Такой же, как и я

Руми уже некоторое время периодически запиралась в своей комнате и не выходила оттуда по несколько часов. После того, как ей и девочкам удалось восстановить хонмун, они решили взять перерыв в карьере артисток, потому что на них свалилось слишком много. Особенно на Руми. Стоило оказаться наедине со своими мыслями, как душу охватывала ужасная тоска, она буквально съедала изнутри. Внутри всё болело. Руми не могла пережить то, что Джину пожертвовал собой ради их победы над Гви Ма. Душа Джину сейчас покоилась в её мече, с которым она спала в обнимку каждую ночь после той битвы. Лишь так ей удавалось успокоить своё сердце, что норовило выпрыгнуть из груди. Да она бы с радостью вырвала его сама, если бы могла, чтобы не чувствовать ничего. Мира и Зои, конечно, видели её состояние и пытались помочь, но всей ситуации Руми не рассказывала, потому что не могла: от одного лишь упоминания его имени её бросало в трёхчасовую истерику с криками. Охотница знала, что она должна доверять подругам, но… именно этим она поделиться пока что не могла. Селин же молча ждала момента, когда девушка решит открыться ей, не решаясь выпытывать из неё правду. Она и без того виновата перед дочерью подруги, за которую сама вызвалась нести ответственность. «Джину… Я скучаю. Мне так жаль! Кажется, что я потеряла часть себя, когда ты… тебя…» — всхлипнула девушка, крепче обнимая меч. — «Ты ведь вернул мне почву под ногами. Как я буду без тебя?». Руми слишком поздно поняла, что влюблена без памяти в этого демона. Она думала, что те тёплые чувства, что она испытывала к нему во время их встреч, были связаны с тем, что она нашла такого же, как она сама. Это действительно было так. Но вместе с этим зародилась и любовь к нему. Руми осознала это лишь тогда, когда осталась со своими мыслями один на один. Осознание буквально прошибло её тело током, она сокрушилась на пол своей комнаты и закричала. В ту ночь Зои и Мира не могли сомкнуть глаз, потому что находились рядом с ней. Охотницы боялись, что она что-то сделает с собой — настолько ей было плохо. А утром Руми надела маску человека, с которым всё хорошо. Она благодарила их за поддержку, сделала вид, что выплакалась, но из ночи в ночь всё повторялось. Пару раз она срывалась, и приходилось вызывать скорую помощь. Только врачи могли взять под контроль очередную истерику девушки и насильно с помощью лекарств заставляли её заснуть. Руми глядела на меч, на котором появились светящиеся голубые полосы, — это душа Джину была помещена в железо, — поглаживая лезвие пальцем. Как долго это будет продолжаться? «Я сбилась со счёта, сколько дней и ночей я провела в слезах из-за тебя, Джину… Но мне тяжело, я чувствую, что угасаю» — думала она, глядя на своё отражение в лезвии. — «Мне нужна Селин». Девушка подорвалась с кровати, наспех накинула на себя кофту и выбежала из квартиры. Её совсем не заботило то, что подруги могли пооснуться из-за шума, потому что она готова была поделиться своей болью с наставницей и надеялась, что та сможет ей помочь. Дорога до деревни, в которой жила наставница, заняла около часа, потому что находилась она от Сеула далековато. Девушка спешно покинула такси, забежала во двор и начала колотить в дверь. Через пару минут она отворилась, и на пороге показалась немного растерянная женщина, но стоило ей увидеть гостью на крыльце своего дома, как она все поняла и отступила в сторону, пропуская её внутрь. Руми без лишних слов вошла и сразу же направилась на кухню, где уже грелся чайник, а на столе стояли две кружки с чайными пакетиками. Селин разлила по ним кипяток и села за стол, ожидающе глядя на юную охотницу. Та некоторое время мялась, словно подбирала слова, но произнесла: — Это из-за смерти Джину. — Того демона, который был лидером Saja Boys? — удивилась она откровению. — Да. Мы… Мы с ним общались некоторое время, а потом, — Руми вдохнула воздух, — а потом он пожетвовал собой, защитив меня от Гви Ма и… умер. А я… — А ты поняла, что любишь его, — закончила бывшая охотница. Под её изучающим взглядом Руми съёжилась. Она понимала, что Селин не была в восторге от услышанного, и была готова к любой её реакции. — Прямо как твоя мама, — тихо сказала она. — Это то, чего я боялась от тебя услышать. — Я знаю, что я не должна это чувствовать. Но он вернул мне веру в себя, а перед этим выручил: девочки чуть не раскрыли меня, а он прикрыл меня собой. Он оказался таким же, как и я. Джину понимал мои чувства, с его помощью я вернула голос! Но я знаю, что он демон, а я… — Руми, — наставница взяла её руку в свою, — не оправдывайся за свои чувства. Ты делаешь это из-за меня, ведь я внушила тебе, что вторая часть тебя — зло, я вынудила тебя скрывать её от подруг. А ты, ты ведь обычная девочка, которая хотела жить обычной жизнью. И то, что ты влюбилась в него — пусть он и демон — вполне естественно. В конце-концов, ты ведь человек, — говорила женщина. — Твоя мама, когда-то полюбившая твоего отца, тоже нашла в нём что-то хорошее, несмотря на его суть. Так и ты. Вы с ней очень похожи, — улыбнулась она. Слёзы текли по девчачьим щекам. Руми шмыгала и держалась как могла. — Селин, он… Он отдал мне свою душу, — наконец нашла в себе силы сказать это девушка. Женщина вскинула брови, неверяще смотря на неё. Перед ней тут же появился меч, который был слегка видоизменён: в глаза бросились голубые линии, что растекались по нему. — Демон отдал душу? — переспросила она. — Да. И она сейчас заключена в меч. — На моей памяти это — первый такой случай. Удивительно. Никогда бы не подумала, что среди демонов бывают такие сострадающие… — Селин, скажи, его можно вернуть к жизни? — вдруг спросила Руми, из-за чего женщина удивилась ещё сильнее. — Оживить демона? Руми, о чём ты думаешь? — Селин, прошу, скажи мне. Я… Я не смогу без него, — девушка умоляюще смотрела на наставницу. Если есть хоть какой-то шанс, даже самый маленький, на то, что Джину можно воскресить, то она пойдёт на всё, чтобы сделать это. Нужно будет, она пойдёт за ним в ад или где там он сейчас, но вернётся с ним. Джину был ей нужен. Он дал ей второе дыхание, крылья, надежду на то, что всё будет хорошо. Руми держала в руках его душу. Это ведь было не просто так? Она была уверена, что есть способ, просто его нужно было найти. Селин застыла, смотря на девушку. Она не знала что сказать ей, какие подобрать слова. Такой решительной Руми она никогда еще не видела. Сейчас в её глазах горел огонь, который она не видела довольно давно из-за состояния, в котором она находилась. Казалось, что лицо Руми стало вновь преобретать краски, глаза, полные надежды, заблестели. Женщина вышла из-за стола и ушла в другую комнату. Пару минут она шумела там, а потом снова вернулась на кухню и положила на стол серебрянную подвеску. — Что это? — юная охотница ткнула в украшение пальцем. Среди вещей наставницы эту она видела впервые. — Эту подвеску носили все охотницы-мечницы. Твоя мама была одной из них и тоже носила её. Руми заинтересованно взяла подвеску в руки покрутила. На цепочке висел серебряный шар, на котором была выгравирована капелька, а вокруг самого шара болтались кольца — они напомнили ей строение атома. — А почему ты отдала её мне только сейчас? — Твоя мама сказала отдать её тогда, когда она понадобится. Думаю, сейчас пришло её время. — Она обладает каким-то силами? — Я не знаю, — пожала плечами женщина. — Тайна этой подвески известна лишь мечницам, носившим её. Но далеко не каждая из них позовалась ею, а значит, что не всем из них дано было знать о её свойствах. — А мама? Она знала? — Думаю, что да, — кивнула Селин. — Она отдала мне её сразу после того, как родила тебя: буквально сорвала с шеи и рассказала всё то, что я поведала тебе. Руми знала, что её мама умерла после родов. Она лишь недолго успела подержать новорождённую дочку на руках, прижать к груди и поцеловать, а потом сделала последний вдох и её не стало. — Возможно, она как-то использовала её. Твоя мама после родов выглядела куда измученнее, чем другие роженицы. Сейчас я не могу объяснить, как ей вообще удалось снять подвеску с себя, — произнесла Селин. Разговоры о подруге всегда давались ей тяжело, словно это произошло недавно, и рана была свежей. — Теперь она твоя. Руми вертела украшение в руках. Как же разгадать его тайну? — Селин, а… Что насчёт Джину? Его можно оживить? — Я о таком не слышала. Даже оживить человека не представляется возможным, а демона… Это даже звучит странно. — Ясно. — Но, Руми, я правильно понимаю, что ты не сдашься? — спросила она. Руми кивнула. Она была готова искать вечность, но ответ обязательно окажется у неё в руках.

***

Девушка вернулась в квартиру поздним утром. На кухне её встретили подруги и Бобби. Все трое были страшно обеспокоены её внезапной пропажей и кинулись с расспросами. — Бобби, ты не мог бы нас оставить? Мне нужно кое-что сказать Мире и Зои. Менеджер недовольно выдохнул, но кивнул и покинул кухню. Руми закрыла дверь и присела на стул. Девочки выжидающе глядели на неё, желая услышать объяснения. — Прежде всего, я бы хотела сказать спасибо за вашу поддержку. Без вас я бы не справилась, — начала охотница. — Вы, наверное, уже догадались, что это из-за Джину. Участницы переглянулись и кивнули. Руми принялась рассказывать им её историю знакомства с Джину, его помощь ей, их встречи. Даже про смешного синего тигра и странную птицу упомянула. А потом положила на стол меч в качестве доказательства жертвы демона во имя её спасения. — Так странно это слышать, — задумчиво сказала Зои. — Никогда бы не подумала, что он такой. Я подозревала, что ты была ему симпатична, но чтобы настолько, — добавила Мира. — Что ж, мы благодарны ему за твоё спасение. — Да. Оказывается, даже в таком зле есть частичка добра. — Но это ведь не всё, что ты хотела нам сказать? Я вижу, что тебя беспокоит ещё что-то. Расскажешь? — Да, конечно, — кивнула Руми. — Поскольку он отдал мне свою душу, я думаю, что Джину можно вернуть к жизни. И я найду способ сделать это. Мира и Зои переглянулись, а потом уставились на Руми. Их реакция была полностью идентична реакции Селин — она предугадала это. — Ты собираешься оживить демона? — спросила Зои. — Но это ведь невозможно! — возразила Мира. — Руми, я знаю, что тебе очень больно. Боль иногда толкает нас на странные поступки и мысли, и это может быть один из таких… — Нет, — перебила подругу Руми, — я уверена, что я могу вернуть его. Я сказала вам это потому, чтобы вы знали, что я могу куда-то пропасть. Но я обязательно верну Джину и я готова заплатить любую цену. — Если ты говоришь, что у тебя получится, то… Я буду с тобой, Руми, — сказала Зои и взяла её за руку. — Я не оставлю тебя. Мира некоторое время молчала, а потом взяла вторую ладонь охотницы в свои руки. — Я считаю это всё бредом, но я тоже с тобой. Не сомневайся в том, что я на твоей стороне. — Спасибо вам, девочки, — улыбнулась Руми.

***

Сидя на своей кровати, Руми вертела между пальцев подвеску и пыталась найти хоть одну зацепку касательно её волшебных свойств. Но всё было тщетно. Под боком сопел синий тигр, а на его голове сидела птица в шляпке. Животные Джину теперь жили у Huntrix, потому что о них больше некому было позаботиться. Девушка решила приютить их, потому что эти духи, не считая меча, были единственным напоминаем о том, что Джину не был её выдумкой. Тигр забавно подёргал ухом. Руми погладила его пушистый бок, а по её щеке скатилась одинокая слеза, которую она сразу же утёрла ладонью. Украшение в её руках вдруг засветилось. Девушка начала вертеть его в надежде, что свечение повторится, но оно словно погасло безвозвратно. «Оно работает! Что я сделала? Я же просто коснулась лица… Ах, вот оно!» — она повернула шар и глянула на узор в виде капельки. — «Слеза! Нужны слёзы!» — додумалась она. Расплакаться теперь было самой легкой задачей для Руми. Когда её щеки стали достаточно мокрыми от слёз, она провела по ним пальцем, а после коснулась им подвески, и слёзы попали на шар, который ярко засветился. Комната заполнилась светом, а девушка зажиурила глаза от яркости. Спустя какое-то время она приоткрыла веки и обнаружила, что находится в белом пространстве, да ещё и совсем одна, распластавшись на полу (если он здесь вообще был). Она поднялась на ноги и принялась оглядываться. Руми на всякий случай надела украшение на шею, чтобы его не потерять. Хотя, найти его здесь не составит труда, ведь тут не было ровным счётом ничего. — Здравствуй, — раздалось откуда-то за спиной, и Руми развернулась. Перед её глазами стояла женщина, облаченная в традиционную корейскую одежду. На её талии был пояс, к которому были прикреплены ножны, а в них находился длинный меч. Она сразу узнала в ней самую первую охотницу-мечницу на демонов. Руми низко поклонилась в знак уважения. — Здравствуйте, госпожа. — Вижу, ты нашла способ разгадать загадку моей подвески. Ты молодец, — она говорила спокойно, словно никуда не спешила и глядела на украшение на девушке. — Что вы, госпожа! Скажите, а где мы? — Ты находишься в пространстве, созданном мной. Когда-то перед своей смертью я создала его и поместила своё сознание сюда, а затем сотворила эту подвеску для того, чтобы будущие охотницы могли обращаться ко мне за помощью. — Вот как… Вы знали, что кто-то будет нуждаться в вас? — Конечно. Мы ведь существуем в мире с демонами. Кому-то из моих последовательниц обязательно потребуется совет от меня. Как и тебе сейчас. Как твоё имя? — Руми, госпожа. — Чудесное имя. Волшебное. Зачем ты пришла ко мне, Руми? — Госпожа, можете ли вы мне пообещать прежде, чем я расскажу вам? — И что же мне нужно пообещать? — Пообещайте, что выслушаете меня до конца, насколько бы ни был абсурдным мой рассказ. — Ты нашла способ связаться со мной, а значит — достойна быть выслушанной. Говори же. — Госпожа, я пришла к вам за помощью. Прошу, воскресите того, чья душа заключена в моём мече. Мой друг отдал за меня жизнь в сражении с Гви Ма и передал мне свою душу. Он был демоном, — после этих слов Руми увидела, как брови первой охотницы свелись к переносице. — Он не раз выручал меня, вернул мне надежду и мой голос. Он оказалася таким же, как и я. С минуту охотница сохраняла молчание, а позже спросила: — И что же у вас общего? — Позвольте я зайду издалека? — начала Руми. — Разгадывала ли загадку вашего украшения охотница, полюбившая демона? — Полюбившая демона, говоришь? — задумчиво протянула женщина. — Да. Около двадцати лет назад ко мне приходила такая девушка. — О чём она просила вас? — Она пришла ко мне со со словами, что вынашивает ребенка от демона. Я сразу сказала этой женщине, что ее тело не выдержит такой мощной энергии, и она погибнет. Она умоляла дать ей сил, чтобы она смогла выносить дитя и совсем не слушала меня, когда я сказала, что такой союз — ошибка, — последнее слово больно порезало слух Руми. — И вы согласились? — Да. Я не могла бросить в беде женщину, пусть она и носила ребёнка демона. Но мне неизвестно ни что стало с ней, ни с её ребёнком. — Госпожа, — вдруг обратилась к ней Руми, — этот ребёнок сейчас перед вами. Первая охотница удивлённо уставилась на девушку, осматривая с ног до головы, задержала взгляд на глазах. — Моя мама просила вас о помощи. Она погибла после родов, успев передать эту подвеску своей напарнице. Напарница моей мамы воспитала меня и недавно отдала эту вещь мне, сказав, что она может помочь мне. — Так значит, ты — дитя той женщины. У тебя её глаза. И ты на половину демон, защищающий людей, — заключила охотница. — Верно, госпожа, — кивнула Руми. — Если бы не вы, то меня бы сейчас не было. Благодарю, — девушка поклонилась ей в знак благодарности. — Так ты хочешь вернуть к жизни своего друга, который являлся преспешником Гви Ма? — переспросила она. — Да. Этот парень… Он значит для меня куда больше. Я люблю его, — произнесла Руми и покраснела до кончиков ушей, а глаза заслезились. — Пошла по стопам своей матери и отдала сердце демону, — хмыкнула женщина. — Меня радует, что что-то хорошее в этих существах есть. Но ещё больше меня радует то, что среди моих последовательниц есть те, кто способен разглядеть добро даже в демонах. Она подошла к Руми и положила руку ей на плечо. — Я не могу оживить твоего друга, — вдруг сказала она, — но я могу вернуть тебя в прошлое, где ты сможешь изменить одну важную вещь, чтобы спасти его. — В прошлое? — Да. Но это далеко не так просто, как ты думаешь. Дело в том, что жизнь твоего друга в этом мире оборвана. Это значит, что сейчас он находится в одном из параллельных миров. Их существует бесчисленное множество. Руми не могла поверить своим ушам. Значит, что вселенная куда безграничнее, чем она могла себе представить! И где-то по земле, а может и вовсе на другой планете, ходит её копия. — Умерший может переродиться в том мире, в котором его уже нет, а может остаться в том мире, куда попал — выбор за ним. Но чтобы переродиться, ему нужно искупить свои грехи. А он демон, и я думаю, что ты понимаешь, к чему я веду, — продолжала охотница. — В этом мире он спас тебя, но что он должен сделать в том мире мы не можем знать. Да и он может не сделать ровным счетом ничего. Поэтому, если ты хочешь спасти друга, то ты должна отправиться в прошлое и уберечь его от страшных поступков. Но даже это не является гарантом того, что он оживёт или переродится. — Выходит, он может стать совсем другим человеком в том мире, где мы с вами сейчас? — Может. — А как же его душа? — Руми протянула ей меч. — То, что его душа находится у тебя, даёт преимущество, что он вернется именно в этот мир. Хорошо, что он отдал её тебе, иначе его возвращение сюда было бы практически невозможным. Руми на некоторое время задумалась. Первая охотница однозначно слышала, как вертятся шестерёнки в голове её последовательницы. — Госпожа, но если я вмешаюсь, то не поврежу ли я настоящему и будущему? — За это можешь не переживать, дитя, потому что всё пойдёт своим чередом, — успокоила её женщина. — Используй подвеску в качестве маховика времени. Она знает, в какой временной промежуток тебя отправтть. Если окажешься в том или ином времени, то это будет означать, что ты должна что-то исправить именно там — ни раньше, ни позже. Твоё нахождение в прошлом будет ограничено по времени. Усвоила? — Да, — кивнула Руми. — Молодец, дитя, — охотница коснулась подвески, висевшей на шее девушки. — Представь своего друга и подумац о том, что хочешь сделать. Удачи! Подвеска вновь засветилась. Руми крепко зажмурила веки и вспомнила Джину. В мыслях чётко поговорила: «Я хочу, чтобы Джину вернулся к жизни!» — юная охотница вдруг стала падать вниз, в непроглядную темноту. Руми не знала сколько она пролетела прежде, чем решилась открыть глаза. Оглядевшись, она обнаружила, что находится в какой-то небольшой деревянной постройке; повсюду были расставлены свечи и лежали футоны. «Что за место? Неужели это королевский дворец?» — ей вдруг вспомнилась история прошлого Джину, о которой он поведал ей. — «Значит, я в чьих-то покоях?». В комнату вошла какая-то девушка, одетая в нарядный голубой ханбок и уставилась на Руми. — Почему ты всё ещё здесь? — спросила она. — А где мне быть? — задала встречный вопрос охотница. — Как где? Ты новенькая, что ли? Девушка быстро сориентировалась и дала ответ: — Да-да, госпожа! Я недавно прибыла сюда. — Ох, вас что, совсем там ничему не учат? Значит так, слушай меня внимательно: ты находишься во дворце короля Кванхэгуна, это-то ты знаешь? — Руми тут же принялась активно кивать. — Отлично. Тебя, как и других девушек, отправили сюда, чтобы скрасить вечер его гостей: перед ними мы сегодня будем выступать. Среди них есть мужчина — замечательный певец, который был услышан самим королём и приглашён жить во дворце. Руми быстро догадалась, что речь шла о Джину, потому что он говорил ей, что жил во дворце со своей семьёй. — Кстати говоря, многие девушки мечтают, чтобы он сыграл на своей бипе во время их пения. Они считают, что это — знак его благосклонности. А ещё, говорят, он очень красив, — мечтательно заулыбалась вошедшая. «Да уж, красоты ему и правда не занимать, тут она права». — Почему ты не не в праздничном ханбоке? Разве он не должен быть голубым — как у всех? — А? — Руми принялась себя разглядывать: она сейчас была одета в ханбок лилового цвета. — Мне, э-э… дали такой. — Я думала, мы будем одинаково одеты, — фыркнула она. — А что с твоими волосами? Как ты изменила их цвет? — Я… Я просто потомок дракона Имуги, — охотница сказала первое, что пришло ей на ум. — Дракона Имуги? — по лицу её было понятно, что она не очень-то верила собеседнице. — Ладно, пойдём, времени почти не осталось. Выступление вот-вот начнётся. Руми быстрыми шагами пошла за этой девушкой по длинным тёмным коридорам. На улице уже давным-давно стемнело. Наконец, они добрались до двери, где их уже ждали остальные гости. — Ну наконец-то! Хорошо, что решили проверить комнату: одну, вон, забыли. Заходим! Двери перед ними открылись, и девушки, опустив головы вниз, сделали шаг в комнату. В нос ударил запах благовоний и вкусных явств. Певицы поклонились. Охотница немного растерялась, но ей повезло, что она стояла в самом конце, и оплошности никто не заметил. Группа отошла к стене и выстроилась в линию, начиная запевать. Руми боялась разомкнуть веки и посмотреть на почётных гостей, потому что знала, что он будет первым, на кого натолкнётся её взгляд. Сейчас она еле сдерживалась, чтобы не заплакать лишь от того, факта, что в этом временном отрезке он жив и здоров. Осталось самое сложное: выйти с ним на разговор. Но как же провернуть эту авантюру? Голос Руми, которая без труда подстроилась под пение остальных девушек, явно выделялся, поскольку был куда выше и звонче, почему певицы недовольно косились на неё. — Тишина, — раздалось вдруг в комнате, а Руми вздрогнула. Она знала обладателя этого голоса, и сердце её словно в тисках сжали. — Пусть поёт только та, чей голос громче остальных. Послышались шёпотки, и девушка получила тычки в оба бока. Выходит, теперь она будет петь одна — Джину хотел её услышать. Но стоит ли? — Вы не услышали меня? Кто та, что пела громче всех? — парень увидел, что внимание всех певиц было обращено к Руми. — Ты, с закрытыми глазами, выйди вперёд и начинай петь. Охотница вздрогнула. Вот он и вычислил её. Возможно, это шанс! Руми сделала шаг вперёд. «Что же мне спеть? Я ведь совсем не знаю песен эпохи Чосон! Можно попробовать спеть эту…» — она неуверенно прокашлялась и запела: — Мы так мечтали, прошли долгий путь — теперь я верю. Мы летим вверх, вверх, вверх — это наш момент. Знаешь, вместе мы сияем. Станем, станем золотыми. О, вверх, вверх, вверх нашими голосами — Вечно нерушимые. Станем, станем золотыми. Как же сильно Руми волновалась: её пальцы едва заметно теребили юбку наряда и подрагивали, но она всеми силами старалась петь чисто, чтобы голос не дрожал. И вдруг зазвучала мелодия бипы в такт её песне. Она чуть было не прекратила петь. «Это то, о чём говорила та певица!» — Руми поняла, что заслужила благосклонность гостя короля. По комнате прокатились удивленные и восторженные возгласы: — Как красиво поёт эта девушка! — Кажется, господину её песнь пришлась по душе! Руми закончила петь и открыла глаза. Они встретились с чёрными, как омут, глазами Джину, которые с изумлением смотрели на неё. Она вдруг почувствовала, как по щеке стекает слеза и поняла, что больше не вынесет находиться здесь. Коротко поклонившись, она бегом покинула комнату под вопросительные взгляды толпы. Она долго бежала по коридорам дворца, пока, в конце-концов, не оказалась в королевском саду. Отыскав взглядом лавочку, Руми упала на неё и закрыла лицо руками, пытаясь не разрыдаться. «Джину, как же я соскучилась» — душа буквально разрывалась на части от тоски по нему. Вдруг раздались шаги — похоже, кто-то бежал сюда. Руми даже не успела куда-то спрятаться, потому что в саду появился запыхавшийся парень. — Я уж думал, что не найду вас, — выдохнул он, явно довольный тем, что нашёл беглянку. — Куда же вы убежали? — Прошу прощения, господин, — девушка поклонилась. — Чувствовала себя нехорошо. — Как вы сейчас? — Я в порядке, спасибо. — Вы так красиво пели. Как ваше имя? — Моё? — она замялась. Стоило ли ей называться настоящим именем, если они встретятся в будущем? Первая охотница сказала, что всё пойдёт своим чередом. — Руми, господин. — Прекрасное имя, оно вам подходит. Я сразу обратил на вас внимание, потому что у вас крайне выдающаяся внешность, — произнёс он, садясь рядом с ней на скамейку. — Меня зовут Джину, госпожа. — Рада знакомству. — Скажите, госпожа Руми, будете ли вы завтра выступать для короля? Я бы хотел видеть вас там. Думаю, король высоко оценит ваше пение. — Дело в том… Господин, могу ли я сказать вам кое-что? — вдруг спросила Руми. — Конечно. — Только дайте слово, что не сочтёте меня сумасшедшей или ведьмой. — Разве можно так выразиться о вас, госпожа? Что вас беспокоит? — Господин Джину, я пришла к вам из другого времени: четыреста лет спустя, — призналась девушка, снова сжимая руками пышную юбку. — Я знаю, что вы находитесь под влиянием демона Гви Ма. А я — одна из трёх преемниц охотниц на демонов. Джину вскинул брови, явно не ожидая услышать, что кто-то знает его тайну, но продолжал слушать. — В будущем мы с вами познакомимся, потому что окажемся по разные стороны. Но вы решите мне помочь и пожертвуете собой, отдав мне свою душу, — в её руках появился меч, — она заключена здесь. Я очень хотела вернуть вас к жизни и смогла встретиться с самой первой охотницей. Она переместила меня сюда, сказав, что я должна здесь что-то исправить, чтобы вы смогли ожить. — Я правда умру? — Да, к сожалению… Я не успела найти способ спасти вас. Поэтому я здесь. — И что же вы пришли исправить? — поинтересовался он. — В недалёком будущем вы, господин, предадите свою семью. Чувство вины будет вас гложить все четыреста лет, и Гви Ма будет пользоваться этим. Но именно оно сподвигло вас на то, чтобы перейти на сторону добра. Джину молчал. В голове было пусто, все мысли с неё разом поразбегались от услышанного. Так значит, вот он какой? Каждый человек был бы обескуражен, если бы услышал такое о себе. Он, конечно, мог не верить ей, но эта незнакомка знала то, что было известно лишь ему, поэтому причина послушать её была достаточно веской. Его глаза внимательно рассматривали лезвие оружие, по которому, якобы, текла его душа. — Можете ли вы сказать мне что-то ещё о будущем? — спросил Джину. — Вряд ли мне стоит рассказывать вам о будущем — я боюсь, что оно может сильно исказиться. — Тогда как вы хотите оживить меня? — Ваша душа должна искупить грехи, которые вы совершили за четыреста лет, — Руми решила, что рассказывать ему о параллельных мирах будет лишним, поэтому опустила эту часть рассказа. — Но не поменяется ли будущее потому, что мы встретились не в то время, в которое должны? — Первая охотница сказала, что ничего плохого не случится, — добавила Руми. — Простите, но завтра меня здесь может уже не быть. Я не могу здесь задерживаться. Прошу меня простить, — Руми встала со скамейки и направилась к выходу из сада. Теперь ей ещё нужно было постараться найти ту комнату, в которой она оказалась, когда появилась здесь. Девушка почувствовала, как её схватили за руку. Сердце пропустило удар. Это прикосновение было ей знакомым, эту руку она не могла спутать ни с одной другой, потому что она принадлежала Джину. Руми обернулась и встретилась своими глазами с его. Парень смотрел на неё с нескрываемым беспокойством. — Я хотел бы ещё кое-что спросить у вас. — сказал он и, не дождавшись согласия, продолжил: — Скажите, в вашем будущем мы были влюблены друг в друга? Губы Руми сложились в тонкую линию. Была ли любовь с его стороны к ней? Она точно знала, что за то короткое время, что они были знакомы, она полюбила его, как саму себя. Он стал важен ей, словно был кислородом, без которого она не могла жить. — Да, — немного неуверенно сказала она. — Почему сомневаетесь? Поверьте, отдать жизнь можно лишь за того, кто по-настоящему дорог и любим, — Джину улыбнулся. — К тому же, в вас невозможно не влюбиться, вы ведь такая красивая. Руми густо покраснела из-за его слов. — Госпожа, спасибо за то, что проделали такой большой путь ради меня. Я не могу выразить, насколько я благодарен вам, — говорил он. — Я не смогу обернуть время вспять, как это сделали вы, но я прислушаюсь к тому, что вы сказали. Надеюсь, мы с вами встретимся. — Я тоже надеюсь, господин, — улыбнулась Руми. Позади неё появился портал. Выходит, что она справилась со своей задачей, и пришло время уходить? На мгновение она подумала, что хотела бы задержаться здесь на несколько минут, лишь бы успеть запомнить образ Джину. — Идите же, — губы его вновь растянулись в мягкой улыбке, — будущий я, должно быть, уже заждался вас. Руми кивнула и шагнула в портал, который сразу же закрылся за ней. Она снова оказалась в белом пространстве, где её уже ждала первая охотница. — Вижу, у тебя всё получилось. Ты достойная охотница, — похвалила её женщина. Руми вдруг обессиленно свалилась на пол и зарыдала, что есть мочи. У неё всё получилось, и она должна была радоваться, но делала совсем обратное. «А что, если Джину не вернётся?» — думала она. Женщина некоторое время стояла на месте, а потом всё же решилась подойти к ней, опустилась на пол и начала гладить Руми по голове. — Ты сделала всё, что могла. Теперь всё зависит от него, а нам нужно подождать, но, если так хочется, можешь поплакаться мне и рассказать, что тебя тревожит, — она похлопала по коленям, и Руми сразу же кинулась в её объятия, начав плакать сильнее прежнего. Наконец появился человек, который желал её услышать, узнать её историю. Что же выберет Джину: остаться в мире, в который он попал или будет искать способ вернуться к ней? Как долго Руми придется ждать? Она готова была верить в его возращение хоть вечность, потому что надежда в ней не умрёт никогда. Как и любовь к нему.