Пока не угаснут звёзды

Боль пришла раньше сознания. Она была тупой, расползающейся, как яд. Потом — холод. Сырой, костлявый, проникающий под кожу. Эмма открыла глаза. Потолок. Камень. Ткань, грубая и пахнущая гарью, накрывала её плечи. Она попыталась пошевелиться — в голове звякнула пустота. — Где… я?.. — Тихо, — раздался строгий, низкий голос. Женщина. Авторитет в интонации, сталь в тоне. Эмма повернула голову. Рядом на корточках сидела она. Чужая, красивая, как вырезанная из мрамора. Тёмные волосы, холодные глаза. Черта губ не дрожала. — Ты упала в обрыв. Мы нашли тебя два дня назад. Без сознания. — Мы? Женщина кивнула куда-то за спину. — Отряд. Выжившие. Не стоит делать резких движений — ты была на грани. Эмма попыталась встать, но тут же застонала. Рана на боку загорелась, как лезвие. — Кто ты? — выдохнула она. — Реджина, — коротко. — Я… я не помню… Впервые в глазах Реджины мелькнуло нечто человеческое. — Имя? — Нет. Ничего. Я даже не знаю, кто я. Пауза. — Значит, начнёшь заново. Пока зови себя как хочешь. — А ты? Зачем спасла? Реджина встала. — Понятия не имею. Возможно, пожалею. Она вышла. Эмма осталась одна, среди камня, холода и звенящей тишины. --- Час спустя, пошатываясь, она вышла наружу. Бетонная развалина, когда-то — станция метро, теперь — укрытие. У входа её уже ждали. Реджина стояла с другими. шесть человек. Лица суровые, оружие наготове. Она представила каждого: — Айвы — бывшая медик, теперь целитель и ядовитый язык в одном лице. — Белль — тихая, умная, с книгой в руках даже здесь. Говорит мало, но всегда метко. — Робин — бывший охотник. Молчаливый, с повязкой на глазу, рядом с Реджиной держится ближе всех. — Мэри Маргарет — учительница. Улыбка — как память о прошлом, голос — как приказ. — Киллиан — дерзкий, с кривой ухмылкой. Флиртует даже, когда стреляет. Сбитый компас, но надёжный. — Дэвид — бывший военный . К новичкам относится с подозрением, пока не докажут себя Все молчали, пока Эмма не сделала шаг вперёд. — Я не знаю, кто я. Но я не заражённая. Я жива. Мэри Маргарет кивнула. — Это уже что-то. Киллиан ухмыльнулся: — А память — вещь переоценённая. Главное — стрелять умеешь? — Узнаю, когда придётся. Реджина смотрела на неё всё так же холодно. Но в глазах — едва заметная искра. — Она остаётся, — сказала она. — Моя ответственность. — Будет тебе ещё одна головная боль, — буркнула Айвы. — Тогда не первая, — спокойно ответила Реджина. Все молчали, пока Эмма не сделала шаг вперёд. — Я не знаю, кто я. Но я не заражённая. Я жива. Мэри Маргарет кивнула: — Это уже что-то. Рядом с ней стоял мужчина с сильными плечами и внимательным взглядом. Он не улыбался, но в его голосе не было враждебности: — Дэвид. Мы — отряд. Мы не убиваем незнакомцев просто так. Но мы не верим на слово. — Тогда не верьте. Смотрите. Он обменялся коротким взглядом с Реджиной, потом — с Мэри. Там, в молчании, читалась привычка принимать решения вместе. — Пока она под твоей защитой, — сказал он Реджине, — значит, она с нами. Но если случится что-то... ты знаешь, что я скажу. — Знаю, — спокойно отрезала Реджина. Так начался первый день Эммы среди выживших. Без прошлого, без имени. Только с болью, огнём внутри и женщиной, чей голос звучал в голове дольше, чем она хотела признать.