Дело о пропавшем пончике

      Переубедить Пенелопу, думающую, что ему, Спенсеру, нужен отдых, было просто невозможно. И никакие аргументы не могли её вразумить, поэтому Рид выбрал тактику избегания. Но когда Пенни дошла с этой идеей до команды, он наконец понял, насколько его подруга была серьезна, и то, что избежать этой участи не удастся. Он видел загоревшиеся глаза коллег и их взгляды, после обращённые к нему, не сулили ничего хорошего. Так, за день совместными усилиями всего отдела Рид был отправлен в трёхдневный отдых, в Белиз — это, как выразилась Пенелопа, отличная страна для восстановления энергии, и место, где проживает её знакомая по форуму художница, которая с распростёртыми объятиями готова принять Рида и устроить ему незабываемое путешествие.       Перелёт и поездка на такси прошли совершенно незаметно из-за гнетущих мыслей о работе. Перед глазами стоял позавчерашний мужчина, плачущий навзрыд и воющий имя жены, труп которой покоился в холодном бетоне. С прошлой недели вспомнилась девочка семи лет, смотрящая в пустоту, и которая, наверное, никогда уже не сможет оправиться от пережитого. Сотни, нет, тысячи дел засели в голове настолько плотно, что их ничто не могло вытравить. Но это было правильно: о страданиях не должны забывать, особенно они, те, кто должны ловить подонков, ломающих чужие жизни. Поэтому Спенсер мысленно прокручивал все страдания, через которые прошли эти люди. Да, он не должен забывать, а этот так называемый отдых, нацеленный как раз на то, чтобы избавить его от этих образов, но Рид не позволит их стереть, просто не может позволить себе забыть о них.       Словно на автомате он доходит до милого кафе — место встречи, усаживается на летней террасе, где приятно пахнет древесиной и кофе. В ожидании рассказа Рид осматривает узкую улочку, выискивая зелёное платье и мириады татуировок — единственные данные ему опознавательные знаки. Но пока на глаза ему попадались лишь влюблённые пары, мальчик, играющий с собакой, семейная пара. Чай начал заканчиваться. Но внезапно на террасе появился цветок — по мнению Рида, самое подходящее её описание: лёгкое зелёное платье до щиколоток — стебель, состоящая из оттенков розового татуировка, тянущаяся от рук до шеи — лепестки. Точно она, понимает Рид. Не успевает он встать с места, как девушка в три шага пересекает разделяющее их расстояние и с широкой улыбкой протягивает ему руку. — Поли, на эти три дня твой гид! — голос был звонким и наполненным жизнью, так похожим на Пенелопу, с этим неиссякаемым энтузиазмом. От такой схожести стало как-то легче, и Рид позволил себе немного расслабиться, подхватив небольшую сумку с самым необходимым. Он уже приготовился к небольшой экскурсии, как за рукав рубашки резко схватили и дернули. Кажется, он даже услышал треск ткани, но, увидев виновника, точнее виновницу, испорченная рубашка вылетела из головы. Чёрные большие глаза были красными от слёз, но в них плескалась надежда, направленная на Спенсера. — Что случилось? — присев, спросил Рид. Девочка, не старше восьми лет, будто только и ждала разрешения говорить, тихо затараторила что-то про кафе, маму и очень большое желание что-то попробовать. Понять, что же в итоге произошло, было невозможно, поэтому клубок пришлось распутывать по-другому — Стой, мы забыли друг другу представиться. Я Спенсер Рид, как зовут тебя? — как можно мягче попытался выяснить он, но не успела малютка выдавить из себя слово, как голос подала Поли. — Зои, — названная, увидев знакомое лицо, смутилась и, поджав губы, уткнулась подбородком в грудь — Зои, где твоя мама? — проследив за взглядом Рид, наткнулся на коренастую женщину, стоявшую к ним полубоком и активно спорящую с кем-то по телефону. Кивнув Поли на неё и решив удостовериться, он получил в ответ палец вверх. Они, не сговариваясь, повели ребёнка обратно к матери. — Извините, — женщина обратила внимание на окликнувшего её Рида, а, заметив выглядывающую из-за его ноги Зои, быстро завершила разговор и одарила их компанию уставшим взглядом. — Милая, я понимаю, что ты очень хочешь ещё, но мы с тобой договорились только на один. — Но я ведь не ела! Его украли! — ситуация начала проясняться — Почему ты мне не веришь? Дядя, скажите, я ведь его не ела, вы ведь напротив сидели, видели ведь! Скажите, я ведь не ела! — Прости, но, кажется, я отвлекла дядю Рида, и он не увидел, кто украл твой… — Пончик, — пояснила родительница. — Верно, но знаешь, дядя Рид — детектив. Ты ведь знаешь, кто такие детективы? — девочка, кажется, поняв, куда ведёт Поли, активно закивала — Если твоя мама разрешит, мы попросим его найти преступника. — Если вы не против, — женщина быстро сдалась под взглядом дочери и решила, что игра в детективов заставит её забыть о второй порции злосчастных пончиков. Да и Поли можно было доверять: если она так хвалит этого незнакомца, то и ей не стоит беспокоиться. Поэтому, спокойно распрощавшись, она отправилась на работу, а Зои всё ещё цеплялась за Спенсера, смотря на него блестящими глазами, ожидающими чудо. — Ну что ж, — Поли ловким, отработанным движением закинула Зои к себе на шею. — Начнём расследование!       Риду оставалось только выдохнуть и порадоваться, что за детскими слезами не стояло ничего серьёзного и кровавого, а за пустяковой загадкой можно неплохо скоротать время и отсрочить увеселительную экскурсию с попытками разбередить ему душу в надежде облегчить ношу. Именно это желание явно читалось в девичьих глазах. Видимо, по этому Пенелопа выбрала именно её, но отодвинулось на второй план благодаря Зои, поэтому из чистой благодарности это дело будет рассмотрено с особенной тщательностью. Первым делом от места происшествия были немного отодвинуты девушки. Вторым же Рид начал мысленно вести список выбивающихся деталей. Когда он был завершён, место осмотрено и улики собраны, что не заняло и десяти минут, он был готов провести опрос свидетеля и двинулся обратно к внимательно наблюдающей за ним парочкой. — Итак, Зои, скажи, после того как пончик был поставлен на стол, куда ты пошла и сколько времени тебя примерно не было? — как умел, Рид попытался завлечь девочку и сделать расследование увлекательной игрой, что, судя по улыбке и кивку Поли, было правильным решением. — Я поставила его и пошла к маме, она около стойки разговаривала с тётей. Я не хотела начинать без неё, поэтому пошла подождать и спросить, скоро ли она. Я не знаю, сколько мы там стояли. Когда мама закончила болтать, мы вместе пошли к столу, а пончика там уже не было — к показаниям Зои подошла крайне серьёзно и старательно вспоминала события и их последовательность, но к концу, по-детски, всё же выпятила нижнюю губу. — Понятно. Судя по показаниям потерпевшей, — от серьёзности происходящего названная пришла в крайнее возбуждение и начала ёрзать на плечах Поли — и исходя из того, что было обнаружено на месте преступления, можно прийти к выводу, что в пропаже пончика виновато третье лицо, которое, скорей всего, не является человеком. На сдвинутом с места столе обнаружился клок шерсти, скорей всего принадлежащий псу, — озвучил самую логичную, по его мнению, версию Рид. Но, судя по реакции Зои, причинно-следственная связь не совсем сложилась у неё в голове — Ну, для того чтобы дотянуться до пончика, псу нужна была опора в виде стола, который сдвинулся по ходу действия, — он указал на разницу между выцветшим открытым участком террасы и выглядывающим из-под ножки стола изначальным цветом — Также сейчас сезон линьки, поэтому в щели остался такой большой клок шерсти, по которому сразу видно, что это не волосы, и он не мог остаться от одежды, ведь само качество, запах и сезон этому не соответствуют — Как можно более доступно попытался объяснить Спенсер.       На осмысление сказанного понадобилось секунд двадцать, но после их истечения Зои напоминала лампочку. Глядя на это, Рид понял, как выглядит озарение, но продолжение монолога прервала такая же сияющая Поли. — Отлично, первый этап расследования завершён! Вторым должен стать опрос свидетелей! — Зои от предложения возбудилась настолько, что, как только была спущена с плеч, пулей ринулась к выходу и призывно махала им руками, пытаясь побыстрее воплотить предложенный Поли план в реальность. — С этим будет сложно, — попытался поумерить детский пыл Рид — Будний день, да и через забор, вероятнее всего, толком ничего разглядеть нельзя. — Ограждение, хоть и сквозное, было украшено декоративной растительностью слишком плотно для того, чтобы можно было что-то разглядеть. — Хм, но если это был пёс, то он явно должен был как-то пробраться на террасу, и вероятнее всего, именно через забор, — подталкивая Рида, чтобы не отставать от девочки, предположила Поли. — А пролезающий пёс должен был привлечь хоть какое-то внимание!       Отрицать подобную версию, конечно, нельзя, поэтому следующие полчаса ушли на поиск и опрос возможных свидетелей. Из всех полезным оказался только один: простой рабочий. Хоть ничего и не видел, но знал местного мальчика с дрессированной собачонкой, на которых жаловались все местные за воровство и хулиганство. Они даже смогли вытянуть примерное место обитания, правда, за пару долларов из кошелька Поли, которая не показала даже толику раздражения и даже пообещала как-нибудь в благодарность принести бутылочку холодного пива. На что мужчина отреагировал крайне скептичной усмешкой. Но, судя по тому, что Рид уже успел увидеть, обещанное девушка точно исполнит — уж из таких она была типа людей. Из неё мог бы выйти отличный полицейский с этим неиссякаемым энтузиазмом и человеколюбием, но всё-таки хорошо, что она крайне далека от этого мира. Риду бы не хотелось видеть, как такого человека ломает, ведь, несмотря на эти качества, запечатлеть все жестокие картины, как Спенсер, она не смогла бы, и это даже хорошо. Не всем стоит нести этот груз.       Поиск длился уже более часа, а к цели, по ощущению, они так и не приблизились. У Зои иссякла практически вся энергия, остаток уходил на то, чтобы не отключиться и перебирать ногами. Ещё немного, и она согласилась бы прервать поиски, но продавец, ругающийся крепким словом в сторону убегающего лохматого пса, оживил всех, а у Зои и вовсе открылось второе дыхание, и она побежала за собакой. Они даже не сразу смогли её догнать, но силы быстро покинули тело, и Поле пришлось на ходу подхватить её на руки и продолжить погоню, которая закончилась неожиданно быстро: пёс, пробежав ещё пару переулков, нырнул в обветшалый домишко, перед которым им пришлось остановиться, обдумывая дальнейшие действия. — Идём! — пискнула Зои. — Ну же, идёмте! Убежит ведь! — Повздыхав, всё же решили зайти. Искать долго не пришлось: ориентируясь на тявканье и мальчишеский голос, они дошли до приоткрытой двери в конце коридора. Там располагалась совершенно небольшая комната, больше похожая на кладовую, коей, скорей всего, в прошлом и являлась. Там, на изрядно потрёпанном матрасе, расположилась девушка с испачканным гипсом на ноге. Мальчик, до того похожий на неё, что сомнений в том, что они родственники, не оставалось, делил украденный батон, а собака крутилась около них, ожидая ласки. — Кто вы? — осипшим голосом спросила девушка, прижимая мальчишку к себе, испуганно вытаращив большие чёрные глаза. — Нам нечем платить! — вывернувшись из объятий, выкрикнул мальчик, сразу смекнув, что пожаловали те, кого он совсем недавно обворовал вместе со своим компаньоном. — Ты опять украл? Я же дала тебе деньги на еду! — с ужасом затараторила она — Простите! Простите! Он, он… — Стой, всё хорошо, — попыталась остановить начинающуюся истерику Поли — Может, расскажете, что у вас случилось? — Мальчик, насупившись, смотрел на них с подозрением, а девушка, как выяснилось, мать, не увидев в них угрозы, решила излить душу. Рассказала о и без того бедном существовании, которое омрачилось переломом и, вследствие этого, увольнением из-за невозможности выполнять обязанности, затратами на медицинские услуги и неудачным поиском новой постоянной работы — всё из-за того же перелома. — А шить умеете? — перебив утешения Поли, громко спросила Зои и, не дожидаясь ответа, продолжила: — Мама жалуется на текучку! И что работать некому! Поли, позвони маме, спроси! — Мама всё умеет! — провозгласил мальчик, вцепляясь в платье и с надеждой смотря на Поли, которая, задумавшись на некоторое время, всё же достала телефон. — Не так хорошо, но я быстро учусь, — чуть запоздало, с надеждой в голосе пролепетала девушка. Поли улыбнулась, похлопала её по руке и попросила оставить их наедине для разговора. Рид кивнул и вывел детей в коридор, закрыв за собой дверь, которую взглядом гипнотизировал мальчик. Но подзатыльник отвлёк его от дела и заставил обернуться на Зои. Но, не опередив возмущение, она заговорила первой. — Раз твоя мама работает, больше не смей воровать чужие пончики! — придвинув кулак к его лицу, отчеканила она — Иначе дядя Рид отправит тебя в тюрьму! — ткнув пальчиком в Спенсера, подытожила Зои. На что мальчик насупился, но кивнул, видимо, действительно осознавая неправильность поступков. — Верно, и помогай маме вовремя добираться на работу! — высунув голову из-за двери, радостно попросила Поли и показала Риду большой палец, тихо добавляя — Хорошая работа!

____________

— Не так я хотела провести этот день, но думаю, он был эффективнее любого разговора, — рассмеялась Поли, протягивая чашку ароматного кофе. — Знаешь, помнить о жертвах хорошо, но думаю, запечатлять лучше такие моменты. Согласен?       Пустяковое дело, обернувшееся слезами счастья матери и смехом и улыбками детей. Но не только сегодняшнее простое дело обернулось подобным исходом. Вспомнились счастливые рыдания жены, которой вернули мужа, улыбка девушки, которая пришла поблагодарить команду спустя пару месяцев после спасения, счастье мужчин, вновь увидевших своих детей. Эти моменты понемногу начали вытеснять из головы растерзанные тела, но их имена остались на месте. Возможно, не так уж плохо отпустить эти образы и вспомнить, из-за чего Рид так любит свою работу, из-за чего он продолжает работать. Возможно, так действительно будет лучше. — Да, возможно, это так, — спокойно соглашается Спенсер, делая большой глоток, обжигающий язык, но приносящий огромное удовольствие.