Принц Поветрия

Се Лянь давно забыл, каково это - когда тело разрывают на куски. В него вцепились десятки когтей единовременно, намереваясь порвать чужеземца на лоскуты. Где-то слева слышались крики - та девушка отчаянно ругалась на диалекте Баньюэ, отбиваясь от демонов. И если у неё это хоть как-то, но получалось, Се Ляня демоны никак не хотели отпускать. Его одежда отяжелела от крови, когти царапали гораздо больнее, чем клинок, а мертвецы всё не унимались. Его вдруг пробила мелкая дрожь. Ничего не было видно, но сверху будто бы кто-то летел. Приближался быстро и неумолимо. Се Лянь сжал меч крепче, готовясь отбить очередную атаку. Существо крепко схватило его за руки, будто обнимало, и прижало к себе, не позволяя двигаться. Как бы Се Лянь ни пытался, Фансинь только бился о других бесплотных духов, никак не помогая. — Гэгэ, это я. Знакомый голос, отчего-то казавшийся более грубым, прозвучал прямо над ухом. Но вместо успокоения вызвал у Се Ляня лишь горькую улыбку. — Значит, мы разобьёмся вместе. Саньлан прижал его к себе ещё крепче, будто это могло их спасти. Он казался выше самого Се Ляня, но разве это имело значение? Особенно сейчас. Когда Се Лянь чувствовал что они... Упали. Приземление оказалось мягким и... Гадким. Что-то у уха запузырилось и тонкой струйкой стекло Се Ляню за шиворот. Не успел он и глаз открыть, как чьи-то когтистые руки сунулись под его ханьфу. — Саньлан, как давно у тебя когти? — Гэгэ, ты ничего не сломал? Два вопроса прозвучали одновременно. Се Лянь задумался над обоими - возможно его сейчас держит кто-то, кто только притворяется Саньланом. Но тогда зачем спас? А он определённо спас - Се Лянь был цел и невредим, если не считать тех ран, что остались от голодных духов. Он хотел отстраниться, — мало ли чего взбредет этому... Кому-то, — но обнаружил, что этот самый "кто-то" сидит на нем сверху. Почему-то духи их не атаковали - с глухим стуком налетали на какой-то барьер и с ревом отскакивали, разгоняясь для очередной попытки удара. Се Лянь решил этим воспользоваться - он схватил "Саньлана" за плечо и притянул к себе, прижав к шее того ребро дрожащего от напряжения Фансиня. — Как ты назвал меня в нашу первую встречу? — Гэгэ, это что, допрос? — Судя по голосу, мужчина напротив улыбался. Именно мужчина - слишком уж глубокий голос для юноши. — Именно, — холодно подтвердил Се Лянь, — отвечай. Сейчас же. Иначе... — Я назвал тебя "задумчивым господином в женском платке". — И как же я назвал тебя в ответ? — Смелым господином. — Почему ты зовёшь меня "гэгэ"? — Потому что от обращения "господин Се" ты чувствуешь себя старым. Се Лянь убрал меч в ножны. Напротив него определенно был Саньлан, только вот слишком... Другой. Огня бы сейчас... — Помочь тебе подняться? Просто ты... Ну, сам понимаешь... — Искалеченный? Бывало и похуже, но да, спасибо за помощь. Вопреки ожиданиям, Саньлан не просто подал ему руку, а осторожно, будто девушку, поднял за талию и поставил на ноги. Се Лянь покачнулся от боли и не упал только благодаря тому, что тот продолжал осторожно прижимать его к себе. Если бы не беснующиеся духи рядом и кучи трупов под ногами, такую сцену можно было бы даже назвать милой. Будто благородный муж помогает его немного неуклюжей даме. Кстати о дамах - персона, упавшая вместе с Се Лянем, совершенно затихла. Всё ещё опираясь на удивительно изменившегося Саньлана, он сделал осторожный шаг в сторону куда, как ему показалось, упала девушка, и на пробу позвал её, силясь перекричать стенающих и вопящих духов: — Вы живы? На мгновение яма целиком стихла, а затем со всех сторон послышался хохот на разный манер. — Ты поднял им настроение, — ехидно заметил Саньлан. — Я уже понял... — Се Лянь не знал, смеяться или плакать. Собрав, по ощущениям, все духовные силы, что вообще оставались в теле, он с усилием направил их к ладоням и, крепко сжав челюсти от напряжения, махнул вверх. Он, конечно, собирался выпустить пламя... Но только чтобы указать девушке, где безопасно. Яму Грешника до самого верха охватило бушующим заревом, стало светло, будто днём, Саньлан крепко сжал его предплечье, а духи взревели так, что Се Лянь чуть ли не пополам согнулся от головной боли. Всё-таки не выдержав этих завываний, он опустил руки. Пламя тут-же погасло, а в яме настала оглушительная тишина. И в этой тишине раздался весёлый смешок. — Гэгэ, почему ты прекратил? Духи ещё не уничтожены. — Обжегся. Не думал, что пламя выйдет... Таким. И кто говорил, что чем меньше будет жертв, тем лучше? Мда, как-то неловко вышло... Даже если все эти духи ещё существуют в этом мире, голос они подадут нескоро. — Надо было хоть голову повернуть, — Се Лянь разглядывал руки, делая вид, что в этой темноте различимо хоть что-то, — так и не успел тебя рассмотреть. — Разве я настолько красив? — После такого падения - вряд-ли. Но ты сильно изменился, пока падал. — От высоты, наверное, — обожженной ладони коснулись холодные пальцы, — и даже несмотря на то, что мы упали с одной высоты, в свету своего огня ты выглядел как небожитель. Лицо Се Ляня в один миг побелело. Пришла беда откуда не ждали - теперь ещё и с небожителями сравнивает! В его рукав вдруг что-то вцепилось и осело на землю, упорно не хотя отпускать. — Генерал Хуа... — Даже несмотря на слабость голоса, девушка явно улыбалась, пока говорила, — я знала, что вы вернётесь... Се Лянь осел на землю вместе с ней. Да. Даже без света, он определённо знал, кто перед ним. Он знал Баньюэ ещё со времен, когда она была обычной маленькой сироткой. Примерно двести лет назад судьба-злодейка занесла его к окраинам города-государства Баньюэ. Он разбил лагерь у самой стены и в тот день что-то готовил. И в какой-то момент заметил что рядом, прижавшись к стене, стоит чей-то беспризорник, с явным намерением стащить еду, как только Се Лянь отвернется. В то время он начал очень явно чувствовать, что едет крышей от одиночества, так что вместо того, чтобы прогнать ребёнка, предложил сесть рядом и поесть вместе. И так началась их дружба. Этим ребёнком и была Баньюэ. Просто одинокая девочка, которую не принимали ни в городе, ни за пределами из-за смешанной крови. К тому моменту Се Лянь действительно начал сходить с ума от одиночества, а маленькой Баньюэ было попросту некуда податься, поэтому они начали помогать друг другу - Се Лянь делился с беспризорницей едой, а она просто сидела рядом и слушала то бессчетное количество историй, которые он рассказывал, не прекращая. На ладони девушки вспыхнул огонёк, отливающий фиолетовым. Её юное лицо выглядело так печально в этом свету, но она улыбалась так, как не улыбалась никогда. — Генерал Хуа... Вы изменились, но улыбка всё та-же... — А ты выросла... — Се Лянь едва мог контролировать дрожь в голосе, — Баньюэ, я так рад тебя видеть... С последним всполохом огонек в руке девушки потух. Се Лянь, зашедший слишком далеко в сентиментальные чувства, чтобы останавливаться сейчас, по-родительски притянул Баньюэ к себе и крепко обнял. Саньлан вдруг осел к ним, крепко схватив обоих за плечи. — Я правда не хочу портить ваш момент воссоединения, но... Сюда кто-то прыгнул. И их, похоже, двое.