Big Boys Don't Fall in Love

В последнее время Алехандро было трудно контролировать свои глаза. Это была не его вина, нет. Он отказывался мириться с тем, что его лучший друг существует таким соблазнительным образом. Ему было больно, и он изо всех сил пытался объяснить, почему. Он разделял с Руди все этапы их жизни, зная друг друга с младенчества. Он наблюдал, как тот из тихого, замкнутого мальчика превращается в более уверенного в себе, с теми же непринужденными манерами и очаровательной улыбкой. Руди не делал ничего экстраординарного. Он просто был там, дышал и моргал, делая всё то, что он обычно делал. Однако что-то изменилось. Возможно, дело было в том, что он продолжал носить эти обтягивающие футболки, обтягивающие его тело, как вторая кожа, и демонстрировал свою новую татуировку. Руди и татуировка – Алехандро был просто потрясен, когда его друг спросил его, могут ли они пойти вместе. Простой рисунок компаса среднего размера, показывающий на запад, только для того, чтобы понять, нравится ему это или нет. Алехандро не хотел этого признавать, но это было просто сексуально. Это было так неправильно, слишком неправильно, что он считал своего лучшего друга сексуальным, но что бы он ни делал, чтобы это прекратить, это не сработало. Как они могли работать, когда Руди был просто загляденье? Не его вина, что ему нравилась свежая стрижка чуть больше, чем нужно, и что она открывала его шею. Ну и что, если бы он подумал, что почувствует, если прижмется к ней носом и сделает глубокий вдох на самую короткую секунду? В конце концов, у Руди был такой сладкий, нежный аромат. Этот запах ошеломлял его с детства, но спрашивать об этом было бы странно. Вместо этого Алехандро предпочел притвориться, что всё осталось по-прежнему, и пододвинуть стул поближе к своему другу. Они не возражали против того, чтобы быть близкими друзьями. Однако чего-то не хватало — всего было недостаточно. Кровь Алехандро словно закипела, ему нужно было что–то предпринять - что-то, о чем он даже не подозревал. Причины этих странных симптомов так и не были найдены, но отправная точка была месяц назад. В ту единственную ночь, когда ему приснился самый страшный сон за все двадцать три года его жизни. Руди был повсюду в его жизни, на протяжении всего их путешествия. Молча сидел рядом с ним, шел позади него медленнее или иногда прижимался к его груди, когда он смотрел фильм. Однако он никогда не лежал под ним, бессмысленно постанывая. Это проклятое зрелище запечатлелось глубоко в его сознании, как кристально ясная картинка. То, как блестела от пота его кожа под ярким светом, и его рассеянные, полные слез карие глаза. Как его руки цеплялись за подушку, словно за спасательный круг, а эта чертова татуировка резала глаза. Красивые губы приоткрылись, бесстыдные стоны сорвались с губ, и Руди оказался там, прямо под его руками. Правда, Алехандро проснулся с самым мужественным криком в своей жизни, и правда, у него была проблема, которую нужно было решить из-за его лучшего друга. Первая неделя была полной катастрофой, он старался избегать Руди, насколько это было возможно, из-за замешательства, чувства вины и сильного стыда. Это было невозможно, когда они все делали вместе, кроме посещения туалета, поэтому раньше это не занимало много времени. Родольфо загнал его в угол. Алехандро был уверен, что никогда раньше не краснел от одного только ощущения его присутствия, но то, как глаза Руди погасли от мрачности, было сильнее этого. Он заключил его в объятия, извиняясь за то, что вел себя с ним как придурок, но их теплые прикосновения не пошли ему на пользу. Когда Руди радостно обнимал его, уткнувшись лицом ему в плечо, как в старые добрые времена, Алехандро просто старался не стонать. Неправильно. Он чувствовал себя извращенцем, и хотя ни одно из этих чувств не отпускало его, он все еще был не в состоянии воспринимать своего лучшего друга как лучшего друга по-настоящему. У них был веселый вечер, они собрались большой компанией и заполнили бильярдную. Его друзья разделились на две части, играли каждый в свою игру, и каждый громко болел друг за друга. Все они были счастливы, потому что ни у кого из них не было таких проблем, как у него. Алехандро. Он сидел с Джоном и Саймоном, уперев кий в внутреннюю сторону бедра. Предполагалось, что он слушает их разговор, потому что именно он спрашивал о вчерашнем футбольном матче. Но все его чувства были направлены только на одного человека.Из-за того, что диваны располагались в нескольких шагах от бильярдных столов, бильярдная была немного тесновата. Руди сидел справа от них, готовый нанести удар, пока остальные ждали. Он склонился над столом, изящно, если можно так выразиться, держа кий между пальцами. Поскольку он предпочитал обтягивающие футболки, Алехандро мог видеть, как слегка выгибается его спина, но в этом не было необходимости. Его стройные ноги, округлая попка и тонкая талия – не было сомнений, что Алехандро проходил проверку. Его взгляд все время скользил вверх, и с каждой секундой ему становилось все жарче. Серебряное ожерелье на цепочке было его подарком, который всегда носил Руди, и теперь оно болталось в воздухе. Его руки были выпрямлены, на красивом лице застыла легкая гримаса, но он лениво жевал свою жвачку со вкусом апельсина. Алехандро выругал себя за то, что предложил ему эту жвачку, и снова перевел взгляд на свою татуировку. Она подошла Руди больше, чем он думал, заставив его задуматься, действительно ли он так сильно жаждал чернил, или же дело было только в его друге. Быстрое движение руки Руди, сильный удар, и он перестал сгибаться, что дало ему возможность перевести дух. Алехандро понял, что забил мяч, когда увидел эту игривую, дерзкую ухмылку. Это лицо... Оно творило с ним такие вещи, которые ему было трудно объяснить. Руди чувствовал себя по-другому, непривычно, но в то же время и в лучшем виде. Когда он стукнулся кулаком с Кайлом, ободряюще кивая ему, Алехандро неожиданно хлопнул его по руке.​ — Просто иди и найди себе комнату, гребаный извращенец! — саркастическое замечание друга смутило его настолько, что вернуло в реальный мир. Моргая, Алехандро немного поерзал на стуле и почесал шею, пытаясь сохранить зрительный контакт. — Я просто смотрел игру, Соуп. — О, да? — передразнил Джонни, усмехаясь с раздражающим выражением лица. — Скорее, было похоже, что ты трахал его глазами. Он ничего такого не делал. Але попытался изобразить смех, но получилось лишь беспомощное фырканье. — Не будь смешным, pendejo! Джонни только ухмыльнулся, словно пытаясь сказать ему, что он на это не купится, и это заставило его нервничать еще больше. Неужели это было так заметно? Руди тоже это заметил? Рад, что Джон и Саймон были заняты разговором друг с другом, и его глаза не могли удержаться, чтобы не поискать его снова. С легкой улыбкой на губах Руди терпеливо ждал своей очереди. Алехандро уже прошел этот этап и зашел слишком далеко, чтобы возвращаться, поэтому у него не было сил стыдить себя за то, что он считает эти губы красивыми. Они были красивыми, сногсшибательно привлекательными; всегда выглядели мягкими и гладкими, но Алехандро знал, что его друг ничего для этого не использует. Светло-розовые, на вид немного пухлые. Внезапно перед его глазами промелькнул его сон, в ушах эхом отдались сдавленные звуки, и он сильно вздрогнул, не найдя лучшего слова. Его маленькое движение привлекло к нему всеобщее внимание, но у полковника закончилась ложь, все уже было продано Руди. Пытаясь вести себя так, словно ничего не произошло, он скрестил ноги, но короткий зрительный контакт с Джонни снова начал действовать ему на нервы. Этот надоедливый шотландец вел себя так, словно знал всё. Даже Алехандро не знал всего. Подавив желание показать ему средний палец, он отвел взгляд, но на этот раз его поймал Руди. Взгляд этих глубоких карих глаз был приятным и умиротворяющим. Одного взгляда, разливающегося по его венам, всегда было достаточно, чтобы успокоить его. Они с Алехандро были полными противоположностями, и для всех остальных это было причиной того, что они были вместе слишком долго. Руди был его жизненным балансом, всегда был рядом, чтобы держать его в узде и думать, прежде чем действовать от его имени. Его ругань, крепкая хватка за плечо и проникновенный взгляд. Прежде чем отвести взгляд, Руди одарил его своей обычной улыбкой, той, которая должна была принадлежать ему одному. Полные зубы, настолько ослепительные, что можно было ослепнуть, и ничего, кроме симпатичности. Симпатичный? Блядь. Что-то явно было не так, и Алехандро не знал, что делать. — Алехандро! — раздался голос Джона, и он повернулся налево, неуверенный, когда его друг прошел мимо него к другому бильярдному столу. — Ты не присоединишься? Словно повинуясь инстинкту, его внимание сначала переместилось туда, где стоял Руди, и их взгляды на секунду встретились. Он был не в состоянии прочесть этот взгляд. Пока Алехандро смотрел, как тот идет к левой стороне стола, чтобы встать перед ним, он едва успел кивнуть Джонни. Прежде чем его бедный мозг успел что-либо понять, Руди оказался в той же позе, что и несколько минут назад, но прямо перед его лицом. Беззаботно, жестоко и бесстыдно снова склонился над столом, и от одного этого зрелища у него чуть сердце не остановилось. Какого хрена? Покраснев, Алехандро никогда не испытывал ничего подобного до тех пор, пока ему не приснился Руди. Не то чтобы он был бесстыдным, по крайней мере, большую часть времени, но это было просто не в его характере. Что-то сжалось у него в горле, когда он почувствовал, как вспыхнуло его лицо, и его рука дернулась, а взгляд сосредоточился на талии Руди. Ремень сжимался вокруг нее, заставляя его ревновать. Если бы Алехандро немного выпрямился и протянул руку, он мог бы схватить его за бока и притянуть назад, прямо к себе на колени. Представив, как он давит на него и как он может отреагировать, сбитый с толку, с широко раскрытыми глазами, Алехандро схватился за собственное бедро, пытаясь не сойти с ума. В комнате, полной его людей, он мечтал о таких греховных вещах, и всё это о своем лучшем друге. Чувство вины и стыда все еще не покидало его, и ему действительно хотелось это влепить себе пощечину. Однако он не мог просто отогнать мысли о том, чтобы схватить эти булки и ударить по ним так сильно, чтобы остался отпечаток его ладони, явный и громкий. Какой была бы реакция Руди? Вызвал бы у него тот густой румянец, который появлялся только тогда, когда он был чем-то встревожен и пытался поднять голову? Или он застонал бы, как во сне, и заставил бы его сойти с ума? Алехандро задумался, было ли это от боли или от удовольствия, и потер лицо рукой, чтобы прийти в себя. Ему нужно было уйти. Впервые в своей жизни он почувствовал непреодолимое желание убежать от Руди, и это былотолько ради их дружбы. Скорее всего, у него былкакой-то грипп, длившийся месяц. Перерыв на сигарету мог бы помочь. Однако его ноги словно приросли к земле, колени подкашивались от одного только вида. Онни перед кем не был так беспомощен, определенно, ни перед кем. Руди начал это делать совсем недавно, и, к сожалению, его друг даже не подозревал об этом, что только усугубляло ситуацию.​ Ему казалось, что он лишает себя невинности, представляя его в самых худших образах, какие только возможны. Руди, как ни в чем не бывало, щедро улыбался ему, но Алехандро мог представитьего только тогда, когда у того закатывались глаза. — Черт... — не будучи уверенным, принадлежал ли этот шепот ему, Алехандро, наконец, выдохнул, когда Родольфо подошел к его предыдущему месту. Прежде чем встать, оннерешительно посмотрел вниз. Он был наполовину возбужден, здорово. — Я отойду ненадолго. Он не дал Джону возможности ответить и встал, засунув руки в карманы, чтобы сделать свою проблему менее очевидной, и помолился всем богам, чтобы у него все получилось. В коридорах было еще хуже, в воздухе стоял запах пыли, что совсем не помогало успокоиться. Он ни о чем не спотыкался, не зная, куда идти в первую очередь. Ему, конечно, нужно было ополоснуть лицо самой холодной водой, но в то же время ему хотелось убежать без оглядки. — Да пошел ты, Варгас — недовольно бормоча, Алехандро тряс головой, пока у него не закружиласьголова, и направился в туалет. Поскольку был полдень, в заведении было немноголюдно, как обычно. Он был благодарен за это, потому чтоказалось, что в ближайшее время он не сможет избавиться от своей эрекции. Обвинять во всем Руди было легко, но Алехандро знал, что его друг ни в чем не виноват. Дверь с грохотом ударилась о стену и медленно закрылась, когда он поспешил к раковине. Его ладони были странно потными, но он постарался не обращать на это внимания и наклонился, чтобы ополоснуть лицохолодной водой. Ему было тепло, потому что температура его тела обычно была нормальной,но в тот момент он чуть не загорелся. — Я ненавижу... — Его стон оборвался из-за очередной волны воды, и он закашлялся, когда она попала ему в горло. — ...тебя всей душой. — этого было недостаточно, потому что он несколько раз ударил себя по щекам. — Ублюдок. Пока он ругал себя и проклинал всё на свете, дверь снова открылась, на этот раз мягче и намного спокойнее. Алехандро, однако, не заметил этого, пока не услышал знакомый голос. — Что ты делаешь? Он остановился, открыл глаза и уставился на раковину. Алехандро чувствовал, что совсем не готов встретиться с Руди лицом к лицу. Он боялся потерять контроль и совершить что-нибудь непростительное, если тот посмотрит на него или, что еще хуже, приблизится. Боже упаси. — Алехандро? — снова позвал Руди, закрывая дверь и подходя к нему. Как прекрасно звучало его имя, когда он произносил его, всегда такое мелодичное, и как, должно быть, ему было больно слышать, как он выкрикивал его во сне. — Ты в порядке? Когда он дотронулся до его плеча, Алехандро отпрянул от него, словно его ударило током, итут же выпрямился. На него было тяжело смотреть, особенно учитывая, что брюки все еще были ему тесны, но он все равно это сделал. Теперь Руди смотрел на него большими глазами, сбитый с толку его реакцией, как будто это не он приглашающе склонился над столом. Алехандро всегда восхищался ихразницей в росте, ему нравилось, что его другу приходилось поднимать голову, чтобы посмотреть на него, но сейчас его беспокоило даже это. — Я в порядке. — ему удалось тихо пробормотать, что было абсолютной ложью. — Ты меня на секунду встревожила, — объяснил Руди, взглянув на рубашку Алехандро, и потянулся за салфеткой. — Что ты там делала, Эля? Пытался принять душ? Алехандро не успел отреагировать на это маленькое саркастическое замечание, потому что Руди в мгновение ока оказался в его личном пространстве. Сначала он приложил салфетку к обнаженной груди через расстегнутые пуговицы, тщательно вытирая кожу. — Посмотри на себя, ты весь сырой. — Хм? — Какого черта с тобой происходит? Это был тот же тон, ругательный, но заботливый. Расстояние между их телами было привычным, всего в нескольких дюймах друг от друга, и их это никогда не волновало. Руди был таким же, как обычно, но Алехандро был готов сойти с ума. Сумасшедший – это объясняло, почему он схватил его за плечо и оттолкнул к ближайшей стене, потому что он наконец-то сошел с ума. Его ладонь ударилась о стену рядом с головой Руди, все еще крепко держа его за руку, и он прижался своим телом к холодной поверхности, пока не услышал, как у него перехватило дыхание. Мир перестал вращаться, и Алехандро потерялся в его широко раскрытых глазах. Что было бы хуже всего, если бы он поцеловал его прямо здесь? Пощечина или удар кулаком были бы самым легким сценарием. Почему это казалось таким правильным — быть так близко, когда короткие и учащенные вдохи теряются на губах друг друга? Его прекрасные глаза, наполненные шоком, гипнотизировали, и он знал, что не должен был этого видеть, но Алехандро понравилось то, как он застыл в его объятиях. Затем он медленно увидел, как лицо Руди приобрело ярко-красный оттенок, и его сердце чуть не упало, умирая от желания сократить расстояние. Это был его любимый вид, потому что он всегда вызывал приятное чувство ностальгии.Их головы двигались в гармонии, а затем, когда Руди прислонился спиной к стене, Алехандро с готовностью последовал за ним, чтобы не потерять его тепло. — Родольфо... Ресницы Алехандро затрепетали, и он сжал руку в кулак. Теперь было неясно, как они собираются покинуть уборную. Руди либо собирался ударить его, и это было бы чертовски больно, либо он непременно хотел сорвать поцелуй с этих губ и все равно получить удар сразу после этого. Чем больше его друг молчал, тем больше его сила воли рассыпалась в прах. Затем, словно играя с ним, Руди спокойно высвободил руку из его хватки и сложил салфетку. Те же самые мягкие прикосновения касались его лица, стирая последние капли воды и пота, выступившие от волнения. Руди был сосредоточен на этом; он вел себя так, словно их новое положение было нормальным. Когда Алехандро схватил его за запястье, чтобы притянуть поближе к груди, ему пришлось остановиться, но он продолжал смотреть вниз. Алехандро этого все равно было недостаточно. Поэтому он вторгся в его пространство еще глубже, сделав последний шаг и просунув ногу между ног Руди, чтобы полностью коснуться его. Его промежность потерлась о колено, почти вырвав у него стон. — Руди, — позвал он, на этот раз отчаянно. Когда он наклонился еще ниже, его нос едва касался щеки, и он почувствовал, как рука Руди напряглась в его хватке. — Mírame. Руди потребовалось добрых пять секунд, чтобы встретиться с ним взглядом после того, как он прошептал, глядя на него сквозь длинные ресницы с поблекшим румянцем. Однако Алехандро не потребовалось и секунды, чтобы прижаться губами к его губам, резко подняв голову. Он не был уверен, кому принадлежал этот стон — ему или Руди, но в любом случае он был слишком растерян, чтобы обращать на это внимание. Как он и предполагал, его губы были мягкими, как шелк, и опасно теплыми. Казалось, они были созданы для того, чтобы находиться между его собственными, двигаясь так же нетерпеливо, как и он сам. Это не был односторонний поцелуй. На самом деле, Руди был первым, кто это сделал, и Алехандро только еще больше растерялся, когда его друг схватил его за волосы и потянул за них. Он отпустил запястье Руди и, схватившись за его бедро, перенес свой вес на колено, отчего тот прижался к его штанам.​ На этот раз он был уверен, что приглушенный стон принадлежал Руди. Когда он схватился за лицо, чтобы Алехандро наклонился еще ниже, посасывая нижнюю губу, как будто завтрашнего дня не было, Алехандро просто сказал: «Нахуй всё» и полностью отдался моменту. Вздох, который Руди издал у него во рту, дал ему возможность просунуть внутрь язык, исследуя неизведанные территории и преодолевая границы удовольствия. Его друг таял в его объятиях, поскуливая при каждом движении их языков и еще больше растрепывая свои аккуратно уложенные волосы. Прикосновения Алехандро были смелыми, от бедер к его заднице и выше по его — распутной — талии, довольный тем, что наконец-то смог притянуть его ближе. То, как он сжимал его в руках, его изгибы — он мог бы держать его на коленях весь день и никогда не уставать. Он проглотил восхитительное мурлыканье, которое издал Руди, когда прижался бедрами к нему ещё ближе, и ухмыльнулся в ответ на поцелуй, прежде чем отстраниться. Глаза Руди были полуоткрыты, он тяжело дышал, прижавшись губами к его губам. Его коричневые губы были полны вожделенияи запоздалой потребности. Алехандро чувствовал, как его возбужденный член прижимается к его животу. Этот порочный сон был ничем по сравнению с тем, что он чувствовал в своих объятиях. Увидев Руди в расстроенных чувствах, восторженного и растерянного, готового подчиниться в любую секунду, Алехандро просто вышиб себе мозги. — Блять! — Тихо выругался он, срывая с себя еще один грубый поцелуй. — Давай, — взмолился Руди, когда их губы с громким звуком оторвались друг от друга. Он притянул Алехандро ближе за воротник, глядя на него с каким-то новым блеском в глазах. — Ты либо трахнешь меня здесь, либо отвезешь домой и трахнешь там. Всего на секунду Алехандро показалось, что его обманули уши и он разыграл свои фантазии. Это казалось более правдоподобным, но момент был реальнее, чем его собственное существование. Ошеломленный, но в то же время загипнотизированный, Алехандро поставил его на ноги и быстро развернул. Как только его губы начали оставлять следы на его шее, Руди откинул голову на плечо, чувствуя себя так уютно, как будто они занимались этим целую вечность. Неаккуратный, мокрый, но полный желания, Алехандро с силой втянул в себя его холодную кожу, чтобы выдавить из себя хриплые всхлипы. Его руки были заняты расстегиванием ремня и молнии, и все это время он продолжал тереться о его задницу. Руди отталкивался с таким же рвением, создавая чувственныйритм движений и пытаясь удержать равновесие, обхватив Алехандро за предплечье. — Блять, поторопись! — кем был Алехандро, чтобы отказаться от такого милого предложения? Спустив с Руди штаны, он одной рукой схватил его за член, отчего тот с шипением двинул бедрами. — Але-! У Алехандро и так уже была предэякуляция из-за одних только его греховных звуков и поцелуев, и в обычных обстоятельствах он, возможно, смутился бы, но сейчас он был только шокирован тем, что так долго сопротивлялся. — У нас ничего нет, будет больно. — Мне... — бессмысленный вздох оборвал его речь, затем Руди обхватил его за затылок и запечатлел на нем короткий поцелуй. Он взглянул на него из-под длинных ресниц. Отстранившись,Алехандро задумался, где он этому научился. — Мне плевать … Просто трахни меня. — Ты сведешь меня с ума — Алехандро застонал. Он толкнул Руди вперед, прижимая его бедрак своему одетому члену, и любовался сценой своей мечты. Родольфо был настоящим грехом,но хорошо, что Алехандро нравилось грешить. Его другая рука скользнула вверх, обнажая больше кожи, и задрала футболку до талии. Если бы только у нихбыло достаточно времени, он бы разукрасил его с головы до ног "любовными укусами", превратив каждый дюйм еготела в произведение искусства. Он зачарованно вздохнул, проследив за контуром, и нежно погладил его по щеке. Его кожа казалась излишне мягкой. Затем по всей уборной разнесся сильный шлепок, за которым последовал удивленный вскрик Руди. — Боже... — голова Руди низко склонилась, спина невольно выгнулась. Дроча ему, Алехандро повторил это несложное движение несколько раз, пока задница Рудольфо не стала ярко-красной, а отпечатки его ладоней не остались на коже, как он и хотел. Стоны удовольствия и боли, которые издавал Руди, были соблазнительноймузыкой. Пока он не заставил его потерять над собой контроль, дрожащий, когда он собирался покрыть стенубелым. — Если ты продолжишь... блять... так делать, я... — Продолжай, — прошептал он, облизывая кожу за ухом и крепко держа его, когда тот задрожал. — Давай, малыш. Кончи для меня. Руди издал крик, который, как усомнился Алехандро, был услышан. Если бы кто-нибудь вошел, первое, что он увидел бы, - это как они набросились друг на друга, словно изголодавшиеся животные. Эта мысль заставила его прикусить губу, но всё же ему не хотелось бы, чтобы кто-нибудь увидел Руди в таком состоянии. Раньше он никогда не интересовался сексуальной жизнью своего друга, но теперь был полон решимости сохранить это в тайне – из-за законной ревности. Пока Руди пытался восстановить самообладание, Алехандро провел покрытыми спермой пальцами между шикарными ягодицами, массируя дырочку, не дожидаясь, пока она затвердеет. — ¡Mierdа! Я сейчас взорвусь. – Тогда поторопись, ёбаный-! — Алехандро резко сунул в рот два пальца, заставив Руди крепко сжать его запястье, чтобы удержать на месте. Он проворчал сквозь зубы. — Мог бы и предупредить, придурок! — Какие грубые слова, — прошептал он на ухо Руди, в его тоне смешались насмешка и радость, и сильно шлепнул его по уже горящей ягодице. — Это не подходит такому хорошему мальчику, как ты, Руди. Услышав слабый стон своего друга, он рассмеялся и вывернул ему руку. Продолжая медленно вводить и выводить пальцы, достаточно осторожно, чтобы дать ему время привыкнуть к этому, он провел рукой Руди по своей эрекции. Алехандро застонал, схватив его за подбородок, и запрокинул голову для грязного поцелуя. Чем сильнее Руди сжимал свой ноющий член, тем быстрее двигалась рука Алехандро. Ему потребовалось всего пять ударов, чтобы найти свою изюминку, и он почувствовал, как замер с громким вздохом. — Кто бы мог... Черт возьми, догадаться... — бормоча что-то себе под нос, он покрутил пальцами, чтобы еще сильнее надавить на это место. Ноги Руди предательски подкосились, но он быстро прижал его к груди. — Блять... Скажи мне, кто видел тебя таким раньше? Родольфо открыл рот, чтобы ответить, но из него вырывались только прерывистые стоны, глаза с трудом открывались, а рука слабо двигалась. Алехандро сжал его челюсть, грубо трахая его пальцем. — Отвечай или я остановлюсь. – Ни-никто... — No mientas. — Никто! — почти закричал Руди, беспомощно пытаясь убедить его, когда Алехандро замедлил шаг.Раздосадованный, он попытался оттолкнуться, опираясь на пальцы. – Ты же знаешь, у меня никогда не было парня. Он почувствовал явное облегчение, довольный тем, что ни одному мужчине, кроме него, не посчастливилось увидеть, как он корчится в отчаянии. Он усмехнулся, снова ускоряя шаг, и, просто чтобынемного позлить его, настоял на своем. — Откуда мне знать, что ты просто не переспала с мужчиной? Руди фыркнул. — Я не трахаюсь с кем попало, как ты. Алехандро не трахался с кем попало, но это правда, что у него была активная сексуальная жизнь, и все это до того, как ему приснился Руди. Он рассмеялся над своим замечанием, расстегивая молнию на своей одежде. — Ты ведь не в том положении, чтобы так говорить, не так ли, cariñо? — Ты только что... назвал меня шлюхой? — Алехандро спокойно вынул свой член и сильно потер твердый, как камень, ствол. Он чувствовал, что может кончить, просто наблюдая, как Руди дрожит под его руками, а его дырочка заглатывает его пальцы. — Сейчас ты на нее похож больше, чем я. Руди повернул к нему лицо, насколько это было возможно, произнося грубые слова, и впился взглядом в его насмешливые глаза. — Нахуй иди. — Нет, — усмехнулся Алехандро, загибая пальцы и наблюдая, как он хмурится. Он медленно убрал руку, кончики пальцев прочертили линию, пока Руди пытался дышать, но Алехандро хотел видеть, как он борется сильнее. — По-моему, сейчас, я трахаю тебя. Его ладонь коснулась его красной кожи; то, как его задница зазвенела от шероховатости, было тем, что он никогда не забудет. Сделав шаг, Алехандро прижал член к дырочке и прижал своей верхней частью тела Руди к стене. Словно потеряв контроль над собой, Руди дернулся назад, словно собирая пазл. Его лоб касался холодной поверхности. Алехандро поцеловал его в затылок, почувствовав, как тот напрягся, и ухмыльнулся своей слабости. — Скажи мне, — прошептал он, нежно поглаживая свои темные волосы. Его свободная рука легла на талию Родольфо. — Насколько сильно ты этого хочешь? Если они зашли так далеко, перейдя все границы, он мог бы поиграть еще немного и посмотреть, что ему сойдет с рук. Голос Руди звучал слишком божественно для его же блага, и Алехандро сделал бы всё, чтобы услышать его мольбу. — Я не прошу об этом, Варгас. Усмехнувшись, Алехандро внезапно вцепился пальцами в его волосы и дернул их, чтобы увидеть раскрасневшееся лицо. Как только они выберутся отсюда, Руди снова окажется под ним, на его кровати, где он был создан для этого, и пока единственное, что он сможет выкрикнуть, — это его имя, он не остановится. — Нет? — он раздвинул ягодицы, чтобы было удобнее. Ему пришлось прикусить язык, чтобы не застонать, но Руди и не думал сдерживаться. — Тогда, может, я уйду? Оставлю тебя здесь в таком виде? Руди вздохнул, крепче сжал руки и на мгновение затих. Алехандро был недостаточно силен, чтобы отодвинуться от него даже на дюйм, он был весь в разговорах. Было чертовски приятно видеть, как он краснеет, расстраивается и жаждет его члена. — Иди, — пожал он плечами, глядя на него через плечо, и мило улыбнулся. — Убирайся. — Что? — Думаю, я смогу найти кого-нибудь другого, — сказал Руди, и Алехандро только сейчас осознал, насколько хорошоу него получалось изображать невинность и непонимание. Его голос был мягким, но шепот — подстрекательским. — Может быть, Джонни, я уверен, что он был бы рад этому. Руди чмокнул его в челюсть, когда Алехандро нахмурил брови. Рука, которая провела по его бороде и остановилась на затылке, совсем не успокаивала. — Или Саймон, он... большой. — Руди, — попытался предостеречь Алехандро, но это только рассмешило его. — А как насчет Прайса? Он взрослый человек, он знает, что делать. Когда перед его глазами начали возникать образы, от которых он чуть не покраснел, Руди нежно поцеловал его в губы. Он просиял, глаза победно заблестели. — Или Грейвс, может быть... Агх- Полковник не хотел больше ничего слышать от него, особенно о том светловолосом парне, с которым ему пришлось работать. Меньше всего на свете ему хотелось представлять Руди рядом с собой в таких позах, когда он не мог даже смотреть, как они смотрят друг на друга. Страдальческий стон Руди громко прозвучал в пустой уборной, когда Алехандро прижал его спиной к стене. Он наклонился, чтобы посмотреть ему в лицо, и его пальцы царапнули челюсть, но, похоже, это позабавило его больше. — Ты играешь в опасную игру, chico. — Алехандро ухмыльнулся в ответ, но ему это совсем не понравилось. — Сними обувь. — несмотря на свое капризное поведение, Руди послушался его. — Штаны. Это была настоящая война, когда он пытался сбросить свои узкие брюки на грязный пол, и Алехандро был удивлен, как ему удалось просто не разорвать их и не наклонить Руди над раковиной. Он завернул ногу Руди, обхватив его собственную талию. — Эта белобрысая сучка? Ты бы предпочел этого gringo? Родольфо разинул рот в молчаливом стоне, когда головка члена Алехандро медленно вошла в него, при этом сам полковник держал его крепко, заставляя вставать на цыпочки для лучшего проникновения. Как только сердант-майор собрался ответить, Алехандро засунул большой палец в рот, отчего его челюсть опустилась. — Отвечай. Единственным ответом, который он получил, был тихий вздох и затуманенные глаза. Не дав ему времени, Алехандро одним толчком вошёл до конца. У него перехватило дыхание, когда Руди с приглушенным криком укусил его за палец, достаточно сильно, чтобы прокусить кожу, и ему понравилось, как его тело содрогнулось. — Так я и думал. Руди издал всхлип, похожий на рыдание, и закрыл глаза, понимая, что ему следовало получше подготовиться. Алехандро, не теряя времени, начал двигаться, быстро и жестоко, пытаясь избавиться от разочарования из-за отвратительных видений, которые он вызвал. Каждый шлепок по коже был более интенсивным, более глубоким, чем предыдущий, и он боролся с собой, чтобы просто не излиться внутрь. Следующим пунктом в его списке было услышать, как Руди кричит в экстазе, но это было не самое подходящее место для этого. Бедра Алехандро напряглись при мысли о том, что кто-нибудь услышит его непристойные звуки.​ — Успокойся. Руди даже не слышал его, у него кружилась голова, когда его тело подпрыгивало вверх-вниз, и он чувствовал только Алехандро повсюду. Его грубые руки, острые зубы и страстные поцелуи, он был словно на небесах. Казалось, что член пронзает его изнутри, подавляя и вызывая зависимость. Его опорой были его растрепанные черные пряди, и его глаза закатились, когда резкий удар пришелся по чувствительному месту. — Черт! Алехандро остановился, когда Руди восхитительно сжал его, и дал ему всего три секунды, потому что он был таким милым. Его хватка под бедрами была собственнической; он раздвинул его ноги и снова начал трахать его. Несмотря на то, что Руди прикрыл рот обеими руками, его стоны все равно были слышны. — Тихо. — прорычал Алехандро, шлепая его по заднице так же сильно, как и при толчках, но он понимал, что не дает ему шанса промолчать. Он тоже не хотел этого. Может быть, этот парень из «теней» зашел бы и увидел, кто смог свести Руди с ума. Ужасная ревность заставляла его быть с ним жестче. Вряд ли кто-то другой мог оказаться на его месте сейчас. Алехандро убрал руки, чтобы поймать его губы, позволяя Руди посасывать его язык, продолжая использовать его так, как ему заблагорассудится. Их губы двигались в непристойной гармонии, сталкиваясь с пылом, который мог бы воспламенить все здание. Ладони Руди были на его щеках, а лоб прижался к губам Алехандро, заслужив легкий поцелуй. — Я не могу... — Нет, ты можешь. — Але! — Шшш.— Алехандро поцеловал его в висок, погладил по коже, чтобы немного успокоить. Руди уронил голову ему на плечо, цепляясь за него изо всех сил. — Я скоро-! — Хорошо? — тихо спросил Алехандро. — Тебе это нравится? — Нравится… блять, мне это нравится! Алехандро усмехнулся своей нерешительности, когда Руди прижался губами к его шее, покусывая кожу и оставляя видимые следы. Солоноватый вкус и пряный аромат одеколона Алехандро на языке опьяняли его. При каждом толчке его член касался белой рубашки, и он чувствовал нарастающее напряжение вкаждом нерве. — Вот-вот кончу, — проворчал Алехандро, наклоняя голову, чтобы дать Руди больше пространства. Он, конечно, был бы не прочь показать, как Руди обвел его вокруг пальца. — Внутрь! — выдохнул Руди, его тело начало сдаваться, пальцы ног подогнулись, и он издал громкий стон, когда его охватила блаженная дрожь. — Але! Алехандро перестал сдерживаться в ту же секунду, как Руди обмяк в его объятиях, и, достигнув пика наслаждения, выпустил его, содрогнувшись от удовольствия. Он был уверен, что никогда раньше не был так близок к тому, чтобы увидеть гребаные звезды. Тяжело дыша в воцарившейся тишине туалета, они на мгновение замерли. Именно тогда каждое действие стало перегружать разум, но не былосил на то, чтобы передумать. Хотя Алехандро и нервничал перед встречей глазами с ним, он все же отступил и внимательно осмотрел Руди. Он стоял, прислонившись к стене, все еще бессильно держась за него и тяжело дыша приоткрытыми губами. Он выглядел еще красивее, когда полностью расслабился. Это он должен был быть виноват, но Алехандро вдруг почувствовал себя слишком измученным, чтобы винить кого-то. Он подождал, пока Руди медленно откроет глаза, и устремил на него озадаченный взгляд. Алехандроне был уверен, как это понимать, и чувствовал себя не очень храбрым. — У меня грязные штаны, — пробормотал Руди, заставив Алехандро опустить взгляд на свои черные джинсы, брошенные на пол. — Ой. — Это твоя вина. — сказал он, поворачивая лицо Алехандро к себе, положив руку ему на щеку, и притянулего к себе для медленного поцелуя. После такого бурного секса это было похоже на глоток свежего воздуха, успокаивающего и расставляющего все по своим местам. Алехандро осторожно вытащил свой член, чувствуя, как сперма вытекает из его дырки. Как только ноги Руди расслабились, он опустил его, но их губы остались соединенными. Ему пришлось наклониться, чтобы лучше соответствовать своему росту, и поправить брюки, пока Руди лениво покусывал нижнюю губу. Он был в полном беспорядке, но ему было все равно. — Я сделал тебе больно? — спросил он, чувствуя себя странно от непринужденной беседы после секса, как будтозавтрашнего дня не было. Руди с отвращением посмотрел на свою ладонь и, не обращая внимания, вытер ее о рубашку Алехандро. — Да. У меня горят ягодицы. – Мне жаль. Извини. — схватив его за запястье, Алехандро мягко убрал руку с рубашки, заметив следы, которые уже начали появляться на его чувствительной коже. — Непохоже. — На самом деле я не такой, — он подошел к раковине, схватил стопку салфеток и протянул их Руди. Подняв с пола свои боксеры и брюки, он подождал, пока Руди закончит вытирать живот и внутреннюю поверхность бедер, которые были покрыты вытекшим семенем. — Вот. Руди взял свою одежду и начал по очереди натягивать на ноги, но остановился, прежде чем натянуть штаны. Он тяжело вздохнул, глядя на Алехандро полуоткрытыми глазами. — У меня устали руки. Алехандро фыркнул и покачал головой. — Это я тебя держал, но устали руки у тебя? — Да, — ответил он, пожав плечами. Когда Алехандро наклонился, чтобы помочь ему, Руди просто обнял его за шею. С каждой секундой он чувствовал, что хочет спать все сильнее. — Я хочу домой. — Мы едем домой, — пробормотал Алехандро, пытаясь натянуть штаны выше колен. Он нахмурился, увидев, как тяжело это далось. — Почему на тебе эти джинсы? — Они мне идут, не так ли? — Руди запечатлел на его губах легкий поцелуй. Алехандро задумался, как бы он отреагировал, если бы узнал, что именно из-за этих брюк они были в таком положении несколько минут назад. — Да, они определённо подходят тебе. Руди от души рассмеялся. — Грейвс тоже так сказал. Руки Алехандро замерли на поясе, и он пристально посмотрел ему в глаза. Еще одно упоминание об этом блондинистом ублюдке, и он бы точно сорвался. Он уже искал поводы для ссоры. — Не испытывай свою гребаную удачу, Руди. — Не злись так быстро, — радостно пропел он, проводя руками по своим черным волосам, и прошептал одними губами. — Он не заполучил бы меня так, как это сделал ты. Ядовитый, но все же невинный взгляд лани. Внезапно Алехандро подумал, что все эти действия в бильярдной были совершены без его ведома. Они молчали, пока смывали видимую грязь со своей одежды, и как только Родольфо закончил, он протянул руку. — Давай, отвези меня домой. Алехандро взглянул на свою руку и без колебаний пожал ее. Не заботясь ни о чем другом, он потащил Руди к черному ходу, который был ближе к парковке. Достав ключи из заднего кармана, он не возражал, если его друзья останутся без машины. Он крепко держал Руди за руку, пока они не добрались до своего черного джипа, и, как ни странно, все казалось безмятежным.​​