Страна Чудес и Ведьма Нене

— Ещё чашечку? Юная Ведьма по имени Нене левитировала в воздухе, рядом с ней парил и её маленький розовый чайничек. Сегодня Волшебница решила надеть белое платье и такую же белую шляпку с цветами, о чём вскоре пожалела, ведь она уже запятнала наряд в голубом чае. Этот чудесный чай и заставлял её летать, но девушка была весьма предусмотрительна (как говорил её давний знакомый — нормальна), так что смешала истинный голубой чай с белым, дабы нейтрализовать нежелательные свойства. На столе стояли отделанные рубином шахматные фигуры, золотые и серебрянные. Нене играла за серебрянных, а её возлюбленная, Ан — за золотых. Этот комплект Ведьма стащила у Короля, но он не обижался, а может, и не заметил пропажу. Впрочем, Нене плевать на чувства этого индюка, её волнует только её соперница, почти обыгрывающая саму Великую Волшебницу. Девушка передвинула золотую королеву: — Шах! И мат! Нене чуть опустилась, с удивлением рассматривая партию: — Линейный мат.. Его умеют ставить только Шляпник да Герцогиня. Но с Герцогиней я не играю, она.. как бы сказать.. — С перчинкой? — вспомнила Ан свои приключения в её доме, и дёрнулась от ужаса. — Ага. — А Шляпник? — Он Безумный Шляпник, — Нене сделала акцент на первой части имени. — Это так важно? — Нет. — А зачем выделять тогда? — Потому что ты называешь его просто Шляпником. Вот ты — Шираиши Ан, а так бы стала просто Шираиши. — Кажется, я понимаю. — Верно. Или неверно. — Ведьма подлила чай в зеленоватую чашку Ан и свою, неровную и белую. — Кстати, этот чай мне дал именно Шляпа. — Интересно ты его называешь.. — А кто он еще, раз умудрился попасть на Королевский суд? — Ох тыж.. А разве они с Королём не встре— Нене закрыла ладонью рот Ан. — Тише ты, они могут услышать. Шираиши удивилась, но не подала виду. Нене выдохнула и глотнула чай, как и полагается любой леди, ну, за исключением Белого Кролика Эму, которая глотала чай прямо из чайника. И кто еще более Очумелый, она или Мартовский Заяц?.. Ну, Эму хотя бы одевается по этикету, всегда в жилетке с карманными часиками. — Слу-у-ушай.. — томно сказала Ан, чуть приблизившись к любимой. — Почему ты не называешь Безумного Шляпника и Короля по имени? Или у тебя одной оно есть? Ты его наколдовала? — Вечно ты задаешь странные вопросы.. Шляпу зовут Руи, Короля — Цукаса. Довольна? — Нене раздражённо приблизилась к хитрющему лицу возлюбленной. — Более чем. — Ан было потянулась губами к губам Волшебницы, но в последний момент отпрянула и звонко расхохоталась. — Видела бы ты свое лицо.. — И что тогда? Да, соглашусь, было бы удивительно.. — Сзади послышались чьи-то крики, и девушки одновременно обернулись на шум. То бежал Безумный Шляпник Руи, волоча за собой Короля Цукасу. — У вас тут чаепитие! Как раз пять часов!— дальнейшие слова Руи перебили отчаянные крики Короля: его наверно оторвали от важных дел или игры в крикет с Королевой, его дорогой сестрёнкой. — А вот и мы! — воскликнул Шляпник, присаживаясь за стол и закидывая Короля рядом с собой. — О, у вас тут партия! Ведьма, ты проигрываешь~ — Отстань, Шляпа рваная. — Будете тортик? — ..Тебя этому Мартовский Заяц научила? — И-мен-но! — Отчеканил Руи. В разговор вмешалась Ан и втянула в него Цукасу: — Эм, Король? — А? — безучастно сказал он. — Вы, наверно, не очень рады, что находитесь здесь... — С чего ты так решила? — Ну, вы кричали.. — А что, от криков настроение портиться? За такие вопросы.. Голову тебе с плеч! — Последнюю фразу Цукаса произнёс чересчур громко, так что на них обратилт внимание и Нене, и Руи. — Цукаса~ — Что? Да если я захочу, я и тебе голову отрублю! — Оя, Королева же хотела устроить игру в крикет! Всем надо быть! С этими словами Шляпник утащил брыкающегося и истерящего Цукасу из-за стола, оставив девушек наедине. — Чтож.. Ещё чашечку? Ан кивнула, и в её чашку полилась голубоватая жидкость, прохладная и живительная, и горячо любимая самой Нене, и.. — Странно, что Король не заметил свои шахматы.. — Он их в жизни не видел. И был слишком занят отрубанием твоей головы. Нене вздохнула и выпила еще глоток. — Не люблю пустой чай. — У меня есть цукаты. Будешь? — Не помешало бы. Ан достала из кармашка жестяную коробочку с цукатами. Ведьма попробовала один и крайне удивилась вкусу. Что-то записав в блокнот, она съела ещё один, и ещё.. пока шумно не плюхнулась на землю. — Ой-ёй.. Моё платье! И верно: все оно было измазано где-то в траве, где-то в земле.. Одним словом: — Разнормасилось. Что это означает, Ан не спросила, лишь проводила взглядом озлобленную Волшебницу до её домика. Через время она вышла оттуда уже в куда более практичной и привычной одежде: зелёное платье с черными вставками, такая же шляпка с вуалью, колготы в сетку и массивные чёрные ботинки. — По сравнению с тобой, выгляжу не очень, — мигом отозвалась Ан о наряде Нене и о своём желтеньком сарафане и соломенной шляпке. — Да ладно тебе, не к Королю же идём. — Как раз таки к Королю! Он же приглашал нас играть.. — Да какая там игра.. Если он и осмелится тебя казнить, то Королева скоро помилует. Нене легким движением руки завернула сервиз в клетчатую скатерть, а грязные от чая кружки занесла в дом. Туда же через минуту полетел и кулёк из когда-то чистой скатерти. Цукаты она забрала себе. — И последнее.. Нене подошла к Ан и поцеловала девушку в щеку. — Мы готовы? — Аха. Ну, пойдём. И Ан с Нене отправились к замку Короля. Златоглазая крепко сжала руку девушки, вспоминая о том, что скоро проснётся, и будет так же как и всегда насмехаться над Акито, петь с Тойей, ходить на концерты ВхШ с Кохане и смущаться от голоса и улыбки Кусанаги. А пока, она разрешает себе жить счастливой жизнью с такой прекрасной Нене, получать поцелуи от неё, играть с ней в шахматы, пить чай, варить зелья, летать, смотреть, как она подшучивает над Шляпником и Королём, бегать вместе с ней за Кроликом, слушать истории Чеширского кота, играть в крикет с Королевой.. И так каждый раз, когда она засыпает. Она так не хочет, чтобы этот сон про Страну Чудес, её личную Страну Чудес, исчезал, ведь в нём и только в нём она может любить и быть любимой без страха осуждения, непринятия, отказа... Трусливо ли это? Да. А иначе она больше и не может. Она и не знает, что уже завтра найдет в себе силы признаться своей любимой Нене. И уж тем более не может знать, что Нене ответит ей взаимностью.