ОтМетки

      Балийское солнце ласково согревало кожу, проникая сквозь густую листву пальм. Воздух был наполнен ароматами франжипани и легким соленым бризом с океана. Мстители, все до единого, наконец-то вырвались на заслуженный отдых. После всех битв, потерь и триумфов, после щелчка Таноса, который, к счастью, удалось обратить вспять, они жили большой, шумной, иногда чересчур заботливой семьей в восстановленной Башне Старка. Тони, как обычно, организовал все с размахом, арендовав целый комплекс вилл на берегу океана.       Питер лежал в гамаке, натянутом между двумя кокосовыми пальмами, и лениво покачивался. Рядом плескались в бассейне Клинт и Сэм, соревнуясь в глупых прыжках. Наташа и Ванда загорали на шезлонгах, обсуждая что-то на своем языке. Тор громко смеялся над шуткой Брюса, который пытался намазать солнцезащитным кремом Локи, безуспешно пытавшегося сохранить свою аристократическую бледность даже под тропическим солнцем. Стив и Баки, расположившись чуть поодаль, неторопливо беседовали, наслаждаясь тишиной и покоем.       Питер чувствовал себя непривычно расслабленно. После всего пережитого он действительно стал другим. Более открытым, уверенным в себе. Школьные волнения и подростковая неуверенность отошли на второй план. Теперь его было сложно смутить или заставить покраснеть. Он видел слишком много, пережил слишком многое, чтобы беспокоиться о мелочах.       День клонился к вечеру. Солнце окрашивало небо в оттенки оранжевого и розового. Питер вылез из гамака и направился к пляжу. Приятный теплый песок ласкал ступни. Волны лениво накатывали на берег, издавая умиротворяющий шум. Он шел вдоль кромки воды, разглядывая ракушки, когда заметил неподалеку высокого парня, стоящего спиной к нему. Широкие плечи, темные вьющиеся волосы, собранные в небрежный пучок на затылке. Парень был одет в простые шорты и, казалось, увлеченно наблюдал за закатом. От него исходила какая-то спокойная уверенность, которая невольно привлекла внимание Питера.       Подойдя ближе, Питер случайно задел ногой небольшой камень, и тот с шуршанием покатился по песку. Высокий незнакомец обернулся.

И Питер замер.

      Перед ним стоял парень с пронзительными серыми глазами, обрамленными густыми ресницами. На скуле виднелся едва заметный шрам, добавлявший его внешности какой-то дерзкой привлекательности. Ростом он был явно выше Питера, сантиметров на двадцать, не меньше. И улыбка… Улыбка у него была открытой и какой-то… понимающей. «Прости, не хотел напугать», – непринужденно сказал Питер, слегка улыбнувшись в ответ. «Все в порядке», – ответил незнакомец. Его голос был низким и немного хрипловатым. «Просто задумался».       Наступила короткая неловкая пауза, которую Питер, к своему удивлению, совсем не ощущал как неловкую. Обычно в таких ситуациях он начинал нервничать и придумывать, как побыстрее ретироваться. Но сейчас ему просто было интересно. «Красивый закат, правда?» – снова заговорил Питер, кивнув на пылающее небо. «Невероятный», – согласился незнакомец, не отрывая взгляда от горизонта. «Я Харли». «Питер», – ответил Питер, протягивая руку.       Харли пожал его руку. Его ладонь была большой и сильной. В этот момент легкий порыв ветра взъерошил волосы Харли, и тот невольно нахмурился, зачесывая их назад рукой. Питеру показалось это неожиданно милым. Они простояли в тишине еще некоторое время, любуясь закатом. Между ними не было напряжения, лишь какое-то странное, необъяснимое чувство близости. Как будто они знали друг друга уже давно. «Ты здесь отдыхаешь?» – наконец спросил Харли, повернувшись к Питеру. «Да, с семьей… ну, с друзьями», – немного запнулся Питер, вспомнив всю свою необычную «семью». «Большая компания?» – с усмешкой поинтересовался Харли, словно уже догадывался о чем-то. Питер усмехнулся в ответ. «Довольно большая». «Ясно», – протянул Харли. «Я здесь один. Решил сбежать от всего на пару недель». «И как, помогает?» Харли задумчиво посмотрел на море. «Пока да. Тишина и покой – это то, чего мне сейчас не хватало».       Они разговорились. Оказалось, у них много общего. Любовь к науке (Харли, как выяснилось, тоже был неплохим технарем), фильмы, музыка. Питер с удивлением обнаружил, что ему легко и интересно общаться с этим высоким незнакомцем. Он рассказывал о своих друзьях, стараясь не вдаваться в подробности об их супергеройских подвигах. Харли слушал внимательно, иногда задавая уточняющие вопросы, и в его глазах Питер не видел ни удивления, ни недоверия.       Время летело незаметно. Солнце давно скрылось за горизонтом, и на небе зажглись первые звезды. Стало прохладно, и легкий ветерок приятно освежал кожу. «Мне, наверное, пора», – сказал Питер, посмотрев в сторону вилл. Он знал, что Тони наверняка уже начал его искать. «Я провожу?» – предложил Харли.       Они шли по берегу молча, рядом друг с другом. Питер чувствовал какое-то странное волнение. Ему не хотелось расставаться.       У ворот комплекса вилл Питер остановился. «Спасибо за компанию», – сказал он, улыбнувшись Харли. «Тебе спасибо, Питер», – ответил тот. «Было здорово поболтать».       В воздухе повисла какая-то недосказанность. Питер не знал, что сказать дальше. Хотелось как-то продлить этот вечер. «Может… может, завтра увидимся?» – выпалил он, прежде чем успел подумать. На лице Харли появилась широкая улыбка. «Я буду здесь же, на пляже, примерно в это же время. Буду рад тебя видеть». «Тогда до завтра», – сказал Питер и быстро вошел на территорию вилл, чувствуя легкое головокружение от волнения и внезапной надежды. Он зашел в дом и тут же столкнулся с обеспокоенным Тони. «Паркер! Где ты был? Я уже собирался объявлять общенациональный розыск!» «Прости, мистер Старк, я просто гулял по пляжу», – улыбнулся Питер. Тони подозрительно прищурился, заметив его необычно приподнятое настроение. «Гулял? Один?» Питер слегка покраснел. «Ну… не совсем». «А вот это уже интересно», – протянул Тони, заговорщически подмигнув. «И кто же составил тебе компанию?» Питер пожал плечами, стараясь выглядеть беззаботным. «Просто один парень. Харли». «Харли, значит», – задумчиво произнес Тони. «Что ж, надеюсь, он не планирует похитить нашего маленького паучка». «Мистер Старк!» – возмутился Питер, но в глубине души чувствовал, как бабочки запорхали в животе от одной мысли о завтрашней встрече с Харли. Кажется, этот отпуск обещал Быть гораздо интереснее, чем он предполагал.

***

      На следующее утро Питер проснулся с предвкушением. Солнечные лучи уже пробивались сквозь шторы, обещая еще один жаркий балийский день. Он быстро позавтракал, стараясь не привлекать излишнего внимания «семьи». Обычно по утрам в их вилле царил хаос: Тони спорил с Брюсом о каких-то технических деталях, Клинт пытался спрятать еду от Тора, а Наташа и Ванда тренировались где-то на пляже.             Сегодня же Питер был на удивление собран и сосредоточен.       Весь день он старался быть максимально полезным, но мысли то и дело возвращались к вечеру. Он помогал Тони с настройкой новой беспилотной системы для защиты периметра, играл в пляжный волейбол со Стивом и Баки (и даже умудрился выиграть несколько очков), а потом помогал Пятнице сортировать какие-то файлы. Время тянулось невыносимо медленно.       Наконец, когда солнце начало клониться к горизонту, Питер поспешил в свою комнату. Он надел легкие шорты и простую футболку, чувствуя легкое волнение. «Это же всего лишь встреча с другом, Питер, расслабься», – пробормотал он себе под нос, но сердце все равно стучало быстрее обычного.       Он вышел на пляж чуть раньше назначенного времени. Волны ласково шептали, песок был еще теплым от дневного солнца. Питер прошел по кромке воды, разглядывая горизонт. И тут он увидел его.       Харли уже ждал. Он сидел на песке, обхватив колени руками, и смотрел на океан. Темные волосы разметались по плечам, а на лице играла легкая улыбка, словно он наслаждался каждой секундой этого покоя. Он был одет в те же шорты и простую белую майку, которая выгодно подчеркивала его широкие плечи.       При виде Питера Харли поднял голову. Его серые глаза озарились, и он встал, выпрямившись в полный рост. Питер снова отметил разницу в их росте – Харли был значительно выше, и это заставляло Питера чувствовать себя немного… уютно, что ли. «Привет», – улыбнулся Харли, когда Питер подошел ближе. «Привет», – ответил Питер, чувствуя, как улыбка растягивается на его лице. «Давно ждешь?» «Только что пришел», – пожал плечами Харли. «Хотел успеть до самого заката».       Они снова стояли рядом, глядя на то, как небо начинает раскрашиваться в огненные оттенки. Но в этот раз тишина не была просто комфортной. В ней чувствовалась какая-то новая, едва уловимая искра. «Я сегодня подумал», – начал Харли, не отрывая взгляда от горизонта, – «что Бали – это, наверное, идеальное место, чтобы сбежать от… всего». Питер кивнул. «Определенно. Иногда бывает так много всего, что хочется просто раствориться». «Иногда мне кажется, что я родился слишком рано или слишком поздно», – Харли повернулся к Питеру, и его серые глаза смотрели так пристально, что Питер почувствовал, как к щекам приливает легкий румянец. Но он быстро взял себя в руки, вспомнив, что его сложно смутить. «Будто я не совсем вписываюсь в это время». Питер слегка улыбнулся. «Понимаю, о чем ты. Мне тоже иногда так кажется». Он не мог объяснить Харли, что быть супергероем-подростком, который спасал мир, а потом вернулся в школу, это, мягко говоря, «не совсем вписываться». «А от чего ты сбегаешь, Питер?» – Харли задал вопрос тихо, но с такой проницательностью, что Питер на мгновение замешкался.       Он мог бы отшутиться, мог бы уйти от ответа. Но почему-то с Харли ему хотелось быть честным. Настолько, насколько это возможно без раскрытия личности Человека-Паука. «От ответственности», – наконец сказал Питер. «От постоянного ощущения, что ты должен что-то делать, что ты не можешь просто быть собой. От бесконечного груза чужих ожиданий». Харли задумчиво кивнул. «Знакомо». Он протянул руку и слегка коснулся плеча Питера. «Здесь можно хотя бы на время выдохнуть».       Они сели на песок, наблюдая, как последние лучи солнца прощаются с горизонтом. Разговор лился сам собой. Они говорили о детстве, о мечтах, о страхах. Питер рассказал Харли о своей любви к инженерии, о том, как он часами мог сидеть над схемами, собирая что-то новое. Харли, в свою очередь, поделился историями о своих изобретениях, о своем доме в Теннесси, о том, как он любит чинить старые машины.       Питер обнаружил, что Харли был не только высоким и привлекательным, но и невероятно умным, остроумным и добрым. Его шутки были легкими и ненавязчивыми, а взгляд – внимательным и понимающим. Питер чувствовал, что рядом с Харли он может быть собой, без притворства и маски. И это было невероятно освобождающе.       В какой-то момент, когда на небе уже мерцали звезды, Харли посмотрел на Питера. «Твои глаза… они светятся в темноте», – тихо сказал он, и в его голосе слышалось искреннее удивление. Питер почувствовал, как кровь приливает к лицу, но тут же взял себя в руки. «Это, наверное, отблески звезд», – попытался отшутиться он.       Харли лишь загадочно улыбнулся. Он протянул руку и осторожно убрал прядь волос с лица Питера. Его пальцы задержались на его щеке на мгновение дольше, чем следовало бы, и Питер почувствовал легкий электрический разряд, пробежавший по телу. «Красивые отблески», – прошептал Харли, и в его глазах появилось что-то, что заставило сердце Питера пропустить удар. Что-то теплое, глубокое и очень личное.       Они сидели еще долго, просто наслаждаясь присутствием друг друга, легким шумом волн и мерцанием звезд над головой. Никто не хотел прерывать эту магию. В этот вечер Питер понял, что Бали приготовил для него нечто большее, чем просто отдых. Кажется, он нашел человека, который мог видеть его насквозь, но при этом принимать его таким, какой он есть. И это было только начало.

***

      Дни на Бали летели незаметно, сплетаясь в одно прекрасное, наполненное солнцем и смехом полотно. Для Питера они стали чередой встреч с Харли. Каждый вечер они снова и снова приходили на пляж, чтобы проводить солнце, а потом засиживались допоздна, болтая обо всем на свете. Они гуляли по джунглям, открывая для себя скрытые водопады, пробовали экзотические фрукты на местных рынках и даже пару раз рискнули заняться серфингом, где Питер, с его развитым чувством равновесия и паучьей ловкостью, быстро освоился, а Харли, будучи выше, выглядел на доске особенно грациозно.       С каждой новой встречей их связь крепла. Питер чувствовал, как Харли становится для него чем-то большим, чем просто интересным собеседником. Он ловил себя на том, что с нетерпением ждет вечера, когда снова увидит его широкую улыбку, услышит его низкий голос. Прикосновения становились дольше, взгляды – глубже. Однажды, когда они сидели на берегу, наблюдая за игрой света на воде, Харли протянул руку и взял Питера за ладонь. Просто так, без слов. И Питер не отдернул руку, позволив их пальцам переплестись. Тепло, исходящее от Харли, наполнило его каким-то особенным, незнакомым доселе ощущением спокойствия и радости.       Иногда, когда они гуляли по людным местам, Харли инстинктивно притягивал Питера ближе, если кто-то проходил мимо, или клал руку ему на поясницу, когда они поднимались по ступенькам. Эти жесты были такими естественными, такими невинными, но каждый раз заставляли сердце Питера учащенно биться. Он замечал, как Харли смотрит на него – с теплотой, с восхищением, с чем-то еще, что Питер пока боялся назвать.       Питер, который считал себя абсолютно невозмутимым, начал замечать за собой странные вещи. Его щеки иногда краснели без видимой причины, когда Харли слишком близко склонялся к нему, чтобы что-то шепнуть. Он начал уделять больше внимания своей одежде перед вечерними прогулками. А еще он поймал себя на том, что почти постоянно улыбается, вспоминая их разговоры.       Тем временем Мстители, как и любая большая семья, не могли не заметить этих перемен. Тони Старк, конечно же, был первым. Он видел, как Питер, обычно сосредоточенный на своих гаджетах или тренировках, теперь стал отлучаться каждый вечер, возвращаясь с сияющими глазами. «Ну-ка, мелкий, выкладывай», – как-то вечером, за ужином, Тони положил вилку, пронзительно глядя на Питера. «Куда ты пропадаешь каждый вечер? И почему у тебя такое мечтательное выражение лица, когда ты возвращаешься?» Питер поперхнулся соком. «Я… я просто гуляю, мистер Старк. На пляже». «На пляже, значит», – Тони поднял бровь. «И этот «Харли» тоже «просто гуляет» на том же пляже в то же время? Какое совпадение». «Тони, не дави на него», – вмешался Стив, но в его глазах тоже читалось любопытство. «Я не давлю, Кэп, я просто интересуюсь жизнью нашего любимого паучка», – ответил Тони, не отводя взгляда от Питера. «Уж не курортный ли роман у тебя там, а, Паркер?» Питер почувствовал, как его лицо заливает краска. Он попытался выглядеть максимально равнодушным, но ему это явно не удалось. «Мистер Старк, это… это просто друг!» Наташа, сидевшая рядом, тихо усмехнулась. «Ну-ну, Питер. Я видела, как ты на часы поглядываешь перед закатом. И как ты улыбаешься своим мыслям». Ванда, которая всегда была особенно проницательна, добавила: «В тебе стало больше света, Питер. Это хорошо». Даже Тор, не особо сведущий в человеческих отношениях, заметил: «Юный паук сияет ярче звезды! Возможно, это магия Мидгарда».       Брюс лишь мягко улыбнулся, понимая, что Питер переживает что-то новое и важное. Клинт и Сэм переглядывались с ехидными ухмылками, уже прикидывая, как будут подшучивать над Питером.       Питер почувствовал себя пойманным. Его «невозмутимость» дала трещину. Он не знал, как объяснить им, что происходит. Да и сам до конца не понимал. Он просто знал, что рядом с Харли ему хорошо. Невероятно хорошо. «Да ладно вам, ребята!» – пробормотал Питер, пытаясь сменить тему. «Давайте лучше поговорим о том, кто будет мыть посуду».       Но Мстители уже взяли его на заметку. Каждый раз, когда Питер выходил на вечернюю прогулку, они обменивались многозначительными взглядами. Тони даже запросил у Пятницы информацию о «Харли». Пятница, к счастью, была запрограммирована уважать частную жизнь, и не выдала ничего, кроме общих данных о гостях курорта.       Однажды вечером, когда Питер возвращался особенно поздно, Клинт поджидал его у входа. «Как прошла встреча, Ромео?» – Клинт ухмыльнулся. «Клинт, хватит!» – Питер попытался пройти мимо. «Да ладно, Питер», – Клинт приобнял его за плечи. «Просто скажи, он тебе нравится? Ну же, не стесняйся. Мы же твоя семья».       Питер глубоко вздохнул. Он посмотрел на Клинта, который, несмотря на всю свою подначку, смотрел на него с искренним участием. «Да», – тихо сказал Питер, и в его голосе прозвучало столько нежности, что Клинт мгновенно понял – это серьезно. «Очень нравится». Клинт улыбнулся. «Это хорошо, Питер. Мы все рады за тебя». Он потрепал Питера по голове. «Только будь осторожен, ладно? Не все парни такие хорошие, как ты».       Питер кивнул, чувствуя одновременно смущение и облегчение. Ему было приятно, что Клинт его поддержал. Это был первый шаг к тому, чтобы открыться своей семье. А впереди его ждала новая встреча с Харли, и он чувствовал, что она будет особенной.