Влюбляться - не страшно

      – Ной, и что мне теперь делать? Я не хочу болеть! – протянул Ванитас, распластавшись по всей поверхности большой мягкой кровати. Лицо его было слегка порозовевшим из-за небольшой температуры, а нос был красным из-за постоянных высмаркиваний. Горло слегка саднило, но терпимо.       – И чем же, мне интересно, ты заболел? – сказал в ответ блондин, сидя за столом и попивая чай.       – Ох! – театрально вздохнул тот и продолжил с сильно уж наигранными эмоциями, – Тебе не понять! Ты такого, наверняка, не испытываешь! Всё-таки, быть человеком – просто ужасно! Намного лучше было бы, избавься я от этих мучений!       – А ты думаешь, что вампиры не болеют? – с недоумением на лице посмотрел на Ванитаса вампир.       – Такие чудовища, как вы, лишены такой способности! И зря... Тебе не прочувствовать всех тех страданий, что испытывает человек во время болезни! – буквально проорал тот, хотя с охрипшим горлом не мог даже говорить нормально, вновь откидываясь на кровать с выражением ужасных мучений на лице.       – Ну, почему стразу чудовища то... Да, мне и не нужно чувствовать, я могу просто понять и поддержать, если нужно, – лишь тихо ответил Ной на такие громкие высказывания парня.       – Потому что вы – безумные кровопийцы, что готовы убить любого, лишь бы выпить хоть каплю обожаемой вами крови! И вообще! Ничего мне от тебя не нужно!       – Тоесть, и меня ты относишься к таким? – на лице блондина отобразилось горестное выражение.       – Ну, ты немного другой... – впервые, наверное, вампир видел на лице этого наглого человека смущение. Щёки его так очаровательно порозовели ещё сильнее, а глаза сами собой опустились вниз.       – Да? Так, они вампиры, и я тоже. В чём тогда разница?       – Вот и именно, что во всём! Они не заботятся обо мне так, как ты. А ещё ты спрашиваешь, прежде чем выпить моей крови. Не кидаешься на меня без спроса... Да, и вообще... – начал уверенно Ванитас. Но чем дольше он говорил, тем больше его мысли начинали путаться, а голос становился тише. Это значило лишь одно. У него катастрофически не хватало аргументов.       Возможно, будь он в более адекватном состоянии, не разморенный болезнью, у него сразу же появились слова в голове, чтобы подколоть или нагрубить вампиру, что он так любил делать. Но, как на зло, в голову ничего не лезло, кроме ощущения того тепла и заботы, которую проявляет Ной, так бережно заботясь об его простуженном организме.       – Признай, я просто тебе нравлюсь, – внезапно сказал блондин, сверкнув своими хитрыми глазами, как обычно делал брюнет и немного самодовольной улыбкой.       – Что?... Да никогда в жизни! – крикнул ему в ответ тот же самый хрипловатый голос.       – Оу, я настолько тебе противен, что ты даже очевидное признать не можешь?...       – Заткнись! Это другое... – голова Ванитаса так и оставалась опущенной вниз. Но голос его при этом не терял своей остроты.       – Так, я всё-таки тебе нравлюсь, милашка? – глаза блондина буквально загорелись от счастья.       – Нет! Я тебя ненавижу! – словно мантру повторял себе брюнет. Пусть, сознание его и твердило, что ответить он должен ответить именно так, он не верил сам себе.       – Я настолько противен тебе?       – Да! Тоесть, нет... Тоесть... А... Я не это имел в виду. Для меня противны все вампиры, но ты... От тебя у меня другие ощущения и эмоции.       – Да? И какие же?       – Рядом с тобой хочется быть. Я не хочу тебя убить. И... У меня нет к тебе отвращения.       – Я всё-же тебе нравлюсь.       – Но... Так не должно быть!       – Ты можешь объяснить, почему так думаешь, милый?       – Я не знаю... Это не правильно... И вообще...Что это за прозвище такое?! Никогда меня больше так не называй! – наконец брюнет поднял голову и, раздражённо говоря, слегка взмахивал руками.       – Что, прости?... – не понял вампир. Он не обратил внимания на окрики о прозвище.       – Это неправильно. Так не должно быть, – постепенно его обычно холодные, не выражающие тепло глаза, начали стеклянеть.       – Но почему? Разве ты думаешь, что не можешь кого-либо любить? А вдруг тот, кто тебе нравится, ощущает те же чувства и к тебе? – попытался Ной как-то исправить ситуацию, но, походу, наоборот, всё усложнил.       – Нет... Такого просто не может быть!       – Но почему, милашка? – Ванитас же, настолько запутался в мыслях, что даже пропустил мимо ушей ненавистное ему, с недавнего момента, прозвище.       – Нет! Я не могу любить вампира! И ты меня тоже не можешь любить!       – Э... А из-за чего, позволь узнать?       – Это... Это просто отвратительно, понимаешь, Ной?! – брюнет затряс головой из стороны в сторону.       – Нет, Ванитас, я не понимаю. Объясни нормально пожалуйста.       – Это же ведь... Это омерзительно! Как ты не можешь понять?!       – Что?...       – Полюбить... Такого, как я... Я же не хороший человек, Ной... Совсем не хороший... Я не заслужил такого отношения к себе...       "Так, ну, что сказать?.. Это пиздец. Как можно настолько сильно не любить себя? Особенно настолько самоуверенному человеку, как Ванитас. Хотя, если учитывать, что большинство его эмоций наигранны, то такое вполне можно ожидать... А если ещё и учитывать его прошлое и ужасное детство... Бедный мой человек. Я буду обязан хотя бы как-то восстановить твою расшатанную и практически сломанную психику. Ты явно не заслуживаешь такого отношения к себе", – решил для себя Ной и заговорил:       – Я конечно догадываться, что у тебя заниженная самооценка, но чтобы настолько... Ванитас, пойми, я люблю тебя только потому что ты – это и есть ты. Неповторимый. Со своими скелетами в шкафу. Но это не делает тебя плохим человеком, понимаешь? Именно это и делает тебя непохожим на других. Именно это является твоей изюминкой. Единственной и неповторимой. И ты заслуживешь самого лучшего обращения к себе на этой планете. Даже больше! – вампир в то время уже успел подойти к кровати и сесть рядом.       – Что ты... – не успел проговорить Ванитас, как его перебили.       – Я говорю то, что думаю на самом деле. Это правда. Не опровергай моё мнение пожалуйста.       – Ладно, – лишь тихо выдохнул брюнет.       В следующий момент лица Ванитаса коснулась чужая рука. Он вздрогнул внутри, но виду не подал, что испугался. Брюнет поднял голову и увидел прямо перед собой лицо блондина. Оно было совсем близко к его. Можно было бесконечно вглядываться в глаза напротив. Ярко фиолетовая радужка постепенно переходящая в тёмный оттенок того же цвета ближе к её краю. Длинные, словно девичьи, ресницы. Лёгкий румянец на бледном лице. И ещё хорошо ощутимое дыхание. Всё это было настолько правильно... Он даже не заметил, что невольно засмотрелся на вампира.       Ванитас пропустил момент, когда лицо блондина придвинулось к его слишком близко. А затем губы вампира соприкоснулись с его. Брюнет вновь вздрогнул. В этот раз ощутимее. Сердце забилось в башенном ритме, дыхание участилось. Стало ещё жарче, чем было до этого из-за температуры.       Ной же, аккуратно проводил своим языком по чужим губам, смаковал их вкус. Противный сироп от кашля, что недавно выпил Ванитас, отпечатался на его вкусовых сосочках. Решившись, он надавил языком на сомкнутые губы брюнета. Те же, беспрепятственно пропустили его внутрь. Там было чертовски горячо, но в то же время очень приятно. Блондин, схватив одной рукой партнёра за талию, а второй взявшись за его щёку, начал исследовать чужой рот. Обвёл своим языком внутреннюю сторону щёк, затем прошёлся по нёбу и лишь слегка по зубам. Везде был этот привкус сиропа. Но он не мешал. Наоборот, будто дополнял картину этого безграничного удовольствия. Затем их языки сплелись в изысканном танце, а Ванитас, наконец, отмер. Его лицо обдало горячим дыханием.       Ной переместил одну из своих рук с талии партнёра на его бедро. Тот внезапно замычал в поцелуй, пытаясь как можно скорее отстраниться от блондина. Глаза его наполнились страхом. Как только Ной заметил это, сразу убрал руку и отстранился, как будто кипятком ошпаренный.       – Что случилось? Ты чего? – спросил он с волнением.       – Не... Не трогай меня там... – лишь ответил собеседник, опуская голову, утопая в собственных непонятных чувствах.       – Я не могу коснуться твоих бёдер?Почему? Что-то болит? – завалило Ванитаса вопросами от вампира. В ответ он лишь сказал:       – Ничего у меня не болит, кроме горла. Просто меня немного напрягают вот эти прикосновения... Возможно, в дальнейшем, я привыкну. Но сейчас нет. Я не хочу. Меня это пугает.       "Не скажу же я ему, что просто боюсь, что он меня трахнет без моего согласия... Это будет выглядеть слишком грубо и тупо, хотя куда ещё больше?.."       – Хорошо, как скажешь. Нет, так нет. Знай, что я никогда ничего не сделаю против твоей воли. Только с твоего на то согласился, договорились? – мягко проговорил вампир.       – Договорились.       – Итак, могу ли я тебя обнять?       – Можешь. Иди сюда, – Ванитас вытянул вперёд руки и сам притянул Ноя к себе.       – И ещё один вопросов.       – Какой?..       – Можем ли мы именно сейчас начать встречаться? Я не давлю на тебя и приму любой твой ответ, хорошо? Скажи то, что чувствуешь.       – Аэаэаэ... Можем?.. – ответ получился более вопросительным, нежели утверждением.       – Так, можем или нет? Я могу дать тебе время подумать. Торопиться нам некуда.       – Да, – следом за тёплой фразой Ноя проследовала твёрдо сказанное слово.       – Что?..       – Мы можем попробовать начать встречаться. Но только при том условии, что ты не сделаешь ничего против моей воли, ладно?       – Я и не собирался. Спасибо, – ответил Ной и вновь поцеловал Ванитаса уже не спрашивая. На его лице и так уже был написан ответ на не заданный вопрос.       С того вечера и начались их длинные отношения. Со своими сложностями, конечно, но их никто и не отменял.       Ною приходилось спрашивать Ванитаса перед каждым прикосновением, ведь одно такое неосторожное могло довести его до приступа паники. Из-за чего она возникала, никто так и не понял. Но это им не мешало. Главное лишь то, что они были друг у друга, чтобы поддержать, помочь и успокоить в случае всего.       Теперь утренние поцелуи в щёчку стали их ритуалом, неизменной привычкой. Сначала Ванитас, конечно, бесконечно смущался и пугался буквально всего, но со временем это прошло.       Теперь они вместе. Теперь Ной, наконец, может показать наглядно и доказать, что влюбляться - не страшно. Что в его присутствии парень в безопасности и его никто не тронет и не обидит.