нём к Майку. Он смотрел на него своими добрыми, теплыми глазами, ожидая ответа. - Я в этом ничего не понимаю, знаешь. Могу лишь сказать, что ссать, сидя в инвалидом кресле, неудобно ни разу. Шон хохотнул. Ему определённо нравился этот хмурый пациент. - Так поэтому ты здесь, правда?! Потому что я в этом очень хорошо разбираюсь. И если ты будешь меня слушаться, то мы с тобой в скором времени будем бегать на перегонки! - Вот, я уже чувствую, как сахар в моей крови поднимается. Даже кристаллизуется! - чуть улыбнулся Майк. - Давай мы начнём, а потом посмотрим, как у нас все пойдёт. Он встал и подкатил коляску Майка поближе к массажному столу. Брокович чувствовал себя немного не в своей тарелке. Он попытался сам перелезть на стол, но Шон быстро подошёл и подхватил Майка, он увидел как брюнет дико смущается. Шон сел в коляску парня, и взял его за руки. Майк покраснел и вопросительно взглянул на кудрявого, сидя на столе. Его ноги свисали. - Майк, послушай. Ты не должен смущаться и чувствовать себя неловко. Это моя работа. Мне платят за это деньги. Ты платишь мне за свою реабилитацию. А я делаю всё, что от меня зависит. Всё, что я умею. И я поставлю тебя на ноги. Я тебе обещаю. Поэтому доверься мне. Ты хочешь снова встать на ноги? - Да! - Супер! Теперь ложись. Мне нужны твои ноги, поэтому я сниму с тебя штаны. Ты не против? - Шон улыбался и даже подмигнул. Майк хохотнул. Даже при таких неловких обстоятельствах, Шон разрядил обстановку и заставил своего пациента улыбнуться. - Делай что умеешь, мужик! Шон взялся за резинку его спортивных штанов и стянул их полностью. Потом снял с него кеды и носки и стянул всё вместе. Майк остался в брифах и футболке, он лежал на спине и смотрел в потолок. Вся ситуация его почему-то забавляла. Но тут началось самое интересное... Шон начал прощупывать аккуратно его ногу от стопы вверх к паху. Майк наблюдал за уверенными движениями его больших ладоней и сильных красивых пальцев. Он не чувствовал, но видел. Когда руки массажиста дошли до верха бедра, Майк охнул от неожиданности. Руки Шона были горячими и мягкими. Это было пиздецки приятно. - Тут чувствуешь? - он ещё раз помял верх бедра. - Да, и очень хорошо чувствую - нервно хихикнул Майк. Шон был серьёзен, а брюнет улыбался. - Это хорошо, Майк. Это очень хорошо. - Ну, не знаю, Кудряшка... Если ты не перестанешь лапать мои ляжки, это может очень неожиданно кончиться, - гоготнул Брокович. Шон посмотрел на пах Майка и покраснел. - Оу, э-э... Прости. Это... Неловко... -Да уж... Это однозначно забавная ситуация. Но, по крайней мере, мы точно в курсе, что в отличии от ног, мой член работает исправно! Шон покраснел ещё гуще. - Блять, да не обращай внимания, делай свою работу. Мне уже намного лучше, знаешь. Массаж явно хорошая реабилитация, - пациент лыбился, а Шон не знал, куда девать глаза. - Вот чëрт... Шон решил не обращать внимание на полустояк пациента и сделать всё так, как и должен был. Потом он перевернул Майка на живот и начал проделывать те же манипуляции. Он сгибал и разгибал конечности, а когда дошёл до верха бедра и обхватил ляжку Майка руками с внешней и внутренней стороны бедра, Брокович не выдержал и простонал. Шон сделал вид, что оглох. - Всё, - сказал массажист. - Теперь в зал, - он прям выдохнул от облегчения. Вторая часть занятия не была такой же эротичной, как первая. Но Майку в принципе было приятно находиться с Шоном рядом. В общем, реабилитация пошла полным ходом. Помимо нежных умелых рук шатена, Майк получил ещё физиотерапию и кучу всяких разных назначений, вплоть до каких-то там горячих ванн с солями и травами. Энни навещала брата почти ежедневно. Она по его заказам приносила вкусняшки. Ну и новости, конечно, а хороших новостей не было. Пару раз позвонил его менеджер Джей. Брэд справился о его здоровье, да и всё, собственно. Все продолжали жить своей жизнью и до Майка никому не было дела. Ведь он не приносил на данный момент прибыль. Лишь Энни старалась изо всех сил и переживала всем сердцем. С Шоном он виделись почти каждый день. У того были выходные только по субботам и воскресеньям. Они болтали во время сеансов и тренировок. Парень был забавным. Он не был похож на тех, с кем Майк общался раньше. Никакого скабрезного флирта или грязных разговорчиков. Он не пытался в открытую склеить Майка и всегда очень смущался, когда член Броковича во время сеансов массажа приветствовал его, вставая по стойке смирно, как солдат на плацу перед генералом. А это случалось каждый раз, когда Шон мял его своими умелыми руками. Шон был красив, это замечал не только Майк. Все медсëстры с ним заигрывали и флиртовали, хотя он не скрывал свою ориентацию. Но, как и любая глупая женщина, каждая из них думала, что уж она-то сможет доказать ему, что он не гей, просто хорошая девушка ему до сих пор не попадалась. Майк видел, что Шона это не раздражает, а наоборот, забавляет. И он с удовольствием включался в эту игру, под названием "Преврати гея в натурала". Его вообще любили в центре. Он никогда никому не отказывал в помощи и был добр до щенячьего визга. Он не был похож на других, он сам был другой. Уникальный. Энни тоже познакомилась с Шоном, она должна была быть в курсе прогресса брата и лично выпытывала у массажиста, как продвигаются дела, так как сам Майк толком ей ничего не рассказывал. Энни нравился Шон, она периодически выкручивала Майку яйца своими сваховскими разговорами. - Шон клёвый! Не то что все твои ëбари. Он добрый и отзывчивый. И очень правильный. Ты не думал..? - Энни, блять, он медбрат, который просто выполняет назначения врача и свою работу!! Он со всеми добр и профессионален. Так что отвали. - Вы могли бы.. - Не могли бы!!! Нахуй ему сдался ущербный инвалид, вроде меня?!! Ему стоит только пальцем щёлкнуть и у его ног будут лежать все геи в этой клинике, в этом районе или городе. Ты, блять, его видела? Где он и где я?! - Майк, ты, конечно, мудак, о чëм я периодически тебе стараюсь напоминать, но порой ты себя недооцениваешь. Я тебе не как сестра говорю, а как человек со стороны. Ты вполне себе ебабельный. И твоя пухлая задница всегда нравилась мужикам, вокруг неё вечно крутились ценители. - Да? Ты Роба вспомни? Где он сейчас? А ведь он знал меня и в лучшие времена. - В том всё и дело. Если Шон обратит на тебя своё внимание на такого, какой ты сейчас, а ты сейчас конченый неуверенный колясочник без будущего, то поверь мне, такие как он из теста "вместе и навсегда". - Энни, не зарождай во мне надежду. Мне ещё разбитого сердца не хватало в придачу к отказавшим ногам. Мне собственные ноги отказали! А ты меня толкаешь на то, что бы ещё и душу вырвали. Нет. Нахуй... Я пас, блять... - Послушай, мы все порой ошибаемся и встречаем на своём пути не тех парней. На меня посмотри! Но я не теряю надежды встретить своего парня. Подумай об этом. - Даже думать не буду! Отвали, настырная мартышка. Но Майк думал. Всё время думал. Невозможно остановить поток сознания, лёжа вечером в своей кровати и вспоминая руки, голос, улыбку и взгляд заинтересованных карих глаз. И давал же себе обещание, что завтра не будет улыбаться ему в ответ. И будет отвечать ему грубо, чтобы оттолкнуть и больше не видеть милой мордахи. Видеть только сотрудника центра, проводящего процедуры по предписанию. Но наступал новый день и Брокович в очередной раз плавится, как плитка шоколада на солнце, только увидев эту широкую улыбку и искрящиеся позитивом и добром глаза. Он уже не мог остановиться: он улыбался в ответ и шутил без остановок, чтобы повеселить парня и вновь почувствовать вибрации в теле от сексуального смеха кудряша. Как-то, спустя две недели, он лежал на массажном столе Шона. Ему наконец-то сняли гипс с руки и он мог полноценно делать те вещи, которых был лишён с одной рукой. Шон начал, как всегда, разминать ему ноги, начиная со стопы. И тут он почувствовал. Он почувствовал!!! - Шон!!! Я чувствую!!! ШОН!! ЕБАТЬ!!! Шон снова сделал тоже самое, что делал за секунду до этого. - Тут? Тут чувствуешь? - Да!!! Да, я чувствую!!! -Тогда попробуй пошевелить пальцами. Массажист пристально смотрел на стопу своего пациента. - Давай, Майк. Сосредоточься и постарайся пошевелить пальцами. Майк привстал на локтях и сосредоточился - его большой палец на ноге дёрнулся. Шон посмотрел на лицо Майка. - Ну-ка, ещё раз... Брюнет снова шевельнул пальцем, более уверено. - Майк, получилось! - Шон улыбался как ребёнок в Диснейленде. - Бля, Шон!!! Глаза Майка заблестели и он упал на подушку и приложил ладони к лицу. Его плечи беззвучно затряслись. - Майк, ты чего?! Всё же хорошо!!! Он сел рядом и Майк, поднявшись на койке, обхватил Шона руками и крепко обнял, вжавшись мокрым лицом ему в шею. Шон осторожно обвил торс парня и поглаживал его по спине своими чудотворными руками. - Не плачь! Я же обещал, что всё получится. Не надо плакать. Шон поцеловал Майка в висок и начал гладить его по волосам. - Это только самое начало, парень. Впереди ещё много работы. - Спасибо... Майк машинально поцеловал Шона в шею. Массажист прижал его ещё ближе к себе и продолжал гладить по спине и голове. - Всё будет хорошо, - нежно шептал Шон в ухо брюнету. - Слышишь? Всё будет хорошо... Майк не мог оторваться от Шона. Не хотел. Кудряш был таким большим и тёплым. И он начал выцеловывать его шею. Потом покусывать и прихватывать губами. Шон пах так вкусно, что его хотелось съесть. Шон не отстранялся, он замер, а потом тихо и одобрительно что-то промычал. Майку понравилась его реакция, он начал кусать мочку уха кареглазого, потом нежно посасывать и шумно дышать. - Я хочу поцеловать тебя. Пожалуйста... - прошептал он на ухо Шону. - Ох, Майк... Шон обхватил лицо Майка ладонями и припал к его губам. Пациент застонал в губы Шона. - Ты такой вкусный.. Шон запустил язык в рот брюнета и тот начал постанывать. Ласки становились все откровенней и настойчивей. - Боже, Майк... Ох, ты ж... Шон опрокинул Майка обратно на спину, навис над ним сверху и поставил локти по разные стороны от головы брюнета. Майк схватил Шона и начал затягивать его тело на себя, пытаясь уложить его между своих ног. - Ох, Майк, что же ты творишь... Шон улёгся на пациента и ощутимо двинул бёдрами в пах парня. -Да, вот так... Шонн... Ещё... У Майка были приоткрыты губы и он выглядел настолько притягательно и сексуально, что Шон не мог остановиться. Он тёрся о брюнета и пожирал его рот, пока тот впивался пальцами в ягодицы Шона. - Блять, Майк... - Хочу тебя... - Господи... Шон чуть отодвинулся и запустил свою руку в брифы брюнета, обхватил его текущий член и начал ласкать, пробегая большим пальцем по головке. - Мать твою... ШОН... ох, не останавливайся... Ещё чуть-чуть... - Да, мой хороший. Не остановлюсь... Кончишь для меня? - Да, я уже близко... Еба-ать... Я сейчас... - Ух, какой член... Потрясающий... Хочу его себе в рот! Шон резко спустился вниз и погрузил орган в рот сразу и полностью. Ему хватило несколько движений языком. - Я кончаю... Шон... Кончаю... Массажист высосал его до капли. Майк начал подергиваться и рычать от остроты ощущений. Кареглазый снялся с члена и впился в губы парня. - Шон, бля... Уф... - Нам пора в зал, - Шон целовал его лицо: нос, глаза, скулы, лоб... - Спасибо... Ох... - Даже знать не хочу за что... Занятие в зале проходило как во сне. Майк никак не мог убрать счастливую улыбку со своего лица, а Шон не мог как следует сосредоточиться. После занятий Шон пересадил Майка с тренажёра в коляску и покатил в палату. Обычно Майк сам доезжал, но сейчас он не возражал. Шон катил его, держа ручки коляски, а его большие пальцы рук поглаживали спину гонщика. У того аж живот сводило от прикосновений. Пока они добрались до комнаты Майка, у Шона уже ноги подгибались от желания, а у Броковича началось обильное слюноотделение. Как только дверь закрылась, Майк резко развернулся на коляске и притянул к себе Шона, уткнувшись лицом тому в пах. - За мной должок, - прохрипел Майк. Шон успел охнуть и брюнет стянул рывком его форменные брюки. Он схватил член кудрявого и начал водить рукой вверх вниз. Он потёр головку члена большим пальцем и стал размазывать выступивший предэякулянт, Шон застонал. Брокович продолжал двигать рукой и начал посасывать головку, а кареглазый вцепился в волосы парня. - Майк, блять... Ух, брюнет прям воодушевлялся стонами Шона. Он начал облизывать ствол со всех сторон, закручивать язык на головке, а потом погружаться ритмичными движениями до самого горла. Шон от стонов перешёл к рычанию. - Майк, блять, кончу... Шон вцепился в его волосы ещё сильнее и держа голову парня, начал вбиваться ему в глотку. Майк расслабил горло и дал Шону полный карт бланш. Шон это почувствовал и застонал на выдохе, протяжно и сладко. - Всё, Майк, пиздец... Кончаю... Пациент одобрительно замычал с членом во рту и Шон в четыре движения залил рот парня. Он нагнулся вперёд и уткнулся лицом в макушку брюнета. - Майк, Майк, Майк... - шептал Шон. Он опустился на пол, положил голову на колени парня на коляске и обнял его за бёдра. Майк запустил пальцы в волосы Шона и массировал его голову. Они так сидели какое-то время, пока в дверь не постучали. Шон вскочил на ноги и поправил свою одежду. - Войдите, - крикнул Майк. Вошла медсестра и принесла вечерние лекарства. Шон стоял у стены, сложив руки на груди. - Ну, что ж, Майк, тебе пора отдыхать. Я, пожалуй, пойду. До завтра. Он кивнул головой и вышел, прикрыв за собой дверь. Майк огорчился. Он хотел остановить Шона, но подумал, что у медсестры могут возникнуть вопросы, и неизвестно, как бы это отразилось на кареглазом.